Клан наемников Fairy Tail

«Ну, вот и все, Нацу. Твое так называемое ”обучение” подошло к концу. Знаешь, а было действительно весело», — мысленно обращалась Люси к напарнику. Девушка опустилась на пол рядом с кроватью и смотрела на Нацу, находящегося во владениях Морфея. Непослушные пряди розовых волос падали на глаза, отчего парень забавно морщился во сне. Блондинка умилилась этому и, неожиданно даже для самой себя, погладила его по голове. От прикосновения Драгнил улыбнулся, но не проснулся. В очередной раз умилившись этой картине, Люси посмотрела на часы. Три часа ночи. Девушка положила голову на край кровати и задремала. Проснулась она словно по будильнику ровно через два с половиной часа. Нацу по-прежнему спал, не подавая никаких признаков на скорое пробуждение. Заклинательница встала, взяла ручку, набросала на листе несколько слов и, в последний раз с улыбкой взглянув на спящего, быстрым шагом вышла из квартиры. Проснувшись, парень не увидел рядом с собой Люси. Подумав, что она уже встала и что-нибудь готовит на кухне, он отправился туда, но и там девушки не было. Это было странно. Вернувшись в комнату, он нашел на столе записку, написанную рукой девушки: «Попробуй, найди». А в нижнем углу забавная рожица, показывающая язык. «Несносная девчонка! Люси, это что еще за выходки? Только не говорите мне, что она обо всем знала!», — гневные мысли занимали розоволосую голову, пока Нацу набирал какой-то номер, попутно натягивая на себя джинсы. -Драгнил, ты с ума сошел звонить сюда? Да еще и сегодня! Уволю к чертям! – послышался голос разгневанного начальника Нацу. Полицейского. -Она сбежала! – выкрикнул парень, вклинившись в тираду копа. -Что? Как ты это допустил? – еще громче. Кажется, мужчина на том конце провода сейчас лопнет от гнева. -Это я у вас хотел спросить! Судя по записке, она обо всем знала! – орал Нацу. -Ищи ее. Ищи, Драгнил, иначе я ничем не смогу тебе помочь, — строго, но уже не так громко, сообщил начальник. -Есть, — отозвался Нацу и уже было порывался бросить телефон в стену, но, хорошенько все взвесив, рассудил, что аппарат ему еще пригодится. Набрав номер Люси, он услышал ожидаемое и ненавистное: «Аппарат абонента выключен или находится вне зоны действия сети». – Дура! – в сердцах ругнулся он, отключаясь. Затем поспешно надел кроссовки и опрометью кинулся из квартиры. Где ее искать? Он не знал. Люси же, как только вышла из дома, посмотрела в сторону припаркованной недалеко машины и направилась было к ней, но, подумав, решила пойти пешком. Идти было долго, но ведь и девушка никуда не торопилась. А шла она на кладбище. -Привет, братишка. Прости, я без цветов сегодня, — улыбнулась блондинка, присаживаясь на ограду возле могилы. Она всегда искренне верила в свои убеждения о том, что мертвые ничего не слышат. И вообще, они мертвые. Но почему-то всегда, когда в жизни Заклинательницы наступали плохие моменты, она продолжала приходить на могилу брата и разговаривать с ним, изливая душу. -Братик, знаешь, я почти запуталась. Наверно, будь ты здесь, ты бы все расставил на места и объяснил, что происходит, да еще и настучал мне по мозгам для профилактики, — усмехнулась она, глядя на фотографию улыбающегося кареглазого блондина. И она рассказала о том, что произошло. О том, что она задумала на сегодня, о том, как было принято это решение и воспринято кланом, о том, что она чуть было не изменила этому решению благодаря одному парню, которого навязали ей в ученики и который ей очень нравится. -Так и знал, что найду тебя здесь, — послышался за спиной старческий голос. Обернувшись, Люси увидела босса Макарова. -Босс? А вы что здесь делаете? – искренне удивилась блондинка, глядя на старичка, который присел рядом с ней. -А что я здесь делаю? Навещаю могилу моего подопечного, попутно пытаюсь вправить мозги второй своей подопечной, — улыбнулся Макаров. -Не надо мне их вправлять, они и так уже набекрень встали, — немного отодвинулась девушка. -Люси, ты ведь сейчас сама этого не хочешь. Зачем тебе это все? – мгновенно посерьезнел старик. -Затем, что сейчас нет