Встреча с безумием

      Сердце бешено колотилось, оно вот-вот выпрыгнет из груди Мин Юнги. Он бежал, от страха, не зная куда. Он совершенно забыл дорогу к холлу. Темные коридоры были одинаковые, все те же холодные стены, свечи. А дверей так мало, что трудно сориентироваться. Его берет паника. Юнги останавливается на месте, тяжелая отдышка не дает ему покоя. Мокрота собралась в горле и парень начал кашлять.       Секунда и он прижат к стене. Сильно ударившись спиной о бетон, он корчится от боли. Пару свечей потухают от сквозняка. — Довольно обидная ситуация получилась. Я не получил того, что хотел, — дьявольская улыбка Чимина не предвещала ничего хорошо.— Но ведь не так важно кто, главное, что человек. Я хочу знать, как такое существо как ты, можешь быть лучше.       Длинная челка спадала на лицо Чимина, но это придавало ему особенный шарм. Он выглядел словно вампир из 18 века. На вид благородный, красив собой. Но внутри чудовище, беспощадное, бесчувственное. — Чего ты хочешь? Убить? Ну, так давай, меня эти игры доста…       Ледяные руки Чимина сдавливают горло парня. Наглый язык вампира врывается в его рот, рушит границы последнего благоразумия. Напористые поцелуи этого существа сводят с ума. — Пак Чимин, пожалуйста.       На мгновение Чимин отстраняется от лица Юнги и настороженно смотрит на него: — Ты не вырываешься, тебе не стоит стыдится этого, — вампир ласкает пальцами шею Юнги. Рука скользит ниже к прессу.— Чувствуешь? Этот жар, он исходит от тебя. Его не скрыть.       Дыхание Юнги становится прерывистым, ему сложно дышать. Мысли покидают его голову, и он сжимает крепкие плечи Чимина. Такое прекрасное тело. «Пусть он монстр. Но он так красив». Юнги берет инициативу в свои руки, он толкает вампира на стену и старается показать больше уверенности в своих действиях. Поцелуи становятся уже не игрой, а прелюдией.

***

      Сладкие губы Тэхёна все больше и больше завладевали Чонгуком. Вампир не мог сдерживаться, он целовал в ответ. Ему хотелось большего. Мысли об обращении Тэхёна в вампира развеялись как туман. Ведь если он обратится то всё, что сейчас происходит бессмысленно. Губы Тэхёна неподвижны, он отстраняется от повелителя. — Мне трудно это принять, но если от этого зависит моя или чья- то жизнь…пускай. Я буду стараться, чтоб ты всегда был удовлетворен. — Не лги мне. Ты ненавидишь меня и презираешь. Мое доверие, это единственный шанс выжить и ты сделаешь всё, — Чонгук видел его насквозь. Трудно врать монстру, который прожил в разы больше тебя.       Сердце Тэхёна замирает. Ведь всё, что говорит Чон правда. Шанс, построенный на сексе с мужчиной, который даже не человек. Парень не подает виду, он осторожно переплетает свои пальцы с пальцами Чонгука.

***

— Ты мне нравишься, такой наивный, — Чимин трогал бедра Юнги и шептал всякие глупости ему на ухо. Он отвлекал парня, не давал ему мыслить, о том, что происходит сейчас. — Пак Чимин, вы очень красивы. — Я знаю, поэтому сейчас, я воспользуюсь тобой, — клыками он скользит по шеи Юнги, прикасается губами, расслабляет и так обмякшее тело парня. Зубы впиваются в тонкую кожу и рвут артерию. Мощный поток крови бежит к выходу и стекает по губам вампира. Он старается не пропускать ни капли, но повредив сонную артерию, кровь не останавливается. Чимин замечает это, когда на его руках виснет тело Юнги. Глаза парня закрыты, от такой слабости он ничего не соображает. Поздно заметив это Чимин отрывается от трапезы и ногтем порезав свое запястье насильно вливает кровь в рот парня. — Пей, иначе сдохнешь!       Ощущая соленый привкус на языке, Юнги теряет сознание. Омут сна поглощает его, он пытается вырваться, но всё безуспешно.       Чимин внимательно всматривается в бледное лицо юноши. Он не подвижен, как и его сердце. Вампир укладывает тело на землю и присаживается рядом. Чимин не знал, как точно это работает, ведь он ещё никого не обращал.       Тишина только нагнетала атмосферу. Чимин строго знал правила, он боялся, что если Чонгук узнает, подвесит его на крыше, оставляя умирать под солнцем. «Обращать человека в вампира можно, если подписан указ Чонгуком. Если он дает полное согласие на принятие вампира в клан». Эти мысли не давали покоя.

