Миф о лунной фее

      Глупые здесь стражники. Я привыкла к боли. Можешь бить сколько угодно, режь, сжигай, я буду только с большим удовольствием выкручивать твои потроха из разорванного живота. Я подыграю тебе, но ты уже проиграл. С третьей попытки мне удалось сорвать с сапога пряжку. Там мне приглянулась длинная железяка. Ей я смогу легко открыть замок. Щелк. Одна рука свободна. Продолжаем. Черт, сложно сконцентрироваться, когда в голову снова прилетает обитый железом нос сапога. Сора, не отвлекайся на него, продолжай… Щелк! Да! Свобода! Мана! Сколько маны сразу. Ах, как же это чувство опьяняет! Мне нужно ещё немножко набраться сил, а после я уничтожу каждого здесь! Бей, моя защита теперь сведёт на нет все твои удары. — Придурок, ты что творишь, жертва запрета на аборт? — другой стражник влепил моему надзирателю хорошую затрещину. — Мастер тебя в расход на топливо пустит за это! Как ты собираешься Великому Зерефу преподнести это избитое мясо в жертву? — Ха… Ха-ха. — я не смогла сдержать смеха. Давно меня не собирались принести в жертву. Очень давно. Все они сами заканчивали жертвами. Мне. — Мои маленькие глупышки. Вы достаточно развлеклись? Надеюсь, что вазелин всегда носите при себе, ибо сейчас я хорошенечко поработаю с вашими задницами.       Я прекрасно видела, что при виде, как я поднимаюсь на ноги у них все муравьи вместо с трусливой душенкой собрались у радара приключений и отчаянно пытались замуроваться в кирпичах, из которых вот-вот собирались наложить в штанах бункер. Из подпространства я призвала косу, и насладилась ещё большим страхом, овладевшим их дрожащими телами. Да, бойтесь меня. Больше вам ничего не остаётся.       Как и обещала, он мучился долго. Совесть грызла мои мозги долго, ведь Хвостатые так не поступают, но сейчас я просто хотела как можно скорее разобраться с этим дурдомом и пойти напиться с Каной, помять сиськи Люси, отжать трусы у Грея, по рыдать с Джувией, пожарить с Нацу шашлыков из здешних обитателей, а после завалиться спать под юбку Миры. Ох, чувствую, крыша снова потекла. Где там моя выдержка из слёз дракона? Мой маленький мозгоправ. У меня осталось всего три бутылки, так что стоит поберечь свою крышу. А пока будет здорово, если всё закончится быстро и, желательно, безболезненно.       По пути мне встречались немногочисленные патрули. Они не успевали пискнуть при виде моего плачевного вида, как оказывались разделены пополам остро наточенной косой. Я решила заглянуть в помещение, скрытое от меня массивными двойными дверями. — О, а вот и хомяк.       Напротив меня тянулся длинный обеденный стол, за которым сидел странного вида мужик. У него были длинные волосы, собранные на затылке в странную херь, чтобы в случае чего притвориться шлангом. Рожа его обросла щетиной, хотя и были треугольные бакенбарды. Спит, видать, мало, ведь в мешки под глазами можно сыпать сапраудную беларусскую картошку!       Он поднял на меня свой тяжелый взгляд, от которого я чувствовала, что мои бедные ножки уже проделали в земле два кратера. Буквально! Не люблю гравитационных гадов. Не хочу с ним возиться. — Живого камня откройтесь врата. Голем. — Иши появился в зоне действия заклинания, но, помечу я призвала именно его, он даже не заметил этого. Он лишь знал, что перед ним враг, и его нужно уничтожить. Иши спокойно шел в цели, и тот быстро понял, что противник не так прост, как кажется. Он усилил гравитацию так, что пол провалился, и с грохотом обрушился вниз вместе с упрямым духом, но голем посмотрел не него ещё более тяжелым взглядом и спокойно прыгнул назад на верхний этаж. — А ты умеешь летать. — сказал Стингер, смотря прямо в глаза противника. — Приму как комплимент. — беловолосый спокойно размял ноющие мышцы шеи и рванул к темному магу. Тот принял прямой удар, с удивлением отметив, что парниша, может и кажется крепким, но он словно бьёт не кулаком, а каменной глыбой. Если бы не постоянные тренировки и усиления магией, его кости сразу превратились бы в муку. Нужно стараться не попадать под прямой удар. — Малыш, не на том концентрируешься. — раздался прямо над ухом насмешливый женский голос. Обернуться он не успел. Только почувствовал резкую вспышку боли, а после тьма. — Я бы справился. — холодно бросил Иши с явной обидой. — Я знаю, малыш, просто у нас совсем нет времени. — Сорано поцеловала его в щеку и отправила назад в мир духов. — Осталось только найти самотык.       