Бог-Машина

Императорский дворец | Терра

— Приветствую вас. Пожалуй, начнём. — Верховные чины государства разместились за привычным длинным столом, который уже много лет является местом для собраний. Местом, где решались очень многие вопросы, — Что вы можете мне сказать про Фронтир, Трибун? — Повелитель, мы не смогли устранить Префекта Расла во время его выступления. Это бы ещё больше настроило народ против нас, — мужчина в черном мундире, не типичным для него, с эмблемой Стражи подвинулся к столу и положил стопку листов с отчётами. — Сейчас его убийство имеет смысл? — я перевёл взгляд на него, так как его люди сейчас играли очень важную роль. — К сожалению, нет. У меня есть информация, что он действует по поручению флота сегментума. Скорее всего, адмирал является истинным зачинщиком. Это довольно логично, он из одного дворянского рода, что и казнённый Бруней. Но над планетой он не властен, так что тут ему помогает наивность префекта и его немощность. — Это плохо. Что известно насчёт сил восставших? — Помимо трёх легионов предателей, что перешли на сторону восставших и присягнули их новой власти, к восстанию присоединились два оборонительных флота, созданные в этом сегментуме. Третий же немедля отклонил предложение предателей, сохранив лояльность и сейчас оттягивается в сторону границы с другим сегментумом, там уже ждут наши флоты. Однако с каждым днём их силы увеличиваются. Префект признал все незаконные вооружённые формирования, занимающиеся пиратством, и теперь они огромными толпами стягиваются к ним. — Как быстро флот сможет перекрыть им пути и установить блокаду? — Уже, мой Повелитель. — Взял слово Магистр Стеллар, — Мы перекрыли все соседние системы, но, несмотря на это, произошло несколько инцидентов. — К примеру? — я заинтересованно посмотрел на адмирала. — В один момент мы обнаружили крупный конвой Торговых домов, шедший в сегментум. Перед тем, как мы смогли остановить его, несколько кораблей смогли совершить переход. Штурмовые команды обнаружили в трюмах огромное количество штурмовых винтовок и лёгкой техники. По декларациям стало понятно, что всё это закупил адмирал под предлогом вооружения частей ополчения и планетарной обороны ещё до начала мятежа. Сейчас весь груз конфискован, несмотря на протесты Домов. — Хорошо, продолжайте блокаду и останавливайте всё, что движется внутрь. — Повернувшись к Фабикатору, я продолжил, — Что с адептами в секторе? — Большинство из тех, кто служил на кораблях, погибли. Остальные смогли прорваться к кузнице в сегментуме и сейчас держат там оборону. Без помощи братьев они не смогут использовать многие системы кораблей, в особенности молекулярные орудия, но основное вооружение, скорее всего, способны. Сейчас восставшие осаждают Мир-Кузницу, пытаясь получить её секреты. — Мои люди докладывают, что видели несколько пленных адептов как раз на тех кораблях, — высказался Трибун. — Тогда всё хуже, чем ожидалось. Вера братьев нерушима, но я не знаю, что с ними могут сделать, так что теперь орудия нельзя сбрасывать со счетов.       Пару минут подумав, я обратился к магистру Стеллар. — Какова численность и мощь их флота? — Сейчас их объединённый флот составляет, примерно, тысячу кораблей, но в основном это лёгкие корветы и эсминцы. Всего пять линкоров, но два из них с молекулярным орудием. — Тогда придётся пожертвовать этими линкорами. Трибун, я хочу, чтобы твои люди подготовили диверсию и в момент атаки подорвали эти орудия. — Будет исполнено. И, Повелитель, мы бы хотели получить от вас право на экстерминирование миров сегментума в случае их нежелания сдачи.       