«Сияние звезды» спасает миры.

      — Пора действовать! — вслух говорю уже я, перестаю заниматься скучной уборкой и улетаю хирайшином прямо из-под носа Какаши, что появился тут три секунды назад, попутно издалека замечаю исказившееся от удивления лицо последнего.       Складываю руки, словно молюсь, концентрирую в себе колоссальный объём звёздной силы для дальнейших действий и собираюсь нападать на концентрацию той же энергии в стране дождей.       — «Обращение с пространством: междумировой призыв», — я призвал свой костюм, похожий на костюм бэтмена, только без головного убора, без маски и без символики и устройств этого же героя. Материал костюма и плаща на ощупь был похож на нечто среднее между кожей и шёлком, но по прочности не уступал алмазу, а по гибкости — резине. Чёрный цвет на солнце поблескивал красными оттенками, вплоть до кровавого. Обувь — «обычные» всепогодные сапоги с выдвижными шипами, хоть шипы и не особо нужны. Я даже изменил ткань на бандане на такой же материал того же цвета. И хоть бандана не входит в мой привычный прикид, но пусть будет.       «Обращение с пространством: Шаг сквозь пустоту».       Я и все мои клоны одновременно исчезли из леса смерти, оказываясь посреди огромного озера, над которым парил человек, являющийся тем самым скоплением звёздной силы. Клоны, кстати, тоже переоделись.       — Кто вы такие? — подал голос удивлённый мужчина, внешне ничем не отличающийся от обычного шиноби, если бы не красная аура от очень большого количества сконцентрированной энергии, что в таком случае видна даже невооружённым взглядом. — И что вы тут делаете? — похоже, он ещё не понял, что тут только я один, а остальные клоны.       — Мы пришли остановить тебя! — говорит кто-то из моих клонов. Всё-таки хорошо иметь общий разум и общее поле зрения, как у шести тел Пейна, только у меня тел четыре тысячи девяносто шесть (или же два в степени двенадцать).       — Остановить? А тебе под силу остановить бога? — где-то я это уже слышал… раз миллион, наверное…       — Ну и сбросить тебя с небес заодно! — добавляет уже другой мой клон.       Далее диалога не последовало. Он начал что-то бубнить себе под нос, а его энергия, которую мне не удалось подчинить своей воле, начала делать всякую ересь.       Сначала вода, на которой мы все стояли, превратилась в кислоту и начала нападать на меня и моих клонов, как гидра. Но мы просто воспарили и накрыли озеро огнём, испарив тем самым всю жидкость. Ничего необычного, просто пятьдесят тысяч градусов драконьего пламени из четырёх тысяч источников.       Затем противник начал метать в меня молнии красного цвета. Зная особенности звёздной силы, они могли уничтожить моё текущее тело за доли секунды, но вот со звёздными клонами этот фокус не прокатит, хотя повреждения будут значительные.       Я просто парировал молнии такими же, а, учитывая численное преимущество и наличие многовекового опыта, мне не составило труда поразить его пару тысяч раз за секунду.       Не ранило, а жаль. Противник создал что-то похожее на Сусаноо, только из звёздной силы, а затем создал несколько своих клонов тоже с Сусаноо. Не скажу, что ситуация переломилась в его пользу, ибо мои клоны применили более продвинутую технику — призыв энергетической оболочки богини милосердия, Каннон её звали. Правда, в действительности она сама не брала участия в бою даже косвенно, а лишь позволила пользоваться её именем и внешностью, и я не упустил такой возможности.       Так-то это было то же самое Сусаноо, только бóльшая концентрация сил и общий разум со мной было явным преимуществом.       Сусаноо из звёздной силы было несравнимо прочнее, чем из чакры. Однако призыв Каннон был несравнимо мощнее даже этого Сусаноо. Противник стал выкачивать мою звёздную силу прямо из клонов и из оболочек, и скорость выкачивания наводила на мысли, что именно этот человек выкачал всю энергию из галактики. Бой был равным.       Не было времени строить домыслы, и я решил пойти на рискованный шаг.       «Раз пошла такая пьянка, Режим вершителя!»       