Пепел бабочки

      Просторная хорошо обставленная комната была усыпана светлыми лучами солнца, изредка ослеплявшими её хозяина.       Молодой парень стоял около окна и всматривался в слегка покачивающиеся ветви деревьев: лёгкий ветерок по-прежнему продолжал уносить за собой прекрасные лепестки сливы и вишни, закручивая их в незамысловатом танце. Всё это заставляло почувствовать некое умиротворение, но во взгляде юноши всё так же было беспокойство. Было что-то, что действительно заставило его сильно расстроиться.       - Джунсу,- тихий голос где-то позади заставил его отвлечься от рассматривания сада, но не обернуться.       Да ему и не нужно было. Он хорошо знал этот голос ещё с детских времён, когда в их жизнях царил мир и покой, когда их улыбки были действительно искренними. Потому парень лишь опустил вдумчивый взгляд вниз, ожидая следующих слов брата.       - Ты выглядишь очень расстроенным,- Джеджун говорил тихо и неспешно,- это тебе не к лицу.       Сказанное было столь невинным и бессмысленным, что это лишь ещё больше раздражало Джунсу. Он на мгновение прикрыл глаза, попутно сжимая правую руку в кулак:       - Ты ведь знаешь о решении моего отца?       Хоть вопрос и был озвучен, но ответом для него последовала окружившая всё вокруг тишина. Она наступила столь резко, что казалась совсем неестественной и даже слегка пугающей.       - Почему ты не хочешь принять это?- наконец заговорил Джеджун. Он оставался таким же спокойным и непоколебимым как всегда.- Твой отец собирается представить тебя как своего приёмника, как наследника всех его дел; ты переступишь порог дворца и даже удосужишься чести предстать перед королевской семьёй. Ты сможешь стать…       - Если бы всё это действительно хоть что-то значило для меня, я бы никогда не посмел перечить своему отцу,- честно признался младший, не желая больше выслушивать речи родственника.- Я никогда не хотел идти по стопам отца; никогда не хотел быть хоть чем-то связанным с королевским двором,- наконец обернувшись, Джунсу продолжил.- Посмотри хотя бы на то, что это всё сделало с твоей семьёй.       Эти слова заставили всегда такого спокойного Джеджуна растеряться. Его губы чуть приоткрылись в желании что-то сказать, но вместо этого он просто отвернулся, отводя глаза в сторону небольшого рабочего стола в дальнем углу комнаты. Сбоку, почти на самом краю, стояла небольшая искусно сделанная шкатулка, что практически сразу бросилась в глаза.       Хватило лишь одного взгляда, чтобы понять, что эта шкатулка была сделана из одного из самых дорогостоящих деревьев во всём королевстве, а узоры и картинки, вырезанные на ней, были сделаны руками настоящего мастера своего дела. Всё это указывало на её баснословную значимость и цену.       Ким плотно сжал губы всё так же неотрывно смотря на дорогую вещь, а в сердцах ненавидя себя за то, что всё ещё ничего не сделал, чтобы отомстить за позор и смерть собственной семьи. Сомнений не было, эту шкатулку подарил его брату сам король.       - Впредь,- внезапно заговорил Джеджун,- я не оставлю тебя и буду следовать за каждым твоим шагом.       Сказанное старшим заставило Джунсу удивиться и с явным непониманием посмотреть на парня, поведение которого так резко поменялось.       - О чём ты говоришь?- недоумевал он, но его вопрос так и остался без ответа.       «Прости, Джунсу, но я обязан сделать это,- стараясь дышать как можно глубже, думал Ким.- Прости, что собираюсь отнять у тебя самое дорогое» ***       Яркие солнечные лучи пробивались сквозь многочисленные кроны лесных деревьев, падая и освещая собой многочисленные тропы и дорожки. Какие-то из них были уже давно позабыты и поросли травой, а по каким-то всё ещё ступала нога человека.       Именно по одной из таких тропинок и шёл Джеджун. После встречи с братом его настроение значительно ухудшилось, но он никогда не позволял своим эмоциям взять над собой верх. Это было одно из важнейших правил для него: чтобы добиться желаемого и наконец отомстить за всю ту боль, его разум должен быть не замутнён, а действия хорошо обдуманными. И так было всегда.       Внезапно Ким остановился. До этого развивавшийся при ходьбе ханбок так же замер, продолжая всё так же элегантно подчёркивать своим нежным персиковым цветом белоснежную кожу своего хозяина.       Прикрыв глаза и чуть приоткрыв губы, Джеджун с умиротворением подставился под лёгкий тёплый ветерок, что так приятно прикасался к его коже. Казалось, на мгновение его покинули все проблемы и мысли, беспокоящие его изо дня в день. Выражение на его лице было таким спокойным и расслабленным, что, казалось, его жизнь была столь же гладкой, словно море во время штиля. Но это не так, и никогда так больше не будет. Это была лишь мимолётная слабость, которую он позволял себе лишь находясь в одиночестве с самим собой.       Сделав один большой вдох и тут же выпустив воздух из лёгких, Джеджун вновь открыл глаза:       - Я знаю, что ты здесь,- его голос казался таким безразличным.- Выходи, Шим Чанмин.       - Как я и думал,- чуть улыбнулся, вышедший из своего укрытия, парень,- ни что не может скрыться от внимательных глаз нашего Главы.       