Deserving

LeToya Luckett – Back 2 Life

Хёну чувствует груз ответственности на своих плечах, он прижимает его к земле, заставляет казаться жалким и беспомощным; парень барахтается в нахлынувших чувствах и сожалениях, закрывает глаза и погружается в них с головой. Рёв толпы гулко звучит в ушах, поздравления, которые не для них, и одобрительные восклицания, словно острые ножи, вонзаются в его грудную клетку, пробивая сердце насквозь. Он слышит знакомые голоса за своей спиной, но старательно отгораживается от них, он не достоин их, а они заслуживают большего, заслуживают лучшего капитана, способного привести их к победе. -Хёну, - он не оборачивается, скрещивает руки на груди и первым направляется в раздевалку. Тишина звучит оглушительно, но он нуждается в ней, делает глубокий вдох и морщится, когда за его спиной хлопает дверь, а спустя секунду перед ним возникает взволнованный Кихён, между бровей которого залегла глубокая складка. В любой другой ситуации он бы расправил её пальцами, но не сегодня, когда он опустошен и разрушен до основания, когда нет сил смотреть на это красивое лицо, когда нет сил отвечать на вопросы и делиться своими переживаниями. -Послушай, - Кихён пытается ухватить пальцами его подбородок, но Хёну отворачивается, продолжая переодеваться и делать вид, что в комнате кроме него никого нет, - Команда нуждается в своём капитане! Он стискивает в кулаках футболку старшего и смотрит на него выжидающе, Хёну осторожно сжимает его запястья и молча отстраняется, Кихён вздрагивает, как от удара, замирает на мгновение и обиженно поджимает дрожащие губы. Хёну застегивает олимпийку, перекидывает сумку через плечо и покидает помещение, даже не глядя на своего вице-капитана. -Не помогло? – осторожно интересуется Минхёк, появившийся спустя пару минут вместе со всей командой, устало приземляется на скамейку и снизу вверх смотрит на Кихёна, который с момента ухода капитана так и не сдвинулся с места. Запоздало обнаруживает дорожки слёз на щеках парня, охает от неожиданности и тут же подскакивает на ноги, крепко прижимая друга к себе. -Завтра всё будет в порядке, - шёпотом произносит он, легонько похлопывая напряженную спину Кихёна, который то ли слишком гордый, чтобы разрыдаться всерьез и выпустить чувства наружу, то ли просто очень устал и не может найти в себе силы для этого. Минхёк склоняется ко второму варианту, отстраняется и слабо улыбается, проводя ладонью по взъерошенным светлым волосам, - Завтра будет легче. *** Но легче не становится. Тренировку официально отменили, но вся команда почему-то собирается в спортивном зале, все обмениваются понимающими взглядами, слабо улыбаются друг другу и похлопывают по плечу в знак поддержки. Разогреваются и затем занимаются в привычном режиме, отрабатывая подачи и броски, доводя себя до изнеможения; усаживаются на пол один за другим, плечом к плечу, вслушиваясь в шумное дыхание друг друга. Каждому необходимо высказаться, кто-то произносит всего несколько слов, кого-то хватает на целый монолог, кто-то снова плачет, и только Кихён молчит, то и дело поглядывая на дверной проём и надеясь лишь на то, что в нём появится силуэт их капитана. Но этого не происходит. Презрительно фыркая, он поднимается на ноги, скрещивает руки на груди и позволяет себе закатить глаза. Привычный жест, который обычно вызывает раздражение у членов команды, в данной ситуации почему-то действует успокаивающе. -Не вините себя слишком уж сильно, - строго произносит Кихён, стараясь, однако, не смотреть на парней, - Это не конец, это только начало, и в следующий раз у нас всё получится. Он знает, что всем нужны эти слова, поэтому произносит их твердо и уверенно, про себя отмечая, правда, что верит в них с большим трудом. Расходятся они поздно, но в приподнятом настроении, обсуждая положительные моменты прошедшего матча и трезво оценивая ошибки, которых в будущем нельзя допустить. Кихён улыбается уголками губ, тепло прощается с парнями и направляется в сторону своего дома, засунув руки в карманы и понуро опустив голову. «Они ждали тебя, почему ты не пришёл?» «Я ждал тебя» Кихён долго лежит на кровати, всматриваясь в постепенно темнеющий экран мобильника, сердито отбрасывает его в сторону и утыкается лицом в подушку. Он часто сомневался в себе и своих способностях, спрашивал себя «а достаточно ли я хорош?», то и дело порывался уйти из команды, заявляя, что она в нём не нуждается, но сильная рука каждый раз ложилась на его плечо, а уверенный голос капитана призывал его не делать глупостей, и он оставался. Учился принимать