По сети через стену

      Темнело. На автобусной остановке стояло много людей: кто возвращался с работы, кто с занятий. Нацу и Люси уже успели пропустить несколько маршруток. Вечерело весной медленно, так, что светлая небесная лазурь плавно перетекала в тёмную пелену ночи. Появилась первая звезда.       Как только из-за поворота выехал очередной автобус, который, как оказалось, был ещё и нужным, Нацу быстро подхватил Люси за талию и встал у края обочины. Транспорт оказался более свободным, чем те, которые проезжали ранее, но незанятых мест не нашлось. Люси встала у окна, оперевшись о железные поручни. Драгнил встал рядом, готовясь помочь в любую минуту.       С каждой новой остановкой автобус заполняли люди, так, что места становилось всё меньше и меньше.       Парень почувствовал вибрацию телефона в кармане и достал его. На экране высветилось сообщение: «Привет». На мгновение он улыбнулся, но следом загрустил. Он открыл сайт знакомств и прочитал переписку с Принцессой — тишина. После того странного непристойного сообщения не было ничего. Нацу даже сам боялся ответить ей. Он надеялся, что это оповещение от его прекрасной незнакомки, но нет, какой-то странный парень пишет ему на подобном сайте, отчего Нацу перекосило.       В мыслях появились последние слова Принцессы. Парень пытался представить, какой у неё голос, и фантазировал. Он зашёл слишком далеко, отчего чувствовал, как поднимается его настроение, а следом и мужское естество.       Драгнил опомнился только тогда, когда прибывшие в автобус пассажиры толкали его к Люси. Бедная девушка еле стояла на ногах, а теперь ещё и чувствовала себя зажатой между окном и Нацу. Он старался не касаться её своим телом. И, как назло, она стояла спиной к парню, отчего открывался прекрасный вид на её попу, которую обтягивала неплотная ткань спортивных штанов. «Готов поклясться, я видел складку её трусиков», — думал парень, осматривая ягодицы.       Одни мысли об этом приводили его орган в боевую готовность, отчего он только увеличивался в размерах.       Было слишком душно; открытые окна не спасали. Автобус предательски впускал в себя ещё больше пассажиров. Становилось всё теснее. Неудачное движение руки парня слева, женщина оступилась и толкнула Нацу ближе к Люси. На свободное место тут же встал народ.       Парень всем своим телом ощущал непростительную близость. Он пахом чувствовал округлую попу своей подруги, отчего всё тело горело. Нацу понимал, что не мог отодвинуться, он пытался хотя бы отвлечься, чтобы успокоить буйство у себя в штанах.       Тем временем Люси молчала. Её лицо залилось румянцем, щёки горели. Она умная девочка и прекрасно осознавала, чем Нацу её касался. Она чувствовала всё даже через материю. «Б-большой», — думала девушка, заикаясь даже в мыслях, словно их озвучивал кто-то со стороны.       Только не сейчас. Она не хотела думать об этом, но все её мысли были заняты лишь им — этим приятным ощущением.       Люси так быстро возбудилась, что перестала думать о том, где она находится. Ноги перестали её волновать, и сейчас в голове красовались разные воспоминания из хентая, который она когда-то смотрела. Несколько фильмов заключали в себя такие моменты, а в одном была даже похожая ситуация, где парень и девушка оказались замкнутыми в кругу людей в автобусе.       Нацу всё никак не мог успокоить свои бушующие гормоны. Пульсации не давали ему покоя, а жар распространялся и усиливался. Он думал о самых гадких вещах, которые только можно было вообразить, чтобы успокоиться. Внезапно парень вспомнил порнографический фильм, сцены которого заставили член упасть сразу же, как только тот увидел, что главный герой делал с женщинами. У Нацу сразу же появилось отвращение к сексу и эротическим фильмам месяца на два, пока он случайно не наткнулся на один интересный фильм. Он даже не подозревал о том, какие сцены в нём могут быть, а началось всё так банально — с толкучки в автобусе.       Драгнил почувствовал, как штаны давят на его плоть. Он тихо вздохнул. Парень вот-вот был готов кончить, даже чувствовал, как смазка растекалась от головки всё ниже и ниже.       Резкая остановка автобуса заставила пассажиров качнуться. Какая-то полная женщина надавила своим весом на Нацу так, что тот не мог противиться и только плотнее прислонился к Люси, чувствуя своим телом всю мягкость её ягодиц. — Прости, — тихо шепнул парень, словно простонал в ухо подруге.       