Ненавижу я тебя!

— Держи, переодень свою кофту, — Сергей подал Лике чёрную футболку, в которой она же спала. Анжела молча кивнула и взяла вещь. Лазарев покинул комнату, чтобы девушка переоделась, а вернулся уже с ватными дисками и перекисью. — Давай мне своё красивое лицо, вытирать кровь будем, — Сергей уселся на кровать рядом с Анжелой и смочил диск в жидкости — Чем он тебя так? — Несостоявшийся поцелуй, — Лазарев вновь заметно помрачнел в лице, будто ему рассказывают про смерть… Он на мгновение пожалел, что не выкинул этого придурка из окна. — Идиот, блять! — Анжела внимательно посмотрела на Лазарева, заметив в его глазах сильное беспокойство и некую ненависть к Афонину. Она задумалась, неужели ему так не всё равно… Не всё равно, как у неё дела, не всё равно, где она и с кем, не всё равно, что кто-либо пытался подчинить её себе… Как будто ему близка любая её печаль, все эмоции и проблемы — Анжел, повернись немного и терпи, — Лика слегка отвернула голову в сторону, Сергей, положив одну руку на шею девушки, дотронулся ватным диском до уголка губ. Лика посмотрела на его руку, что так нежно и аккуратно придерживала её за шею. Она была поражена его мягкости и осторожности, но примерно часа два назад этими же руками он избил Афонина. После попадания перекиси в свежую рану, Лика сморщилась от жгучей и не приятной боли. — Лик, будь хорошей девочкой, не плачь, — Анжела перевела взгляд на его серьёзное лицо, Лазарев сразу же хитро улыбнулся…

Пять с половиной лет назад…

— Лик, стой! — Лазарев бежал по морскому берегу за Ликой, которая мчалась у подножия волн, перепрыгивая через них. Волосы закрывали лицо, она то и дело закидывала их назад, держа в руках чёрный телефон. Это был телефон Лазарева, за которым и бежал Сергей. Лика повернулась спиной вперед и фотографировала Сергея на ходу, не переставая смеяться — Ах, вот значит как? Когда я буду тебя топить, не ной! — мужчина ускорил свой темп и практически догнал девушку, которая уже изливалась в крике. Оказавшись на расстоянии считанных сантиметров, Сергей схватил Анжелу за талию и прижал к себе спиной. Она пыталась освободиться и крепко сжала в руке мобильный. Мгновенно Лика прекратила пинаться и сопротивляться, поранив ногу о ракушку. Она простонала и оттолкнула от себя приставучего Лазарева — Ты чего? — Из-за тебя! — девушка подняла ногу и заметила на ступне глубокую рану, заливающуюся кровью. Удивившись, Сергей поднял Лику на руки и, не забыв поцеловать, пошёл к отелю. Анжела буквально плакала, когда Сергей обрабатывал её ногу медицинскими растворами, постоянно отдергивала ногу и просила прекратить. — Да мне больно! Всё, я не могу больше! — Лик, будь хорошей девочкой, не плачь…

⚫️⚫️⚫️

— У тебя остался тот шрам? — вопрос Сергея вывел Лику из воспоминаний. Девушка вопросительно посмотрела на него, оказывается, ни она одна вспомнила тот день с одной фразы… — Да, — Анжела подняла ногу и повернула стопу. Практически по всей длине ступни протягивалась тонкая бледная полоса. Полоса, которая способна напомнить о забытых днях. Или не забытых? А ещё у неё на руке есть небольшой шрамик от зубов Лазарева, он тоже напоминает о многом… Но Лика научилась не смотреть на то, что оставалось после тех отношений, первых и самых искренних. После них не было и уже, видимо, не будет таких настоящих и самых нужных, вся способность любить осталась там… Осталась не в прошлом, а в союзе двух людей – Анжелы и Сергея. Лазарев чувствовал, что не разлюбил, все желания, мечты, любовь и