себя и лучше понимать других, бороться со своими недостатками, идти вперёд, зная, что если он споткнётся, то ему не дадут упасть. Может, теперь его черёд ловить того, кто вот-вот рухнет на землю? *** -Нам нужно поговорить. Хёну продолжает задумчиво листать учебник, морщится, когда Кихён бьёт его по плечу, пытаясь привлечь внимание, поднимает голову и устало смотрит на рассерженного парня. Лицо вице-капитана вытягивается от удивления, когда его глаза встречаются с абсолютно ничего не выражающими глазами старшего, он тянет его за рукав, и Хёну наконец-то сдается. Он не понимает, зачем младший ведёт его в зал, но продолжает плестись следом, нервно покусывая внутреннюю сторону щеки и перебирая возможные варианты развития событий. -Если хочешь врезать мне по лицу мячом, я не буду сопротивляться. Я заслужил. Кихён прикрывает дверь и поворачивается к капитану, в его глазах полыхает ярость, он приближается вплотную и до боли в пальцах сжимает воротник его рубашки. Он догадывался, почему Хёну ведёт себя подобным образом, но он даже предположить не мог, насколько велик масштаб трагедии. Ему действительно хочется врезать старшему, но не мячом, а кулаком, и он не находит ни единой причины сдерживаться, отступает на несколько шагов и на полном серьёзе бьёт капитана по лицу. Хёну сдавленно охает от боли и смотрит на парня испуганно-виноватым взглядом; Кихён понимает, что перегнул палку, снова приближается вплотную и осторожно касается пальцами покрасневшей кожи. -Ты заслужил, - произносит он, изо всех сил стараясь, чтобы голос звучал твёрдо, но он прекрасно знает, что злиться на Хёну всерьез – выше его сил, поэтому он смягчается. Опускает голову, утыкаясь лбом в широкую грудь капитана, и негромко произносит, - Может, объяснишь мне, что с тобой происходит, и почему ты заставляешь ребят из команды чувствовать себя брошенными котятами? -Потому что команде не нужен капитан, неспособный привести её к победе. Кихён с силой толкает его, обжигает злым взглядом и наконец-то высказывает то, что всё это время вертелось на языке, но не могло быть произнесённым в силу отсутствия главного слушателя. -Но нашей команде нужен ты, мне нужен ты, неужели ты не понимаешь этого? Ты всегда был нашей опорой и поддержкой, так почему ты покинул нас именно тогда, когда мы больше всего нуждаемся в твоём присутствии? И почему ты не позволяешь нам поддержать тебя? Кихён делает паузу, собираясь с мыслями, выставляет руку перед собой, как бы давая Хёну понять, что он ещё не закончил, делает несколько глубоких вдохов, подходит ближе и завершает начатое. -Прекрати винить себя во всех смертных грехах, это наше поражение, не твоё. Это всего лишь один матч, важный, но не последний, и, чтобы стать сильнее и победить в следующий раз, нам нужно усердно трудиться, а не топить себя в сожалениях. Ты же знаешь и понимаешь это, почему я должен говорить тебе столь очевидные вещи? -Потому что я нуждаюсь в том, чтобы кто-нибудь сказал мне их. Глаза Кихёна расширяются от удивления; парень поджимает губы и некоторое время молчит, а затем улыбается с облегчением, приближается вплотную и обвивает руками его талию. Прижимается щекой к груди, ощущая, как гулко и быстро в ней бьётся сердце, и прикрывает глаза. -Нуждаться в поддержке и избегать её, только ты так можешь, - бормочет вице-капитан, чувствуя, как злость уходит, уступая место теплу и какой-то иррациональной, совершенно неуместной в данной ситуации нежности, - Господи, ну когда ты уже научишься говорить о том, что чувствуешь? -Мне больно, - брови младшего, абсолютно не улавливающего суть происходящего, ползут вверх, но капитан проясняет ситуацию, указывая пальцем на свою щёку и напоминая о том, что пару минут назад кулак младшего красиво вписался в его скуловую кость. -Заслужил, - они произносят это одновременно, переглядываются, на секунду замирая, а затем оба разражаются смехом, в котором слышится и горечь, и вина, и облегчение. Хёну обнимает Кихёна, прижимаясь щекой к его щеке, в его глазах снова плещется жизнь, а ещё отражается полуденное солнце, и младший, не в силах сдержаться, коротко целует его в уголок губ, расплываясь в счастливой улыбке. -Больше никогда так не делай. И не забудь прийти сегодня на тренировку и попросить прощения у своей команды. И будь готов к тому, что кто-нибудь ещё захочет тебя ударить. Потому что.. -Заслужил, - одними губами произносит Хёну, завершая фразу младшего, прикрывает глаза и осторожно целует его сухие, покрытые многочисленными мелкими трещинками губы, - И тебя, я надеюсь, заслуживаю тоже.