другого выхода. Изначально это планировалось как небольшая месть и подстава, теперь же все по-другому. Он подставится сам, если начнет выгораживать меня, — снисходительно объяснила она. -Неужели ты влюбилась? – босс удивленно вскинул брови. -Влюбилась? Я любила Эрика. Когда-то давно. Сейчас же… это слишком громкое слово для такой, как я, — последние слова были сказаны твердо и даже с какой-то долей вызова. -Для какой это для «такой как ты»? Чем ты отличаешься от обычных девушек? К тому же, парень явно к тебе неравнодушен. -Вот именно поэтому я уйду. А отличаюсь одной очень простой деталью – у меня руки в крови. Я вся в крови, и кому, как не вам, об этом знать. Он не такой, и такой исход событий будет лучше для всех, — ни капли сомнения в голосе. Она твердо верит в то, что только что сама сказала. А старик с сожалением смотрел на эту девушку. Грозную в гневе и твердую в своих решениях. Это он сделал ее такой. Макаров вспоминал их первую встречу – маленькая семилетняя девочка с огромными шоколадными глазами и золотыми волосами, с недоверием смотрящая на него и крепко держащая руку старшего брата. Постепенно она раскрывалась, показывая свое доброе сердце. Она была до ужаса наивной и жизнерадостной, как маленькое солнышко. Все в клане полюбили ее, каждый хотел сделать что-нибудь приятное, подарить что-то, рассказать веселую историю. А она всем улыбалась, ее звонкий смех был слышен по всему залу их старой базы. Эрик оказался на редкость толковым парнем, поэтому тоже быстро влился в коллектив. Частенько эти двое, впадая в совсем глубокое детство, откалывали такое, что самые грозные и, казалось, бесчувственные люди, широко улыбались, а иногда и просто катались по полу от смеха. Все любили Хартфелиев, пока не случилась эта ужасная трагедия. Гибель Эрика подкосила Люси, да и почти все в клане, кто был хорошо знаком с парнем, долго приходили в себя. После этого девочка стала неразговорчивой, замкнутой в себе и вообще нелюдимой. А потом, в один солнечный день, пришла на их старую базу и попросила принять ее в клан и обучить ремеслу наемника. Сначала Макаров хотел отказать ей, но, только посмотрев в ее глаза, изменил свое решение. В глазах девочки была холодная решимость, и было понятно, что, если ей сейчас откажут, она будет добиваться своего любыми путями. Так и началось ее обучение. По приказу Макарова, Люси перевели в другую школу. Учеба у босса была трудной. Сначала развивали ее выносливость и физическую силу, и уже через полгода были видны результаты. Боевые навыки она выучила за два года упорных тренировок. Как выяснилось, она тренировалась еще и самостоятельно, хотя Макаров настоятельно приказывал ей не напрягаться так сильно. В общем, к двенадцати годам Люси отлично владела рукопашным боем. Затем начались уроки с Полюшкой. Вот где для девочки было настоящее веселье и наказание одновременно. Женщина не выносила людей, но иногда проявляла нежность. Она учила девочку тому, как вести себя с мужчинами, как себя подать, чтобы не вызвать подозрений, обучала этикету, разным женским штучкам и хитростям. Попутно Люси знакомилась с огнестрельным оружием. И того, через четыре года, то есть к четырнадцати годам, маленькая скромная и веселая девочка-солнышко выросла в опасную убийцу по прозвищу Заклинательница змей, хотя полный вариант ее прозвища знали только очень близкие люди, остальные же знали ее только как «Заклинательницу» и не понимали, откуда растут корни этого имени. Она действительно на удивление легко подчиняла себе змей, приказывая им делать то, что нужно ей, отчего страдали многие. За время обучения боль потери самого родного для нее человека притупилась, и Люси снова стала улыбчивой и веселой. Но в этом нет ничего удивительного – нельзя вечно жить в прошлом. А может быть, тут, всего лишь, сыграла роль проповедь одного священнослужителя, услышанная ей абсолютно случайно – он рассказывал детям, пришедшим на экскурсию, о том, что все, кто ушел из этого мира, наблюдают за нами с небес, и когда-нибудь мы с ними обязательно встретимся. В тот раз Люси презрительно