Джеджун тут же обернулся назад и встретился взглядом с вышедшим из-за деревьев Шимом. Тот был всё так же одет в свой излюбленный тёмно-синий ханбок, а его волосы были аккуратно собраны.       - В лагере возникли какие-то проблемы?- всё тем же тоном спросил Ким.- Кто-то нарушил правила?       - Нет, вовсе нет,- спокойно ответил Чанмин, продолжая с некой нежностью во взгляде разглядывать такое уже давно знакомое лицо.- Просто пришёл узнать как ты.       Сколько лет прошло с их первой встречи? Джеджун и сам не знал сколько времени этот мальчишка находится рядом с ним. Казалось, он просто всегда был рядом, никогда не забывая напоминать о своём существовании. Мин был одним из тех немногих, кому он мог действительно доверять. А спустя время их отношения и вовсе переросли в нечто большее. Но, если чувства Чанмина были искренни, то сердце Кима оставалось всё таким же холодным и неприступным.       Да, Дже прекрасно знал о чувствах младшего, потому и чувствовал злость и разочарование. Каждый раз, когда он оказывался в его объятиях или же их губы соприкасались друг с другом, эти чувства почти что отравляли его изнутри.       - Тебе не нужно было приходить,- безразлично проговорил Ким, мысленно проклиная себя за это.- Я ведь сказал, что тебе следует связываться со мной лишь в крайних случаях.       - Я знал, что ты так скажешь, потому пришёл не просто так,- огонёк в глазах Шима стал чуть тусклее, но не исчез.- Это по поводу тех документов, что мы забрали из архива.       Теперь взгляд Джеджуна стал более острым и сосредоточенным, он с интересом посмотрел на парня перед собой.       - Мы внимательно изучили всё, что было написано в них, но так ничего и не нашли,- серьёзно проговорил Чанмин.- Но, мне кажется, что должно быть что-то ещё.       - Что-то ещё,- повторил за младшим Ким, переводя свой взгляд в сторону.- Что-то, что должно было доказать его вину.       - Что?- тихий голос старшего заставил Шима заинтересоваться.- О чём ты?       Но Джеджун и не собирался отвечать на вопрос, и лишь продолжал смотреть куда-то вдаль, словно сквозь многочисленные стволы высоких и массивных деревьев.       - Эй,- внезапно Ким почувствовал, как его талию обвили чьи-то тёплые руки,- почему ты всегда такой? Почему всегда всё держишь в себе?       - Потому что это не то, что должно заботить других людей,- всё же ответил тот, не спеша отталкивать от себя парня.- Человек должен быть сильным, иначе другие просто затопчут его.       Губы Чанмина вновь изогнулись в улыбке, прежде чем Джеджун обернулся к нему, тем самым разрывая замок рук.       Теперь они стояли очень близко и внимательно всматривались в глаза друг друга. Но взгляды их очень отличались: если у Чанмина плескалась радость от близости и чувств, то Джеджун оставался всё таким же далёким.       Звуки леса окутывали их со всех сторон, а лёгкий ветер продолжал щекотать кожу.       Внезапно, рука Шима легла на гладкую щеку старшего, а голова чуть наклонилась вперёд в предшествии будущего поцелуя, но в самый последний момент Ким отвернулся, тем самым предотвращая его.       - Сейчас не подходящее время,- выражение его лица было таким же отчуждённым, как и прежде.- Думаю, тебе стоит вернуться в лагерь.       После этого Ким окончательно высвободился из объятий и, даже не посмотрев на младшего, сделал несколько шагов в противоположную от него сторону, как вдруг…       - Почему продолжаешь отвергать меня?- вопрос был озвучен настолько серьёзным тоном, что это заставило Джеджуна остановиться.- Даже если ты позволяешь прикасаться к тебе, твоё отношение остаётся таким же холодным.       В такие моменты Дже чувствовал себя ещё большим эгоистом, обманывавшим по-своему родного для него человека. Да, он действительно заботился об этом мальчишке, но также он понимал, что никогда не сможет дать тому то, чего он так желает.       - Я ведь уже говорил тебе,- даже не обернувшись начал парень,- я никогда не смогу принять твоих чувств. Сколько бы времени не прошло, я всё равно не смогу этого сделать.       - Но почему?- Чанмин в растерянности сделал небольшой выпад вперёд.- Что во мне не так?       Вот такие разговоры Джеджун ненавидел больше всего, ведь в такие моменты в словах младшего начинали проскальзывать нотки отчаяния. Он уже давно проклял тот день, когда впервые позволил Шиму лечь в его постель и прикоснуться к нему. С тех пор ситуация лишь усугубилась, а решение так и не приходило. Но и игнорировать позывы младшего Ким не мог, потому в их отношениях по-прежнему оставалась та неопределённость, что одновременно отталкивала и притягивала Чанмина к Главе мятежников.       - Это совершенно не то, о чём ты сейчас должен беспокоиться,- тон Джеджуна стал в разы жёстче.- Или же тебе нечем заняться, кроме как думать об этом? Может мне следует найти для тебя более интересное занятие?       Обе руки Шима сжались в кулаки, а взгляд стал острее, но он больше ничего не сказал.       Джеджуна порадовала столь внезапно наступившая тишина. Он опять прикрыл глаза, но на этот раз совсем ненадолго, практически сразу их и распахнув. За это время Чанмин уже должен был скрыться, направившись обратно в лагерь.       Ким ещё какое-то время простоял на месте, но вскоре продолжил свой путь, зная, что его следующая встреча, возможно, изменит всю его жизнь.