В тебе мой свет!

"После плотного обеда нужно хорошенько позаниматься в тренажерном зале" - такое мнение у Клариссы, которая сейчас направлялась в зал для тренировок. Обед, или же поздний завтрак, прошел довольно спокойно, и тему похорон никто не поднимал. Джейс все время странно косился в сторону Клэри, и каждый раз его взгляд выражал иные эмоции. Когда девушку буквально обожгло презрение, с которым он смотрел на неё, Клэри не выдержала и сказала, повернувшись к нему лицом. – Какие-то проблемы? Если хочешь что-то спросить, так спрашивай, а не кидай на меня свои взгляды обиженного ребенка. Это мешает мне есть, – её голос был спокойный, но в нем едва уловимо слышались те самые металлические нотки, от которых у Иззи уже начинали бегать мурашки. Все остальные, не замечавшие взглядов парня, сейчас удивленно посмотрели на Клариссу, а потом перевели взгляд на Джейса. Парень же в свою очередь хищно усмехнулся. – Да что ты, какие уж тут вопросы, – саркастично ответил он. – Лучше молчать, а то опять будешь строить из себя Рембо. – И то верно, – хмыкнула девушка и продолжила есть, не обращая внимания на охотника, который аж расстроился от того, что в этот раз она промолчала. За исключением этого момента, происшествий больше не было.       После обеда все разошлись по своим комнатам, но сидеть одной Клэри не хотела. Стены давили на неё, ей нужен был воздух или возможность выплеснуть свою энергию. Уходить из Института ей тоже не хотелось, поэтому она выбрала второй вариант и отправилась на поиски зала для тренировок. Он обнаружился на первом этаже, и Клэри даже сумела не запутаться во всех этих коридорах, половина которых была нежилая. В зале, слава Ангелу, никого не оказалось, поэтому девушка облегченно выдохнула и начала с исследования помещения. Весь зал условно был поделен на несколько секций, каждая из которых предназначалась для определенного вида тренировок: рукопашный бой, тренажеры, боксерские груши и манекены, на которых отрабатывают приемы. Увидев последних, Клэри улыбнулась и вспомнила свою тренировку с Джоном. Ей тогда было лет пятнадцать, и брат согласился научить её нескольким приемам. Клэри обрадовалась и сразу же пошла к таким же манекенам. Но Джон тогда остановился в зоне для рукопашного боя и позвал туда и сестру. Удивленная Клэри подошла к брату и спросила, почему тот остановился именно здесь, ведь приемы нужно отрабатывать на манекенах. – А зачем мне они? – удивленно спросил парень. – У меня ведь есть младшая сестра, так что мне манекены не нужны. Да и на живом человеке приемы отрабатывать намного проще – эффект лучше заметен, – с серьезным видом заметил Джон, стараясь не рассмеяться. Клэри несколько мгновений обдумывала ответ брата и решала, обижаться на него или нет. В итоге она решила, что обижаться не будет, а лучше отомстит во время тренировки. И отомстила. Джон еще две недели ходил с синяком под глазом, который появился из-за того, что Клэри " случайно" промахнулась мимо его руки со специальной подушкой для ударов.       Моргенштерн улыбнулась, вспоминая это, и провела ладонью по нескольким манекенам, будто прикасаясь к прошлому. Но эта секция мало привлекала её, поэтому девушка пошла дальше и внезапно замерла, с восхищением смотря на мишени для стрельбы. Стрельба из лука всегда была её слабостью, хоть родители и не разделяли это увлечение. Джослин всегда говорила, что оружие, а тем более лук, это удел парней, а не девушек. Но Клэри упрямо продолжала обучаться, терроризируя Джона, чтобы тот показывал ей новые приемы и техники боя. В итоге дошло до того, что Кларисса в одном из тренировочных боев уложила на лопатки и отца, и брата, полностью обезоружив их. А в стрельбе из лука она стала лучшей, попадая в цель с любого расстояния, и почти что с закрытыми глазами. Вот и сейчас девушка улыбнулась, увидев мишени, и отправилась на поиски лука. Её собственный остался в Лондоне и был уничтожен вместе с домом. – Какой красавец, – выдохнула девушка, увидев лук, который висел на специальной подставке. Она подошла к нему и с каким-то необъяснимым трепетом провела кончиками пальцев по металлической основе, будто это было не оружие, а новорожденный ребенок. Выполненный из специального пластика с черным металлическим покрытием составной