Продано!

— Господин Хьюга, конечно, похвально, что вы смогли выплатить часть долга и не потерять дом, но это не решает ваших проблем, — уставившись в документы, седой старик в очках пытался как можно понятнее объяснить ситуацию своему клиенту. — Этих денег недостаточно, проценты продолжат капать, и через пару месяцев налоговая служба снова пришлёт предупреждающие бумаги о том, что отберёт ваше имущество. Вы всего лишь отстрочили неизбежное. — Да знаю я! — раздражённо фыркнул Неджи. — Но пара месяцев — это уже хоть что-то. Я попытаюсь достать ещё денег. Если добуду хотя бы половину, мне предоставят ещё полгода. — Хотелось бы верить, но сумма долга такая большая... — не отрывая взгляда от бумаг, покачал головой бухгалтер. — Как вы планируете заработать столько денег за такой короткий срок? — Я что-нибудь придумаю, — парень поднялся с кресла, прихватил свою папку и направился к двери. Неджи не спал всю ночь, обдумывая всё произошедшее. Стоило закрыть глаза, как он тут же видел вчерашнюю толпу гостей, ухмылку блондинки и лицо своей сестры. Как он докатился до такого? Как некогда уважаемая семья Хьюга стала просто устроителями шоу для извращенцев? Хорошо, что отец уже умер и не видит того, что натворил его сын. Как только за окном начало светать, Неджи начал собираться к своему бухгалтеру, чтобы поскорее отдать ему деньги, заработанные столь омерзительным путём. Это, конечно, немного помогло, но старик прав, данная выплата не решит проблем, а как их решать, Неджи уже и не представлял. Часы показывали лишь девять часов утра, но старший Хьюга был вымотан так сильно, будто не спал несколько суток, а не всего одну ночь. Он очень торопился вернуться домой, но не только потому, чтобы упасть на кровать и заснуть. Он хотел увидеть сестру, убедиться, что с ней всё в порядке. Когда утром парень уходил, то не нашёл в себе смелости, чтобы заглянуть в комнату Хинаты, о чём после сильно пожалел. В голову лезли всякие дурацкие мысли, и ему было необходимо удостовериться, что с сестрой ничего не произошло. Неджи чувствовал себя виноватым, хотя прежде никогда не замечал угрызений совести, особенно по отношению к Хинате. Хотелось бы ему исправить то, что произошло вчера, но, увы, время назад не отмотать. *** Несмотря на то, что было утро, и солнечные лучи давно проникли в комнату юной Хьюга, сама девушка ещё спала. Она и дальше продолжила бы спать, если бы не один из тех самых лучей, упавших ей прямо на лицо. Хината медленно открыла глаза. Первое, что пришло девушке в голову, так это страшный сон, который снился ей всю ночь. В нём было множество незнакомых лиц, друг её брата — Киба, а так же и сам брат. Родной братец насиловал её на глазах у публики, Киба подбадривал гостей, желая заработать больше денег, а сама же девушка не могла ничего сделать. Мирясь со своей участью, она просто молилась, чтобы всё это закончилось. Поморщив носик от таких воспоминаний, Хината решила, что пора вставать, как вдруг нижнюю часть её тела пронзила ноющая боль. — Что это? — это был риторический вопрос, который она задала себе, немного заволновавшись. Однако легкое волнение отошло на второй план, когда брюнетка откинула одеяло. То, что она увидела, испугало её не на шутку. Но ещё больше её испугала правда. То, что ей снилось, на самом деле не являлось сном. Это была жестокая реальность. — Не может быть! Нет! — собрав все силы, Хьюга поспешно подошла к зеркалу высотой с её рост. Это была точка предела. В следующую минуту Хината сползла вниз, но всё так же продолжала смотреть на своё отражение. Она не узнавала себя. Там, в отражении, была какая-то незнакомая девушка, просто похожая на неё саму. Вот только вид у этой девушки напоминал дешёвую малолетнюю шлюху. Глаза были опухшими и покрасневшими. Не стертый макияж, размазанная тушь, растрепанные волосы, запачканные кровью чулки... И тут Хината во всех подробностях вспомнила вчерашний вечер: и аукцион на её девственность, и обворожительную блондинку, что купила её, и брата, который был вынужден лишить невинности собственную сестру, чтобы получить чек. — Этого... не может быть... — всё ещё смотря на себя в зеркало, Хината помотала головой, а потом разрыдалась, закрыв лицо ладонями. Ей было всё равно, увидит ли её кто-нибудь, услышит ли… Изнутри девушку переполняли отвращение, страх и жалость к себе. Хьюга не могла перестать плакать и