His punishment

      Он подкрадывается как дикий зверь, загоняет в ловушку, из которой почти нереально выбраться. Он окутывает вас, заставляет вас совершать абсолютно необдуманные поступки, поступки, которые, возможно, вы никогда бы не совершили, находясь в здравом уме. Ой заволакивает в свою пучину, затуманивает разум, делает вас ничтожными, подчиняет себе… Это то, что каждый из нас просто ненавидит и опасается, то, что живет внутри каждого из нас, и то, что периодически вырывается наружу. Страх. Это первобытное чувство скрытое где-то в подкорке сознания Кристофер Шистад ненавидел больше всего. Это чувство он прятал глубоко в себе, закрывал на семь замков в глубинах своей души, прятал под маской безразличия. Все чего-то бояться. У кого-то это банальный страх высоты или насекомых, у кого-то страх замкнутых пространств… Крис же, боялся слабости. Он знал, мир жестокий, а уж тем более к слабым. Здесь, ты либо кошка, либо мышка. Третьего варианта не дано. Убивай, или будешь убит. И Крис «убивал». Он шел напролом к любой цели, и неважно кого при этом погубит. Он разбивал сердца доверчивых дурочек каждый божий день, и плевать насколько громкими будут их рыдания. Он никогда не давал никому обещаний, знал ведь, что все равно не исполнит. Даже среди Пенетраторов он выделялся, показывая «кто в стае Альфа». Он так привык, и уже не может вспомнить те времена, когда жил иначе. Он знал, как только люди увидят твои слабости, они будут знать, куда наносить удар. Поэтому, он всегда избегал всего, что бы могло проявить его слабость перед всеми. Но знаете, как оно бывает, когда долго бегаешь от чего-то, оно рано или поздно тебя настигает, и бьет еще сильнее, чем могло бы. И видимо сейчас настало время Криса. Парень всю ночь проворочался в постели не находя себе места, ведь стоило ему только сомкнуть глаза, как в голове возникали ужасающие картины, включаю в себя и прошлое и настоящее. Ему снилась Эллисон, снилась Мун… Снилось, как они танцуют на еще свежей могиле, на табличке которой, красивым почерком было выведено: «Кристофер Шистад: 12.12.1997 — 20.09.2017», словом, полный ебантизм! Эва, Элли, Эва, Элли… Эти две персоны кружились в голове парня всю ночь, и он каждые пятнадцать минут вскакивал с постели весь в поту. Вскочив так в очередной раз, Шистад громко чертыхнулся. Его ужасно измотали события этой ночи. Сначала паническая атака, которая принесла с собой пиздец какое осознание, которое теперь не давало ему покоя, затем ебучая бухая Мун, к слову все из-за нее! После такого надо бы хорошенько отоспаться, но как же, отоспишься тут, когда рыжая не дает тебе покоя даже во сне. Точнее две рыжих. И снова Эллисон встает у него перед глазами. «Так, все, это невозможно!» Он зажмурился, дабы отогнать от себя сводящие его с ума мысли, и бросил взгляд на часы. 05: 45.  — Блять. Шатен знал, что уже не уснет, поэтому поднявшись с кровати, направился на кухню делать себе чай. В одних спортивках, он преодолел расстояние до чайника и набрав в него воды, поставил закипать. На автомате шатен подошел к полочке с чаем, и начал медленно мазать взглядом по разным упаковкам. «Зеленый, зелёный с жасмином, черный, с кусочками ягод, с апельсином… Все не то.» И нахрена ему столько, если он все равно их не пьет? «О, вот оно!» Взгляд карих глаз останавливается на коробочке с надписью: «Черный с имбирем.» То что нужно. Засыпав чай в заварник, и оставив чай кипятиться, Крис посмотрел на свое отражение в стеклянной дверце шкафчика. И хоть отражение было совсем не чётким и расплывалось по краям, парень отчетливо видел свои красные, честное слово прямо как у вампира глаза, и огроменные мешки под ними. Сколько он спал? Час — полтора? Если