Впрочем, старый хрыч нашел меня сам. Явился на звук разрушения своего дорогого кораблика. Он точно не ожидал увидеть здесь меня. Почему-то это заставило меня рассмеяться. Крыша точно протекает, причем, какой-то наркотической хренью. Уверена, это последствия выпитых в Эдоласе зелий, последующей пьянки и разрушения тела. Слишком сильно нарушился баланс веществ в организме, вот на мозг и дало. — И всё же я стал сентиментальным. Нужно было сразу тебя прикончить. — с досадой сказал он. — Ты бы знал, как часто я слышу эти слова. — с толикой грусти ответила ему девушка. — И как часто после них всё идет по одному и тому же сценарию.       Я отбила древком косы острое лезвие на конце цепи, и тут же отскочила, ибо в то место, где я стояла вонзились ещё две такие же. На лету разорвала ещё одно и приземлилась в метре от предыдущего места. В меня тут же полетели магические пули, но я просто плюнула на них резким толчком отправила своё тело в очередной полёт. Отправляю в старика четыре серповидные атаки. Он успел нейтрализовать две, от остальных пришлось уклоняться. То место, куда они врезались покрылось льдом. Крепким и колючим. — Давай поиграем. — прорычала я, чувствуя, что снова становлюсь монстром, который держал в страхе даже самых отбитых берсерков Арактона. — Мира! Лисанна! — Венди издалека заметила лежащие на земле две женские фигуры с бросающимися в глаза белыми волосами. Эльфман успел быстрее к сестрам и поднял их на руки. Венди подбежала к ним и сразу начала лечить раны. Зереф и Эвергрин подошли чуть позже. Один окинул картину безразличным взглядом, а вторая рвала и метала, обещая пустить чернокнижников на щепки. — Братик… — Лисанна с трудом открыла глаза и с радостью распознала в расплывчатых очертаниях родного брата. — Всё будет хорошо, Лис. Отдыхай. — Все в сборе? — поинтересовался голос выходящего из-за кустов Макарова. — Мастер! — разом обрадовались все.       Зерефу было очень неловко находиться среди стольких людей, и он решил в одиночку отправиться к кораблю. Может он выполнит просьбу хвостатой, а может тихо покинет этот остров. Слишком много живности здесь развелось. — Нам нужно найти остальных, а после штурмовать корабль. — сказал ещё один появившийся из зарослей человек. Это был Грей. Вместе с Джувией. У одного был вспорот бок, и только ледяная заплатка не давала вылезти потрохам. — В коем-то веке я с тобой согласен. — добавил Нацу, который вместе с Люси и Хеппи появился на оживленной поляне одновременно с Фуллбастером. — Что ж ты такой живучий! — Сорано в который раз прошлась острым лезвием косы по груди старика, но на нем даже царапины не осталось. — Терпеть не могу бессердечных. — Хо… быстро ты раскусила меня. — усмехнулся Хэйдс и активировал формулу Богини Солнца. — Вас развелось как тараканов. А мне убирать. Бля, просто сдохни наконец, чтобы мне не пришлось снова разносить всё вокруг и искать твоё сердце. — Сора снова начала непрерывный обстрел серповидными атаками. На этот раз они отличались. … одного попадания хватало, чтобы отправить любое живое существо туда, где он может спокойно прожить свою вечность в окружении пустоты. В Бездну.       Вёрткий. Попробуй-ка вот это!       Черное кольцо отрезало пути к отступлению и стремительно сужалось, намереваясь обездвижить свою цель. Тот в свою очередь с несвойственной человеку его возраста скоростью нейтрализовал атаки встречными, а на кольцо наложил ещё одну формулу богини Солнца.       Сорано чувствовала азарт, и вместо того, чтобы вести битву на дальней дистанции, сменила косу на парные клинки из черного металла с острыми зазубринами на обратной стороне. Сорано была худшего мнения о противнике. Он и физически оказался очень крепким. Уклоняясь от некоторых выпадов и взмахов он так же точно бил соперницу в уязвимые места. Один раз чуть не выпустил потроха, которым было очень тесно в теле девушки. Она ему отплатила за это сполна, неровно обрезав длинную бороду, практически полностью. Эх, вот если бы от обычных ранений у него в глазах было столько боли.       