успокоиться, как бы ни старалась. Громкие всхлипы непроизвольно вырывались из лёгких. Лишь когда дверь в её комнату с грохотом распахнулась, Хината смогла ненадолго затихнуть. Совсем ненадолго. Когда сквозь пелену слёз она разглядела вошедшего, то ударилась в новую истерику, боязливо пятясь к стене и прикрывая дрожащими руками оголённую грудь. — Х… Хината… — тихо позвал её Неджи, желая привести в чувство, но в ответ получил лишь вопли. — Уйди! Не трогай меня! Уйди! — кричала Хината, до хрипоты срывая тонкий голос, прижимая к груди колени и обнимая их. — Уходи! Прошу, оставь меня! Я не хочу тебя больше видеть! — Успокойся, голос сорвёшь! — парень не винил её за сказанные слова, но хотел, чтобы она взяла себя в руки, и они могли спокойно поговорить. Неджи приблизился к сестре лишь на пару шагов, а та разревелась ещё больше, трясясь от страха. — Я ничего тебе не сделаю, слышишь? — Ненавижу тебя… — сквозь всхлипы проговорила Хината, обняв себя за плечи. — Оставь меня! Уйди! Уйди! Ты чудовище! Как ты мог? Но Неджи отказался слушать сестрёнку, и вопреки её требованиям, подошёл ещё ближе, после чего подхватил её дрожащее тело на руки и понёс в ванную комнату, попутно стягивая с её ног некогда белоснежные чулочки. Хината вырывалась, кричала, но Неджи держал её крепко и не позволял высвободиться. Открыв воду и сделав её чуть прохладной, старший Хьюга усадил Хинату в ванну, где, как ни странно, девушка немного успокоилась и остыла. Парень не знал, с чего вдруг так решил, но в его голове засела мысль о том, что если сестра вымоется, то ей станет намного легче, но Хината не спешила браться за мытьё, а так и продолжала неподвижно сидеть и изредка всхлипывать, обвив руками собственный торс. Тогда Неджи подумал, что стоит ей помочь и, намочив под струёй воды мочалку и выдавив немного геля для душа, парень принялся осторожно тереть кожу сестры, покрывая её густой приятно пахнущей пеной. Начал он со спины и плеч, водил губкой очень осторожно, чтобы у Хинаты и в мыслях не возникло, что он хочет вновь причинить ей боль, но когда парень сместился к бокам и бёдрам, внутри у него будто что-то вспыхнуло, и воспоминания о вчерашнем вечере снова накрыли больную голову. Неджи во всех подробностях вспоминал, как плавно покачивалась грудь сестры от его толчков, как её губы неловко и неохотно отвечали на поцелуи, как кожа покрывалась мурашками от малейших прикосновений, и чем дольше Хьюга-старший водил губкой по телу Хинаты, тем сильнее ощущал возбуждение в штанах, которое поселяло страх и стыд в его сердце. — Продолжи сама, — положив мочалку на край ванны, Неджи поспешил уйти, дабы не наделать ещё больше глупостей. К тому же, пока сестра принимает ванну, он как раз успеет съездить в магазин и купить еды, так как холодильник вчера окончательно опустел. Хинате нравились прохладная вода и пена, они помогали девушке чувствовать себя не такой грязной. Распустив на голове перекосившиеся хвостики и швырнув резинки на пол, Хината подставила голову прямо под кран, наслаждаясь, как вода стекает по её волосам и лицу, смывая слёзы и тушь. Добавив на губку ещё немного геля, Хината принялась заново растирать кожу, да с таким усилием, что на ней появлялись красные пятна и кровоподтёки, как при ударах. Так девушке казалось, что она становится ещё чище, да только стереть себе всё до костей не решало проблем, а лишь усугубляло ситуацию. Это младшая Хьюга поняла, когда повреждённые участки кожи начало щипать и жечь, поэтому, отбросив мочалку, юная красавица погрузилась в воду по шею и закрыла глаза. Хината уже не плакала, но очень хотела. Видимо, слёз не осталось. В голове по-прежнему никак не укладывались вчерашние события, заставляя брюнетку снова и снова вспоминать об этом. Как ей теперь находиться рядом с братом? Как жить в одном доме и видеть его каждый день? Да, они не близки, но раньше не приходилось думать о том, как же теперь смотреть Неджи в глаза и не разреветься только от одного его присутствия в комнате. Сначала Хината, как и брат, не хотела терять отцовский особняк, но вот сейчас была бы рада сбежать отсюда и никогда не возвращаться. Пусть будет тяжело, пусть и придётся спать на улице, но там, по крайней мере, не будет Неджи, которого в данный момент сестра всем сердцем ненавидела. Полежав в воде ещё немного, Хината вылезла из ванны, как следует вытерлась и облачилась в чистую свежую