Я несколько минут сидел и пытался осознать, что меня попросили сделать. Медленно повернувшись к Трибуну, я решил прояснить ситуацию: — Вы просите меня… подписать смертный приговор пятидесяти миллиардам имперских поданных? — Эта вынужденная мера, мой Лорд. Покорись или умри, другого не дано. — Нет, я столько лет создавал Империю не для того, чтобы движением руки отбирать жизнь у миллиардов. Лишь один пиратский мир, рассадник ереси в Империи, был подвергнут очищению. Все остальные миры были уничтожены из-за тьмы, что захватила их. Но никогда Имперский флот не уничтожал имперский мир, когда на нём живут поданные Терры. Выйдя на орбиту после победы в космосе, пригрозите уничтожением планеты и ожидайте. Люди сами выдадут всех бунтовщиков. Обычные люди, скорее всего, заблуждались и поддались на провокации и слухи. Но вот верхушку всю казнить и поставить проверенных людей из других краёв Империи. Желательно показать судьбу высших офицеров, адмирала и префекта всем в назидание. — Потратив секунду, чтобы успокоиться, я продолжил, — Что Легионы? — «Сыны Архаса» и «Вечная Тысяча» выдвинули свои права на новые территории. Их территории граничат с сегментумом, и за них они давно соперничают. Сейчас их вражда особо сильна из-за последних событий. — Интересно. — Я встал и подошёл к окну. Солнце медленно уходило за горизонт, окрашивая город в яркие алые краски, — Пусть они решат свой спор в битве. Передайте им мой приказ: пусть высадятся на захваченные легионами предателей миры и захватят их. Кто это сделает успешнее и быстрее, тот и получит захваченные планеты. — Будет исполнено, — люди поднялись из-за стола и стали ждать моего слова. — Тогда на этом всё. Следующие обсуждения начнём после подавления восстаний. Все свободны. Атаку начнём по сигналу людей Трибуна, — дождавшись, пока все покинут зал, ко мне подошёл Карос. — Повелитель, мы обнаружили интересного человека, выжившего во время Инцидента. Я бы хотел, чтобы вы решили его судьбу. — Настолько важно? — Да, я встречу вас на Марсе, когда вы прибудете…

Восставший сегментум Маркарт

      Сотни кораблей выходили из пробоя и выстраивались в боевые ордера. Тысячи малых и средних кораблей поддержки и десятки линкоров всевозможных модификаций. Самый крупный из них являлся флагманом флота вторжения, на котором находился адмирал Валерий, командующий, назначенный самой Террой.       Адмирал находился на капитанском троне и размышлял о битве, смотря на изображение системы. Флот восставших стоял объединённой «кучей» на орбите центральной планеты. Имперский флот же ровным построением двигался ему на встречу. — Что по сканированию? — Ловушек не обнаружено. Минных полей, станций или ещё чего-то также нет, — оторвавшись от радара, сообщил один из офицеров. — Это просто какой-то цирк… — Адмирал протёр лицо рукой, чтобы взбодриться, — Дайте мне сводку о их построении, также свяжитесь с Агентами на кораблях. — Будет исполнено, Господин. — Пальцы офицера забегали по клавиатуре и вскоре в центре помещения появилась проекция будущего поля битвы, — Агенты докладывают, что удар произойдёт в момент зарядки орудий, подрыв дистанционно не даст особых результатов. — Надеюсь, они знают что делать, иначе многие из наших не вернутся. — Мужчина поднялся с трона и направился к выходу, — Церций, замени меня. Держите курс на врага и дайте мне знать, когда мы будем подходить. — В ответ на это один из высших офицеров вытянулся и ударил себя кулаком в грудь, после чего занял место адмирала.       Мужчина тяжело шагал по пустому коридору, с каждым шагом приближаясь к своей каюте. Вскоре пискнули сканеры и дверь пропустила владельца в его обитель. Постояв пару секунд, мужчина не спеша подошёл к сейфу, встроенному в стену. Протянув руку, после недолгих размышлений, он набрал код. Щёлкнули замки и дверца медленно отъехала в сторону. Внутри лежало несколько предметов, которые несли необычайную ценность для этого человека.       Первым адмирал достал меч в богато украшенных ножнах. Вытащив меч, он аккуратно провёл рукой по ледяной стали. Пальцы медленно прошли по выгравированным на лезвии словам, проверили остроту клинка. Этот меч он получил из рук самого Магистра за блестяще проведённую операцию во время битвы в сегментуме Сарий. Тогда он смог вывести корабль из ловушки огромной пиратской флотилии, предотвратив захват судна. Тогда, когда пришло подкрепление, он смог уничтожить флагман этих отбросов, несмотря на то, что он превосходил старый корабль адмирала. Закрепив меч на поясе, мужчина потянулся за следующим предметом.       