лук переливался на свету, сверкая разными оттенками от черного до серого, впрочем, не меняя цвета. Создавалось впечатление, что это не обычные металл и пластик, а магический материал, наделенный особыми свойствами, которые и переливались таким вот образом. Рукоятка сделана из особого сплава алюминия и меди с добавками магния и марганца. В кругу лучников этот материал называют дюралюминием, и опытный стрелок узнает его по одному взгляду, не говоря уже о прикосновении, ведь он имел приятный стальной цвет, а на ощупь похож на шлифованное дерево, благодаря многим термическим обработкам, которые проводятся с этим материалом, прежде чем он станет частью лука.       Плечи лука так же были сделаны из суперпрочного пластика и покрыты специальным черным металлом, который придает луку прочности и пружинистости, которая просто необходима при стрельбе. С обеих сторон на плечах были стального цвета наконечники, к которым крепилась натянутая, словно струна кевларовая тетива. Клэри с восхищением смотрела на это великолепие воинского искусства и, не удержавшись от соблазна, взяла его в руку. Вопреки первому впечатлению, согласно которому казалось, что лук будет очень тяжелым, он оказался достаточно легким для того, чтобы в случае необходимости нанести им удар в ближнем бою, когда нет возможности выпустить стрелу. Рука будто сливалась к дюралюминиевой рукояткой, которая идеально повторяла изгибы руки лучника. Создавалось впечатление, что рукоятка сама приобретает нужную форму, подстраиваясь под стрелка и его пальцы.       Клэри обхватила тремя пальцами тетиву и немного натянула, не поднимая лука. В тот момент, когда появилось небольшое натяжение, на плечах лука бледным белым цветом засветились заковыристые знаки, подобные тем, что нанесены на боевые клинки сумеречных охотников. Девушка с интересом и знанием дела рассмотрела эти знаки и натянула тетиву до упора, отводя правую руку назад, локтем вверх, и останавливаясь на уровне щеки. Специального прицела не было, но это нужно записать не в недостатки, а скорее в плюсы этого лука, поскольку с автоматическими прицелами для лука Кларисса никогда не дружила и не могла сосредоточиться на мишени, особенно во время боя. Кевларовая тетива натягивалась очень легко и в руках опытного стрелка была мягкой и податливой, словно шелковая нить, но при этом копила в себе огромную мощь. Натянув её до упора, Клэри почувствовала и увидела, как прогнулись плечи лука, копя в себе силу для удара, который отправит стрелу точно в цель. Но девушка не стала резко отпускать тетиву, а медленно вернула её в исходное положение и положила лук обратно на подставку. В глазах у неё горело неподдельное восхищение, которое просто невозможно передать словами, а пальцы вновь заскользили по черному металлу, в этот раз повторяя почти незримые в таком состоянии завитки рун. – Красавец, могу только представить, какой ты в бою, – с тем же восхищением тихо произнесла Клэри, и её взгляд упал на черный колчан со стрелами, на каждой стороне которого было нарисовано по одному вертикальному ряду таких же рун, как и на луке. Взяв одну из стрел, нефелимка повертела её в руках и мгновенно определила, что древко сделано не из дерева, а из углепластика такого же черного цвета, как и само оружие. Наконечник из твердой стали поблескивал на свету, а маленькая руна ангельской силы, нарисованная на нем, свидетельствовала о том, что эта стрела убьет любого демона не хуже ангельского клинка. Дальность и точность полета обеспечивало специальное оперение, представленное в виде трех черных пластиковых перьев, немного заостренных и вытянутых по краям для лучшего скольжения по воздуху и большей скорости полета. – Эх, повезло твоему хозяину, раз у него есть ты, – с грустью произнесла Клэри, смотря на висящий на подставке лук и возвращая стрелу в колчан. «Такой лук не может принадлежать Институту и быть в пользовании абсолютно всех охотников, – мысленно подумала Клэри. – У него однозначно есть владелец, и будь я на его месте, перегрызла бы горло любому, кто посмел бы прикоснуться к этому луку. А мне мое горло нравится, так что лучше не играть с огнем и больше не трогать это великолепное творение воинского искусства» – пессимистично, но вполне разумно решила она и, тяжело вздохнув, развернулась, уходя подальше от лука. Но ушла она не слишком далеко.       