«Сияние звезды» спасает миры.

      Когда я вышел на улицу — был пасмурный вечер. Тело блондина ныло от того, что долго лежало. Я пошёл в сторону леса смерти — там я смогу обеспечить тело более-менее сносной едой.       Дойти туда было просто — меня никто не потревожил, хоть и смотрели на меня ненавидящим испепеляющим взглядом. Не будь я в этом мире так много раз, я бы обиделся на несправедливость этого мира. Около полуторы сотни раз мне приходилось быть в теле Нагато, ещё раз триста — в теле Мадары, свыше тысячи раз — Обито, полтора десятка тысяч раз — всеми тремя саннинами по очереди, ещё пара сотен тысяч жизней я был в телах разных обездоленных, остальное — и не вспомню.       Лес окружал забор с колючей проволокой. Хорошая преграда для обычных людей, но не для шиноби, и уж точно не для меня.       «Нинпо: Шуншин-но-дзюцу» Техника телесного мерцания, выполненная мной без единого телодвижения, мгновенно доставила меня за пределы забора и на приличное расстояние.       Найти еду было проще простого — жуки, они были размером с хорошо откормленного быка, и их было много. Но это тело и так слишком много жуков поглощало, пусть и нормальных размеров.       Я просто пошёл к озеру и метким броском камня убил рыбину, которую достал из воды и начал готовить. Огонь для меня — сущий пустяк, даже полёт требует большего мастерства. Немного утолив голод, я наловил ещё рыбы, метко бросая камни. «Обращение с материей: Перестановка кварков» Если бы я сказал кому-либо, что могу превратить землю в металл — с меня бы посмеялись, но это так и есть. И уже через непродолжительный промежуток времени тело блондина поглощает вкусный наваристый суп из рыбы.       Далее по плану было развитие тела, однако для начала надо было вернуть жировую прослойку, а то одни кожа да кости.       Поймать кабана было сложнее, нежели рыбу, но прямой удар кулаком меж глаз решил эту задачу. Правда, потом пришлось чинить треснувшую кость.       Когда кабан был готов к употреблению, я сделал, казалось бы, невозможное: «Обращение с энергией, Обращение с материей: Абсорбция» Кабан поглотился целиком и полностью. Через рот конечно, и за секунду. Лис внутри чем-то громко поперхнулся.       Нет, я кабана очистил от ненужного, оставив голое мясо, но сам процесс вызвал у лиса волну вопросов.       В итоге, тело мгновенно нарастило жировую прослойку, даже немного с избытком. Цвет кожи с болезненно бледного стал здоровым румянцем. Мышцы перестали болеть и даже стали более послушными. Появилось небольшое брюхо. Внутренние органы вернулись к нормальному функционированию.       — «Кажись слегка перестарался», — осведомил я лиса, намекая на жир.       — «Зато про истощение можно надолго забыть! — подбодрил лис. — Твои способности — это нечто, я даже представить себе не могу, как сделать нечто подобное!» — расщедрился на похвалу демон.       — «Обращение — самый сложный тип способностей, что я придумал. Даже прямой контроль звёздной силы на атомарном уровне намного проще этого!»       — «Даже предположить боюсь, сколько ты времени потратил на развитие этого „читерства“…»       — «И не надо! Я сам скажу! Я потратил на это все двадцать тысячелетий, что существую!» — честно сказал я лису, отчего он аж присвистнул.       — «А ты не бог, случаем?» — поинтересовался лис, прикинув мои силы и мой возраст.       — «Ни разу!» — резко ответил я, нисколько не сомневаясь в своих словах.       — «Точно? — переспросил лис — А то такое даже Хагоромо не умел!»       — «Конечно, на фоне всех когда-либо встреченных мной живых существ, меня и правда можно назвать богом, но я никогда им себя не считал, и в ближайшее время не намерен менять своё мнение!»       — «А ты, оказывается, сама скромность!» — съязвил демон.       — «Не без этого! — посмеялся я. — Хотя, были случаи, когда мне просто приходилось играть роль бога, чтобы местные восприняли меня правильно… Честно говоря, мне не понравилось.»       — «Всё так плохо?» — немного подумав, спросил Курама.       — «Нет! Будь на моём месте кто-то другой — возможно ему даже понравилось бы… Но для меня это просто источник головной боли. Я просто ощущал, что становлюсь эгоистичной тщеславной сволочью, чего мне хотелось меньше всего, и я тратил все возможные и невозможные силы, чтобы как можно скорее закончить свою миссию, и прекратить постоянный рост моего самолюбия…»       — «Знаешь… — вновь сказал лис, немного поразмыслив над моими словами. — Ты мне начинаешь нравиться! Как человек ты сволочь ещё та, учитывая, что тебе приходилось делать, но я-то знаю, какой ты на самом деле, и мне это чертовски нравится, не знаю почему!»       — «А, это… с путешествиями по мирам я обнаружил в себе прирождённый навык: находить друзей и единомышленников, причём самых маловероятных, и этот навык не поддаётся управлению — я просто не могу его отключить или перенастроить.»       — «Это что-то типа гендзюцу?»       — «Не совсем… скорее харизма или что-то ещё в этом духе, я даже разбираться в этом не стал — быстро оценил выгоду от этого навыка, и даже не стал заморачиваться, чтобы хоть как-то на это повлиять.»       Немного пообщавшись на разные темы, я заметил, что тело уже устало, хоть и получило такой значимый стимулятор в виде протеинов.       «Понятное дело. Вообще странно, что тело осталось на ногах…»       Я просто пошёл домой, по пути поставив в лесу десяток меток для Хирайшина — в некоторых прошлых жизнях играл роль Минато — и техникой телесного мерцания через пару мгновений оказался дома, где тоже наставил разных меток. «Пользоваться обращением для перемещения — слишком затратно, да и незачем, раз есть способности в сотни раз дешевле», — сам себя оправдал я.       На следующий день я пошёл в академию, так как на календаре обозначился понедельник. «Повезло же мне, что я попал в воскресенье…» Одев то, что НЕ привык одевать Наруто во всех прочих мирах — НЕ оранжевый очень привлекательный костюм, а те лохмотья, что были на нём вчера — я направился в академию и просто наслаждался взглядами, которые серьёзно поменялись. Люди на улице продолжали излучать ненависть к моей персоне, это осталось неизменным, а вот одноклассники и учитель явно были удивлены, увидев меня.       — Наруто! Что с тобой произошло? — поинтересовался Ирука.       — А что со мной произошло? — тихо и немного удивлённо произнёс я, так как по словам лиса, Наруто в последнее время был тише воды, ниже травы, и даже голос подавал не каждый раз, когда к нему обращались.       — Ты не опоздал! А на прошлой неделе ни разу не появился в академии! — серьёзно и максимально нейтрально произнёс учитель, маскируя раздражение.       — Так это… болел я! — приглушённо ответил я, якобы это неприятные для меня воспоминания.       — Справка от врача есть? — продолжил учитель, всё менее удачно скрывающий раздражение.       — Нет! Я не нашёл в себе силы подняться с постели и всю неделю пролежал с какой-то неведомой мне болячкой. — и не моргнув, солгал я. Хотя, если учитывать, как я выглядел, это нельзя было назвать ложью.       — Как-то ты не выглядишь больным или переболевшим, я бы даже сказал, что ты выглядишь лучше прежнего! — всё не унимался с допросами учитель.       — Видать, иммунитет выработал… — пожал плечами я как можно более невинно, как умеют только дети.       — Ладно. Допустим, ты болел и выздоровел. Но это впервые, когда ты не опоздал! — продолжал Ирука, уже плохо скрывающий раздражение.       — Я просто раньше проснулся, и мне больше не хотелось спать, вот и решил наверстать упущенное! — сделал щенячьи глазки я, давя на жалость.       — Хорошо… Но если снова не придёшь в академию, пусть даже с опозданием — я лично тебя отыщу и накажу! — пригрозил линейкой Умино.       — Только не бейте! — тихонько ответил я, всё ещё играя роль тихого робкого забитого ребёнка и делая максимально жалостливое лицо, на которое способно это тело. Для пущего эффекта я даже наполнил глаза слезами и немного дёрнул руками, якобы пытался закрыть голову.       — Нет, это не педагогично! — растаял под таким напором учитель. — Но поблажек всё равно не жди! — снова пригрозил Ирука, на что я лишь испуганно кивнул, продолжая играть этот спектакль.       Обучение оказалось крайне скучным. За все свои жизни, что я прожил с «рождения» до исполнения своей миссии, я обучался в пяти из шести случаев — миссию часто выполнял до поступления в школу или оставался «безграмотным». При подселении в умирающее тело, обучаться мне приходилось лишь в одном из двадцати случаев, и то не с самого начала. За всё это время это так и осталось самым скучным занятием.       