Им оказалась стопка ткани, которая при раскрытии оказалась прекрасным алым плащом с вышитым золотом Имперским орлом — символом дворянства. Этот плащ передавался лидерам их дворянского рода на протяжении сотен поколений. И вот сейчас он принадлежал ему, последнему из рода. Закинув его за спину, он пристегнул его к броне двумя позолоченными застежками. Проверив, не мешает ли всё это движению, он направил взгляд внутрь хранилища, где одиноко, у самой стенки, стояла маленькая шкатулка. Осторожно, дрожащими руками, молодой адмирал достал её и поставил на стол. Грубые пальцы несколько раз пытались нащупать маленький замок, и вскоре им это удалось. Крышечка откинулась, являя взору владельца содержимое. Маленький медальон в виде птички, которая когда-то жила на Юге Терры, с давно засохшими пятнами крови на поверхности. Некоторые элементы узора исчезли, многие были погнуты. Он помнил, как дарил это медальон своей младшей сестре на её день рождения. Как она всегда носила его. Именно украшение дало имя маленькой девочке — Авис, птичка. Он помнил свою семью, большой дом на высокой скале, откуда открывался прекрасный вид на океан и луны, которые были особо прекрасны вечером, в лучах заката. Как было хорошо на душе, в этом уютном особняке, когда рядом сидела сестра, невероятно любившая брата и гордившаяся им. Как приходили родители, и слушали его истории о службе. И он помнил тот мятеж. Тысячи заключённых, самых мерзких отбросов Империи, вырвались из подземных колоний и шахт, и вскоре вся планета пылала. Как он, со своими верными легионерами прорывался к дому… как увидел распятую сестру. Её тащили на кресте, голую, с множеством ран по всему телу. Её жизнь висела на тоненькой ниточке. И самое страшное, что она видела его, смотря своими голубыми глазами в его душу. Пересохшие губы, раз за разом просили его о помощи. Он вырвался вперед, его отделяли от цели сотня метров. Меч сверкал над обезумевшей толпой и считал свою добычу с каждым взмахом. Тогда ещё он был молодым капитаном, и не чувствовал боли, не видел ничего, кроме неё. И как кузнечный молот, по сознанию ударили слова тактического техноразума…       …санкционирован орбитальный удар…       …Ему не хватило нескольких секунд. Она всё поняла, и лишь улыбнулась ему на остатках сил. Схватившие его легионеры оттащили капитана в укрытие, а через мгновение землю сотряс огонь с небес.       Он шёл по покрытым пеплом и кровью воронкам и думал о своей будущей жизни. Он в один день потерял всё, что заполняло его душу. Именно тогда его взгляд зацепился за отблеск в кроваво-белой жиже под ногами. Маленький медальон… всё, что осталось от его прошлого, от его семьи.       Сейчас эти мгновенья проплывали перед глазами, как очень плохой и давний сон, но медальон доказывал обратное. Именно тогда, держа в руках единственную память о сестре, глотая слезы, он поклялся перед Императором, что будет уничтожать всех его врагов, как внешних, так и внутренних. Именно он вызвался, чтобы возглавить карательный флот, совершить месть… И сейчас капитан близок к ней как никогда.       Спрятав украшение в перчатке, он резко направился на выход… — Пятьсот километров до радиуса поражения орудий мятежников, — доложил навигатор. — Есть сообщение от агентов? — командующий барабанил пальцами по подлокотнику от напряжения в этот момент. — Да, они заверяют, что всё идёт по плану и нам не о чем беспокоиться. — Надеюсь. Адъютант, — молодой офицер вытянулся во весь рост, — пригласите на мостик грант-адепта как можно быстрее. — Как только посыльный скрылся за дверью, адмирал вернулся к планированию битвы с остальными высшими офицерами.       