бы не Мун, поспал бы дольше. Хотя вряд ли, ведь она его даже во снах достала! От упоминания в своих мыслях об этой девчонке, по спине пробежал холодок. До невозможности омерзительное чувство. Гадкое, противное, которое расползается по всему телу. Вдруг, его осенила мысль. Хотя, это скорее было ощущение… Ощущение неминуемого пиздеца. Мерзкое, такое вязкое… Знаете, это как какое-то предчувствие что ли… Крис дрогнул, и отвернулся от своего отражения на гладкой поверхности шкафчика. Тем временем чайник уже закипал, и начал издавать громкие, свистящие звуки. Сняв его с огня, он наполнил заварник кипятком. Парень поднял шторку на небольшом окошке, и пропустил в полумрак, который царил на кухне, немного света. На улице только начинало рассветать, и солнце еще не показалась из-за горизонта, но можно было наблюдать невероятной красоты розовые и пурпурные разводы на небе. Крис ненадолго засмотрелся. «Какая красота…» — мелькнуло в мыслях. Хорошо, что подоконники в доме были широкими, и их с легкостью можно было использовать как стол. Так что, взяв и придвинув стул к подоконнику, захватив перед этим большую чашку с чаем, из которой исходил приятный аромат имбиря, Крис умостился перед окном. Он долго не отводил взгляда от неба. Казалось, словно оно нарисованное, не настоящее, настолько нежными и гармоничными были все цвета. Наверное, люди правы, когда говорят: «Природа — вот настоящий художник.» Ну или что-то в этом роде. Сейчас, Кристофер был полностью согласен с этим. Пока он разглядывал небо, которое с каждой минутой изменялось, но от этого не переставало быть менее прекрасным, чай остывал. Крис совсем забыл о нем, и вспомнил лишь тогда, когда задел его рукой, и чашка чуть не полетела вниз. Но благо он успел среагировать вовремя. От такого небольшого инцидента, сердце парня начало колотиться с бешенной силой. «Мда… Совсем психом стать можно со всеми этими заморочками.» Он отпил немного. Горячая жидкость наполнила ротовую полость, а затем медленно растеклась по горлу, успокаивая. Шистаду всегда нравился чай. Он не любил кофе, которым так упивался Вильям, к слову, как и его блондиночка; ему не нравился какао или смузи… Чай — идеальный напиток, по мнению Криса. Чай всегда расслаблял его. Созерцание прекрасного рассвета и горячий напиток отвлекли парня от навязчивых мыслей, не дающих ему покоя. Нет, ну, а как вы среагировали бы, если бы дорогой вам человек из прошлого, умерший человек, вдруг ожил? Причём почти буквально. Вас бы тоже бросало в дрожь каждую секунду. Крис взял телефон, и открыл «instagram». «Тёлки, тёлки, тёлки… Боркис с тёлками, Эрик… О, Магнуссон.» В профиле его друга появилась одна новая публикация. На фото был Вильям, который мило прижимал к себе Сатре и целовал ее в щеку. Подпись: «Цените своих близких.» На лице парня мелькнула улыбка, а затем, осознав, что он пялится на фотку и лыбится как последний придурок, он скривился так, словно проглотил лимон. «Как это ванильно, Вилли.» — написал он комментарий под фото, и принялся листать ленту дальше. Через пару минут, ему пришло сообщение в Direct. «Кому это блять не спится в 6:25 утра? Магнуссону, кому ж еще!» — увидев отправителя, усмехнулся Шистад. В: «Не ванильно, а мило ;)» 6:26 Прочитав сообщение, Крис чуть не засмеялся в голос. К: «Боже, друг мой, да ты превращаешься в девчонку! Что за мило, что за смайлы? АХАХ!» 6:26 В: «Чувак, почему не спишь?» 6:27 К: «Встречный вопрос. Не могу уснуть, как не пытался.» 6:27 К: «В голове только Она. и эта рыжая.» 6:29 Крис выдохнул. Только ему удалось хоть на секунду позабыть обо всем этом, как на тебе. В: «Я провел волшебную ночь.)) Да, не завидую тебе, бро. Даже не могу представить какого тебе сейчас. Мы с Нурой переживаем. Ты же знаешь, что можешь всем со мной поделиться, да?» 6:30 К: «Оставь меня без подробностей вашей с блонди личной жизни.» 