ощущения до сих пор с ним, до сих пор он готов быть с ней вечно… Не смотря на всё, что должно было отвлечь, он не перестал любить её. Да, он смог наплевать на пылающую любовь, забыл о ней, но ведь нужно прислушаться к самому себе - всё сразу же станет понятно. Сергей не разлюбил, он просто забыл, смирился… Почему она не видит? Почему она игнорирует и не понимает? Рита заметила, увидела даже во взгляде, а Анжела не ощутила в "дружеском" поцелуе. А если ему кажется, что она ничего не понимает? Вдруг она скрывает всё внутри, ожидая его действий? Ведь не её удел в любви признаваться… По крайней мере, Анжела всегда верила в существование нормальных мужчин, которые ставят перед собой цели и добиваются их, чего бы им это не стоило, которые способны настаивать на своём и всегда получать то, что желали. И Лазарев это понимал, знал, потому что благодаря прихотям ещё когда-то малолетней Лики, он попытался воспитать в себе мужчину. За период отношений с ней он многому научился, привык считаться сильнее и властнее, воспитал в себе много качеств, которые очень пригодились ему и сейчас. Он сделал из себя её идеала, но потом ушёл…Кажется, до сих пор во всех остальных она ищет Его, однако не замечает, что рядом тот самый стереотип, образец остальных. Лика не заметила, как Сергей закончил с её губой. Он намочил ещё один диск и приложил к своему лицу. — Извини меня, — Анжела посмотрела Сергею в глаза виноватым и грустным взглядом. — За что? — мужчина пошевелил губами и сдвинул брови от неприятной боли, вновь приложив вату. — За то, что теперь будешь ходить с синей щекой. — А, завтра пройдёт всё, ничего страшного… Тебе не за что извиняться, Анжел. Наверное, я должен извиниться, что не приехал раньше. — Почему ты так волнуешься? — да, она задала этот вопрос! Сказала, словно ударила Лазарева… Он резко поднял голову и вцепился взглядом в девушку, будто хотел разглядеть до мелочей, ну или убить… — Ну, — он усмехнулся и сел поудобнее — потому, что однажды пообещал тебе, что всегда буду рядом и буду помогать в любой ситуации, даже если ты далеко. — Тогда почему… — Потому что был идиотом. Возможно, им и остался, но я раскаиваюсь, — мужчина нервно выдохнул и, встав с кровати, направился к двери — Прости меня, Лика, — он вышел в коридор, Анжела вскочила с кровати. — Извини, я, — прямо перед ней Сергей закрыл дверь — ни то имела ввиду… — прошептала она и посмотрела в пол. «Вот чёрт! Что я вообще говорю?!» - Анжела провела рукой по волосам и села обратно на кровать. Девушка не понимала себя… Не понимала, зачем вообще говорит всякую чушь тогда, когда он помогает ей, старается угодить, а она напрямик напоминает ему, что когда-то он плохо поступил с ней и теперь заботится… Может, с теми, кто не обдумывают свои поступки и делают людям больно, так и должны поступать, давя на грехи в прошлом? Хотя, он – некое исключение, он не достоин, чтобы с ним так обращались. Сама Анжела сделала из него исключение, не замечая того. Она взяла из сумки телефон и легла, надеясь отвлечься от своих же мыслей. Первым, что появилось перед её лицом – фото Лазарева в Instagram. Сделав выводы, что он слишком идеальный на внешность, она быстро листнула ленту вниз, лишь бы не думать о нём хотя бы некоторое время… Лика отвернулась к окну и отключила телефон. «Мне, наверное, нужно извиниться и уйти… Зачем я тут сейчас нахожусь? Мне кажется, что я ему всё время мешаю, хотя он сам приходит, сам звонит, всё делает первый…». "Лишние" люди есть, но для Лазарева это точно не