Увязший в песках Калифорнии

I am not afraid anymore Standing in the eye of the storm Ready to face this, dying to taste this sick sweet warmth I am not afraid anymore Halsey — Not Afraid Anymore

      Малия конкретно вынесла мне мозг, и я абсолютно перестал понимать девушек. Они распускают друг про друга сплетни и грязные слухи, а потом, когда им наконец-то достанется, начинают рыдать, ведь они «не заслужили всего этого дерьма». Просто Ад.       Мы с Лидией собирались вечером заехать в кинотеатр, где работала ее подруга, и поискать улик. Чтобы в случае чего у меня было алиби, я позвонил Дереку. — Дерек Хейл, чем обязан? — ответил на том конце телефона строгий мужской голос. — Мистер Хейл, это Стилински, — нервно ответил я. — Что хотел, Стилински? У меня не так много времени, так что говори быстро и по существу, — торопливо ответил Дерек. — Я узнал, что Кристин неофициально подрабатывала в Беркли, в одном из кинотеатров. Я собираюсь туда съездить и узнать больше информации, с вашего разреше… — Хорошо, Стилински, езжай. Если это все, то… — Нет, я… — Дерек на другом конце провода начал возмущаться. — Я хотел узнать, можно ли взять с собой напарницу.       Он явно подавился, что бы он там не ел. — Ммпф… кхм… Да, — наконец-то собрался он. — Только не разболтай своей девушке ничего про дело. Пусть она думает, — задумался Дерек. Потом он хмыкнул: — Пусть она думает, что вы идете просто на романтическое свидание в кино, — ехидно закончил он.       Как же хорошо, что он не может видеть, как я зарделся. — Спасибо, босс… — До связи, Стилински, — сказал Дерек и сбросил трубку. — Гудбай, перхоть, — ответил я, искренне надеясь, что он отключился раньше, чем я это сказал.       Заведя джип, я отправился навстречу новой жизни. Я уже не чувствовал себя непонятым, как раньше, теперь я осознаю, что у меня появился верный друг, который поддержит в любом начинании и не даст натворить глупостей. Лидия. *** POV Лидия       Сегодня был просто ужасный день, спасибо Малии. Даже имя ее произносить противно. Как же я ее ненавижу. До того, как мы встретили эту стерву, я предложила Стайлзу съездить после учебы на работу к Кристин. Это кинотеатр в десяти минутах ходьбы от университета под названием «Landmark Shattuck Cinemas».       Она работала в кинотеатре — продавала попкорн и разные сладости. Мечтала заработать на поездку во Францию — страну своей мечты. Посмотреть на Эйфелеву башню, погулять по Елисейским полям, увидеть, как растет лаванда в провансе и посидеть в кафешке на улице, попивая горячего чаю и наблюдая за рассветом.       Кристин работала по выходным, поэтому оставалась там с ночевкой. Домашняя обстановка, несмотря на то, что она была такой родной и такой теплой, могла наскучить, и чтобы разбавить серые будни, оставалась там на ночь. Возможно, у друзей, возможно, снимала номер в отеле, а возможно, гуляла всю ночь.       Мы со Стайлзом договорились встретиться у моего дома около семи. После того случая в туалете мы так и не говорили. Не хочу, чтобы он думал обо мне, как о слабохарактерной истеричке. Надо бы поговорить, рассеять неловкость.       Ровно в назначенное время парень стоял около моих дверей, ожидая, пока из них выйдет главная копуша страны. Угадайте, что я увидела, когда вышла? Конечно. Он опять одет в рубашку и галстук, будто едет на совет депутатов. Что с ним не так?       Ехали мы в тишине, которую нарушала песня группы Imagine Dragons и голос Стайлза. Он пытался подпевать, но это у него не очень получалось. Удивительно, но мне понравилась эта музыка, даже очень. Как оказалось, у него неплохой вкус. Буду знать.       На месте мы были через сорок минут, я даже не успела задремать. Никогда не была в этом кинотеатре, но, по рассказам Кристин, он был прекрасен.       