6:30 К: «Знаю.» 6:31 Каким бы распиздяем Крис не был в определенные моменты, он искреннее был благодарен вселенной за Магнуссона. Где-то очень глубоко в душе, он понимал, что без этого идиота он не выжил бы. К: «Спасибо, бро.» 6:32 В: » ;). Как там она?» 6:32 Шистад выдохнул, прекрасно понимая о ком спрашивает друг. К: «Когда мы приехали домой, она выглядела так хуёво, что я подумал, придется вести ее в больницу, пускай делают промывание желудка. Знаешь, может и надо было её отвезти…» 6:32 В: «Извини, я больше не могу писать. Нура сказала, что сегодня приедет ее мама к нам, и я в запаре. Она сказала, что пора бы нам познакомиться… Бля.«6:33 К: «Ахах! Да, чувак, ты влип по самое не хочу. ХХ» 6:33 Крис был рад за друга, хоть у кого-то все хорошо на личном. Хотя, парню вовсе не хотелось иметь сейчас подружку. У него таких «подружек» пол школы, а то и вся. Ему и так хорошо. Он всем доволен. В: «Давай так, сегодня в… 15:00 я смогу вырваться из дома. Давай встретимся в «Café Sor»? 6:34 Крис снова вздохнул. К: «Ты же не оставишь эту тему в покое, да?» 6:34 В: «Совершенно верно.» 6:34 К: «Идёт.» 6:35. На этом их переписка была окончена, и Крис наконец-то оторвал глаза от экрана своего IPhone. Яркие краски рассвета сменились серо-голубым небом, а чай уже вовсе остыл и стал холодным. Он фыркнул.       Ночь Эвы сегодня тоже не казалась сказкой. Первый час она спала как убитая, видимо организм слишком ослаб, извергая из себя остатки еды и алкоголя, поэтому, как только голова рыжей коснулась подушки, она отключилась. А может это произошло еще когда Шистад нёс её в комнату… Но после часа блаженного сна, девушку начали мучать кошмары. Ей снилось всякое, в основном кудрявый брюнет, который на днях должен прилететь в Осло. Ей снилось, как он прилетает, и как она теряется в своих чувствах… Ей хочется прогнать его, чтоб не мешал ее жизни в Осло, но одновременно хочется прижаться к его груди и никогда не отпускать. Хочется накричать, и просить о том, чтобы он остался с ней навсегда. Этот сон повторялся снова и снова, как заевшая видеокассета, но итог его был одним и тем же. Они ссорятся, и Васкес уезжает, оставляет ее одну, в придачу назвав шлюхой. Как бы Ева не внушала самой себе, что она с Юнасом только из-за того, чтобы не оставаться одной, она была влюблена в него и дорожила их отношениями. Поэтому созерцать, как они ссорятся и расстаются, пускай даже во сне, было больно. Так же, Еве снился он, ее первая любовь. И пускай она думает, что он давно в прошлом, что она наплевала на него еще тогда, когда увидела его измену собственными глазам. Она помнит, как убивалась, после этого днями. Он оставил большой, тёмный отпечаток в ее душе, породил в нежной душе юной девочки страх, который живёт там и по сей день. Страх одиночества. Когда Ева просыпается, первое что она чувствует это пронзительную головную боль. Она не задается вопросом где она, хоть и не помнит последние происшествия за вчерашний вечер-ночь, не озирается по сторонам, ее не интересует что произошло, единственное чего она сейчас хочет это таблетку аспирина и воды. Много-много воды!       