Вскоре адъютант вернулся, сопровождая фигуру в алом балахоне. При её появлении, все присутствующие склонились и вернулись к своим обязанностям. — Вы звали меня, адмирал? — адепт подошёл к трону почти в плотную. — Да, я бы хотел, чтобы вы дали рекомендации по борьбе с этими кораблями, — место карты заняли изображения крупных кораблей восставших. На них показывалась основная информация и названия этих кораблей. Адепт подошёл к проекциям и стал рассматривать их со всех сторон. — Вас интересуют корабли с молекулярным деструктором? — Нет, на них есть отдельный план. Меня беспокоят остальные корабли их флота, — адмирал поднялся и также подошёл к проекции. — Древние корабли, — через минуты выдал грант. — Это плохо? — Нет, они второй или третьей волны создания. Эти вот, — он движением руки приблизил четыре из пяти кораблей, — Линкоры модели «Италика», сняты с производства в 1500 году от СВИ, экипаж не подразумевал большие людские ресурсы и в основном всем управляли адепты с техноразумом. Но так как нас теперь там нет, то, скорее всего, они нагнали туда до двух тысяч человек для минимального обслуживания. Орудия «Хорн — II» уступают нашим бортовым в три-четыре раза во всём. Так же при их создании не существовало технологии брони на основе ксирила, так что корпус слабее нашего. Этот же, — последнее изображение приблизилось к людям, — модель «Венгерус». Достаточно современный корабль, считаю, что это их флагман. В конструкции этого типа есть особенность. Огневая мощь принесена в жертву сверхтяжелому бронированию. Орудия типа «Глорхс», ещё меньший калибр, чем «Хорн», но большая скорострельность. Насчёт экипажа примерно тоже, что и на «Италике». Наверняка увеличенный и не обученный экипаж. Рекомендую взять его на абордаж. — Да будет так, у нас на борту центурия «Тысячи» и они пожелали идти впереди основных штурмовых команд. — Это будет разумно, легионеры из Первого легиона превратят ополченцев в пыль. Больше от меня сейчас пользы нет. — Благодарю, Грант. Не смею вас задерживать. Надеюсь на силу вашей молитвы во время битвы.       Дождавшись, когда адепт скроется за дверью, адмирал вернулся на свое место. — Сколько до входа в зону поражения? — Тридцать секунд, Господин. — Дайте мне их изображение и начните наведение наших молекулярок на их линкоры, — меч занял своё место возле трона, в специальной нише. — Невозможно, Господин! Есть помеха при прицеливании, она не даёт захватить сам корабль. — Дайте приближение. — Изображение стало показывать носовую часть одного из линкоров, которая была заслонена роем беспилотников, снующих перед кораблём, — Умно. Надо выдвинуть эту тактику, как защиту от молекулярного орудия в Адмиралтействе. Да и адептам дать идею. — Некоторое время адмирал барабанил пальцами и всматривался в схему, — Сколько у них носителей? — Два. Всю авиацию они выбросили для защиты линкоров, сами полагаются на суда эскорта. — Вот это они зря! Дайте команду молекуляркам выбить эти авианосцы, после этого пусть работают по средним в свободном режиме. Носители пускай сбрасывают авиацию и атакуют флот ополчения и корсаров. Вряд ли они его весь уничтожат, но после этого они по любому не смогут нам как-то помешать. Если начнут отступать, то пустите на них рейдеры. Линкоры «Рекс» и «Один» пусть займутся первой двойкой, защищающей танкеры. Мы же на «Восхождении» возьмём вторую двойку и флагман. Всё, начинаем сближение! — двигатели взревели, выдавая мощнейший импульс, и огромный линкор стал разгоняться, как и весь флот, в сторону врага… — Фиксирую накопление заряда в орудиях, до залпа двадцать секунд! — изображение показывало, как под кораблём предателей стали светиться накопительные батареи, передавая энергию на центральный излучатель. Внезапно по всему орудию вспыхнули молнии, вылетели искры и невыносимо яркое свечение на пару секунд ослепило сенсоры всего корабля. Вскоре системы были восстановлены и появилась возможность наблюдать за полем боя. А картина там стала намного лучше. Обломки двух линкоров разлетались в пространстве, светясь веществом для охлаждения орудий, которое обильно разлетелось в пространстве после взрыва. Ещё один линкор дрейфовал с повреждённой взрывом манёвренной системой, но его прикрывала его пара. — Прекрасно, начинайте атаку следуя приказам. «Восхождение» полный ход, курс на первую «пару»!       