На перемене я не стал покидать класс, как посоветовал Курама, а остался, грустно смотря в окно. Сидеть за последней партой у окна было немного облегчающим обстоятельством этого скучного дела — я мог полностью погрузиться в свои размышления и не быть центром внимания одноклассников, а внимание учителя по большей степени было лишь касательным. Дабы не вызывать подозрений, я просто начал рисовать карандашом в тетради-черновике, как это делал прежний владелец тела. Может я и не великий художник, но получалось у меня даже лучше, чем у прежнего Наруто, так что я старательно пытался повторить его стиль и почерк, что получалось не очень. Сначала я повторял рисунки, нарисованные им самим, это было просто, благодаря моей памяти, что могла бы посоревноваться с супер-компьютером НАСА. Затем я начал рисовать уже новые рисунки, поймав общую тематику всех творений — портреты людей, что так или иначе чем-то нравились Наруто или которых ему пришлось видеть каждый день.       Я узнал всех нарисованных — одноклассники, учитель, третий Хокаге, продавец в закусочной, соседи и даже нянька, что присматривала за ним, пока тому не исполнилось пять лет. Не узнал я только одного портрета — это была красивая девочка, возрастом не старше семи лет, однако этот портрет не был закончен — лица нет, только улыбка.       — «Кто это?» — спросил я лиса.       — «Без понятия… — ответил мне тот. — Честно говоря, я никогда не смотрел на его творчество, и теперь жалею об этом…» — на что-то намекает лис.       — «Ты о чём?» — поинтересовался я у него, пока ещё не прибегнув к своим сенсорным способностям, что могли читать эмоции.       — «…Я давно хотел повидаться с Отцом — соскучился до чёртиков», — немного помявшись, начал Курама. — «Помогать тебе — самый эффективный и надёжный способ это сделать! И я чувствую, что не могу это сделать, так как был эгоистичной мразью, не замечающей окружающего мира…»       — «Ты там головой о клетку случайно не ударился? Откуда такие откровения?» — слегка удивился я, вспоминая рассказы всех-кому-не-лень о лисе в других мирах.       — «Это ты на меня так влияешь!» — наиграно обиделся демон, но что я лишь громко рассмеялся у себя в голове.       Очнулся я как раз вовремя — наверное, это моя больная на всю голову удача постаралась — меня уже окружили одноклассники, явно желающие задать несколько вопросов.       — Я вас внимательно слушаю! — тихонько и грустно подал я голос, смотря на присутствующих грустным задумчивым взглядом. Что ни говори, но актёр из меня прекрасный.       — Мы хотим знать правду! — подал голос Киба.       — Какую ещё правду? — продолжил я строить из себя побитого жизнью несчастного ребёнка.       — Почему ты решил вернуться в академию? — заговорил Неджи. — Я никогда не поверю, что ты пришёл сюда только для того, чтобы наверстать упущенное!       — Но это правда! — всё так же тихонько молвил я, пряча «свои» художества. — Какой мне смысл обманывать?       — Мы тебе запретили показываться в академии и обещали избить за это! Или ты забыл, неудачник? — жёстко сказала Сакура. Это была новая информация, которая даже лиса слегка удивила.       — Забыл! — угрюмо сказал я. — Что поделать, что память у меня короткая? — невинно пожал плечами я, на лице изображая лёгкий страх и вселенскую скорбь.       — Можем напомнить, ничтожество! — заговорил Саске. А я то было надеялся, что ему хотя бы наплевать…       — Не стоит! Я вас понял! Но покидать учёбу я не могу! — поднял я руки вверх а-ля «сдаюсь!» и сделал максимально жалостливый тон.       — Это ещё почему? — настойчиво сказала Тен-Тен. И она туда же…       — В академии выдают немного денег сиротам, без этих денег я просто умру с голода! — максимально честно пояснил я, хотя правды в словах было не больше половины. — Так что, лучше я буду терпеть побои, чем умру голодной смертью! — закончил я логическую цепь.       — Значит нам от тебя не избавиться? — снова заговорил Киба. — Может нам убить тебя, чтобы не мучился?       — Зачем марать руки об меня? Рано или поздно я сам сдохну от очередной болячки! — спокойно-угрюмо-тихонько пояснил я, чем шокировал их. Ещё бы! Не каждый день увидишь ребёнка, что так спокойно говорит о собственной смерти!       — Ну, раз ты так хочешь сдохнуть… — по-своему воспринял мои слова Саске. — Тогда я убью тебя прямо сейчас! — на этих словах он начал заносить кулак.       Моя реакция позволила мне рассмотреть кулак в невероятно замедленном темпе, будто это какой-то фильм и показывают что-то невероятно быстрое так, чтобы зрители тоже могли увидеть. Я не стал заморачиваться, и просто увеличил прочность кожи до состояния стали, при этом не изменив её цвет или состав.       Кулак ударился об щеку, и кость в руке нападающего треснула, красноглазик залился криками боли, его рука через полминуты набухла, а сам он побежал в больницу.       — Ребята! — тихонько сказал я, изображая вселенскую грусть. — Не стоит меня трогать! Вам же лучше будет, если вы оставите меня в покое!       Наверное, кто-то выключил мою харизму и красноречивость, так как сказанное послужило командой «взять!», и все как один набросились на меня, как косяк голодных пираньей на новую жертву. «Стальная кожа» даже не подумала прогнуться — она выдерживала прямое попадание межконтинентальной баллистической ракеты — а все атаковавшие валялись на полу и держались за треснувшие конечности, что те так опрометчиво направили на меня в атаку.       В этот момент в класс вошёл учитель. Картина была маслом: сидит себе грустный паренёк у окна, на нём ни царапины, а рядом с ним валяются все его одноклассники с явно повреждёнными руками-ногами.       — Наруто! Что ты им сделал?! — не стал сдерживать гнев учитель.       — Я? Я их и пальцем не тронул! — грустно, тихо и честно сказал я, и тут не было ни капли лжи.       — Не ври мне! — грозно сказал Ирука.       — Я и не вру! — так же тихонько сказал я.       — Дети, что он сделал? — спросил учитель у раненных.       И тут началось… «Дети» рассказывали такие небылицы, что можно было написать целый роман только из них. И было там: сумасшествие Наруто, якобы он ни с того ни с сего встал и просто сломал им всем ноги-руки; злость по-разным-причинам, например плохие оценки, из-за чего он опять-таки сошёл с ума и всех избил; раздвоение личности, и эта вторая личность держит на всех них зуб; ненастоящий Наруто, а какой-то шпион, что просто решил развлечься избиением детей…       Я не стал что-либо говорить или как-либо вмешиваться, а лицо моё осталось отрешённо-задумчиво-грустным. Курама искренне ржал от их рассказов.       Ирука вздохнул — рассказы детей уж слишком неимоверны и сходятся только в том, что блондин им сломал руки-ноги. Если бы Наруто проявлял какие-либо способности на тренировках — Ирука бы безоговорочно поверил бы, что блондин им всем навредил, насколько неимоверно это не было бы. Но Наруто был чуть ли не самым последним в боевом искусстве, а значит он просто не мог сломать что-либо кому-либо, особенно против целого класса. Да и агрессивностью этот блондин не отличался, даже наоборот — был весьма мирным и дружелюбным, и после тренировочного боя всегда просил прощения за каждый нанесённый удар, независимо от того, кто в итоге победил.       — Так, все кроме Наруто в мед.часть, быстро! — скомандовал Ирука, дети незамедлительно пошли на выход, бросая гневные взгляды на мирно сидящего блондина.       — Сенсей, — начал я тихо и максимально невинно, — но я и правда ничего им не делал!       — Честно говоря, я не могу поверить их рассказам… — после тяжёлого вздоха сказал Ирука, — но и проигнорировать это я тоже не могу! Сломанные конечности — это не шутки! Что тут произошло на самом деле?       — Вы мне всё равно не поверите… — тихо сказал я, отводя взгляд в окно. Кажется, я начинаю привыкать до этой роли.       — Поверю я или нет, но мне нужно знать твою версию произошедшего.       — Все покалеченные дети сами виноваты в произошедшем, — заговорил спокойно сидящий Шикамару, который и не думал сходить со своего места. — Как он всем сломал руки-ноги я не видел, но они первыми напали.       Ирука вздохнул, ведь Шикамару нет смысла врать, да и Ино, и Чоджи, что тоже сидели там, явно могли подтвердить его слова.       — Ладно… Буду считать, что так и было! Но Хокаге мне придётся доложить! — грозно молвил сенсей.       — Да будет так! — обречённо буркнул я.