одежду — любимые потрёпанные джинсы и белую футболку. Дожидаясь пока высохнут волосы, девушка скидывала в спортивную сумку всё, что ей казалось, может пригодиться. Хината была полна решимости уйти из этого проклятого дома. А тем временем вернувшийся из магазина Неджи складывал продукты в холодильник. Старший Хьюга экспертом по закупкам не был, поэтому купил лишь полуфабрикатные блюда, консервы и немного фруктов с овощами, ну, и про себя любимого не забыл, притащив домой пакет выпивки. Обычно походами по магазинам всегда занималась Хината, и уж она-то тратила деньги с умом. Готовила, кстати, тоже она. Максимум, что мог брат — разогреть в микроволновке полуфабрикат, что он сейчас и делал. Нужно было накормить сестру, она ничего не ела со вчерашнего дня и наверняка голодна. В таком состоянии девушка вряд ли смогла бы приготовить себе обед, а поесть ей обязательно нужно. Но едва Неджи успел вытащить из микроволновки тарелку с разогретой пиццей и поставить её на стол, как услышал шаги за спиной. Обернувшись, Неджи увидел Хинату, держащую в руках большую спортивную сумку чёрного цвета. Брюнетка явно растерялась, увидев братца, но сумела взять себя в руки. — Извини, я не знала, что ты на кухне. Я просто заберу своё печенье и уйду, — поставив сумку на пол, Хината открыла ближайший к себе кухонный шкафчик, где всегда лежало её любимое лакомство — печенье с шоколадной крошкой. — Куда ты собралась? — недоумевая, спросил Неджи, вопросительно смотря то на сестру, то на сумку. — Я больше не буду жить здесь, я этого не вынесу, — спокойно ответила девчонка, раздумывая, куда именно ей положить печенье. — Я помогла тебе не потерять дом. Больше помогать не желаю. Теперь сам выкручивайся, а я лучше на улице буду жить, зато не придётся унижаться перед публикой. — Заканчивай этот цирк и возвращайся в свою комнату, — голос юноши стал значительно грубее, а тон требовательнее. — Я принесу тебе еды, ты поешь, а потом мы с тобой обо всём поговорим и придумаем, как нам жить дальше. — Я не хочу ни разговаривать с тобой, ни жить. Я даже смотреть на тебя не могу. Мне лучше уйти. Так будет лучше для всех. — Ты никуда не уйдёшь из этого дома, по крайней мере, пока тебе восемнадцать не исполнится, — Неджи направился прямиком к сестре и, подняв её сумку, вскинул на плечо, чтобы отнести обратно в комнату. — А до этого времени ты под моей опекой. — Хорошо же ты меня опекаешь, нии-сан… — Хината старалась не нарываться на конфликт и уйти тихо, но не выдержала. Желание высказать всё оказалось сильнее инстинкта самосохранения. — Уверена, каждая девушка мечтает о таком брате. Жаль, что у меня только одна девственность, и ты не сможешь лишить меня её ещё раз! Не сможешь продать её на аукционе! Как грустно, что отец не дожил до этого дня, он бы гордился тобой! — слова сами вырвались из девичьих уст. Хината поспешно закрыла рот руками. По тому, как руки парня сжались в кулак, девушка поняла, что сказала лишнего. Последняя фраза явно очень сильно задела брата. Всего на секунду повисла тишина, а потом нарушилась громким хлопком пощёчины, которую Неджи влепил сестре, будучи крайне обозлённым её словами, точнее, одной конкретной фразой про отца. Это был словно нож в сердце, хотя парень понимал, что доставил Хинате намного больше боли своими поступками. Вот и сейчас девушка стояла и плакала, приложив ладонь к ушибленному месту, боясь даже взглянуть в сторону братца. Если бы юная Хьюга сказала хоть ещё что-нибудь, то получила бы гораздо больше побоев, но и подчиняться приказам она не хотела. Собрав всю волю в кулак и глубоко вдохнув, девчонка стремительно кинулась к выходу, но Неджи сумел поймать её и остановить, ухватив за шиворот футболки, после чего потащил вверх по лестнице и сестру, и её тяжёлую сумку. Хината пыталась как-то отбиться, начала кричать, но в итоге даже понять не успела, как оказалась в собственной спальне, а сумка упала возле её ног. — Ты никуда не пойдёшь! — практически прошипел Неджи, забрав с комода ключ от комнаты. — Не забывай, что я — глава семьи! Моё слово — закон. И да, сегодня у меня тоже отвратительное настроение, что придушить себя хочется. Не усугубляй ситуацию и успокойся, — выскочив за дверь, Неджи торопливо запер её, чтобы Хината наверняка не смогла сбежать. Замок на двери и решётки на окнах не дадут сестрёнке покинуть эту спальню. — Открой! Выпусти меня! — Хината