Мы оказались возле пятиэтажного здания кремового цвета, стены которого в последнем закатном свете казались персиковыми и теплыми. Парковка была пуста — по ней с легкостью мог бы мчаться перекати-поле — а вход освещала большая светящаяся вывеска, на которой было написано «SHATTUCK CINEMAS».       На очереди в кассу стояло всего лишь три человека — школьники двенадцати лет, которые пытались уговорить кассиршу продать им билеты на ужастик с рейтингом 18+. Поводив глазами по баннерам, я поняла, что в 20:30 начнется последний сеанс с каким-то ужасом. Что это за кинотеатр такой, где самый последний сеанс начинается в 20:30?..       Пока я разглядывала вывески и наблюдала за ужасными накачанными губами одной «модной» дамы с постера, Стайлз уже успел разговорить парня возле витрины с попкорном, одетого в смешной красно-полосатый передник, и вернуться. — Кинотеатр закрывается в 22:50, здесь остается только охранник, — выпалил он, после чего поймал мой вопросительный взгляд. — Разговорчивый паренек, — кивнул он в сторону тощего блондина. — И каков наш план, агент 007? — ухмыльнулась я, на что Стайлз лишь бросил на меня рассеянный взгляд. — Из работников сейчас здесь только охранник, уборщица, кассирша и продавец попкорна. Как только начнется сеанс, блондинчик уйдет и прихватит с собой кассиршу, а вот уборщица с охранником — это проблема, — Стайлз поставил руки на пояс и стал рассуждать, как коп из сериалов. — Знаешь, что я думаю? Мы отвлечем этих двоих, а потом проберемся в комнату для персонала. Возможно, там будет что-нибудь полезное для нас. — Почему просто не спросить о Кристин у кого-нибудь? Например, у этого продавца попкорна? — я чувствовала себя чертовым Джоном Ватсоном, который ничего не понимает.       Парень лишь усмехнулся от моего предложения, как бы говоря, что я ничего в этом не смыслю. — Если мы, два никому неизвестных студента, начнем расспрашивать о пропавшей девушке, то кто-то может что-то заподозрить. Не думаешь?       Вот теперь я точно чувствую себя идиоткой. Чтобы такой не казаться, я просто кивнула в ответ.       Стайлз на протяжении 10 минут высказывал свои теории, которые я не слушала, и вовсе не подозрительно рассматривал все комнаты кинотеатра на плане аварийного выхода.       Все продумав, он составил план.       Мы пойдем на этот жуткий фильм и сядем на последний ряд. Как только обстановка успокоится, мы выйдем и направимся в ту самую комнату для персонала. Там будем искать улики до окончания сеанса, а потом скроемся вместе с толпой выходящих людей.       Все шло как по маслу. На фильм кроме нас шло еще человек двадцать, это хорошо. Мы зашли в зал, уселись на купленные места, подождали минут 10(а ведь я только поняла, о чем идет речь на экране), а затем вышли. Стоило мне повернуть за угол, где находится нужная нам комната, как Стайлз оттащил меня за локоть обратно. — Чтоб его, там охранник, — шепотом проговорил он. Я попыталась выглянуть из-за угла и заметила высокого широкоплечего мужчину в униформе, который устало ходил из стороны в сторону. Пройти незамеченными было невозможно. — Ну и что мы будем делать, босс? — повернулась я в сторону моего «напарника». Он немного опешил, но потом живо собрался с мыслями. — Есть план, — я даже немного отошла от него, так как не ожидала столь быстрой реакции. — Ты отвлечешь его, а я проникну в комнату. Потом встретимся у входа в зал. — Что? И как я по-твоему должна это сделать? — моему возмущению не было предела. — И почему ты не можешь его отвлечь? — Ну… ты же девушка. У тебя лучше получится. Используй свои женские штучки, или что вы там делаете.       