Все мои клоны применили нечто похожее на режим отшельника, только не было аналога природной чакры, а сама звёздная сила переходила в агрессивный режим, что увеличивало её эффективность в сотни раз, но создавало непомерную даже для моих клонов нагрузку. Мне пришлось сильно постараться, чтобы удержать всех клонов стабильными, а уж как они будут действовать — я решил это оставить на мой второй поток сознания. Это тело точно не выдержит и тысячной процента от этой нагрузки, хотя даже в таком случае у меня есть пара вариантов решения этого недоразумения.       Противнику было трудно, будто он сразился с богом на порядок выше него самого.       По сути это так и было, если бы я осмелился себя считать богом, но я был принципиальным, и богом себя даже в самых бурных фантазиях не называл, максимум в редких кошмарах.       Долго ли коротко, но бой слегка затянулся. Я сконцентрировал всё внимание на удержании клонам стабильность, в то время как они сами, используя мой второй поток сознания, сражались с противником, явно поддаваясь.       «Что-то мне надоело…» — подумалось мне в обоих потоках сознания. Противник уже начал повторяться по пятому кругу, в то время как я до сих пор сражался только в тайдзюцу, усиливая удары агрессивной звёздной силой. Навыки Гая, непомерный опыт и численное преимущество должны были закончить этот бой за пару минут, но шёл уже третий час, и я уже успел запомнить все его навыки, что он показывал.       «Ладно, нет времени на игры! Пора доставать козыри — техники обращения!»       Если бы противник не высасывал мои силы во время боя, я бы и правда закончил в первые пять минут.       «Обращение с энергией: отдача» — противник не ожидал от меня удара в его козырное место — колоссальную скорость поглощения энергии. Его тело буквально разорвало изнутри на мелкие кусочки. Фантастический запас энергии, что был в нём, начал разлетаться во все стороны, не задевая собой ни одну форму жизни.       Всё так бы и закончилось, но только что разлетавшаяся энергия начала вновь собираться, правда уже в ином месте. Через пару секунд его тело воссоздалось.       «Если я прав, он либо пробудил моё додзюцу, которому я ещё не придумал название, либо он каким-то образом привязал звёздную силу к своей душе, как это сделал я в своей первой жизни. Первый вариант отметается, ибо я не вижу в его глазах ничего, что отличало бы его от обычного человека. Остаётся второй вариант.»       — Я не знаю, как ты меня уничтожил в мгновении ока, но больше этот фокус на мне не сработает! — сказал мой противник и начал подготавливать энергию для чего-то мощного.       «Обращение с материей — молекулярный распад» — мне стало интересно его бессмертие, ибо оно чем-то похоже на моё, и я в экспериментальных целях разбил его тело на атомы, как это делал Ооноки своим Кеккей Мора, только у меня нет ни зрительных, ни слуховых эффектов, и действие происходит мгновенно и только там, где мне надо.       — Что за фокусы ты применяешь? — выпалил озадаченный противник, вновь собравшийся из атомов.       «Обращение с материей: диффузия» — я просто размешал все его внутренности, словно миксером. Он минуты три кашлял кровью, но потом прекратил и как ничего не было повторил попытку собрать энергию для атаки.       «Обращение с пространством: брешь» — я расколол пространство с противником в нём, отделив голову оного от его же тела. Не помогло, голова вернулась.       «Обращение с пространством: червоточина» — мне было любопытно и слегка скучно одновременно, поэтому я создал подобие чёрной дыры. И хоть его сжало в точку, но он выжил, поэтому я поддерживал технику.       «Обращение с энергией: заземление» — по сути я отрубил у него возможность поглощать звёздную силу, ибо теперь она не могла преодолеть невидимый барьер. Сама же червоточина по моей воле стала на огромной скорости изымать энергию из пленника, и весьма удачно.       «Можно теперь и проблемами заняться… Режим вершителя, обращение с пространством: редактор орбит», — мои клоны начали передвигать астероиды и луну на прежние орбиты, это заняло минут десять.       Также, в режиме вершителя, клоны вытянули из луны избыток энергии, отчего та не только прекратила рост, но и стала прежних размеров, ибо материи туда не завозили. «Славненько!» — пронеслось у меня в голове.       