Ах, если бы он только молчал, то всё было бы иначе.       Его горячее дыхание на коже девушки — оно будоражило и возбуждало. Люси ненароком представила, что это не Нацу — её друг, а кто-то другой — любимый человек, с которым она сейчас занималась любовью, где-то далеко, в квартире.       Разум сдерживал её стоны от каждого соприкосновения, когда транспорт качало. Она понимала, что нельзя, но так желала. «Пожалуйста, ещё раз», — она мысленно молила водителя о повороте, чтобы Нацу снова коснулся неё, пусть и случайно, но так необходимо. — Остановка «Центральная», — громко и отчётливо огласил диспетчер.       Нацу схватил девушку за руку и потянул к выходу.       Сказать, что Люси расстроилась, — не сказать ровным счётом ничего. Но больше всего она была удручена не тем, что водитель не услышал её мысли и не позволил осуществиться желаниям, а тем, что она столько могла навоображать в голове. Ей было очень стыдно перед собой и другом.       Нацу молчал, крепко сжимая руку Люси и вёл её в сторону отеля. Как только девушка прохрипела что-то типа «ой», он опомнился. — Извини, — пряча глаза за чёлкой, он говорил тихо и медленно, снисходя почти на рык. — Забыл про ноги. Идти дальше тяжело? Может… — Дойду, — отчеканила та, не давая закончить предложение.       Люси поняла, что он хотел предложить понести её на руках, но в этом положении было бы неловко обоим, и быстро сориентировалась с ответом.       Парень сбавил шаг. Он достал из багажа олимпийку и повязал её на поясе. Нацу не стал объясняться или смущённо отводить глаза от Люси, он знал, что она умная девочка и сама обо всём догадалась. Осталось лишь как-то подобрать слова для извинения. Каждый понимал ситуацию, но боялся что-то сказать. Это ведь простая физиология и воздействие длительного воздержания. Да, так он ей и скажет при любом удобном случае.       Люси понимала, что это просто юношеская потребность, нет ничего необычного, тем более когда перед ним такая красивая попа, а именно ей девушка гордилась больше всего.       Будучи подростком, когда она только перешла в первый класс старшей школы, Люси была уверена в своей природной красоте, но вот после встречи с одноклассницами её планка спала. Для девочки её возраста, Хартфилия считала, нормально иметь грудь второго размера и самую обычную талию. Скажем так, она называла себя колонной, в плане фигуры. Ничего не выпирает, но да ладно, зато личико симпатичное и волосы красивые.       С тех пор Люси загорелась желанием выделяться хоть чем-то, если уж грудью не одарил творец, то упор будем делать на то, что можно исправить самим. До выпускного девушка ходила в спортивный зал, тратя на него все свои карманные деньги. Люси урезала свой рацион, переходя только на овощи и воду, которую в школе она выпивала большими количествами. Рыбу и мясо употребляла крайне редко, но с немалым аппетитом. Принимала участие почти во всех спортивных мероприятиях школы в надежде, что спорт поможет с фигурой. В конечном итоге она поставила себе цель — накачать попу. А так как Люси девушка целеустремлённая, то план она свой даже перевыполнила. У Хартфилии была действительно стройная и подтянутая фигура, особенно ягодицы, которым не было равных, но при этом она оставалась мягкой на ощупь. Объяснения этому она не могла найти, но её всё устраивало. А на последнем году обучения у девушки быстро начала расти грудь, и уже на выпускном могла похвастаться третьим с половиной размером. После школы она стала сбавлять обороты и вовсе перестала заниматься, ссылаясь на подготовительные экзамены и учёбу. Грудь к тому времени была уже четвёртого размера. — Люси? — голос Нацу вывел девушку из воспоминаний. — Пришли.       Парень указал пальцем на здание отеля, в котором остановилась команда.       Снова неловкая тишина. Безмолвно они зашли внутрь помещения. Затем возня с документами, тренер, восторженные крики друзей.       Люси не зацикливалась на этом, она тихо стояла в сторонке и о чём-то думала. — Спокойной ночи, Люси, — Нацу выкрикнул прощание и помахал рукой, широко улыбаясь. — Сладких снов. — Спокойной, — тихо ответила девушка, немного смутившись от слова «сладких».