Я заметила, что у меня начал дергаться глаз. Он что, серьезно? — Хочешь, чтобы я его соблазнила? — наконец прошипела я. — Не то, чтобы соблазнила… Просто уведи его от двери и задержи на сколько сможешь. О’кей?       Выбора у меня особо не было, поэтому я просто кивнула и тяжело вздохнула. Я вытащила из сумочки зеркало, подправила макияж, вытащила шпильку из волос и отдала Стайлзу, сделала вырез на футболке чуть более откровенным и направилась искать приключений на свою задницу.       Я обошла охранника и встала напротив так, чтобы видеть Стайлза, и если что, дать ему сигнал. На вид ему было лет 35-40, а лицо было каменным и не выражало эмоций — словом, такой, каким и должен быть охранник. — Извините…       Мужчина обернулся и сурово посмотрел на меня, а потом, заметив, какая я потрясающая роковая красавица, смягчился и спросил: — Чего тебе, солнце? — Там на заднем дворе, — сделала я щенячьи глазки, — какие-то пьяницы бьют машины. Я побоялась пойти к кому-то еще, поэтому пришла к вам, — этот милый взгляд всегда срабатывал.       Охранник забеспокоился, попросил меня не волноваться, предложил потом выпить с ним чашечку кофе и убежал.       Фу, меня сейчас от него стошнит…       Стайлза на месте не было — дверь в комнату для персонала на сантиметр приоткрыта, а на полу в ворсинках ковра затерялась одинокая погнутая черная шпилька.       Толкнув дверь, которая зловеще скрипнула, я стала вглядываться в кромешную тьму этой комнаты. Тусклый свет из коридора ни капли не помогал. Вдох-выдох.       Под нагнетающую музыку, которая доносилась из кинозала, я медленно пошла по полу в темную и страшную комнату. Я не видела, куда наступаю, а каждый мой шаг сопровождался жуткой мелодией из зала, где показывали ужастик. Хотелось включить свет, но тогда нас найдут — поэтому мне приходилось идти вперед, слыша каждый удар своего сердца.       «Мамочки», — подумала я. Пора помолиться перед смертью?       Дверь сзади скрипнула.       Дверь кто-то закрыл, оставив меня без надежды на то, чтобы выбраться отсюда.       Раздались быстрые тихие шаги по ворсу в мою сторону.       Топ.       Топ.       Пришла пора умирать.       Резко вдохнув воздух, я замерла, словно каменный истукан, ожидая своей участи. Удары сердца, которые я слышала, стали настолько частыми и настолько громкими, что не было слышно даже музыки из кинозала.       Я закрыла глаза.       Чья-то теплая рука схватила мою и направила вглубь комнаты. Я издала свой предсмертный немой крик и открыла глаза.       Глаза, привыкшие к темноте, разглядели фигуру человека, одетого в белое и черное. — Стайлз? — прошептала я. — Тише ты, а то нас найдут. Кстати, а почему ты так часто дышишь? — даже сквозь эту темноту я поняла, что он улыбается. — Испугалась? — Болван, я чуть не умерла со страху. — Не ссы, со мной не пропадешь, — я опешила от подобных слов. — Я кое-что нашел, — продолжил он. — Погляди сюда.       Вдоль стены стояли четыре железных шкафчика для вещей — точно таких же, какие стоят в коридорах школ. Один стоял открытым, а внутри находились красно-белый полосатый фартук — точно такой же, как у того блондина, что продавал попкорн, куча ненужных бумажек, график дежурств, маленькая коричневая замшевая сумочка и на груде всего этого барахла — телефон. Большой черный сенсорный телефон Кристин, на котором я в детстве играла в дудл-джамп. — Ну как тебе? — облокотился Стайлз на шкафчики. — Не правда ли, я молодец? — М-м, еще какой, — проворчала я и потянулась рукой к телефону.       На полпути к телефону парень схватил мою руку и не дал мне даже дотронуться до мобильника. — Эй! — шикнула я. — Ты чего? — Оставишь отпечатки, — пояснил он и показал свои руки в резиновых перчатках. — А вот так работают профессионалы.       Когда он чуть притронулся к телефону, экран того загорелся.       Прямо сейчас ей звонил Джексон.