Изъятую у противника энергию я раскидал по всей галактике, что стабилизировало планеты и звёзды, хоть и не заполнили их до прежнего объёма.       Кажется, всё. Но что делать с пленником? Убить его не получается. А раз он привязал звёздную силу к душе, то и уничтожить его изъятием энергии также не выйдет…       Мои мысли прервал сам противник, что преодолел мою технику и выбрался наружу, при этом без единого ранения. Как он это сделал? А, понял! Он пробудил моё додзюцу!       — Вижу, ты не лыком шит! Но я всё равно уничтожу тебя и весь этот мир! — зло проговорил тот, концентрируясь для сбора энергии.       — Отдача. — негромко сказал я вслух, не имея желания сражаться. Быстро же он распался и собрался…       — Вообще-то, это больно! — крикнул он на меня.       — Знаю! Именно поэтому я буду продолжать это делать, пока не перестанешь угрожать всему миру! — сказал я тоном, не терпящим сопротивления. Мои клоны уселись неподалёку, не проявляя интерес к происходящему.       — Сразись со мной, как мужик! Или слабо?       — Ох! Если бы ты знал, как много веков назад я перестал вестись на слабо… Отдача! — снова я пересёк попытку поглотить энергию.       — Что ты несёшь? Тебе максимум лет тринадцать! — возмутился противник.       — Этому телу и правда тринадцать, но моей личности уже двадцать тысячелетий.       — Хороший бред! — начал смеяться тот.       Он стал поглощать энергию иным способом — через подпространство. Вот уж тут становится немного страшно, ибо отдача не сработает.       — Если ты и правда хочешь это сделать, то тебе придётся победить меня! — сказал я, ехидно улыбаясь.       Мои клоны поднялись, повторили мою улыбку, и я вместе с клонами покрылись настолько насыщенной аурой красного цвета, что у противника аж челюсть отвисла, ненадолго правда.       Первый удар. Противник отлетел на двадцать километров, и это я ещё бил без режима вершителя.       «Обращение с энергией: кинетический резонанс»       Мой клон, находясь в режиме вершителя, припечатал противника к земле. Со стороны это выглядело обычным ударом ноги с разворота, однако в удар были вложены прорва силы и серьёзная техника, что удваивает весь входящий урон при каждом получении оного. Удар о землю послужил дополнительным катализатором, ибо вместо создания кратера кинетическая энергия наносила дополнительные повреждения телу.       «Баншо теннин» (притяжение Пейна)       Мой клон превратил руку в дрель, и протаранил врага на десятикратной скорости звука. Дрель нанесла периодические повреждения и осталась в теле цели, увеличивая множитель получаемого урона в геометрической прогрессии.       «Стихия грозы: лазерное шоу»       Тысяча клонов с разных сторон стали обстреливать лазерными лучами, отчего множитель вырос до небес.       «Из серии серьёзных: очень серьёзный щелбан» — стал на миг Сайтамой мой клон, от его щелбана противник начал крутится в воздухе, как пропеллер.       «Стихия огня: пламя звезды» — противник загорелся синим пламенем, а его вращение только раздувало огонь.       Затем я просто начал забрасывать его сенбонами, клоны помогли. Даже с текущим множителем комариный укус показался бы падением Луны. Во всяком случае для цели, и множитель рос в геометрической прогрессии при каждом уколе сенбона и каждой искре очень горячего огня. То есть, он каждую секунду погружался в ад боли, и глубина ада росла и росла.       Тем временем, оказалось, что Анаит — прекрасный сенсор, она, не выходя за пределы Конохи, смогла указать точное направление ко мне и точное расстояние до меня.       Пока я развлекался и спасал мир одновременно, отряд АНБУ с Анаит в команде и с Какаши во главе пришёл на поле боя. Увиденное отправило челюсти всех в далёкое путешествие. Я как раз начал использовать на противнике кинетический резонанс.       Противник не кричал, хоть ему было неописуемо больно. Он был в сознании. Он познал такую неимоверную боль, что начал переосмысливать произошедшее, в том числе и себя. Поначалу, конечно, он только ещё глубже погружался во тьму, но в итоге попал под воздействие моей особой способности, о которой я не рассказал даже Кураме.