Анжела. Пусть ей так будет казаться всегда, но это ни так, она для него самая незаменимая. — Анжел, — Сергей медленно присел на кровать, а Лика испуганно открыла глаза. Она чуть было не заснула, поэтому не ожидала его появления — Извини меня, — Лика поправила волосы и села в «турецкую» позу. — Не извиняйся, это я говорю ни то, что следует… — Лик, если на то пошло, то я… — люблю тебя. Нет, не сказал, потому что в дверь позвонили, прямо так вовремя. «Чёрт! Как всегда…» — Я пойду открою, — Сергей произнёс это небывало спокойно, хотя уже успел взбеситься. Открыв дверь, Сергей увидел перед собой свою маму. Она улыбалась самой искренней и счастливой улыбкой. Лазарев сразу обрадовался, бешеный чёртик в нём успокоился, хотя, если бы это была не мама, а какой-нибудь Дворецкий, Сергей бы вспыхнул быстрее любой спички… Лика слышала из коридора лишь знакомый голос, но определить, кто же это пришёл, она так и не смогла. Валентину Викторовну она любила как свою маму. С ней Лика всегда была в самых тёплых отношениях, да и Валентине Викторовне Анжела нравилась больше всех избранниц сына. Лика до сих пор помнила эту добрую женщину, но на данный момент так и не узнала по голосу. Валентина Викторовна даже не предполагала, что за стеной та, из-за которой она не разговаривала с собственным сыном около месяца… Нет, ничего Анжела ей не сделала, очень уж не одобрила она, что сын так «некрасиво» поступил с такой чудной девушкой. Женщина начала расспрашивать Сергея обо всём, о чём только можно спросить, потом принялась рассматривать, не нужно ли в квартире прибраться, следом же заглянула в холодильник, и была приятно удивлена, что всё в порядке. — Мам, — Валентина Викторовна отвернулась от закипающего чайника и остановила свой взор на Сергее, тормоша в руках маленькое полотенце. Лазарев сразу уставился в пол, пытаясь не уловить осуждения глазами мамы — Я, вообще-то, не один… — О, я так и поняла! — Нет, я честно сам прибрался и приготовил, — Валентина Викторовна засмеялась. — Ну и кто на этот раз? — предельно тихо спросила женщина и сложила руки у груди. — Ты её знаешь... — Лера?! — глаза женщины засияли, ведь и Кудрявцеву она тоже очень любила и была бы рада встрече — Вы помирились? Как здорово! — Серёж, я… — в кухню зашла Лика со стаканом в руках. Она даже не подозревала, что встретит тут Валентину Викторовну, поэтому сказать, что она удивилась - ничего не сказать — попить… — на её лице вмиг появилась улыбка, а вот мама Сергея не с первого взгляда узнала девушку, ведь в последний раз она её видела с длинными, чуть ли не до бедер и более светлыми волосами. Валентина Викторовна пристально разглядывала Анжелу, девушка ей сразу же приглянулась, только не вспомнила она, что уже второй раз оценивает даму взглядом… — Мам, не смотри ты так, это Лика, — Лазарев в полном спокойствии прошёл к плите и выключил газ. Он не сомневался в Лике, ведь она всегда способна ответить на любой вопрос. Да и приврать может, если надо…К тому же, маме всегда нравилась именно Анжела, не должно, так сказать, бомбануть…Валентина Викторовна продолжала водит глазами от сына к девушке, пытаясь вспомнить, что за «Лика». Сергей облокотился на столешницу и, улыбаясь, наблюдал за мамой. В конце концов, он просто рассмеялся — Мам, ты не помнишь Анжелу? — женщина хотела выпалить «У тебя столько этих Анжел, не перечесть!», но сдержалась, дабы не обидеть девушку и заодно Серёжку своего… — Анжелика, Анжеличка, как ты там её ещё называла? — Анжеличка! Милая, это ты что ли? — с