Сделав несколько шагов, Кларисса остановилась и обвела взглядом весь зал, проверяя его на присутствие еще кого-либо. Убедившись в том, что в помещении больше никого нет, она махнула рукой и вернулась к подставке, бережно снимая с неё лук и доставая с колчана одну стрелу. Мишени находились рядом, поэтому далеко идти не пришлось. Хвостовик стрелы соприкоснулся с тетивой, идеально сливаясь по размерам и форме, а древко мягко легло на рукоять, готовясь к выстрелу. Клэри со вдохом стала натягивать тетиву, одновременно с тем прицеливаясь, и, ощутив легкую дрожь в тетиве, свидетельствовавшую о готовности к выстрелу, отпустила кевларовую нить, позволяя ей вернуться на свое место. Тетива резко выпрямилась, отправляя стрелу в полет, и завибрировала, будто все еще отдавала силу, накопленную во время натяжения. Стрела же, рассекая воздух, в течение нескольких секунд достигла цели и попала четко в центр мишени. Довольная своим результатом Клэри немного увлеклась, поэтому выпустила еще две стрелы, которые застряли в мишени с миллиметре от предыдущей, не выходя за рамки «десятки». – Хм, очень даже неплохо, – послышался со стороны входа голос Алека, и Клэри аж подпрыгнула, резко оборачиваясь.       Парень стоял, прислонившись к дверному косяку, и смотрел на неё странным немигающим взглядом. Внезапно нефелимка поняла, чей это лук, и от этого осознания захотелось стукнуть себя по лбу. – Прости, я не слышала, когда ты пришел, – произнесла охотница, контролируя свои эмоции и мимику. Она медленно подошла к подставке и повесила на неё лук, боясь повернуться к парню лицом. Алек же в это время почти бесшумно подошел к ней и остановился буквально в шаге от неё, оставаясь за её спиной. – Ну, как тебе лук? Нравится? – спросил он, немного наклонившись вперед, из-за чего его голос прозвучал почти возле самого уха девушки. Она еле заметно вздрогнула, но виду не подала. – Лук очень хороший, просто шикарный, – честно ответила она, повернувшись к нему лицом и столкнувшись со странным выражением его глаз, находящихся в такой непосредственной близости к её лицу. – Материал прочный, дюралюминиевая рукоятка хорошо ложится в руку, а легкость лука позволяет применять его даже в ближнем бою, что однозначно является плюсом. Тетива мягкая, но прочная, хотя я использовала бы не кевларовую, а фастлайтовую, поскольку она имеет большую прочность и медленнее перетирается в районе зазубрин и крепления, но это уже личное дело каждого. Стрелы хорошо отрегулированы, наконечники острые, прочные. Если коротко, то я просто в восторге от этого лука, – честно признала Клэри, а парень усмехнулся. - Говоришь и стреляешь, как профессионал, - с ухмылкой произнес он. – Давно занимаешься стрельбой? – С одиннадцати лет, – ответила Клэри. – Сначала меня всему учил Джон, а потом я записалась на специальные курсы. Родители не одобряли это мое увлечение, но потом смирились. – А ты знаешь, что это мой лук, и я никому не позволяю его брать в руки, даже Саю, который уже три года меня об этом просит? – с ухмылкой спросил Алек, скрестив руки на груди. – Знаю, – невозмутимо ответила Клэри, став в такую же позу, как и парень. – Откуда? – подняв одну бровь, спросил парень. – Просто такой лук априори не может принадлежать всему Институту, – у него должен быть один хозяин, который перегрызет глотку любому, кто посмеет прикоснуться к его собственности, причем такой профессиональной и шикарной, – ответила Кларисса, а Лайтвуд широко ухмыльнулся и немного нагнулся вперед, сокращая расстояние между их лицами. – Тогда мне можно начинать «грызть твою глотку», подобно вампиру? – спросил он, а девушка ухмыльнулась так же, как и он ранее. – Зубы сломаешь, да и не вкусная я, – сказала она, не отстраняясь, а стоя на одном месте. Она чувствовала дыхание парня у себя на лице, его руки касались её скрещенных рук, а грудь парня вздымалась так же быстро, как и её собственная. Внезапно им захотелось приблизиться еще на несколько сантиметров и почувствовать вкус губ друг друга, но и Алек, и Клэри понимали, что этого делать нельзя. Первым взял себя в руки Алек, который отстранился, выпрямившись и вернувшись в нормальное положение, и улыбнулся. – Не хочешь прогуляться? – внезапно спросил он. – А тебя не будут искать? – Не знаю, – пожал плечами Алек. – Магнус придет вечером, так что у нас есть время для того, чтобы прогуляться и развеяться. После сытного обеда прогулка на свежем воздухе очень полезна. Ну, так что? Идем? – А пошли, – согласилась Клэри, улыбнувшись. – Куда пойдем? – В одно место, которое нравится нам обоим, – с улыбкой ответил Лайтвуд, а Клэри ответила ему такой же улыбкой. – В парк, так в парк, – усмехнулась девушка, и они направились к выходу из Института.       