***

От третьего лица

      Что это была за способность? Даже Сейко толком не понимал, что это.       Иногда эта способность меняла всех, с кем контактировал наш герой. Иногда меняла как-то выборочно. Иногда менялся и сам Сейко.       Трудно объяснить простыми словами. Были ситуации, когда под влиянием этой способности, Сейко становился на защиту того, кого небезосновательно называли убийцей цивилизаций или уничтожителем миров. Или когда злой с рождения человек переходил на сторону добра, пусть и не во всех случаях навсегда. Было так, что в последователи навязывались те, от кого такое будешь ожидать в последнюю очередь…       Много было разных случаев влияния этой способности, и все их было очень трудно связать меж собой. Но как ни старался наш герой понять, как это вообще работает, самым удачным описанием вышло лишь одно слово — понимание. Одно слово. Девять букв. Но смысла слишком много, чтобы уложиться в тысячу слов…

***

      Когда я понял, что моя цель более не представляет угрозы миру, я перестал её атаковать. Я отменил действие резонанса и осмотрел его состояние, я же не монстр всё-таки — даже лёгкое дуновение ветра приносило бы адскую боль.       — Что ощущаешь? — спокойным и тихим тоном поинтересовался я, когда подошёл вплотную и сел рядом с ним на землю, облокотившись спиной об дерево.       — Смирение. — без доли лжи ответил собеседник, говоря так же тихо и лежа на земле, рассматривая безоблачное небо.       — Как тебе твои новые глаза? — спросил я, про себя отмечая действие непонятной для себя своей же способности.       — Неописуемая красота! — честно признался он, даже не пытаясь пошевелиться.       — Согласен! — подтвердил я, смотря похожими глазами на вселенную. Эти глаза видят звездную силу, как гибрид огня и воды, только одного цвета. Она переливается, перемещается, закручивается, выстраивает причудливые узоры… Завораживающее зрелище, на которое можно смотреть вечно.       — И я хотел уничтожить источники этой красоты, хоть и неосознанно...       — Не бери в голову! Ты же не мог знать, что от истощения все небесные тела взрываются. — скорее утвердил, чем спросил я. — Всё же эти глаза открывают истину о происхождении энергии и некоторые нюансы, связанные с нею, пусть и не сразу.       — И как же эти глаза называются? — спросил меня собеседник, обратив на меня свой взгляд.       — Я так и не смог придумать им название! — честно отозвался я, про себя отмечая полное отсутствие разницы между нашими глазами, за исключением цвета радужки родного глаза.       — Почему бы не назвать в честь рисунка этих глаз? Хошинган как по мне хорошее название. — усмехнулся бывший враг.       — Думаешь? Я его отбросил, тысячи четыре лет назад… — задумался я.       — А кому какая разница? Думаю, ты не так уж и часто встречаешь кого-то с такими же глазами. — кажется, он даже верит, что мне и правда так много лет.       — Если честно, ты первый! — немного подумав, сказал я правду.       — Но не последний! В этом мире есть существо с такими же глазами, как у нас двоих, и у него этих глаз как-то побольше будет…       — Я не ощущаю других скоплений звёздной силы! — я немного напрягся. — Кроме своих же клонов, само собой.       — Шикарное название для этой энергии! Сам придумал?       — Нет, не сам. Люди дали ей название, и мне оно пришлось по душе.       — В стране дождя, где ты впервые меня ощутил, есть древнее могучее существо, владеющее той же энергией. Я собирал силы всей галактики в луне, чтобы в один момент уничтожить его, ибо оно сущее зло. Я запрограммировал луну на самоуничтожение после столкновения, то есть, это была бомба, астероиды должны были пробить до него дыру для большего эффекта, а потом добить или выкинуть в случае чего. Я думал, что смогу переждать на другой планете, а потом собрать остатки энергии и воссоздать планету уже без этого существа. Если бы я знал, что истощение планет и звёзд влечёт за собой их самоуничтожение, я бы искал иной способ его уничтожить…       — Я займусь этим. Как-никак, у меня в этом опыта больше! — я ощущал в нём нечто знакомое, если не учитывать общие глаза и энергии.       — Как хоть тебя зовут?       — Для местных я до сих пор был Узумаки Наруто. Сейчас я могу представиться как Сейко!       — Хех! Значит, мы тёски, Сейко! — и тут меня осенило. Неужели всевышний создал второго меня? Или он вышел сам по себе? Ранее я не встречал тёсок, значит, вариант с тем, что это прошлый я, отпадает. А для будущего меня он слишком неопытен. — Ты только не думай, что мы одно целое! Хотя я даже был бы не против, будь это так! — будто прочёл мои мысли собеседник.       — Я, наверное, так и не научился скрывать свои эмоции в чужом теле, раз у меня всё на лице написано… — предположил я, так как в родном теле я делаю это подсознательно, по крайней мере при жизни.       — Куда я попаду после смерти? — как-то спокойно спросил меня он.       — Это уж как всевышний распорядится… — честно ответил я.       На этих словах он начал исчезать, словно разделяясь на частицы от молекулярного разрыва, только очень медленно.       — Надеюсь, увидимся! — сказал он.       — Я тоже! — честно сказал я, в надежде получить брата (или сестру) в качестве постоянного помощника (помощницы).

Продолжение следует…