фыркнула, но в душе затеплился слабенький огонек надежды: «Братишка, мы ведь встретимся? Ты ведь меня не бросишь?» Но ответа она не получила, даже никакого знака на то, что она была услышана. И это взбесило ее. Так и родилась ее жизненная позиция, которую она когда-то высказала Нацу: «Все, что мы делаем – ставим памятники, сохраняем фотографии, пытаемся ночью, втайне от других, молиться Богу о спасении их душ, ходим на кладбища, все это мы делаем для себя». Но огонек надежды упорно не хотел затухать, и она снова и снова приходила на могилу Эрика, когда ей было плохо. Старик продолжал молча смотреть на девушку. Такую сильную и слабую одновременно. Он видел ее всякую: маленькую и жизнерадостную, пытающуюся взгромоздиться на шею брата, на что тот наигранно недовольно ворчал, но все равно усаживал поудобней; видел ее полностью разбитую, убитую горем, даже неспособную из-за этого плакать. В тот раз он по-настоящему испугался, что она может что-то с собой сделать. Видел ее измученную тренировками, лежащую пластом на кровати и не имеющую возможности пошевелиться от боли в мышцах, но с такой решимостью в глазах, что слова о том, чтобы она бросила тренировки, застревали в горле. Видел ее израненную, висящую на волоске от смерти, и тогда сердце старика сжималось от страха и вины. Ведь это он сделал ее такой. После очередного такого ранения он без труда добыл ей справку о том, что она полностью освобождается от физических нагрузок в школе, а ей самой строго настрого запретил показывать одноклассникам, что она физически не слабее их, а где-то и превосходит. Он видел, как она без труда соблазняет своих жертв, как ей не составляет никакого труда затащить взрослого мужчину в постель абсолютно без применения силы, и с каким спокойствием она убивала своих целей. Макаров восхищался ей и чувствовал ужасную вину за все то, что он сделал. Он лишил ее детства, он лишил ее обычной, нормальной жизни, какой живут ее ровесницы. -Босс, не надо на меня так смотреть, я смущаюсь, — улыбнулась она. -Прости, просто задумался, — немного хриплый от долгого молчания, голос. -Опять вините себя в моей судьбе? Хватит меня жалеть, не маленькая уже, — непонятно почему огрызнулась Люси. -Люси, для меня ты всегда останешься маленькой девочкой, постоянно подкладывающей змей в мой письменный стол, а потом усиленно отрицающей, что это была ты, — старик по-доброму усмехнулся и потрепал девушку по волосам. -Да, веселенькое было время, — улыбка стала шире. – Но оно прошло. И своего мнения я не поменяю. -Люси, Люси… — Макаров сокрушенно покачал головой. -Я ведь уже сказала раньше, что сейчас я действую немного по другим мотивам. Ему иначе не выкрутиться из этой заварушки, — она как будто извинялась. -Хорошо, но если будет хоть один шанс, я тебе клянусь, я тебя вытащу. И даже не вздумай возражать, я тоже упертый. -Как скажете, босс, — на миг на ее лице отразилась благодарность. -Ну, что ж, тогда до свидания, Люси, — старик крепко обнял ее, а затем, не оборачиваясь, пошел в сторону выхода с кладбища. -Прощайте, дедушка, — почти неслышно, одними губами прошептала Люси, глядя на спину удаляющегося Макарова, и одинокая слезинка прочертила дорожку, а затем затерялась в траве возле могилы. Посмотрев на часы, она увидела, что уже почти четыре часа дня. «Неплохо братишку навестила», — пронеслась мысль в светлой голове, но сразу же померкла. -До встречи, братишка. Дождись меня, хорошо? – впервые эти слова она произнесла вслух. Вдруг поднялся ветер, но почти сразу стих, только немного потрепав светлые волосы. Улыбнувшись этому, она, не оборачиваясь, ушла с кладбища. Сейчас она отправлялась в еще одно место, намереваясь оставить последнюю весточку о себе. Вечер, но на улице еще светло. Девушка с волосами цвета пшеницы и шоколадными глазами, в которых плескался такой коктейль чувств, что лучше даже не разбираться в этом, медленно шла по улице, засунув руки в карманы брюк. Она шла к дому, где жила со своим напарником, которому скоро предстояло совершить план по своему спасению, пусть даже против своей воли. Подойдя