Парк встретил их тишиной и легкой прохладой, которую летом можно почувствовать только под защитой высоких деревьев, кроны которых создают своеобразное накрытие для тех, кто гуляет по многочисленным парковым дорожкам. По одной из таких тропинок сейчас шли Алек с Клэри, глубоко вдыхая свежий весенний воздух, наполненный ароматами цветов и леса, орошенного водой из распрыскивателей.       Какое-то время они молчали и просто наслаждались свежим воздухом и окружающей природой. В этом парке было очень красиво, не зависимо от того, какое сейчас время года или суток. Покрытый белым снегом, желтой листвой или буяющий яркой зеленью он завораживал прохожих и радовал взгляд. Здесь часто можно было увидеть художников или фотографов, которые, вдохновившись окружающей природой, творили свои новые шедевры. – Клэри, давай сыграем в одну игру, – неожиданно предложил Алек, вызвав тем самым немалое удивление у девушки. – И в какую? – с легкой усмешкой и удивлением спросила Клэри, бросив мимолетный взгляд на парня. – Вопрос-ответ, – сказал Алек. – Я задаю тебе три вопроса, ты отвечаешь на них, а потом задаешь три вопроса мне, и я тоже обещаю ответить на них. – Это что же ты такое хочешь узнать у меня, что даже готов ответить на вопросы о себе? - хитро прищурившись, спросила Клэри. Она понимала, что здесь есть какой-то подвох, но так же ей было предельно ясно, что может и не подвернуться такого удачного шанса узнать ответ на один волнующий её вопрос. – Чувствую, что пожалею об этом, но я согласна. Начинай, – тяжело вздохнув, сказала она, а охотник слабо улыбнулся. Сейчас они свернули на тропинку, которая вела к той самой беседке, скрывавшейся за стеной из плюща. Оба даже не заметили, как пришли именно сюда, ведь изначально собирались просто погулять по парку. Но увидев знакомое с виду заброшенное здание, они усмехнулись и с уверенностью двинулись к нему. – Когда на Институт Лос-Анджелеса напали, и Лия хотела пойти вместе с нами, ты сказала, что старше её и по возрасту, и по званию, поэтому приказываешь ей остаться в комнате. Что значат твои слова? Какое звание? – наконец, задал давно интересующий его вопрос Алек и теперь ждал ответа. – Я даже не думала, что ты обратишь внимание на эту фразу, – немного удивившись, сказала Клэри. - На самом деле, здесь все очень просто. Шесть лет назад при Конклаве была организована Школа советников, и её целью является подготовка опытных и талантливых сумеречных, которые смогут однажды стать членами Конклава. Обучение занимает как раз шесть лет, и поступают туда парни и девушки возрастом от двенадцати до четырнадцати лет. За это время ученики, или же курсанты, изучают историю Сумеречного мира, специфику работы Конклава, его структуру, особенности отношений между Нижним и Сумеречным миром и многое другое. Помимо этого нас учат военному искусству, правда только последние два года. Кстати, именно с ним у Лии больше всего проблем, – усмехнулась девушка, а Лайтвуд внимательно её слушал и с каждой минутой удивлялся все больше и больше. – За все шесть лет мы трижды сдаем экзамены: на втором, четвертом и шестом году. Если успешно сдаешь первые экзамены, то получаешь звание помощника советника Конклава и возможность проходить практику в канцелярии. В зависимости от возраста курсанта и успеваемости, определяют отделение для практики: отдаленный департамент или главное управление. После второго экзамена мы получаем звание младшего советника, и наше обучение становится намного серьезнее. Мы начинаем изучать договора Сумеречного мира, присутствуем на собраниях Конклава, на вынесении приговоров и тому подобное. Кроме этого в обязательном порядке все мы раз в год должны проходить практику в Конклаве, и уже не в