Тринити.

Юнги живет на третьем этаже, в одном из густонаселенных районов вечно бодрствующего Сеула. У него трехкомнатные апартаменты, три пакета молока в холодильнике и по три заказа в неделю, от которых по случаю температуры, увы, не увильнуть. Квартира, к слову, тридцать третья, и делит он ее с трехмесячным котенком, который то и дело норовит расцарапать Юнги лицо. А по соседству, уже три года как, живет чересчур шумный сосед, лицо которому хочется подпортить уже самому Юнги. Он каждое утро просыпается от громких басов за стеной, писклявого «мяу» под ухом и вибрирующего телефона на подушке. И больше всего из списка вещей, прерывающих его сон, его раздражает сосед и неумолкающая в квартире напротив музыка. Потому что котенок ему нравится, а телефон он благополучно игнорирует. Третьего марта Юнги не выдерживает и выходит из квартиры ровно в три часа дня и тридцать три минуты, чтобы три раза постучать в массивную дверь с номером «тридцать четыре». Однако планы рушатся, как сбитые шаром кегли, когда дверь открывается сама, а перед лицом материализуется порядком надоевший Юнги сосед. Он улыбается, широко и радужно, чешет живот под задранной футболкой и высовывает язык, между тем задавая вопрос: - Чего тебе? – улыбка с губ не сходит, а рука все еще скребет ногтями по загорелой коже. - Музыку тише можешь сделать? – хмурится Юнги. - Не, - коротко отзывается сосед. – Ты шепелявишь что ли? – следом усмехается он, оставляя живот в покое и опираясь плечом о косяк. - Я не… Чего? – Юнги пытается нахмуриться еще больше, но больше уже не получается, поэтому он старается нагнести обстановку надменным взглядом. Но парень перед ним, кажется, непрошибаем вообще, потому что продолжает улыбаться, как ни в чем не бывало и глядеть сверху вниз. Буквально, так как банально оказывается выше. - Ты… - начинает Юнги, но сосед вдруг делает шаг вперед и Юнги слегка теряется, отклоняясь назад. – Музыку потише, да? – все же заканчивает он, наплевав на то, что несколько слов, которые должны были сделать его просьбу более логичной, были только что утеряны. Сосед в ответ делает еще один шаг вперед, отталкивая Юнги, меняет взгляд с озорного на насмешливый и музыку потише, да? делать явно не собирается, даже если Юнги попросит его об этом еще дополнительных десять раз. Он лишь захлопывает дверь позади себя, касается плеча Юнги и спускается вниз по лестнице, покидая общество соседа. - Я бы затопил его, если бы жил над ним, - спустя секунду шипит Юнги. Вечером того же дня музыка становится громче прежнего, но к ней вдобавок присоединяются еще и множество шумных голосов. Юнги медленно выдыхает, стараясь мысленно успокоиться, но терпит неудачу, ощущая, как волна гнева подступает все ближе и ближе, вот-вот намереваясь выплеснуться наружу. Он поднимается на третий этаж, замечает, что на лестничной площадке толпятся уже подвыпившие подростки, среди которых веселый сосед Юнги выплясывает непонятные танцы, стараясь не запутаться в собственных ногах, и стискивает кулаки покрепче. Рабочий день сегодня выдался довольно тяжелым, и единственное, что его спасало от этого – мысли о сне. Но толпа пьяных зевак, занявших территорию не только соседней квартиры, но и лестничной площадки попросту разрушила его планы на корню. - Уйди, - недовольно шипит он, стараясь протиснуться сквозь толпу гостей. Но сосед замечает его и хватает за руку, утягивая к себе. Юнги в очередной раз шипит, стараясь освободиться из захвата, потому что рука противно саднит из-за полученного на работе пореза, и это еще одна причина, по которой настроение Юнги падает гораздо ниже отметки «ужасно». - У меня сегодня праздник, - в самое ухо кричит сосед и Юнги отшатывается. – Поэтому музыка будет играть всю ночь, - тем временем продолжает парень. Юнги же все-таки выпутывает руку из цепких пальцев соседа и толкает того в стоящих позади подростков, получая в ответ громкие возгласы. Он не слушает того, что ему кричат в спину заплетающиеся языки, потому что рука начинает болеть сильнее. Только раздраженно расталкивает всех в стороны, стараясь поскорее добраться до своей квартиры. Уже внутри он отбрасывает сумку к стене, чешет подбежавшего к нему белого котенка за ухом чистой рукой и с облегчением выдыхает. Следующим утром Юнги просыпается от традиционно ударившей по ушам музыки. Заснуть ему удалось около двух часов назад, поэтому