к дому, она увидела недалеко припаркованную полицейскую машину. Едва заметно улыбнувшись и сделав вид, что не обратила на это никакого внимания, она направилась к своей машине. Но на полпути ее остановил такой знакомый голос: -Люси Хартфелия, ты арестована по подозрению в убийстве более пятидесяти человек. Ты имеешь право хранить молчание, — судя по голосу, говоривший приближался, но был напряжен и говорил все это как-то… нехотя? Через силу? Да, скорее всего. -Нацу, не напрягайся, свои права я и так знаю, — с улыбкой повернулась к нему девушка. И столкнулась с твердым взглядом серых глаз буквально в метре от себя. И дулом табельного пистолета, который держал Драгнил, направленного ей в грудь. -Люси, не глупи, я тебя очень прошу, — больше смахивало на мольбу, чем на приказ полицейского. -Нет уж, Нацу, ты не нашел меня, а я ведь весь день была в одном месте. Сидела там, вся такая одинокая, и никого рядом не было, — она откровенно издевалась над ним. Краем глаза она заметила справа еще одного полицейского, который так же держал ее на мушке. -Хартфелия, сдавайся! – а вот и подал голос второй коп. -А вы поймайте сначала! – задорно крикнула девушка и рванула в противоположную сторону от них, скрываясь за углом дома. Первым очнулся Нацу и, с громкими матами вперемешку с просьбами остановиться, бросился вдогонку. Он выстрелил в воздух, что означало, что следующий выстрел будет на поражение. Люси остановилась и повернулась к нему, глядя настороженно. Сейчас они были в каком-то узком переулке. -Как ты узнала обо мне? – задал с самого утра мучавший его вопрос Нацу. -Я имею право хранить молчание, забыл? – с усмешкой произнесла девушка. – Хотя, я думаю, тебя волнует еще один вопрос. Где я все это время была, верно? Лицо парня вытянулось, он даже опустил оружие и медленно кивнул. -Все очень просто, Нацу. Я была у брата. Думаю, об этом было не так уж и сложно догадаться. Но, видимо, я тебя переоценила. Я уж было подумала, что кладбище будет первым местом, куда ты направишься, а судя по тому, как ты сейчас вытягиваешь физиономию, ты даже не думал об этом, — если бы в слова можно было соединить с ядом, Драгнил уже лежал бы хладным трупом — с такой злостью Люси проговорила последние слова. -Люси, сдайся, пожалуйста. Я прошу тебя, сдайся, — тихая мольба. Он ее умоляет сдаться? -И не подумаю. Ты меня отпустишь, Нацу. Прямо сейчас отпустишь, — грозный голос Заклинательницы разносится по переулку. Она прекрасная актриса, спасибо Полюшке, ибо внутри сейчас она готова броситься ему на шею и высказать все то, что чувствует. Разрыдаться, попросить прощения за все то, что сделала с ним. Но нельзя, иначе он сам и пострадает. -Ты ведь знаешь, что я не могу тебя отпустить, — уже более громкий и твердый голос, и снова направленный на нее пистолет. -Значит я тебя убью, — холодный ответ и резкое движение, в следствие которого в руке Заклинательницы оказывается любимый вальтер, направленный на Драгнила. Так они и стояли бы, сверля друг друга злобными взглядами и с направленными друг на друга оружиями, если бы не очнувшийся напарник Нацу, забежавший вслед за ними в переулок. Звук выстрела, затем, почти сразу, еще один, упавшее тело… и громкий крик, больше похожий на рык. Он не хотел стрелять, он поклялся себе, что не выстрелит, но… она выстрелила первой, и он не ожидал этого. Не отдавая себе отчет в том, что делает, он нажал на курок и попал. Прямо в грудь. -Люси, зачем? Зачем ты это сделала? – кричал парень, приподнимая истекающую кровью девушку. -Дурак, — легкая улыбка на дрожащих губах. -Идиотка! Зачем, Люси? Зачем? – уже тихо, чтобы слышала только она. Слезы застилали глаза. Мужчины не плачут, скажете вы? Они плачут, просто не всем позволено увидеть эти слезы. -Так… будет лучше… для тебя… для всех, — тихий шепот и прерывистое дыхание ясно говорили о том, что шансов на спасение у блондинки немного. -Не говори, тебе нельзя говорить, — он оторвал кусок ткани от ее футболки и закрыл рану, затем снял с себя куртку и укрыл девушку. -Дурачок. Нацу… какой же… ты… дурачок. Но… спасибо… тебе… за