***

      Люси открыла дверь номера, откинула сумку куда-то вглубь и обессилено упала на диван. Спустя минуту она ойкнула и обессилено выдохнула, подошла к небольшому шкафчику со стеклянными полками и выудила из него небольшую коробку с пометкой в виде красного креста. Девушка достала все необходимые ей медикаменты и заранее подготовила их, чтобы после ванны обработать раны на ногах. Как ни как, а сегодня она заработала себе мозоли, которые в последствие разодрала в кровь. И это не пойдёт ей на пользу. Удивительно было то, как долго Люси могла играть дальше, не обращая внимание на дискомфорт и боль.       Минерва оторвалась от чтения журнала и покосилась на знакомую. Сегодня она устала от всего и хотела отвлечься с помощью нового номера журнала «Волшебник». Удивительное название. Девушка готова была поспорить, что большинство статей — это чёрнуха от жёлтой газетёнки, но продолжала скупать макулатуру. — Натренировалась? — спросила девушка. — Да-а-а, — затяжно выдохнула та.       Минутное молчание. Им не о чем было говорить, девушки знакомы недолго, и подругами они точно не являлись, лишь соседками, которые делят один номер на двоих. — Я в душ, — оповестила о своём намерении Люси.       Она не стала делать воду горячей или холодной, скорее, еле тёплой. Просто хотелось смыть с себя сегодняшний день, всю грязь и пот, а лучше и воспоминания, ощущения. Люси коснулась своей рукой попы, того места, которого касался Нацу.       Девушка перекрыла вентиль. Не вытираясь, она стала напротив большого зеркала, протёрла его рукой от запотевшей пелены и внимательно осмотрела себя. — Такие большие, — Люси коснулась руками груди, чуть приподнимая её. — А ведь кажется, что недавно были совсем маленькими, — улыбнулась и закрыла глаза.       Она задумалась и не заметила, как сжала руки. Тихий полустон прошёлся по комнате, не выходя за её пределы. В голове почему-то появился образ Нацу. Улыбка перешла в пошловатую ухмылку, обнажая белоснежные клыки. Она коснулась пальцами соска, дотронулась до него подушечками большого и указательного и оттянула. Какое-то странное видение, словно это он зубами оттягивал розовые бусины. Стон стал чуть громче. — Чёрт, — резко осеклась девушка. — Это уже перебор.       Она повернулась, чтобы взять с полки полотенце, и замерла. В отражении зеркала красовалась обнажённая девушка с красивыми формами. Люси посмотрела на свои ягодицы и вновь вспомнила автобус. Девушка призадумалась и чуть нагнулась вперёд, выгибая спину. Ей открылся соблазнительный вид её розовых половых губ. Хартфилия тут же выпрямилась и, пряча румянец за волосами, стала вытираться.       Что только не придёт ей в голову, какие непристойные мысли. Да ещё и с кем! О чём она только думает! — Ты в порядке? — поинтересовалась Минерва, увидев раскрасневшееся лицо соседки. Может, градус воды так ударил, а может, ей вовсе плохо. — Всё хорошо, — ответила та, пряча глаза, — спокойной ночи. — Сладких снов.       На мгновение ей показалось, что она вновь слышала голос Нацу. Люси покачала головой и попыталась уснуть. День выдался длинным и тяжким, он уморил девушку так, что та быстро задремала.

***

      Люси проснулась от негромкого шума посреди ночи. Свет падал на большой проход, где стоял мужской силуэт. Она не видела его лица: его голова словно утопала в сумраке, который не скрывал лишь белоснежную ухмылку.       Он медленно подходил ближе, развязывая синий галстук и оставляя его висеть на шее. Он расстёгивал пуговицы на белой рубашке, оголяя смуглый торс и уже вызывая желание у Люси.       Как только он оказался так близко к ней? Она спиной ощущала жар.       Горячие ладони легли на грудь, крепко сжимая, словно массируя. Губы коснулись нежной кожи шеи, невесомо осыпая ту поцелуями и плавно опускаясь на плечо. Она чувствовала, как в попу упиралось что-то горячее и крепкое. Волна возбуждения прошлась от головы до пят, оставляя после себя сладкую истому внизу живота.       Люси никогда не чувствовала себя так хорошо. Объятия этих крепких мужских рук словно дарили ей спокойствие и безопасность, в которых хотелось утопать. Так приятно. Желание разгоралось всё больше, и она начала постанывать и прикусывать нижнюю губу. Люси раздвинула ноги, чуть приподняв ягодицы, тем самым дав полную свободу действий её мужчине. Большие ладони легли на её бедра, затем поднялись вверх и крепко сжали ягодицы, отчего она издала продолжительный стон. Негромкий шлепок, и вот уже что-то входит в неё медленно и плавно.       Люси застонала в голос, как только член вошёл полностью. Он упёрся в матку, но не двигался.       Ладони вновь сжали её попу, а губы стали жадно целовать плечи.       Движения. Плавные и аккуратные. Они постепенно сменялись более резкими, пока окончательно не перешли в бешеный ритм.       Люси слышала, как стонет парень позади неё. Так тихо и грубо, что её это ещё сильнее возбуждало. Ах, как он хорош. Мышцы сокращались, доставляя большее наслаждение. Его горячий язык оставлял мокрую дорожку от ключиц до самого уха, слегка целуя мочку на последок. Руки сжимали и приподнимали ягодицы, изредка шлёпая. Эти резкие движения даровали приятную боль и желание, чтобы это не прекращалось. И вот, уже на самом пике, он резко развернул Люси к себе лицом и… — Нацу! — громко завопила девушка, подпрыгивая в кровати.       Она огляделась и поняла, что находится в своём номере. Люси посмотрела на кровать соседки, но её там не оказалось. Мысленно молила, чтобы та ушла. — Это всего лишь сон, — успокаивала себя девушка, — сон и только. На нервах. Сон.       Карие глаза расширились в испуге. А ведь и правда сон, только сидеть неудобно, немного мокро.       От осознания своей извращённой натуры Люси закрыла смущённое лицо руками. Она понимала, что вчерашний день сильно подействовал на неё эмоционально, вот и вылилось всё в итоге в такой форме. Девушка даже немного расстроилась, сама не понимая от чего, то ли оттого, что почувствовала себя извращенкой и не знала, как смотреть в глаза Нацу, то ли от того, что сон прервался на такой ноте. Вновь это странное чувство опустошения. В очередной раз так и не удалось довести до конца.