голова сейчас жутко раскалывалась, да и раненная рука не давала о себе забыть, от чего Юнги хотелось чуть ли не выть. Сегодняшний день обещал быть выходным, но видимо сосед напротив выбивается в любители рушить планы Мин Юнги, поэтому парень с шумным выдохом слезает с кровати и выбирается наружу из квартиры, намереваясь выбить из соседа всю дурь. - Что с твоей рукой? – вместо приветствия выдает парень, открывая дверь нараспашку. – Я проснулся, а у меня вся футболка в крови. Твоя видимо, да? - Моя, - раздраженно кивает Юнги. – Музыку выключи, а? Парень не отвечает, только хватает соседа за руку и впивается внимательным взглядом в бинты на ней. Кое-где проступает алая кровь, и это уже явный признак того, что повязку стоит сменить. - Чонгук, - вдруг раздается звонкий голос из-за спины парня, и Юнги пользуясь моментом, вырывает руку из крепкой хватки, натягивая рукав кофты до самых пальцев. Сосед, имя которого Юнги теперь знает, отвлекается, отворачивается, а после и вовсе закрывает дверь перед носом Юнги. И тому хочется вырвать эту самую дверь с петель, разломать в щепки и закопать в них Чонгука, предварительно избив. Но Юнги лишь шумно выдыхает, собирает всю волю в кулак и гордой походкой возвращается в собственную квартиру. А там, в квартире телефон надрывно звонит, наверняка, уже не первый раз, и это значит, что Юнги придется забыть о выходных и отправиться на вызов. - Привет, - звонкий голос бьет его в спину, когда он выходит в подъезд. На лестнице Чонгук и пара его друзей занимают собой все пространство, дымят дешевыми сигаретами и нахально улыбаются, явно довольные тем, что есть, кого достать с утра. Юнги на дерзкие взгляды не реагирует, перехватывает рюкзак покрепче и сует руки в карманы черного бомбера. Музыка все еще гремит. - Как тебя зовут? – на этот раз голос ниже, принадлежит Чонгуку. – И ты так и не ответил на счет руки. - Ты так и не выключил музыку, - отзывается в ответ Юнги и добавляет. – Ты для сигарет-то не маленький еще? - Мне уже девятнадцать, - Чонгук чуть ли не ребячески гордо вздергивает подбородок, а после подносит сигарету к губам, намереваясь затянуться. Но Юнги ловко перехватывает его руку, отбирает белый сверток никотина и затягивается им сам, блаженно выдыхая едкий дым в лицо соседа. Его друзья молчат, о своем присутствии никак не напоминают и это заставляет Юнги и вовсе забыть о них, пока с их стороны не раздается заинтересованное: - Так как тебя зовут? Юнги затягивается ядовитым никотином повторно, устало выдыхает и выбрасывает сигарету на лестницу, топча ее три раза. После он вырывает из рук парней начатую пачку, топчет уже ее, заливает открытым пивом и прежде, чем уйти, бросает раздраженное: «проваливайте». В ответ раздается лишь смех и щелчок зажигалки. Конечно, ведь пачка явно была не одна. Юнги возвращается домой поздней ночью, и то, что в подъезде подозрительно тихо замечает лишь, когда носки его кроссовок упираются в вытянутые ноги Чонгука. Сосед дремлет под его дверью, во вчерашней белой футболке, изляпанной в крови Юнги и просыпаться явно не собирается. Расплываясь в надменной улыбке, Юнги с явным удовольствием пинает его по ноге, а после и вовсе спихивает в сторону, краем уха улавливая недовольное ворчание со стороны парня. Белый котенок с громким возгласом бросается на встречу, когда дверь квартиры открывается, но замирает на пороге, принюхиваясь к незнакомцу. И Чонгук, наконец, просыпается, ощущая касание мокрого носа к его руке. - Я не знал, что ты животных любишь, - начинает было сосед, но Юнги подхватывает котенка на руки и слишком громко хлопает дверью, чудом не прищемив Чонгуку пальцы, весьма грубо прерывая его попытки начать разговор. О том, что сосед делает в подъезде и почему спит под его дверью, Юнги даже не задумывается. Только ранним утром, выходя в подъезд, когда он спотыкается о вновь уснувшего Чонгука, он все же задает вопрос: - Ты чего тут спишь? - Я хотел попросить у тебя телефон, - сосед вскакивает на ноги моментально, одергивает футболку и поправляет запутавшиеся темные волосы, стараясь выглядеть как можно более дружелюбно. – У меня дверь захлопнулась. Надо позвонить мастеру. - Другие соседи? – Юнги склоняет голову на бок и спускает весьма тяжелый рюкзак на пол. - Думаю, ты и сам знаешь, что они меня не выносят, - усмехается в ответ Чонгук, и Юнги готов поспорить, что сосед этим