все, — он чувствовал, как кровь толчками выходит из раны в груди, вокруг уже образовалась небольшая лужа алой жидкости. Где-то сзади напарник Драгнила вызывал скорую. -Люси, я умоляю тебя, не говори, — он всхлипнул. -Не смей… плакать… — улыбка снова появилась на ее губах. Люси медленно, с явным усилием, подняла руку и нежно провела по его щеке. Нацу накрыл ее своей рукой, с ужасом глядя в шоколадные глаза, в которых с каждой секундой, с каждым ударом сердца, угасала жизнь. Люси начала приподниматься, но рана не давала двигаться нормально, но она упорно тянулась к его губам. Драгнил с жадностью впился в столь любимые губы. В какой-то момент он понял, что девушка больше не отвечает на поцелуй, а ее рука держится на его щеке только им самим. Оторвавшись от нее, он увидел, что глаза закрыты, а на щеках мокрые дорожки от слез. Она плакала, сдерживаясь до последнего. Вскоре подъехала скорая. Врачи, осмотрев Люси, сказали, что она еще жива, но шансов вытащить ее почти нет. Нацу слушал это все, но не слышал. Он держал ее руку и смотрел на бледное лицо той, которую он любил всем сердцем, боялся, и думал, что видит ее насквозь. Но она так и осталась для него полнейшей загадкой, которую он не смог разгадать. А теперь вряд ли сможет. Что было дальше, он запомнил плохо. Суета, беготня. А на следующий день в участок пришло извещение о том, что девушка скончалась. Никого это не удивило, все в участке были в принципе рады, что можно закрыть несколько дел за смертью подозреваемой, но оставалось еще куча народа, связанного с кланом Фейри Тейл, большинство из которых были в данный момент в бегах. Один Драгнил сидел дома и не участвовал в задержании бывших друзей. Не только потому, что не хотел смотреть им в глаза, а потому что у него не было сил выйти из дома. Он был разбит. Неделю он даже не спал, потому что, как только он закрывал глаза, перед его взором представала веселая улыбающаяся блондинка с шоколадными глазами, она звала его куда-то, а затем картинка менялась… И вот он уже держит на руках умирающую Люси. Пистолет, из которого стреляла девушка, при осмотре оказался заряженным холостыми патронами. Только один, последний, шестнадцатый, был боевым. Люси с самого начала не хотела его убивать. Но ее мотивов он не понимал, как бы ни пытался. И это сводило парня с ума. Ведь, по сути, она вынудила его выстрелить. Через неделю в дверь Нацу позвонили. Изначально он планировал проигнорировать незваных гостей, но звонок повторился. Выругавшись, он медленно поплелся к дверям, за которыми оказался почтальон. Вручив Драгнилу письмо, юноша быстро поднялся на следующий этаж. Закрыв дверь, Нацу удивленно уставился на конверт, на котором был написан только его адрес, а обратного не было. Раскрыв конверт он обнаружил там одну вещь, что заставила сердце бешено биться. Там была фотография, где он с Люси. Оба улыбались, а блондинка еще и ставила ему рожки. Он вспомнил, когда это было. Это было на празднике, куда они выбрались на один из немногих выходных. На тот момент он ощущал себя самым счастливым человеком на свете – любимая девушка рядом, вокруг веселье. Сейчас же эти воспоминания отозвались глухой болью. Но в конверте обнаружился свернутый в несколько раз лист. Развернув его, он начал читать. «Нацу Драгнил, официально тебе заявляю, что ты — вредитель! — гласила первая строчка письма, написанная размашистым, но аккуратным почерком. Дальше почерк был более мелким. Видимо, автор письма хотел как-то выделить именно эту фразу. — Спросишь, почему? Да все очень просто. Ворвался в мою жизнь, даже не спросив разрешения, разорвал в клочья всё то, во что я верила, все мои жизненные устои, растоптал их в пух и прах. Ну, вот и кто ты после этого? Вредитель, самый настоящий. — На этих словах Нацу против воли грустно улыбнулся. Он уже понял, от кого это письмо. Но знаешь… Я почти запуталась за эти четыре месяца. Я всегда считала, что я сильная, и никогда никому не покажу свою слабость. Даже в школе, ты помнишь? Я никогда не отрицала, что не смогу пробежать банальную стометровку, залезть на канат