Не лагерь, а голубятня.

*** После отбоя мы дождались, пока в коридоре все стихнет, и начали собираться. До бассейна мы добрались без проблем: освещения на улице не было, да и особо-то мы не шумели. Мы старались переговариваться как можно тише, но Дима с Сережей постоянно хихикали, нарушая тишину, за что я их бил своим полотенцем. У бассейна было тихо. Мы знали, что здесь уже можно не шептать, потому что все взрослые были в корпусе, но никто не решался и шагу ступить, любуясь на отражающиеся в воде звезды. Действительно красиво. — Пацаны. Из-за спины вышел Серёга и встал на бортик бассейна с таким видом, будто только что город какой-то завоевал. Он уже был в одних шортах и, видимо, готовился сказать нам что-то важное. — Скажу коротко и ясно, — Серёжа сделал паузу, — кто последний, тот вонючка! — и прыгнул в воду, обрызгав нас с ног до головы. Дима засмеялся и последовал примеру друга, окатив меня холодной водой ещё раз. Арсений, на ходу скидывая одежду, бежал к бортику, и со словами: «Ну, что, Вонючка?» нырнул в бассейн. Я сложил руки на груди и подошел к краю воды, сдерживая улыбку и мат. Я ведь знаю, что они теперь не отстанут от меня с этой «вонючкой». Вот я влип. — Эй, Шастун! — ко мне подплыл Димка. — Чего тебе, уродец? — от чего-то широко улыбаясь, ответил я парню. — А ты чего не прыгнул-то? Растаять боишься, а? — спросил он, обрызгивая мои ноги водой. — Я вообще-то в кроссовках пришел, если кто не заметил! — я указал на свою ногу, делая максимально возмущенное лицо, — плюс у меня травма, — напомнил я о своей шишке. — Да ладно тебе, давай, прыгай. Вода нормальная, — сказал Арсений, вылезая из воды на бортик рядом со мной. — А ты чего вылез? — Тебя подожду, — Сеня улыбнулся, садясь и опуская ноги в воду. Я улыбнулся, немного покраснев, и стал стягивать обувь. Сложив одежду как можно дальше от воды, я направился к бассейну. Сеня болтал ногами и о чем-то переговаривался с парнями, плававшими поблизости. Я подошёл к бортику и сел рядом с Арсом, опуская ноги в воду. — Ебтвоюмать! — неестественно высоким голосом закричал я, — вы совсем конченые что ли? — Ты чего? — не зная, как реагировать на мое поведение, спросил Арсений. — Вода ж ледяная! Как вы плаваете вообще? — я морально не был готов к такой температуре воды. — Да они отморозки просто! — смеясь, ответил Сеня. — Ты тоже плавал вообще-то! — Недолго ведь! — Хорошо, ты тогда не отморозок, а отморозочек, — сдерживая подступающий смех, сказал я. — ОтмоРозочка, блять, — сгибаясь пополам от смеха, прохрипел Арсений. — Эй, ну что вы там застряли-то? — из другого конца бассейна прокричал Дима, — посидеть что ли пришли? — Вонючка не хочет плавать, — широко улыбаясь, ответил Сеня. Я толкнул его в бок, вопросительно поднимая брови. — Я что-то не так сказал? — смотря мне в глаза, спросил Арсений. — Иди купайся, — ехидно улыбаясь, я начал сталкивать этого засранца в воду. Понятное дело, что обратно в эту холодину ему не хотелось, и он отбивался всеми силами. Мы боролись руками, смеясь и делая вид, что не замечаем критическую для каждого из нас близость. Когда силы были на исходе, я поднял руки вверх, как бы говоря, что сдаюсь. *** Сеня сидел по-турецки и наблюдал за парнями в другом конце бассейна. Они, мне кажется, с самого начала пошли сюда, только чтоб вдвоем побыть. Хотя они и так целыми днями друг от друга не отходят! Все время вместе. Хотел бы я столько же времени с Арсением проводить. А парни в это время что уже только не делали: прыгали друг с друга, ныряли и соревновались, кто дольше продержится под водой и все в таком духе. Я был рад за них, как мать, только что удачно выдавшая свою дочь замуж. Не долго думая, я пошёл к Арсению, садясь рядом с ним. — Точно не хочешь плавать? — спросил Сеня. — Не особо, — я улыбнулся, смотря, как блики воды играют на его лице, решаясь пододвинуться ближе к нему. — Антон, ты чего, тут же парни… — Что не так-то? — я раздраженно вскинул руки, — почему ты так боишься проявлять свои чувства? — Ты не понимаешь… — как-то резко сказал Арсений. — Так объясни, давай! — я перешёл на крик, мысленно ругая себя за это. — Долгая история, — отмахнувшись, сказал