не переставая долбила по деревянной преграде, но от этого не было никакого толка. — Выпусти! Я не хочу здесь находиться! Дай мне уйти, умоляю! — Это для твоего же блага, — убрав ключ в карман брюк, Неджи спустился обратно вниз и, сев на диван в гостиной, откинулся на спинку и закрыл глаза. Как бы ни старался он отрицать это, но жалость к Хинате на его лице была видна невооружённым взглядом. В последний раз он проникался к ней такой жалостью лишь тогда, когда её мать умерла от болезни. Но и тогда парень не подал виду, что сожалеет, как положено любящему старшему брату. Он не обнял её, чтобы успокоить, ничего не говорил, не был рядом, а со временем просто забыл об этом чувстве. А сейчас это чувство не покидало его ни на секунду, и старший Хьюга сам был готов заплакать, если бы только мог позволить подобную слабость. Посидев ещё немного, Неджи направился на кухню и, прихватив бокал и бутылку алкоголя, не спеша пошел в свою комнату. Затем, дойдя до кровати, с шумом поставил на прикроватную тумбочку содержимое, прихваченное с кухни, и тяжело опустился на постель. Внутри него всё ещё бушевал гнев от слов, сказанных сестрой. А если точнее, то задевала его жестокая противная правда. Налив себе выпить, шатен осушил бокал залпом и лёг на кровать, раскинув руки в стороны. Неджи не знал, сколько именно времени он так пролежал, ибо уже практически заснул, но из сна парня вытащил звук дверного звонка. Кто именно пришёл, Хьюга не имел понятия, но догадывался. Догадки его подтвердились, когда шатен увидел на своём пороге Кибу. Вид у друга был встревоженный. — Какого чёрта, чувак? — Инузука вошёл внутрь, даже не поздоровавшись. — Я тебе с раннего утра звоню! Почему не отвечаешь? — Не слышал, — безразлично ответил Неджи и поплёлся к дивану. Он ожидал ещё кучу болтовни и вопросов, но товарищ был на удивление тих. — Ты как? — робко полюбопытствовал гость, присаживаясь рядом с приятелем. — Сам как думаешь? Как я могу себя чувствовать после того, как трахнул родную сестру на глазах у публики? — Блин, дружище, я и подумать не мог, что всё так будет… Я вовсе не на это рассчитывал! Кстати, как это произошло? — Блондиночка потребовала, чтобы я лишил Хинату девственности, а если откажусь, то не получу ни денег, ни больше никогда не смогу устроить подобный аукцион, а значит, потеряю всё. Я… Я хотел отказаться, но в последний момент испугался, что больше не будет такой возможности заработать. Я побоялся потерять дом… Он слишком дорог мне. — Вот же сука! — фыркнул Киба, сжав кулаки. — Похоже, связи у этой стервы очень хорошие. Не знаю, кто она такая, и как узнала об аукционе, но у меня подозрения, что она как-то связана с Якудза. Слишком наглая и бесстрашная. Наверняка не может нарадоваться своей подленькой выходке! Ладно, чёрт с ней. Как там Хината? — У неё нервный срыв. Еле успокоил, и то вряд ли. Из дома даже уйти пыталась. Больше не желает видеть меня, и я её не виню. Чёрт, где были мои мозги, когда я соглашался на эту затею? — Неджи громко выдохнул и потёр лицо ладонями. — Представлять её унижение в своих мыслях и видеть всё это наяву, оказалось абсолютно разными вещами. Какими бы плохими не были наши отношения, но я должен был её защищать. Я обещал отцу, что позабочусь о ней… Несмотря ни на что, отец любил её... — И что, ты хочешь сказать, что на этом всё и закончится? — Инузука был удивлён и явно не ожидал, что у друга вдруг проснётся совесть. — Неужели из-за какой-то белобрысой шлюшки ты опустишь руки? Эй, мы не можем остановиться на достигнутом! Ты сам видел, как деньги крутятся в этом бизнесе! Да через полгода мы не только все твои долги покроем, но и ещё пару домов купим! — Серьёзно? А сколько ещё нервных срывов за эти полгода переживёт моя сестра? — Неджи не нравился этот разговор, более того, парень больше никогда в жизни не хотел вспоминать вчерашние события. — Это был первый и последний раз! И плевать на деньги! — Но… — Закрыли тему, — встав со своего места, Хьюга пошёл к лестнице, дабы вновь подняться в свою комнату и хоть немного поспать. — Знаешь, я хотел бы отдохнуть. Тебе лучше уйти, — бросив в сторону друга туманный печальный взгляд, Неджи поднялся наверх, не став провожать товарища. Впрочем, тот и сам ушёл, дважды повторять не нужно было, но Киба никак не хотел мириться с тем, что из-за внезапной совести товарища он расстаётся с огромными деньгами.