и вообще сделать простейшее упражнение (я врала, я знаю, но так было нужно), но я никогда не показывала то, что я слабая, я могла даже влезть в драку, если мне что-то не нравилось (правда, потом меня отчитывал босс, ибо я могла спалить контору). С твоим появлением со мной началась твориться какая-то фигня. Почему, объясни мне, идиотке, почему мне так хотелось быть слабой девчонкой, чтобы ты имел возможность меня защищать? Почему мне было так приятно засыпать в твоих объятиях? Почему мне нравилось заниматься с тобой… сексом? То, чем мы с тобой занимались, сложно назвать обычным сексом, знаешь ли. Уж мне-то можешь поверить, я всякого насмотрелась. Но почему мне так это нравилось? Почему мне нравилось быть слабой рядом с тобой?! Почему мне нравилось, когда ты называл меня «несносной девчонкой»? Нацу, какого хрена? Хотя, я знаю, что ты ответишь – Люси, ты влюбилась. Да и любой другой на твоем месте ответил бы то же самое. Но знаешь, в чем загвоздка? Любовь – слишком громкое для меня слово. Такие, как я, не способны любить. Поэтому, это, скорее, сильная симпатия. Да, ты мне очень нравишься, Нацу. Прости, нравился. Ведь раз ты читаешь это, то я уже на том свете. Ты наверно задаешься вопросом, зачем я это сделала? Я не знаю, успею ли я тебе сегодня это сказать, поэтому лучше напишу еще и здесь. Так будет лучше. Для всех, а для тебя – в особенности. Поверь, Нацу. Открою маленькую тайну – мой план родился задолго до твоего прихода в клан. Точнее, я не знала, что это будешь ты, просто знала, что придет кто-то, кто подставит клан. Но пришел ты. А план мой был прост – подставиться под пулю того человека, и умереть «смертью храбрых», а тот человек попал бы под трибунал. Но пришел ты, и план пришлось дорабатывать. Ты еще не понял, почему? Ты коп, это было видно сразу, хотя ты и старался влиться в коллектив. У тебя это почти получилось, можешь гордиться. Но ты все-таки коп. А еще тебе стала небезразлична судьба клана и меня в частности. Но ты был главным свидетелем – я при тебе только собственными руками убила кучу народа, а о скольких я тебе еще и рассказывала? Зная тебя, ты бы начал выгораживать меня, а это – ложная дача показаний и прочая дребень. Зачем тебе все эти проблемы из-за блондинки и ее друзей? Вот и родился план, что знаменитая Заклинательница убита при попытке к бегству. Спросишь, почему не сбежала? Да тот же ответ – я бы тебя подставила. Тебе ведь было приказано не спускать с меня глаз, верно? А если бы я сбежала у тебя из-под носа, тебе бы влетело. А в тюрьму я не села бы, уж поверь. Вот я и нашла такой вот выход. Немного извращенный, но мне он по душе. Помнишь, я тебе как-то сказала о том, что мой брат мертв, поэтому он ничего мне не скажет? Знаешь, я никому об этом не говорила и не признавалась, я даже долгое время себе самой не могла признаться в том, что я надеюсь на то, что Эрик смотрит сверху на меня. Что он ждет меня там, на небесах. И поэтому я хочу его поскорее увидеть. Я эгоистка, я ужасная эгоистка. Но такая уж я родилась. Нацу, прости меня, если сможешь. И, прошу тебя, не замыкайся в себе и не плачь по мне. Я где-то читала, что когда мертвых много оплакивают, на том свете душа человека носит с собой ведра с этими слезами, пролитыми по нему. Так вот знай, Драгнил, если мне придется таскать эти ведра, то я приду и утоплю тебя в твоих же слезах! А если без шуток, то я очень люблю твою улыбку. Улыбайся чаще, прошу тебя. Ведь когда ты улыбаешься, у тебя на щеках еще сильнее видны веснушки. Ты знал? А я вот заметила. Дура, да? Не отвечай, я и без тебя в курсе своих умственных способностей, это был риторический вопрос. В общем, Нацу, спасибо тебе за все. Это были лучшие четыре месяца в моей жизни, за которые меня словно разобрали по частям и собрали заново. Ты изменил меня, хотя ты наверно этого и не заметил. Никогда не думала, что мне в двадцать лет будет нравиться носиться по квартире и кидаться подушками. Но, черт подери, мне это нравилось! И еще одно, и последнее в этом письме. Поздравляю с повышением, капитан Драгнил! Твоя наставница Люси по