явно гордится. Чонгук складывает руки у лица, готовясь то ли умолять, то ли строить милое выражения лица, дабы уговорить Юнги помочь ему, но тот лишь недовольно хмурится и подходит к квартире напротив. Копошится в одном из многочисленных карманов рюкзака, вынимает отмычку со шпилькой и со вскрытием замка разбирается в два счета. - Вау, - восторженный шепот со спины на несколько мгновений заставляет Юнги довольно ухмыльнуться, но развернувшись к обладателю голоса, он вновь принимает безразличный вид. – И как мне теперь спать, зная, что ты в любой момент можешь забраться в мою квартиру? - Было бы, зачем забираться, - Юнги закатывает глаза, пряча инструменты обратно в сумку. Он уже спускается вниз по лестнице, намереваясь встречать очередной рабочий в день, как Чонгук вдруг вдогонку бросает громкое: - А как котенка зовут? Юнги собирается проигнорировать вопрос, и вообще само существование соседа в будущем, но отчего-то отвечает: - Тринити. Он возвращается ровно в три часа ночи и встречает тонкую полоску света из-за открытой двери соседа. Усталость, казалось, накатывала на него волной, однако музыка из тридцать четвертой квартиры успешно преображала ее в гнев. Поэтому ему стоило огромных усилий проигнорировать приоткрытую дверь и пройти мимо. Но басы за ней вдруг ударили по ушам с большей силой, хотя, казалось бы, куда больше? И это заставило Юнги передумать. Он три раза глубоко вдыхает насквозь прокуренный воздух в подъезде, и так же три раза выдыхает. Закрывает глаза, стараясь успокоиться, а после откидывает голову назад, улавливая звук хрустнувших в шее позвонков. Он в долю секунды преодолевает расстояние между своей квартирой и квартирой соседа. И открывает дверь нараспашку с такой силой, что она ударяется о стену, жалобно скрипнув петлями. Хозяина квартиры он находит на кухне, в наушниках и довольно пританцовывающего. Чонгук не замечает ничего вокруг, а музыка чуть ли не оглушает стоящего позади него Юнги. Тот еще несколько раз обдумывает свое решение, а после вдруг хватает соседа за ворот футболки и отталкивает к стене. Заламывает тому руки и прижимает собой, пресекая любые попытки вырваться. Но Чонгук оказывается сильнее, поэтому Юнги приходится приложить больше сил, чтобы удержать его. - Выключай свою музыку, - злобно шипит он, губами касаясь его уха, сдергивая с него наушники. – Иначе я выброшу тебя в окно. - Ты пьяный? – задает вопрос Чонгук, и Юнги кажется, что соседу совершенно наплевать на свое положение, потому что он самодовольно улыбается и прекращает сопротивляться. - Музыку, - вторит Юнги, вжимая парня в стену сильнее. Но Чонгук ловко высвобождается из крепкого захвата и оборачивается к своему соседу лицом. Он собирается поменяться с Юнги местами, но чувствует прикосновение холодного металла к шее и вся игривая спесь мигом спадает с него. - Ты чего? – почти неслышно шепчет он, сглатывая тугой комок, вставший поперек горла. – Я выключу, только убери это, - просит он. У Юнги в глазах агрессия наперевес плещется с безумием и он лишь сильнее вжимает дуло пистолета в чонгукову шею, с садистским удовольствием наблюдая, как выражение лица того сменяется с надменного на испуганное. Но мгновением позже он убирает руку и отпускает Чонгука вглубь квартиры, после чего та, наконец, погружается в долгожданную тишину. - Кем ты работаешь? – спрашивает сосед, когда Юнги выходит в подъезд, но ответа на свой вопрос не получает. Три месяца спустя Юнги ловит себя на мысли, что музыка в их доме больше не играет оглушительно громко и по утрам его теперь будят только скребущие его руку когти подросшего котенка и извечно вибрирующий телефон, передающий задания от работодателя. Юнги хочется широко улыбнуться, вытянуть руки и, возможно, даже обнять что-нибудь в порыве неконтролируемых эмоций, как вдруг за стеной раздаются знакомые раздражающие его биты. Он оказывается перед дверью соседа в считанные доли секунды и стучит по ней кулаком три раза. Дверь распахивается моментально. - Ой, - обладатель звонкого голоса немногим ниже Юнги, делает его глазам слишком больно своими чересчур яркими рыжими волосами, поэтому Юнги хмурится и отводит взгляд, заглядывая парнишке за спину. - Где Чонгук? – задает он вопрос. - Вышел в магазин, - улыбается рыжий парень. – Да ты заходи, не бойся, - тут же бросает он, утягивая Юнги в квартиру. – Я Чимин, а ты? Юнги вместо ответа