Хэйдс разозлился. Очень сильно разозлился. Он создал магическую цепь, и охватил ею один из клинков, вырывая из рук врага. Она тихо выматерилась и призвала ещё один, только из другого набора. Хэйдс нервно усмехнулся. — Сколько их у тебя? — Хм. — Сорано улыбнулась в ответ, и на долгие две секунды в воздухе повисло более сотни единиц холодного оружия. И клинками тут только начиналось. Хэйдс не успел полностью осмотреть маленькую коллекцию хвостатой, но увиденного ему хватило для понимания того, что нужно срочно разрывать дистанцию, чтобы не попасть под удар не очень приятной железяки. Каких он насчитал не менее пяти. — Выбрал? Теперь ты на своей шкуре можешь испытать понравившиеся.       Клинок на полу растворился, как и те, что были в руках. Их место заняла кусаригама. Девушка с наслаждением раскрутила цепь с тяжелым металлическим шариком на конце. Хэйдс повторил за ней и раскрутил свою цепь, напряженно ожидая, когда она сделает свой ход, чтобы перехватить цепь, и второй атаковать ноги.       Долго ждать не пришлось. Вот только полетел на груз кусаригамы, а пять метательных ножей. Отбивая неожиданную атаку обеими подготовленными цепями он не заметил две утяжеленные иглы, которые так любят использовать скрытники. Одна игла вонзилась прямо в шею, лишь на пару миллиметров левее артерии, а вторая в плечо, удачно оборвав один из основных нервов. Не ожидая, когда противник оклемается, она сжала древко появившейся косы и сделав стремительный выпад очертила в воздухе полукруг, разрывая ткани плоти на груди старика, попутно ломая ребра. Жаль, не удалось добраться до сердца, оно сейчас где-то очень далеко. Ну ничего, времени и возможностей хватает.       Стоило только подумать об этом, как грудь пронзила острая боль. Прямо из ключицы выглядывал темно-фиолетовое лезвие конца цепи, которая тянулась из спины прямо к руке мастера чернокнижников. Кости сломаны, пробиты дыхательные пути, позвоночник тоже ни к черту. задета артерия. Вот и конец. Учитель, всё же не могу я быть осторожнее. — Зря. — раздался за спиной чей-то голос. Но я не могла понять, чей он. Я уже не могла разобрать собственные чувства. Только поняла, что падаю.       Зерефу стало очень грустно, когда он увидел смерть юной девушки. Он подумал о том, что у неё могла быть хорошая жизнь, семья, работа и счастье. Вокруг него начала скапливаться черная аура, из-за которой даже доски иссыхали, словно им уже не одно столетие. Хэйдс испытал настоящий ужас и трепет перед тем, кому поклоняется столько лет. Сам Зереф. Прямо перед ним. Наконец он смог найти его. Теперь нужно скорее нести ключи, чтобы пробудить самого великого темного мага за всю историю Ишгара. Вот только для начала нужно выжить, так как это была аура костлявой старушки с косой.       Черный туман начал скапливаться над телом девушки, из которого вытекала полу прозрачная кровь. Цепь исчезла, и рана в спине стремительно всасывала этот туман, который убивал всё живое. — Анкселам, сука ты. — проворчала девушка хриплым голосом, сжимая древко косы. Она открыла черные как смоль глаза и злобно посмотрела на два красных сгустка в этом тумане. Они словно смеялись, а после так же скрылись в стремительно зарастающей ране. — Блять, сдохнуть спокойно не дают. Ну вот, что вам, тварям, от меня надо? Сидите на жопе ровно и просто наблюдайте за какими-нибудь долбаебами, а меня оставьте в покое.       Зереф, мягко говоря, офигел. Второй раз за день. Это как-то необычно для его образа жизни последние четыреста лет. Мало того, что она не просто воскресла от дыхания смерти, но теперь ещё и недовольна этим! Что-то он перестал понимать в этом мире. — Ладно, с тобой разберусь потом, переносчик божественной заразы. — она бросила взгляд черных глаз на Зерефа, а потом со злобой посмотрела на своего недавнего убийцу. Тот выпучил глаза, и не знал, как реагировать на воскрешение хвостатой. Здесь становится слишком опасно. Пора сваливать. — Куда собрался? За вазелином? Хорошая идея.       