Синий туман

—Значит тебя ударил твой отец? —спокойно спросил Ник. Я тяжело вздохнула и кивнула головой. —Хотя раньше он меня не бил. —я тяжело вздохнула. —И что потом? —после продолжительного молчания спросил Ник.—Ты ведь девственница? Значит ты сбежала? Я кивнула головой и не глаза наполнились слезы. Тяжело. Тяжело вспоминать все. Об отце, матери и, самое главное Фред... Мой маленький, солнечный братик... Я вспомнила как он мне улыбался, как он меня звал "Лиса! " с восхищением во взгляде, как он гордился при родителях, когда я его чему-нибудь новому научила, как он рос и говорил первые слова, делал первые шаги... Я так скучаю за ним, та и за родителями тоже, ведь они подарили мне жизнь. Но я их никогда не любила. Уважала—да, но не любила. Никогда. Они слишком сильно оберегает меня от мира. Я с самого детства хотела жить свободно, увидеть мир, но вместо этого я читала книги, училась готовить, учила этикет и как ухаживать за собой. Но там не было ярких детских воспоминаний, смеха, радости. Только учеба. Ник мягко обнимает меня и прижимает к себе. Так тепло, так уютно... Я чувствую себя будто за каменной стеной, нет, будто бы за железной стеной. Почему-то мне показалось, что именно этот человек сделает меня свободной и подарит счастье. Решено, я стану охотницей. Я буду охотником на синяков и помогу Нику и его маме, та и вообще всем охотникам. —Не плачь, все хорошо, все будет хорошо... Не плачь, моя принцесса, не плачь. —успокаивающе говорил он мне на ухо. После его обращения ко мне я вздрогнула, но от того, то мне стало приятно. —Ник, а расскажи о себе. О своей жизни.—попросила я. —А что мне рассказывать? —удивленно посмотрел Ник на меня. —Сколько тебе лет? Долго ты уже охотник? И как это—быть охотником? —Неужели решила стать охотницей? —посмотрел он на меня и, дождавшись кивка, рассмеялся. После, успокоившись, сказал.—Мне 24 года. Я охотник с рождения. Как ты думаешь—сколько моей матери лет? Я задумалась. Женщина выглядела лет на 35, но если Нику 24.... Стоп. Нику 24? Он настолько взрослый? —У тебя уже есть дети? Тебе же 24....—тихо сказала я и закрыла рот рукой. Я не хотела этого говорить вслух! Я засмущалась а Ник опять рассмеялся. —Нет, я тоже девственник. Расслабься. Так что—сколько моей маме лет? —Хм.... Наверное, 37 или 38. Тебе 24, значит твоей маме... —Моей маме 46 лет....—Я в шоке. 46 лет? Это возраст моей бабушки!!!—А отцу 67 было на момент зачатия меня моими родителями. —67 лет?!?! —проорала я. Он рассмеялся. —Да. Но он умер до моего рождения. А вот как это быть охотником?.... Хм... Это весело. Мы не боимся синяков и не бежим от них. Мы не прячемся, а воюем. И спасает мир. —он улыбнулся и посмотрел на меня. Я слушала его как маленький ребенок слушает сказки, и с таким же восхищением в глазах. Но тут я вспомнила начало нашего разговора и вздохнула. Опустила голову и задрожала. Он погладил меня по спине, подхватил и посадил меня к себе на колени. Он поднял мое лицо за подбородок и посмотрел мне в глаза. —Прошу, прекрати боятся. Я не причиню тебе много боли, прошу, не бойся.—прошептал он. Я кивнула головой и, улыбнувшись, провела рукой по идеально очерченными кубиками пресса. Я улыбнулась шире. Он резко кинул меня на кровать, но, на удивление, это не было больным, а чувство страха притупилось чувством возбуждением. Он навис надо мной и поцеловал в губы. Его руки мягко исследуют мое тело, а его губ владеют моим ртом. Опять. Но теперь я не буду его боятся. Он мягко целует меня. Его губы такие мягкие и нежные, но в то же время они такие требовательные. Страх поступает к сердцу единой и липкой паутиной. Я опять боюсь. На мгновение вместо Ника я вижу мистера Элера и все мое тело напрягается. —Не бойся меня, я не причиню тебе боли... —прошептал Ник и спустился губами к моей шее. Он осторожно начал снимать с меня майку и быстро расстегнул лифчик. Я задрожала от накатившей на меня волны удовольствия. Он, тем временем, стянул с меня шорты и оставшуюся часть одежды и начал мягко массировать меня изнутри сначала одним пальцем, а потом двумя. Губами он опустился мне на грудь и, обхватив сосок губами, слегка прикусил его. Я восхищенно вздохнула и выгнулась ему на встречу. Черт, как же приятно! Он мягко достал из меня пальцы и посмотрел мне в глаза. Посмотрев ему в глаза я увидела... Грусть? Разочарование? —Сейчас будет больно, прости меня. —быстро пробормотал он мне. Я не успела и слова сказать, как он резко вошел в меня на всю длину. Я вскрикнула от боли и по моим щекам покатились слезы. А тем временем, за окном мать улыбнулась, глядя на своего сына и девушку, и в тайне уже думала, как назвать будущих внуков...