Вскоре корабль уже подходил к недобитку, пока остальной флот вступал в бой с «малыми» флотами врага. — Приготовить левый борт к залпу, и пусть вспомогательный калибр выбьет ему огневые точки и двигатель! — от напряжения, адмирал схватился за подлокотники и сжал их. — Исполняю, — от терминала помощника по всему кораблю полетели команды и приказы.       Два исполина сходились бортами, поливая друг друга из вспомогательных орудий. Но толку от этого практически не было, слишком крепка была броня кораблей. Вскоре корабли оказались друг напротив друга. Засвистели компенсаторы и первое орудие сделало выстрел. Откатившись из-за отдачи, оно вскоре вернулось на свою позицию, «выплюнув» при этом пустую гильзу от снаряда, которую подхватили специальные аппараты и утащили в недра на переработку. Аппарат же заряжания, получив приказ от адепта-канонира, «уронил» в ячейку боепитания орудия новую капсулу и процедура вновь повторилась, но теперь в этом чарующем повторении участвовали десятки, если не сотни орудий. Разница в технологиях дала о себе знать. И если в крейсерах и других кораблях она была не так заметна, то в линкорах выражалась особенно ярко. Если первые выстрелы были поглощены щитом, то последующие выстрелы уже крушили корпус. И вот здесь был камень преткновения. Орудия Империи рвали металл и пробивали корабль врага насквозь, а вот повстанческие боеприпасы бессильно разбивались об новейшую имперскую броню, максимум сдирая краску. Вскоре, практически разорванный напополам корабль с горящим топливом, которое выливалось из пробитых баков и взрывающимися в трюмах боеприпасами, начал заваливаться на бок. Два едва живых двигателя сносили корабль в сторону, и он постепенно, неуправляемо, стал отдаляться от «Восхождения». Через несколько минут он развалился на несколько частей и взорвался.       Корабль продолжил движение, двигаясь ровно на подбитый линкор, который оказался повёрнут бортом к имперцам. С него сразу же заговорили орудия, отправляя в приближающийся линкор снаряд за снарядом, но отсутствие вычислительных машин сильно сказывалось на точности. — Нам разворачиваться бортом? — один из офицеров-навигаторов подбежал к адмиралу и стал ждать приказов. — Что по остальной битве? — Удар авиацией стал смертельным для флотов корсаров, так что они в больших количествах отступают из системы. Рейдерские эскадры отправлены за ними в погоню. Сейчас, в основном, флот ведёт битву с флотами перебежчиков и ополчением колоний. Несём крупные потери, но в пределах нормы. Линкор «Рекс» смог уничтожить противника, но получил плазменную торпеду в хранилище с горючим. Сейчас еле живой отходит под эскортом в тыл. Авианосец «Маерик» получил бомбу от штурмовика повстанцев прямо в шахту авиационного лифта на верхних палубах. Ангары всё ещё функционируют, но на верхних ярусах детонировало топливо и БК авиации. Команда борется за живучесть. — Принято… У нас нет времени, чтобы разбираться с этим по-обычному. Сохранять курс, перенесите ядро щита на кормовой накопитель, сужайте носовую проекцию и передавайте туда всю энергию. — Исполняю, — офицер-щитовик с помощью специальных устройств стал изменять форму щита и соединять энергомагистрали для подпитки. — Двигательный отсек на связь, живо! — через пару мгновений перед ним появилась изображение адепта, — По моей команде форсировать двигатель, подключить дополнительный топливопровод. — После чего адмирал стал смотреть вперёд через стекло на приближающийся корабль врага. Когда между кораблями оставалось всего несколько десятков километров, он крикнул:  — Форсаж!       