прозвищу Заклинательница. Рядом с подписью была нарисована небольшая змейка. Закончив читать, Нацу без сил опустился на пол и засмеялся. Хотя, это было больше похоже на смех сумасшедшего, смех сквозь слезы. Она просила его не плакать, но он не мог сдержаться. Она спасла его. Она любила его и сделала это ради него самого, хотя он не просил. В этот день он напился. Напился так, что даже не смог доползти до кровати, поэтому уснул на полу. Что бы сказала Люси, увидь она его в таком виде? Наверно, покачала бы головой, рассмеялась, а потом пинками загнала на кровать. А следующие несколько дней ехидно напоминала о таком поступке. Но Люси не было, некому было дать спасительный пинок. Наутро Нацу поклялся себе, что это был последний раз, когда он напился и когда он лил слезы по Люси. Он больше не будет плакать, ведь она его об этом попросила. Она сказала, что любила его улыбку. Что ж, значит, он будет улыбаться. Посмотрев в зеркало, он действительно увидел на щеках еле заметные веснушки, которые стали заметнее, когда парень растянул губы в неком подобии улыбки. А раньше он не замечал этого… И вроде жизнь пошла своим чередом. На работе все было нормально, и внешне Нацу, казалось, ничуть не изменился. Такой же веселый человек и душа компании. Вот только это было внешне. Внутри же… он безумно тосковал. Да, именно тосковал, по той, которую называли Заклинательницей. И ему однажды довелось увидеть, почему именно так называли. Он и сам был бы уже рад найти себе девушку, полюбить и жить счастливо, но любая девушка, хоть чуть-чуть заинтересовавшая его, не выдерживала сравнения с Люси. Спустя полгода клан Фейри Тейл был уничтожен. Ну, как уничтожен… официально больше не существовал. Если исходить из докладов, то вырисовывалась следующая картина: Босс Макаров Возраст: 65 лет Настоящее имя: неизвестно Местонахождение: неизвестно Эрза Скарлетт Возраст: 21 год Прозвище: Титания Местонахождение: неизвестно Грей Фуллбастер Возраст: 21 год Местонахождение: неизвестно Джубия Локсар Возраст: 19 лет Местонахождение: неизвестно Гезилл Редфокс Возраст: 22 года Состояние: погиб в автокатастрофе Леви МакГарден Возраст: 19 лет Состояние: погибла в автокатастрофе Вакаба Мине Возраст: 32 года Состояние: задержан по подозрению в организации убийства, отпущен за недостатком доказательств. Макао Конбольт Возраст: 32 года Состояние: задержан по подозрению в организации убийства, отпущен за недостатком доказательств. Кана Альберона Возраст: 20 лет Состояние: задержана за распитие спиртных напитков в общественном месте и за хранение наркотиков. Люси Хартфелия Возраст: 19 лет Состояние: убита капитаном полиции Нацу Драгнилом при попытке оказать вооруженное сопротивление. Мираджейн Возраст: 21 год Состояние: задержана за покрывание преступной группировки Большая часть клана арестована, но это в основном мелкие сошки. -Люси! – с громким криком Нацу вскочил с кровати и, оглядевшись, провел рукой по лицу. – Черт, опять этот сон… «Этим сном» была Люси. Точнее, картина ее гибели. И этот сон снился ему на протяжении всех полутора лет, прошедших с того дня. Почти каждую ночь. Нацу с горечью посмотрел на фотографию, стоявшую на столе в рамке. На ней она улыбается, она счастлива, как и он. Он много раз порывался выбросить это напоминание о прошлом, но каждый раз рука замирала. Та же ситуация и с последним письмом, которое сейчас тихо мирно лежало в ящике письменного стола. Сегодня был выходной, что несказанно радовало парня. Решив прогуляться и подышать свежим воздухом, он быстро собрался и вышел на улицу. Ноги сами привели его в парк на набережной, где когда-то они провели свой первый совместный выходной, а Нацу сам себе впервые признался, что влюбился в нее. «Драгнил, ты мазохист», — констатировал факт он, подходя к скамейке, где в тот раз Люси разговаривала по телефону с боссом, отправившим их к Кобре. Вспомнив, чем все это закончилось, парень невесело усмехнулся. И тут он увидел, что на этой самой скамейке сидит девушка. Темные, почти черные, волосы до лопаток были распущены, нежно-желтого цвета платье