Когда же разум немного проясняется, Мун со всей силы старается открыть глаза, но они будто свинцом налиты. Это дается ей с трудом, но когда все же получается, первое что она видит это яркий свет, который режет по глазным яблокам так сильно, что это отдаёт выстрелом усиленной головной боли. Она лежит неподвижно, только с силой сжимает шелковую простынь цвета оливы. Ее тело ломит и бросает в дрожь, голова раскалывается, а глазные яблоки сейчас лопнут. Не утро, а сказка. А если еще учитывать, что и ночь была просто «сказкой», то это полный фарш. Спустя минут пять-десять, зеленоглазая пытается приподняться на локтях. Разум чуть-чуть прояснился, и теперь, девушка наконец-то задалась вопросом: где же она находиться. Стало немного страшновато. Тем более если учитывать, что она спала на шелковой постели в одном белье. Последнее что она помнит, это как выпивала припрятанную Вильямом бутылку… Да хрен знает чего, она не помнит, да и это не так важно. Поэтому, можно предположить что она не слабо вчера накидалась, и фиг знает что с ней делали этой ночью. Может ее трахали в этом доме на этой же постели? От таких мыслей по коже пробежался холодок. «Пиздец ты влипла.» Впрочем, существовала еще одна теория, что она сейчас дома у… Кристофера Шистада. В конце концов, он мог забрать ее к себе, увидев в каком она состоянии, (хоть она и не помнит в каком состоянии была.) «А что если мне что-то подсыпали?! Какой-то наркотик к примеру, и я…» Бурные размышления на тему «Что произошло?» прервал стук в дверь. Ева напряглась, и подтянув ноги к себе обхватила их руками. Голова немного кружилась, да и чувствовала она себя сейчас крайне мерзко, но это не мешало ей полностью сфокусироваться на двери и замереть в ожидании. Когда дверь открывается, Ева чуть не вскрикивает от страха, но через секунду она с облегчением выдыхает, ведь в дверном проёме появляется ни кто иной, как Крис Шистад. Парень ошарашено утыкается взглядом в девушку, он выглядит сбитым с толку. Несколько секунд проходит в молчании, но потом выражение лица Криса изменяется с удивленного на его коронное «похуистическое» и он говорит:  — Что, Мун, уже белочку схватила? Ева не отвечает, а переваривает своим заторможенным мозгом все, что сейчас произошло. Шистад окидывает девчонку взглядом и кладет на край кровати вещи, что это время держал в руках.  — На вот, оденься. Твоя одежда вчера насквозь промокла. Ева молчит, не отводя взгляда от шатена. Она благодарит всех известных ей скандинавских богов за то, что вошедшим в комнату оказался Крис. Парень же и вовсе на нее не смотрит, начиная рыться в своих карманах.  — И еще, на. — он кладет на стол новенький смартфон, с кровати девушка не может рассмотреть его. — Свой ты вчера где-то просрала. — положив телефон, парень выходит из комнаты оставляя Квиг Мун одну. Хлопок закрывшейся двери приводит девушку в себя. Она медленно сползает с кровати и берет вещи оставленные Кристофером. Спортивные штаны и розовая толстовка. «Хорошо хоть не толстовка «The Penetrators».» — думает Мун. — «Но почему розовая?» Нет, она не фанат гендерной дискриминации, и не считает, что парни не могут носить розовый цвет. Просто представить Шистада в этой толстовке было крайне сложной задачей. Крис Шистад и розовая толстовка… Мда, может у нее действительно галлюцинации от выпитого? Зеленоглазая натягивает на себя вещи и подходит к столу. Чёрный IPhone 5s с металлическим корпусом. Надо же. Эва не была фанаткой IPhone. Она вообще была страшной противницей всех этих стереотипов и клише. Но из всей серии Apple, IPhone 5s ей нравился больше всего. Тем более с ее рассеянностью и привычкой ронять гаджеты, металлический корпус весьма кстати. «Идиотка, как можно было потерять новенький мобильник?!» — разозлилась на себя девушка. Ей не нужны подачки и подарки от Шистада. Да, она благодарна ему за ночлег и за то, что забрал ее вчера, но телефон это уже слишком. Она берет гаджет и выходит из комнаты.       