Сеня. — Ну, ночь длинная, время есть. — Все-то у тебя просто, — нервно бросил Арсений, подбирая слова, — ну, смотри. Вот, как ты понял… что тебе нравятся парни? — на одном дыхании проговорил Арсений, смущенно опуская взгляд. Недолго думая, я ответил: — Влюбился в одноклассника. — Вот и я тоже, — будто предвидя мой ответ, сказал Арсений. — Неудачно? — тихо уточнил я. — Да нет. Как раз-таки удачно, — он тяжело вздохнул, и я понял, что сейчас у нас будет откровенный разговор, — Это было пару лет назад. К нам в класс пришёл новенький парень, как ты уже понял, мы с ним сдружились. Наши отношения были, ну… — Сеня не мог подобрать нужное слово, — как у Димки с Серёжей, точно! Но все это воспринимали по-другому. А как иначе, если мы с ним все свободное время проводили вместе? Начиналось все с безобидного на первый взгляд «педики», — он выплюнул это едкое слово, нахмурив брови, - потом стали избивать. Обоих, — сказал он будничным тоном, будто говорил о погоде. — Что дальше, — едва слышно спросил я. — Он вновь сменил школу, а я так и слыву педиком. Летом, в лагере только и могу расслабиться, — закончил свой монолог Арсений. Он тяжело вздохнул, видимо, пытаясь прогнать неприятные воспоминания, а я сидел и боялся пошевелиться, не зная, что говорить и делать. Поняв, что неловкая пауза уже затянулась, я решил спросить: — Почему ты в другую школу не переведёшься? — Оу. Ну, теперь-то мне уже год осталось доучиться. А в то время, у меня сестрёнка в первый класс пошла. Я как бы приглядывал за ней… Я невольно улыбнулся, узнав, что у Арсения есть младшая сестра. — Ого, и как её зовут? — я мысленно вздохнул, понимая, что разговор возвращается в привычное русло. — Алиса, — Сеня наконец-таки улыбнулся, а у меня будто камень с души упал. — У Димки, кажется, тоже сестра есть. — Да, они ровесницы с Алисой, вроде, — посмотрев мне в глаза, сказал Сенька, — кстати, чего это вы после полдника так вели себя странно? — Ну, просто, я узнал, что они встречаются, а тут ещё ты со своими голубями… Арсений ошарашенно смотрел на меня. — Да ладно?! Я кивнул, а он перевел свой взгляд на бассейн, ища глазами парней, но их нигде не оказалось. — ОНИ? — Арс уставился на меня своими от удивления огромными глазами, — так… это… они же… маленькие! — он буквально прокричал последнее слово. — Маленькие? У меня с ними разница в год, как и с тобой. Я для тебя значит тоже маленький? — с наигранной обидой в голосе спросил я. — Для меня ты в самый раз, — с нежностью в глазах сказал Арсений и подвинулся ближе ко мне, обнимая за плечи, — просто, это… ну, неожиданно. Я усмехнулся, кладя голову Сене на плечо, и утыкаясь носом ему в шею. С ним так хорошо. В таком положении мне не хотелось думать о неприятном, но слова Арсения о том, что его в школе избивали, не давали мне покоя. Теперь было понятно, почему он дичится подходить ко мне, когда рядом кто-то есть. Я знал, что скоро начнет светать, и нам пора бы уже вернуться в корпус, но Сеня, который, видимо, только что вернулся из своих мыслей, вновь заговорил: — Антон, я надеюсь, ты не думаешь, что я трус. Хоть на самом деле являюсь им, — он тяжело выдохнул и продолжил говорить, — потому что я действительно боюсь. Я, блять, боюсь, что история повторится. Знаешь, такое дурацкое дежавю… Я перебил его, садясь прямо и заглядывая ему в глаза: — Сень, очнись! Ты ведь сам говорил, что только в лагере отдыхаешь, что только здесь ты можешь быть собой! Перестань обороняться от выдуманных врагов! Тут все любят тебя! Все хотят подружиться с тобой, потому что ты — это… ты, — я, правда, не мог найти лучшего объяснения, — Дима с Сережей с первого дня так общаются, а ты даже не догадывался, что они влюблены! — сказав это, я покраснел и перевел свой взгляд на воду, только чтобы не видеть реакцию Арсения. Легко можно было понять, что это прозвучало, как некое признание моих чувств. Ну, или у меня началась паранойя. Мне не потребовалось ничего говорить, потому что Сеня притянул меня к себе, крепко обнимая. Он поцеловал меня в висок, от чего я весь покрылся мурашками. В этот момент я остро ощутил, как сильно привязался к этому голубоглазому пареньку.