***

      Кровь дорожкой стекала с уголка губ Чонгука. Он довольно зализывал рану на запястье Тэхёна. Парень, полностью обнаженный, лежал рядом с ним и не двигался. Он надеялся только на то, что Мин Юнги в камере с остальными. Чувства, что он испытывал, когда Чон пил кровь были смешанными. Жгучая боль сменялась расслабленностью, легкостью, дарила странное удовольствие. Хотелось вырваться, убежать и забыть обо всём как о страшном сне. Но приходя в сознание, открывая глаза, он видел комнату в красных тоннах. «Это всё реальность. Твой самый страшный кошмар стал явью». Тэхён прикрывает лицо ладонью, слезы подступают, и он из-за всех сил пытается их сдержать. Беспомощность собственного тела убивала.       Заметив это, Чон придвигается к лицу и убирает ладонь Тэ. — Это слезы? Тебе плохо? — довольны глупые вопросы. Но вампир не может понять, что этому красавцу не нравится. — Всё нормально, я лишь нахожусь там, где не хочу.       Чон вздыхает, он не хочет слушать недовольства. Он не потерпит такой неблагодарности. Терпеливо, он обнимает Тэхёна, целует его в макушку и произносит: —Тебе надо смириться, ведь я тебя не намерен отпускать.       Эти слова врезаются в израненную душу Тэхёна. Ему уже было плевать на то, что он спит с мужчиной. Секс, который доставлял ему недавно боль, стал приносить удовольствие. Но принять тот факт, что он стал кормом, подпиткой древнего чудовища, было трудно. Слезы дают о себе знать. Тэ не знает, как ещё выразить свои эмоции, он не хотел плакать при нём. Но душа болела, она просила покоя и молила о смерти.       Чон прекрасно понимал, что человек, которого он похитил, не полюбит его. Не станет восхищаться и поклоняться. Любовь не рождается в ненависти. Чон не знает, что такое любовь. Ему неизвестны переживания, ревность и тепло сердца. Всё, что он испытывает это чувство собственности, власти и жажды крови. Ему всё больше и больше нравится общество Тэхёна. Ломать принципы слабого, это самое интересное в начале игры. — И, даю обещание, что тебя никто не тронет, кроме меня. Я не позволю, чтоб к этому телу прикасался, кто -нибудь ещё. — Я не хочу такой жизни, — с этими словами Тэхён проваливается в сон. Он так устал за сегодня. Единственное спасение, это заснуть и забыться.       Вампир наблюдает за тем, как Тэ засыпает. «Такой спокойный, всё-таки в нем действительно много силы». Чон ложится рядом и прижимается к Киму. Ощущая необычайное тепло, стук живого сердца, он в наслаждении проваливается в сон.       «Тэхён, где твоя шапка? Я же просила, на улице мороз стоит! — серьезный, но такой родной голос мамы зовёт в теплые объятья прошлого. Картины сменяются друг за другом. Перед глазами мрачный коридор, наступает полная темнота. В конце горит еле заметный огонёк. Тэхён кричит, но крика не слышно. Как будто он внезапно стал немым. Приходится бежать, но расстояние совсем не сокращается. Тэ не останавливается, он бежит, но кто-то хватает его за руку и тянет за собой. Свет исчезает».       Тэхён резко просыпается, не вставая, он поворачивает голову. Чонгук спит, его лицо все такое же бледное, холодная нежная кожа притягивала к себе. Впервые, вампир был такой спокойный, беззащитный и мирный. Но монстр может проснуться в любой момент. Тэ аккуратно переворачивается на бок и старается снова уснуть.

***

      Проходит чуть больше часа. Юнги так и не очнулся, Чимин сидит возле его тела и, понурив голову прислушивается. Он ожидает, что вот- вот Юнги задышит, откроет глаза и в страхе попытается убежать. Уткнувшись в свои колени Чим прикрыл глаза. «Он умер, так нелепо. Я даже не смог обратить». — Пак Чимин…что произошло? — Юнги еле говорил, его горло ещё не совсем зажило, и произнести это ему далось тяжело.       Чимин оторвался от мыслей и взглянул на Юнги. Парень выглядел неважно, был совершенно растерян. В порыве эмоций вампир хватает его за плечи и притягивает к себе: — Ты жив.       Юнги округляет глаза и пытается понять, что происходит. Шея жутко болела, а в желудке мутило. Ощущение, что он что-то потерял, трясло Юнги. Он ещё не знал, что у него отняли самое важное- его жизнь. Отняли от мира людей, забрали все счастье, что он находил в солнечном свете. Ему ещё предстояло узнать жажду крови.