Как только Ева выходит из комнаты, в нос проникает аромат хвои и цитрусовых. «Интересног сочетание.» — думает она. Ступая босыми ногами по дубовому паркету, рыжеволосая пытается ориентироваться в этом незнакомом ей доме. Комната, в которую так любезно «поселил» её Шистад, была в самом конце коридора. Рядом, были еще две двери. Ей было очень любопытно, что за ними, но Мун посчитала, что заглядывать в комнаты в чужом доме как минимум неприлично, поэтому не стала этого делать. Тем более, у нее сейчас есть дела поважнее, например, получить такую нужную ей таблетку Аспирина и стакан воды. А лучше целый графин. Да, графин определенно лучше. Когда Ева спускается по лестнице, она попадает в небольшой коридор. Озираясь по сторонам, она на удивление не замечает своей обуви, от чего хмурится. "Неужели я еще и туфли забыла? Вот здорово..." — думает она про себя. В нос, помимо ароматов хвои и цитрусовых которые, к слову, девушка просто обожает, ударяет еще едва уловимый аромат… «Блинчики!» — с радостью отмечает Ева. Она, подобно кошке, идет по запаху еды, сначала попадая в гостиную, которая идет сразу после коридора и соединены они большой аркой, а потом проходит на кухню. Она ступает тихо, на носках, и не потому что крадется, а потому что так привыкла. Босые ножки совершенно неслышны на деревянной поверхности.       Пока Ева шла, она успела отметить безупречный интерьер дома. Ненавязчивый, легкий… Он абсолютно подошел ей по вкусу. Она обнаруживает Шистада, стоящего за плитой, что позабавило девушку. Он стоял и переворачивал слегка пригоревшие блинчики. Кухня просторная, выполнена в черно-белой гамме, с дубовым паркетом и небольшим количеством мебели. «Дизайнеры здорово постарались.»  — Крис… — зовет парня зеленоглазая. Тот, от неожиданности слишком сильно опрокидывает блин, от чего тот падает на землю со звучным шлепком.  — Блять, Муун! — стонет Кристофер, протягивая букву «у» в ее имени.  — Прости… — шепнула Ева. Она почувствовала себя действительно виноватой. — Я могу сделать новый…  — Не нужно ничего делать! — перебивает ее шатен. — Боже, ты на себя в зеркало смотрела? — взглянул на нее Крис, и тут же отвел взгляд на кухонную тумбу, что показалось девушке очень странным, но она не подала виду. Раньше она такого за ним не замечала. Зато проследив за взглядом парня, девушка нашла то что хотела. На тумбе стояли стакан с водой и плавающей в нем долькой лимона, две таблетки болеутоляющего. Ева не спросила ей ли это, или можно ли это взять, ведь ответ был очевиден. Она просто тихо подошла и проглотив сразу два порошка запила их водой. Крис же, метался по кухне будто ошпаренный. Еще одна вещь, которую Ева посчитала странной, но опять-таки промолчала. Выкинув испорченный блин, Крис подошел к плите и налил на сквородку новую порцию жидкого теста. «Не думала, что он сам готовит.» — промелькнуло в голове у Мун. Вдруг она почувствовала себя неуютно. От Шистада явно исходили какие-то… Негативные волны, что ли. Ева не знала как назвать это по другому. Хотя, когда от него они не исходили?  — Долго будешь стоять? — спросил Крис, не соизволив даже повернуться к ней. — Иди наверх, дверь прямо возле комнаты в которой ты ночевала. — не говоря ничего больше он перевернул блин.  — И что это должно значить «мистер очевидность»? — съязвила Ева. Отлично, сарказм признак того, что ей становиться лучше, таблетки начали действовать. Хотя ее все еще морозило.  — Ванная. Приведи себя в порядок и уходи. — сухо ответил Шистад. Вдруг, Ева подумала, что ведет себя немного странно. Да, она благодарна ему за то что приютил, но вашу мать, это же Шистад! С какого хрена она должна любезничать с ним? Мда, совсем уже все мозги пропила.  — Что, даже завтраком не накормишь? — начала язвить Мун, стараясь задеть Криса. И хоть она этого и не понимала, но что-то внутри нее хотело не задеть парня, а спровоцировать его хоть на какую-то реакцию. Уж очень странный он сегодня. Не орет на нее, не язвит… Да он даже не смотрит на нее! Она не могла понять, что именно её так задевает. Он же ничего ей на это не ответил. Ева фыркнула, и развернувшись на носках, направилась в ванную. Все что она смогла там сделать, это почистить зубы умыться, потому что Шистад не имел привычки покупать женские средства по уходу за собой. «Наверное, это хорошо. Ну, это значит, что он точно не гей… Хотя, какое мне дело до его ориентации.» Умывшись и почистив зубы (благо у Криса оказалась новая зубная щетка в шкафчике) Ева подумала, что и этим может обойтись, хотя ее вид от этого не сильно улучшился. Вдруг, она вспомнила, что ее новый телефон, который она собиралась вернуть десять минут назад, лежит в кармане штанов. «Блин. Забыла. Надо отдать…» — с этими мыслями она вышла из ванной. Когда девушка зашла на кухню, Кристофер сидел и пережевывал свои блины с таким смаком, что у Евы слюнки потекли. Все таки полдень, а она ничего не ела. «Смотри не подавись.» — фыркнула про себя Мун. Девушка на сто процентов была уверенна, что шатен заметил ее присутствие. Но он тщательно его игнорировал залипая в телефон. «Кстати об этом.»  — Шистад. — окликнула она его, стараясь привлечь его внимание. Но парень оказался непроницаем и все так же втыкал в телефон. — Забери, я сама могу купить себе мобильник. — она протянула телефон кареглазому, но он все так же сидел и жевал. — Ты слышишь меня? Что за детский сад! — начала повышать голос Мун, как шатен её прервал.  — Учитывая то, как ты их теряешь, ты скоро совсем останешься без денег.  — Что тебе до моих денег. Забирай, мне подачки не нужны!  — Нет. — на этот раз Крис посмотрел на нее, но так же быстро вновь уткнул свой взгляд в тарелку. — Твой отец сказал купить тебе его, чтоб ты была на связи. Так что забирай и сваливай.  — Не уверенна, что он сказал купить мне именно IPhone. — стояла на своем Ева. Не то чтобы телефон ей не нравился, просто она отлично понимала сколько он стоит, так что не хотела принимать такой дорогостоящий подарок, пусть даже отец ему деньги потом вернет.  — Это моя инициатива. — ответил он.  — Объясни. Крис раздраженно взглянул на нее.  — Ты, дочь влиятельного и богатого человека, не должна ходить с каким-то дерьмом вместо телефона! Поняла? Он поднялся с места так резко, что Ева немного испугалась. Парень схватил её за руку и потащил к выходу. Перед тем как выставить ее за дверь, он сунул ей в руки ее вчерашнее платье.  — Может дашь мне хотя бы обувь своей девушки, уверенна, она у тебя должна быть. — запротестовала Ева, указывая взглядом на свои босые ноги, со всё таким же идеальным педикюром.  — Тебе идти триста метров, пройдешь и босиком. - Крис на сеунду задержал взгляд на ее ступнях, в который раз отмечая про себя, что у девушки очень аккуратная ножка. Это последнее что он сказал перед тем как захлопнул перед её носом дверь.  — Козел! Это последнее что она крикнула ему перед тем как ушла. «Café Sor» 15:00       Кристофер быстрым шагом приближался к месту встречи. Ему не терпелось рассказать все другу. Зайдя в кафе, он сразу оценил его сдержанный интерьер в которой преобладали темные тона. Яркие цвета ему сейчас были точно не нужны, ведь голова раскалывалась. «Вильям знает толк в хороших заведениях.» Крис принялся искать друга взглядом и нашел его за одним из VIP столиков.  — Привет. — Шистад плюхнулся на мягкий диванчик.  — Хэй.  — Как там миссис Сатре? — вскинул бровь шатен.  — Отлично, весьма приятная женщина. Мне повезло. — подмигнул друг. Крис скривился от его последних слов, а Магнуссон посмеялся с него.  — Ты лучше расскажи как там вы…  — Никогда больше не упоминай меня и Мун как «Вы». Я и она не «Мы», понял? — снова вскинул он бровь, на что кареглазый засмеялся еще сильнее и поднял руки вверх.  — Неужели все так плохо?  — Да, чувак. Это пиздец просто какой-то. — от этих слов друга, улыбка моментально исчезла с лица Вильяма.  — Выкладывай.  — Бро, меня просто в дрожь бросает когда я смотрю на нее. Казалось бы, смотрю на Мун, мисс «занозу в заднице», а вижу ее, вижу Эллисон. В голове всплывают фрагменты нашего с Элли прошлого и я… Блять. Я чувствую себя так хуёво, Вилл. Вильям внимательно слушал друга. Он искренне сочувствовал ему.  — Я не спал всю ночь. Поспал от силы час. Я думал. Вот скажи, — Крис улыбнулся, — кто еще кроме меня мог влипнуть в такую ебанутую ситуацию?! Он помолчал, а затем продолжил. — Если тебя волнует как Мун, то ей вчера было очень херово. Был один момент, когда я думал, что она под наркотой, а не просто накидалась в стельку. Она ужасно замерзла, ведь попала под дождь и её рвало пол часа, может больше. Я снял с нее мокрое платье и уложил спать. Лучше бы я ее в больницу отвез. Промыли бы ей желудок. А там она бы тоже отоспалась…  — Я думаю ей нужен был кто-то близкий.  — Близкий?! Да мы с ней последние люди, которых можно назвать близкими! -Окей… Знакомый. Ты правильно сделал, что привез ее к себе.  — А вот и нет. Меня всю ночь передергивало от осознания того, что она сейчас лежит буквально за стенкой. Вроде и моя Эллисон, и в то же время абсолютно другой человек. Если бы я отвез ее в больницу, я может быть выспался бы.  — А вот и нет. — нахмурился Вильям. — Если бы ты отвез ее в больницу, нихрена тебе лучше не было бы. Ты видишь в ней свою любовь, и одновременно понимаешь, что это вовсе не она. Что ты не можешь подойти к ней и обнять, не можешь поцеловать ее, как бы сильно тебе этого не хотелось, просто потому, что это не она. Я даже представить себе не могу как тебе. И не имеет значения, где бы Ева ночевала, ты бы чувствовал себя так же хуёво. Крис поднял глаза на друга.  — Знаешь, у меня уже давно нет чувств к Эллисон. Нет любви или чего-то похожего. Есть хорошие воспоминания, но она мертва, так зачем терзать себя? — здесь Вильям узнал свои слова. Именно это он говорил Кристоферу, когда тот больше всего убивался после ее смерти. — Просто это чертовски сложно, видеть человека, как две капли воды похожего на нее. И это дебильная ситуация, когда ко всему прочему ты еще и терпеть этого человека не можешь. И знаешь, я должен ее ненавидеть. Я должен ненавидеть ее всей своей душой за те муки что она мне сейчас доставляет, но…  — Но ты не можешь. — закончил за него Магнуссон.  — Не могу, как бы не хотел, как бы не пытался. Я злюсь на нее, меня от нее просто передергивает, насколько она мне противна и насколько я шугаюсь ее.  — Крис, бро, я все понимаю. Но послушай, она ведь всего этого не знает…  — И не узнает, я не настолько кретин. Хотя мне далеко поебать на ее чувства! Сегодня я проснулся рано утром, сам знаешь, через два часа мне позвонил папаша, и отчитал меня за то, что Мун не поднимает трубку. И тут я понял, что у нее его с собой не было, когда я привез ее к себе. Эта дура проебала телефон! Пришлось купить ей новый, не дешевый собственно говоря.  — Новый? Фигово.  — И что ты решил на её счёт?  — Игнорировать, насколько это будет возможно. Игнорировать ее, свое гребанное сердце которое выпрыгивает из груди стоит мне глянуть.  — Ого! Вы слышали, у Кристофера Шистада есть сердце! — подмигнул ему Магнуссон.  — Его давно уже нет чувак, заткнись. — зашипел Крис, хотя Вильям успел заметить его легкую улыбку. — Это не чувства, так, просто воспоминания. Я выставил ее за дверь сегодня, пусть знает, как я к ней отношусь.  — Крис, она и так это знает. Ваша ненависть взаимна, но что бы ты не делал, ты должен приглядывать за ней. Я не знаю, и даже представить себе не могу как это будет трудно первое время, но ты должен.  — Я знаю, чувак. — улыбнулся Шистад. — Я знаю.       Эва пришла домой злющая. Как же ей хотелось что-нибудь больно ударить! Помимо всего прочего, у нее ужасно болели ноги, так как шла она босиком, и постоянно наступала на камушки.  — Ебанный Шистад! — взвыла она, зайдя домой. Все, чего она сейчас хотела, позавтракать и лечь в постель. Непонятно почему, но ее постоянно морозило и она ощущала себя разбитой. «Да, такого похмелья у меня еще не было. Еще и спала плохо…» Но как бы Ева не жаловалась, все же, ночь проведенная у Шистада имела свои плоды. Ева осознала кое-что. Она поняла свое отношение к Юнасу, наконец. Чего-чего, а одиночества Ева Мун боялась больше всего на свете. Когда ее бросил отец, уехав в другую страну новой жене, она как-то пережила это. Когда бросила мать, уехав на заработки, она не легко, но все же отпустила её. Когда она узнала об измене Юнаса… Это разбило ей сердце. Она проплакала три дня, затем выдохнула, и решила что жизнь на нём не заканчивается, пора жить дальше. Но гадкий осадок в душе остался. Надежда, что они все же будут вместе, как маленький уголёк тлела внутри. Она надеялась на это, потому что в глубине души понимала, одна так просто не сможет. И вот, плюнув на всё, на бывшего, на подруг, она переехала в Осло — город свободы и неограниченных возможностей. Но даже здесь, не переставала думать о Юнасе. И когда он написал что прилетит к ней, потому что любит и сожалеет о своём поступке, её окутала злость. Как думала Ева на Юнаса, но на самом деле на саму себя, поскольку она не знала, что ответить парню. Она напилась до чёртиков, и наверное ей нужно было сделать это раньше, ведь это отравление алкоголем, эти ночные кошмары в доме Шистада разложили все по полочкам. Теперь она поняла, что просто не может быть одна. Одиночество — самое худшее, что может случиться с человеком. Да, здесь у нее была Нура и её забавная шайка: Сана, Крис и Вильде. Но они не заменят ей теплых мужских объятий. Она ждет Юнаса, она поняла это и она довольна, что наконец определилась.  — Как там Крис, как Ева? Я почему-то не могу к ней дозвониться. — посыпались на Вильяма вопросы, как только он переступил порог дома.  — Мама уже уехала? — задал он встречный вопрос, снимая обувь.  — Нда… — протянула Нура выглядывая из комнаты. Улыбка не сходила с ее лица, от чего Вильям тоже начал улыбаться. — Ты ей оооочень понравился. — У Сатре всегда была привычка растягивать буквы, когда она была в хорошем настроении.  — Я рад. — через секунду, талию блондинки обвили сильные руки, и она почувствовала теплое дыхание в районе шеи. Парочка упала на диван не разрывая своих объятий. Вот у кого была полнейшая идиллия в жизни, так это у этих двоих.  — У Евы новый мобильник, она свой вчера где-то потеряла, ты не находила?  — Нет. Как жаль. Она в порядке?  — Ну, не считая того, что вероятнее всего она сейчас в бешенстве из-за того, что Крис выставил ее за дверь утром, вроде да.  — Твой друг идиот. Вильям вздохнул.  — Ему сейчас трудно, Нура…  — Знаю я. Как он?  — Плохо. Очень плохо.  — Но он справится?  — Да, думаю да. Он принял решение игнорировать Еву. Знаешь, он мне этого не говорил, но я думаю он, м... Не то чтобы боится ее, но опасается. Он боится, что она сделает его слабым, боится, что влюбиться.  — Ох, — пришла очередь Нуры вздыхать. — Ничего хорошего из этого не выйдет.  — Если ему так легче, пускай.  — Пускай… — шепотом повторила Сатре. — Ладно, пойду Еве позвоню. Надеюсь эти двое не натворят ерунды.  — Я тоже на это надеюсь.