канцелярии, а в качестве стажера на должности младшего советника, – Клэри на мгновение замолчала, переводя дыхание, а потом продолжила. – Ну, а после третьего экзамена перед нами открываются огромные возможности и звание советника. Каждый год со всего курса выпускников выбирают трех курсантов, которые получают наивысшее звание – старшего советника. Его можно получить лишь за особо важные достижения и отличие в учебе. После окончания обучения всех курсантов распределяют на места, где им необходимо будет пройти обязательную практику длительностью в два года. После этого – свободное плаванье, где все решает только твой ум, способности, знания и связи. – Моргенштерн вновь замолчала на мгновение, а потом, усмехнувшись, продолжила. – Лие через месяц предстоит сдать второй экзамен, и сейчас она в звании помощника советника, что её очень бесит, потому что канцелярию она терпеть не может. Я же за неделю до смерти родителей сдала свой последний, выпускной, экзамен. В день их гибели нам пришло письмо со Школы с уведомлением о том, что я стала одним из тех трех курсантов, которым присвоено звание старшего советника. Мы как раз праздновали это, когда на нас напали, – по её лицу пробежала тень грусти, но тут же исчезла, сменившись привычной маской безразличия. – Вот и получается, что по званию я намного выше неё, хотя и не пользуюсь этим никогда. – И это ты называешь просто? – пораженно выдохнул Алек, когда понял, что речь девушки подошла к концу. – Я даже не слышал об этой школе никогда. –О ней многие не знали, но в последнее время она набирает популярность. Я была зачислена в самый первый курс этой школы, поэтому к нам были очень строгие требования, а сейчас все немного проще, – спокойно сказала охотница, а потом странно усмехнулась. – Самое интересное, что я и Джона была старше по званию. – Как это? – А вот так. Когда объявили первый набор, Джону было четырнадцать, и он мог попасть в старшую группу. Но когда пришло время подавать документы и проходить вступительные испытания, нам сказали, что его не могут взять, потому что за день до этого ему исполнилось пятнадцать, – с улыбкой рассказала Клэри. – Он тогда был расстроен, но не сдался, а решил, что любыми путями добьется этого звания. И он действительно смог это сделать. В девятнадцать лет Джон уже был советником Конклава в Главном управлении по контролю за отношениями всех миров. После окончания учебы я должна была сравнятся с ним, но получилось так, что я перепрыгнула его. Он тогда еще шутил, что теперь мы с ним соперники, и я обязательно проиграю ему в этой битве. Но вышло так, как вышло, – с оттенком грусти в голосе сказала девушка, а Лайтвуд просто молча переваривал полученную информацию. Сейчас они сидели на одной лавочке, и солнечный свет, который прорывался сквозь ветви плюща, приятно грел кожу. – Ты сказала, что после окончания учебы все должны пройти обязательную практику по распределению. А куда направили тебя? – А в этом и заключалась наша так называемая битва с Джоном, – с грустной усмешкой ответила Клэри. – Меня направили в то же управление, где работал Джон. При чем меня заметил глава этого управления и предложил мне место его личного помощника, с перспективой получить должность его заместителя после года работы. – Ничего себе! – пораженно выдохнул Алек. – Это получается, что Джонатан тогда был бы у тебя в подчинении? – Ага, – улыбнулась Моргенштерн. – Его это жутко бесило, а я не прекращала прикалываться над ним. Только недолго это продлилось. – Когда у тебя начинается практика? – Через две недели, но я на неё не пойду, и уже сказала об этом мистеру Эркинсу. – Ты с ума сошла? – воскликнул Алек, даже не скрывая своего удивления и возмущения. – Такой шанс выпадает раз в жизни, ты не можешь так просто упустить его! – Ты сейчас говоришь, как Магнус. Только тот еще "конфетку" добавлял в первое предложение, – усмехнулась Клэри, но Алек проигнорировал её фразу. – Клэри, почему ты отказалась? Это же огромные возможности и перспективы. – Та не нужны мне они! – так же воскликнула Моргенштерн. – Мне ничего не нужно, даже эта жизнь. Смысл мне работать и получать возможности карьерного роста, если мне даже жить и дышать не хочется? – Тебе еще не надоело? – внезапно спросил Алек, и Клэри непонимающе