обдает парня хмурым взглядом и отпихивает его руку от себя. Делает несколько шагов назад, намереваясь покинуть квартиру, но врезается спиной в вернувшегося Чонгука. - Привет, - слышит он над ухом и чувствует кожей горячее дыхание парня. – Зайдешь? - Я… Не, я, - Юнги вдруг теряется так же, как в первый раз, проводит языком по обсохшим губам и разворачивается в сторону Чонгука. - Музыку потише, да? – усмехается сосед. – Выключи, - бросает он уже в сторону застывшего недалеко Чимина. Друг в ответ шепчет что-то недовольное, но просьбу выполняет и Юнги, удовлетворившись приходом долгожданной тишины, возвращается в свою квартиру. Но Чонгук ловит его за руку у самой двери, останавливает и разворачивает лицом к себе. - Как тебя зовут? – спрашивает он. Юнги в ответ устало выдыхает и закрывает глаза. А Чонгук ведет пальцем по широкому шраму на его руке, заставляя вздрогнуть. Становится не по себе, Юнги не может понять ему неуютно в обществе соседа или это скопившееся за годы трудной работы напряжение дает о себе напомнить. И он уже было заставляет тепло расслабиться, стараясь не обращать на нарушение личного пространства со стороны Чонгука, как вдруг сосед добивает его очередным шепотом: - Ты красивый. Лицо Юнги искажается в недовольном выражении, он хмурит брови и кривит губы, отталкивая от себя соседа. Пытается забраться в собственную квартиру, и закрыть дверь на все замки, чтобы после всадить в воображаемую мишень несколько выстрелов из его беретты. Но Чонгук в очередной раз рушит все его планы и оказывается внутри квартиры вместе с Юнги. Тринити довольно урчит, подбегая к хозяину, и распространяет свою любовь даже на Чонгука, но Юнги выгоняет котенка в другую комнату, а на соседа наставляет дуло пистолета. - Что тебе надо? – хмуро спрашивает он, упираясь оружием в лоб Чонгука. - Давай встречаться? – без единой заминки выдает сосед, и Юнги теряется уже третий раз за все его знакомство с парнем. – Ты красивый, - повторяет для большей убедительности Чонгук и заряженного пистолета в руке Юнги, кажется, не боится вообще. – Давай? - Я клянусь, я всажу в тебя всю обойму, - шипит Юнги, а дуло пистолета касается уже виска Чонгука. - Интересно, что произойдет быстрее, - усмехается сосед, уверенности в нем хоть отбавляй и Юнги теряется в очередной раз, ведь тогда, на кухне, Чонгук явно его боялся. – Ты выстрелишь в меня или я поцелую тебя? – ухмылка на его лице до нельзя нахальная, а глаза так и пестрят озорством. А Юнги хочется провалиться если не под землю, то хотя бы этажом ниже, потому что только что озвученная соседом фраза настолько отвратительная, что Юнги еле сдерживает рвотные позывы. Фраза, к слову, отвлекает его успешно и Чонгук подается вперед, накрывая губы парня своими. Но тут же получает удар по затылку, от чего приходится нехотя отстраниться. - Я продумал твое убийство, Чонгук, - хмурится Юнги, тыльной стороной ладони касаясь собственных губ. – Твой труп никто не найдет, - заверяет он и довольно усмехается, замечая в глазах Чонгука проскользнувшую на мгновение заминку. - Ага, - коротко отзывается сосед, а от только что замеченного Юнги испуга не остается ни следа. И он не выдерживает, толкает соседа к двери, хлопает пистолетом по стоящей рядом тумбе и с хриплым «блять» целует Чонгука сам. - Твоя взяла, - ненадолго отстранившись, шепчет он. – Меня Юнги зовут. Чонгук улыбается в поцелуй, прижимает Юнги ближе к себе, и пальцами касается растрепанных волос. А когда углубляет поцелуй, чувствует, как руки Юнги сжимают белую футболку на его спине, а сам парень, наконец, расслабляется, потому что до ушей Чонгука доносится хриплый смешок. Юнги живет на третьем этаже, в одном из густонаселенных районов вечно бодрствующего Сеула. У него трехкомнатные апартаменты, три пакета молока в холодильнике и по три заказа в неделю, которые он предпочитает убивать излюбленным методом – тремя точными выстрелами подряд. Квартира у Юнги, к слову, тридцать третья, и делит он ее с довольно наглым котенком. А по соседству живет чересчур шумный сосед, на котором магия тройки в жизни Юнги ломается, потому что Чон Чонгук младше его на четыре года. К слову шумный сосед совершенно не боится того, что Юнги по профессии – наемник, и все еще будит того громкой музыкой по утрам. А на угрозы о скорой смерти не реагирует, потому что знает, что он теперь тоже нравится Мин Юнги.