Загудели насосы, перекачивая сотни тонн топлива в огромные двигатели. Задрожали исполинские турбины и в космос вырвалась огромная струя раскалённой плазмы, «толкнув» корабль и тот на ускорении врезался носом в центр противника. По корпусу повстанца пошла трещина, разломавшая вскоре корпус на две половины. Не успевших убраться в другие отсеки людей выносило в космос, где они либо превращались в тоненький кровавый слой на обшивке «Восхождения», либо превращались в посиневшие статуи. А имперский корабль как будто не замечая препятствия, прорвался дальше, туда, где ждала его цель…       И вновь всё повторялось. Два линкора сходились бортами, а канониры уже просчитывали, куда дать свой выстрел, какую систему повредить. — Дайте им первый выстрел. Броня выдержит, а потом уже мы ответим, — адмирал занял своё место, убрал все вещи, которые могут улететь при ударе и стал ждать. Вскоре завыли сирены, предупреждая о скором столкновении. Люди занимали свои места, или просто искали место, где можно схватиться во время выстрела. Таймер на потолке методично отсчитывал последние секунды, а за стёклами пролетали десятки лазерных лучей и снарядов из вспомогательных орудий, которыми оба корабля посыпали друг на друга. Но вот таймер показал ноль и в окнах стало видно, как орудия врага запустили в имперский корабль смерть. Всё внутри сжалось, осталось место лишь вере и надежде… Только Император определял сейчас твою судьбу.       Гром прошёлся по всем отсекам, сотрясся корпус. Заскрипели балки в корпусе и бронеплиты, сдерживая смерть и пустоту. Где-то «выстрелило» пару заклепок, где-то замерцал свет или выбило фонтан искр. Но корабль не дрогнул, а ответ будет страшен. Специальные десантные снаряды, летящие после бронебойных, уже были закрыты и ждали лишь приказа капитана. И вскоре в динамиках по всему судну раздалось: — Залп!       Сотни орудий одновременно рявкнули, отправив свой смертельный груз во врагов Императора. Первые снаряды бессильно разбились о щит, но ничто не вечно, и вскоре они уже вгрызались в бронеплиты линкора, а за ними туда залетали десантные капсулы, плавя и буря обшивку…       В темноте помещения было слышно лишь резкое и частое дыхание ополченцев, да шипение от плавления брони. Десятки людей сидели в коридоре, спрятавшись за тем, что можно было использовать как укрытие, или тем, что отвалилось во время обстрела. Оружие, как и форма, были абсолютно разными. У кого была трофейная импульсная винтовка, а у кого и охотничий карабин времён колонизации. Но вот последний сантиметр брони судна пал и стёк на пол лужицей. Секундное замешательство, и в образованную щель летят сотни импульсов, пуль и даже лёгкая граната. Спустя полминуты огонь прекратился, так как ничто не могло выжить под таким ураганом огня.       Ближайший к пролому солдат подошёл к нему и заглянул внутрь. Из-за того, что света не было, так как один из снарядов попал в генераторную, приходилось действовать вручную. Внезапно звук шагов стих и другому ополченцу пришлось лезть в карманы, чтобы достать фонарь. Как только он справился и луч прорезал тьму, все присутствующие побелели, даже ветераны легиона, перешедшие на их сторону. Трехметровый робот держал одной парой рук солдата за горло, не давая тому даже выдохнуть, а в двух других нёс многозарядный штурмовой импульсник. Ноги его были так же отличны от человеческих. Два места сгиба позволяли развивать огромные скорости при беге и настигать врагов, как бы они не пытались оторваться. Две пары визоров сияли в темноте ярким красным светом, находясь в шлеме, чем-то похожим на легионерский. Имперский орёл на наплечнике сверкнул, когда на него направили луч фонаря и вновь скрылся во мраке. И последней деталью, тем, что позволяло узнать любого легионера, была эмблема на груди, в виде черепа и буквы «М». Как только луч стал направлен на голову машины, та развернулась в сторону остальных солдат. — «Тысячник»! — попытался продолжить фразу командир, но забулькал и упал с пробитой шеей. А появившиеся из тьмы машины стали косить людей за мгновения. Вскоре все, кроме того человека с фонарём были мертвы. Первый механизм, отбросив труп в стену с такой силой, что тот сломался словно кукла, подошёл к лежащему мужчине. — Вечная служба. Вечная война.       После чего раздавил голову мужчины ногой. — И мы, воины Императора, мы — «Вечная Тысяча». Идёмте, братья! Нам надо пролить ещё много крови… — фигуры скрылись во тьме перехода, и уже скоро по всему кораблю разносились звуки стрельбы, вопли, крики, мольбы, но никто их уже не услышал…