до колен и белые босоножки. На коленях незнакомки был ноутбук, и девушка что-то быстро набирала на нем. Она казалась дико знакомой, вот только он никак не мог вспомнить, где видел ее раньше. Решив, что проще спросить, чем ломать мозги, он подошел к ней и встал рядом, отбрасывая тень на незнакомку, которая, помедлив несколько секунд, подняла удивленный взор на того, кто так нагло помешал ей писать. -Эм, простите, вы не могли бы отойти? – как оказалось, она еще была и в очках, но они совершенно не портили, а наоборот, подчеркивали красоту ее лица. -А, да, конечно. Простите, мы не могли с вами видеться раньше? – Нацу сел рядом. -Сомневаюсь, я только вчера приехала в этот город и еще никого не знаю, — улыбнулась она, попутно закрывая ноутбук. -Нацу, — непонятно зачем представился парень, протягивая руку. -Луна, (прим. Автора: ударение на «у») – пожала руку девушка. – Очень приятно. -И откуда же вы приехали? -Я приехала из Сагенеи, — с этими словами Луна окончательно убрала ноутбук в рядом лежащую сумку. -Так вы иностранка, — озвучил свою гениальную мысль Нацу. Он сам не понимал, почему он заговорил с этой девушкой. И главное – зачем? -Вас удивляет факт того, что я говорю без акцента? – улыбнулась девушка, а затем объяснила. – Я родилась и выросла здесь, и только пару лет назад уехала. -А зачем вернулись? Я слышал, Сагенея – довольно богатая страна, — рассудил парень. -Ну, можете считать, что меня потянуло на родину, — снисходительно объяснила Луна, но, посмотрев на часы, заметно взволновалась. – Ох, простите, уже столько времени, мне пора бежать. Приятно было познакомиться, Нацу. Драгнил не успел опомниться, а девушки и след простыл. -Дурдом, — сам себе сказал он и направился домой. На следующий день на работе его ждал сюрприз. Придя в участок, Нацу сообщили, что его ждет начальник. Не подозревая ни о чем таком, он, улыбаясь, прошел в кабинет. -Вызывали? -А, Нацу, проходи, проходи, садись, — приветливо затараторил немного полноватый мужчина, сидевший в кресле за письменным столом. -Что-то случилось? – нечасто он видел босса таким. -Да. С этого дня к твоей команде присоединяется еще один человек. Она позавчера прибыла из заграницы. -Она? – удивленно вскинул брови Нацу. -Именно. О, а вот и она. Прошу любить и жаловать… — начал было босс, но Драгнил, обернувшись, и, увидев вошедшую девушку, удивленно закончил за него: -Луна? -Нацу? – послышался удивленный голос девушки. -Вы знакомы? – кажется, босс решил не отставать и тоже удивился. -Немного, мы случайно встретились вчера в парке, — с улыбкой объяснила Луна. -Итак, с вашего позволения я продолжу. Нацу, знакомься, младший лейтенант Луна Лингард, Луна, это капитан Нацу Драгнил, один из лучших наших сотрудников. Вся эта сцена парню дико напоминала что-то. И догадка не заставила себя ждать – почти два года назад его самого точно так же знакомили с Люси. Воспоминание о блондинке отозвалось глухой болью в сердце, поэтому Нацу решил переключиться на новую коллегу. На девушке была надета темно серая строгая юбка до колен, такого же цвета пиджак, под которым была белая блузка, на ногах черные туфли на невысоком каблуке. Темные волосы собраны в конский хвост, на глазах – очки. Она была довольно красивой, с впечатляющими формами, и Нацу понял, что девушке предстоит отбиваться от множества поклонников. -Ну, что ж, идемте, я познакомлю вас с напарником, — усмехнулся Драгнил. Девушка согласно кивнула и последовала за ним. Напарником Нацу оказался молодой парень с ярко-голубыми волосами и какими-то по-детски наивными серыми глазами. -Меня зовут Хеппи, — представился парень, когда Нацу рассказал ему о новой напарнице. -Луна, очень приятно познакомиться, — милая улыбка. – Надеюсь, мы с вами сработаемся. «Особенно, сработаться я хочу с тобой, Нацу», — с каким-то ехидством добавила про себя девушка, но внешне осталась такой же приветливой. ___________________________________________________ Почему-то эта глава далась легко. Намного легче, чем предыдущие. Приятного прочтения =))) И можете даже в меня тапочками кинуть, я не обижусь.