"Как скажете, синьора "

От третьего лица. Аро достаточно долго смотрит на склонившуюся перед ним супругу, а та замирает, покорно ожидая его приговора, боясь прогневить его вновь неосторожным словом или жестом. - Хорошо. ..раз ты так просишь...то я оставлю ей жизнь. Но наказание она понесет. И советую тебе не вмешиваться, иначе я спрошу по всей строгости с вас обеих. Аро почти ласково проводит по щеке жены тыльной стороной ладони. - Я тебя помиловал, дорогая, но прощение тебе еще придется заслужить. Сульпиция невольно вздрагивает и покорно кивает. Прекрасно понимая, что отныне ступает по тонкому льду. Мари. Вот и настал мой час. Быстрые шаги по камням коридора. Дверь распахивается и я вижу Джейн. Некоторое время она презрительно смотрит на меня, потом цедит сквозь зубы. - Благодари небеса, тебе оставили твою жалкую жизнь. И, прежде чем я успеваю обрадоваться, добавляет. - Но не думай, что легко отделаешься. Отныне эта камера единственное, что ты увидишь. И разумеется пищи ты не получишь. Ну, а чтобы ты лучше осознала свою вину. .. На губах Джейн появляется почти радостная улыбка. - Боль. От третьего лица. Только по прошествии нескольких десятков лет Сульпиция осторожно пытается выведать участь Мари. Полунамеками Корин подсказывает ей, что справляться нужно у Джейн. Преодолев гордость, Сульпиция все же спрашивает о судьбе своей служанки. Джейн смотрит на нее так, будто она спросила что-то очевидное. - Она в темнице, госпожа. И без крови. И как напоминание о своем проступке раз в неделю она должна быть наказана. - Наказана? - нервно сглатывает Сульпиция. - Да. Моим даром. - невинно глядит на королеву Вольтерры Джейн. - Всего один час. Это ведь милосердно, госпожа. Не так ли? - Да. ..это милосердно. - заставляет себя произнести Сульпиция. - Ты можешь идти. Мари. Я потеряла бы счет дням и годам в этом подземелье, если бы не знала, что каждую неделю меня ждет дар Джейн. Помимо страданий от невыносимой жажды, помимо нарастающей с каждым днем слабости еще и это. Каждую пятницу ровно в полдень Джейн входит в мою камеру. - Понравилось кувыркаться с синьорой? - один и тот же вопрос из года в год, из недели в неделю. А потом боль, которая с каждым разом становится все злее. Хотя это и кажется невозможным. Я знаю, что Джейн мстит мне и за то, что в свое время я стала невольной свидетельницей ее унижения. И что она с радостью карает меня, исполняя волю своего обожаемого повелителя. Очередная волна боли. Потом все стихает. Резкий рывок за волосы. Джейн заставляет меня смотреть ей в лицо. - Ничего не хочешь сказать? - Я виновна и несу заслуженное наказание. - шепчу я. - И я благодарю владыку за его милосердие. - Как тебе все -таки хочется жить. - презрительно бросает Джейн. Она отпускает меня и я бессильно падаю на пол. Откуда во мне эта уверенность, что я должна терпеть? Просто воля к жизни или все же надежда, что синьора не забыла обо мне? Мне кажется, что я слышу ее шепот. - Потерпи, пожалуйста, потерпи еще немного, Мари. Сульпиция. Со стороны всем кажется, что между нами с Аро вновь мир. Но несмотря на его ласки и мягкий тон я знаю, что мне еще не удалось заслужить его прощение. В один из дней я провожу время рядом с ним в библиотеке. Он невозмутимо рассказывает мне о какой-то литературной новинке, когда сообщают о приходе Джейн. - Ах, да, еженедельный доклад. - рассеянно произносит Аро. - Пусть войдет. Джейн спокойно кланяется нам обоим и вопросительно смотрит на Аро. - Ну, и как она? - небрежно осведомляется Аро. - Все так же. Раскаивается и благодарит за милость. - Стойкая. И умная. - задумчиво произносит Аро. - Что же, она заслужила передышку. На неделю. Джейн довольно усмехается и уходит, не забыв вновь нам поклониться. Но в ее взгляде, брошенном на меня, почти неприкрытая насмешка. Я понимаю, что у Мари нет шанса на прощение. Вечная боль или смерть как избавление. Но все же я должна попытаться. Вдох -выдох. И вновь я у ног Аро, прежде чем он успевает что-либо сказать. - Это ведь я виновна. Умоляю, сжалься. . - Разумеется, я знаю кто виновен. - мило улыбается Аро. - Это ведь и твое наказание, дорогая. Оставим эту тему, мы ведь так мило сегодня с тобой беседовали. Но я не собираюсь сдаваться. Как и почти сотню лет назад я вновь припадаю к его коленям. - Накажи меня. Как пожелаешь. Отправь в темницу, накажи даром Джейн. Я все вытерплю. Но помилуй Мари. - Она тебе так дорога? - холодно спрашивает Аро. - Дорога. - шепчу я. - Я ведь сама ее обратила. Ты ведь знаешь, что это означает. Разве тебе не дороги Алек и Джейн, Челси, даже Феликс? Они твои творения, Аро. .твои дети. . - Дорогая, ты кое -что позабыла. - насмешливая улыбка. - Я ведь и тебя обратил. Замирая от надежды, я смотрю на моего повелителя. Он ласково поднимает меня на ноги. - Раз ты просишь, я ее прощу. Мари. В неурочный час дверь темницы распахивается. Джейн злобно глядит на меня. - Вставай. Велено покормить тебя и привести в порядок. Я едва смогла подняться. Но когда мне позволили покормиться я почувствовала как с каждым глотком теплой крови жертвы ко мне возвращается жизнь. Жизнь. .оставят мне ее или решат казнить? Моя одежда давно истлела, волосы сбились в колтун. Повинуясь какому -то порыву я свернула их в жгут и резко дернула. Теперь остались лишь короткие пряди едва достающие до плеч. - Мне можно помыться? - шепнула я, ожидая отказа. - Иди. - кивнула Джейн. - Вот новая одежда. Оденешь потом. В простом сером платье, вымытая и с непривычно короткими волосами я иду вслед за Джейн. Знакомая дверь. Знакомая комната. Радостная улыбка синьоры. - Мари. - Она радостно протягивает мне руки. И оказавшись в ее объятиях я слышу ее тихий шепот. - Наконец-то ты прощена, девочка моя. Мы обе прощены.