этим видоизмененным именем, которое она присвоила только и только Анжеле, Валентине Викторовне в память вторглось всё, что было связано с Ликой. Она улыбнулась и, кинув полотенце в Сергея, подошла обнимать Анжелу — Привет, кукла моя! Ты так изменилась, я не узнала! — Здравствуйте, — Анжела растерялась больше всех. Она уже отвыкла от разговоров с мамой Сергея, казалось, даже и слова сказать не сможет, а раньше для неё Валентина Викторовна была лучшим советчиком и собеседником. И до самого не раннего вечера продолжалась неугомонная беседа Валентины Викторовны и Лики. Анжела рассказывала абсолютно всё, о чём её спрашивала мама Сергея. Отвечала на все интересующие её вопросы, даже на такой вопрос «Ты замуж-то не вышла?», на что Лика не ответила бы кому-либо другому. Она рассказала про Матвея от их встречи до разлуки. Сергей всё это время то чай им наливал, то в зале сидел со щенком, который, кстати, приехал с Валентиной Викторовной, то в телефон внимательно таращился…в общем, не было ему места в их женской компании. Покормив собаку, Сергей вернулся в кухню и присел на диван. — О чём болтаем? — он взял кружку, из которой пила Анжела, и сделал несколько глотков, поморщившись из-за холодного чая — Вы ещё не устали? — Нет, Серёженька, не устали… Мы настолько долго не виделись, что можно разговаривать бесконечно. — Можно, но мне пора домой, — Лика провела рукой по волосам. Сергей устремил свой вопросительный взгляд на неё, будто бы Лика всегда жила с ним и уезжать никуда не намерена. — А почему так рано? Поехали, я отвезу тебя. — Не нужно, я сама, спасибо, — если бы не было Валентины Викторовны, которая так внимательно наблюдала за парой, Лазарев бы настоял и отвёз Анжелу домой, но всё же решил не спорить. Анжела встала с места и улыбнулась — До свидания, Валентина Викторовна, очень приятно было встретиться и поговорить! — Пока, милая. Ещё обязательно поболтаем! — Лика направилась в спальню за своей сумкой, Сергей пошёл за ней. — Анжел, давай я тебя отвезу всё-таки. — Не надо, Серёж, неудобно же, что ты уедешь, а тут Валентина Викторовна. Она к тебе приехала, а ни ко мне, — Лазарев взглянул на свою футболку на Анжеле — А это я тебе потом завезу, ты не против? — Нет конечно. Лик, — Сергей подставил свою щеку девушке, ожидая поцелуй. Она потянулась, чтобы прикоснуться к его щеке, но Лазарев, тот ещё наглец, повернул свои губы. Анжела не успела отвернуться, поэтому плану Лазарева сбыться — Анжел, я тебя всего-то в щеку просил, ты промахнулась немного… — Сергей принял умный вид и сложил руки у груди, что-то вроде - Лике захотелось поцеловать его в губы. Эмоциями он уже расцвел и ликовал, как никогда… — Дурак ты, Лазарев, — девушка закатила глаза и поправила ремешок сумки на плече, выходя из комнаты — Пока. «Не дурак, а просто очень сильно люблю тебя…». Сергей вернулся к маме на кухню, но та уже сконструировала из доброго взгляда хитрый, интересующийся и внимательный. Он, как ни в чем не бывало, налил себе чай и уселся за стол, хотя понял, из-за чего мама так прожигает его взглядом. — Сынок, ничего сказать не хочешь? — Сергей улыбнулся и решил, что скрывать уже просто не за чем, тем более от мамы… И он сказал… Сказал, где встретил её, сказал, что любит до сих пор и даже поплакался, что никак Анжела не хочет ему отвечать взаимностью. Валентина Викторовна не смогла дать совета с точки зрения мужчины, зато напомнила сыну, что через четыре дня Анжелу нужно будет поздравлять с Днём Рождения. Лазарев ушёл в глубокие раздумья…