Сорано со всей силы ударила старика ногой, отправив в короткий полёт сквозь все стены корабля. — Теперь ты. Друг или враг? — Сорано готовилась к удару, зависело от ответа черноволосого. Хотя, у него были такие грустные виноватые глазки, что просто хотелось подойти и обнять. — Нуждающийся в помощи. — тихо прошелестел он. — Ладно. — Сора не хотела показывать, какую боль она сейчас испытывает. Кости срастаются, кожа тоже, а вот крови и питательных веществ больше не становится! О чем оповестил желудок, развеяв повисшую тишину криком одинокого кита. — Быстро излагай и вали, пока не пришибла. — У людей на острове есть кристаллы, которые могут поглощать Дыхание смерти, и мне они очень интересны и нужны. — Слушай, проклятый, всё предельно просто. Валишь в Арактон, ищешь самые глубокие катакомбы под городом Лоен, и собирай столько, столько сможешь унести. — быстро отмахнулась девушка, чувствуя, что уже сводит живот. — Арактон… — задумчиво протянул он.       Паренька стало так жалко от одного только взгляда грустных глаз, что Сорано несознательно потянулась к кулону на шее. Он достался ей от учителя, но толку от камня никакого. — Знаешь, я не привыкла разбрасываться Божественными артефактами просто так, но тебе он нужнее.       Сорано сняла с шеи кулон с темным кристаллом, доставшимся от погибшего братика и учителя. Она нерешительно поцеловала камень и отдала темному магу. Он не мог принять такой подарок, но очень хотел его. Очень. Было бы гораздо проще, если бы она не хотела его отдавать, но вот так… — Я, Зереф Драгнил, клянусь, что исполню любую твою просьбу. — он аккуратно взял кулон, смотря в удивленные глаза девушки. — Повтори ещё раз… — неверяще попросила они. — Клянусь исполнить любую просьбу. — Не, не то. Драгнил? — Да. — непонимающе согласился тот. — Ты случаем не знаком с Нацу Драгнилом? — Брат? — вот теперь пришло время удивляться Зерефу.       В этот момент недалеко от корабля в небо поднялся огненный столб, а в уши ударил звук взрыва. — Живучий. — заключила девушка, ясно чувствуя своих друзей, готовых к битве с Хэйдсом. — Вот блин, даже сдохнуть спокойно не может.       Киришима сомкнула пальцы на горлышке только что появившейся зеленой бутылки. Она с легкостью её откупорила и сразу же осушила. Стало легче. Перестали ныть раны и мышцы, живот успокоился, и даже немного прояснился рассудок. Мда… Жижи болотного змеевика осталось всего пара бутылок. Если не начну экономить, то ко мне придут призраки ребят, у которых я их стащила, и не дожить мне до возвращения домой. — Саблезубой кошки откройтесь врата. Смилодон. Слияние. — Сорано обратилась в зверолюда, с ушками, хвостиком, вертикальными зрачками, острыми клыками и когтями, и очень обостренными чувствами. — Зереф, ты хороший человек, да и не твоё это дело. Забирай корабль и покидай остров. А я помогу своим. — Стой. — девушка уже хотела сделать рывок в сторону сражения, но остановилась, ведь черноволосый ещё что-то хотел сказать. — Есть другой способ им помочь. Нужно уничтожить его сердце. — Точно! — ударила себя по лбу девушка и передумала присоединяться к битве. — Ты чудо!       Схватив польщенного похвалой паренька Сорано побежала вглубь корабля, надеясь найти там коробочку с сердечком. Людей здесь уже давно не наблюдалось, ведь гуляя по коридору девушка уже давно с ними разделалась. Заглядывая за каждую дверь Сора проверила весь этаж за пару минут. Ладно. Раз здесь нет, значит идём дальше.       Они спустились ниже, к механизмам транспорта. Зереф пошел куда-то, словно ноги сами вели его к непримечательной двери. — Оно здесь. — прошелестел он, завороженно смотря куда-то вдаль. Сорано подошла и с опаской приоткрыла дверь. Прямо посреди помещения стояло непонятное строение, внутри которого и находилось огромное сердце чернокнижника. — Отлично. Теперь осталось только разбить эту хрень, и можно жить спокойно. — фиолетоволосая довольно улыбнулась и замахнулась появившейся из ниоткуда булавой. Один четкий удар по стеклу, и на неё хлынула противная жидкость вместе с осколками. — Мерзость. — скривилась она почувствовав запах этой жижи, и ещё больше убедилась в своём утверждении, когда взглянула на пульсирующее сердце.