на него посмотрела. – В смысле? – В прямом. Тебе еще не надоело постоянно говорить о смерти и желании умереть? Неужели ты правда считаешь, что твои родители и брат были бы рады увидеть тебя в таком состоянии? Всю свою жизнь Джослин и Валентин жили ради вас с братом, чтобы вы выросли достойными людьми, добились в жизни своих высот и стали теми, кем заслуживаете быть. Вспомни реакцию своей семьи на твои слова о том, какую должность тебе предложили. Они ведь были на седьмом небе от счастья, да? – спросил Алек, а Клэри отвела взгляд, не в силах смотреть парню в глаза. Он же верно истолковал её реакцию, поэтому продолжил. – Ты отводишь взгляд, а это значит, что я прав. Они были рады тому, что судьба так тебе улыбнулась, и у тебя появился шанс добиться чего-то грандиозного в своей жизни. В ту роковую ночь Джон спас тебя, пожертвовал собой. Как думаешь, почему? – Алек замолчал, ожидая ответа на заданный вопрос и смотря прямо на девушку. – Не знаю, – тихо произнесла она, потому что почувствовала, что в горле образовался противный ком. – Он любил тебя, и ради своей сестры был готов на что угодно. Точно так же я готов отдать свою жизнь ради спасения Иззи, если это понадобится. Но не только это заставило его тогда закрыть тебя своим телом. Он сделал это ради того, чтобы ты продолжала жить, радоваться этой жизни, продолжала добиваться тех высот, которых он никогда не сможет добиться, – продолжал говорить Лайтвуд, а Клэри все сильнее сжимала кулаки, больно впиваясь ногтями в ладони, чтобы не расплакаться. – Он пожертвовал собой, чтобы твоя жизнь продолжалась, чтобы у тебя была возможность реализовать все те шансы, которые у тебя есть. И чем ты отплачиваешь ему за этот поступок? Ты закрылась в себе, словно ракушка, не подпускаешь никого к себе и не позволяешь кому-либо помочь тебе открыться, вновь вернуться к этой жизни. Ты отказываешься от жизни и тех возможностей, которые есть у тебя, ради бессмысленного сидения на месте и ожидания смерти. Разве ради этого твой брат жертвовал собой? Вместо того, чтобы идти дальше и каждую свою победу посвящать ему, ты пренебрегаешь абсолютно всем. Джон мог добиться огромных высот, если бы остался жив, но он отказался от всего этого ради тебя, чтобы ты смогла это сделать. Так почему ты поступаешь так неблагодарно, постоянно думая о смерти? Думаешь, он бы похвалил тебя за такое поведение? Ты говоришь, что ненавидишь, когда тебя жалеют, но сама только то и делаешь, что утопаешь в жалости к самой себе. Ты постоянно твердишь себе, какая ты несчастная, вместо того, чтобы взять себя в руки и доказать всему миру, какая ты сильная сумеречная охотница. Разве не такой тебя всегда считали родители и Джон? И были бы ли они рады, если бы увидели тебя в таком состоянии? Узнали бы ли в этой сломленной и потерявшей интерес к жизни девушке свою веселую, жизнерадостную, целеустремленную и сильную дочь и сестру? – задал очередной вопрос Алек и замолчал. Изначально он не собирался всего этого говорить, но девушке нужна эмоциональная встряска, иначе она просто погубит себя. На Клэри же эти слова очень сильно подействовали, и она с трудом сумела не расплакаться. Самым ужасным было то, что Алек во всем прав. Каждое его слово врезалось в душу девушки и эхом раздавалось в голове. Она тяжело вздохнула, но промолчала, потому что сейчас голос отказывался ей служить. – Клэри, посмотри на меня, – уже намного мягче сказал Алек, понимая, что, возможно, перегнул палку. Только вот она упрямо отказывалась поднимать взгляд, смотря на свои руки, которые лежали у неё на коленях. – Клэри, пожалуйста, посмотри на меня, – вновь повторил парень и аккуратно приподнял её голову, нежно коснувшись пальцами её подбородка. Сердце его болезненно сжалось от того, какая боль плескалась в её взгляде, а блестевшие на глазах слезы вызвали у него желание обнять девушку и не отпускать никуда, пока та не успокоится. Но он взял себя в руки и сказал. – Клэри, ты должна, наконец, понять, что ты осталась жива не для того, чтобы похоронить себя заживо, а чтобы жить так, как всегда мечтала. Ты должна продолжать идти вперед, достигая все новых и новых вершин, и каждую из них посвящать своим родителям и брату, благодаря которым ты все еще жива. Ты должна доказать, что они умерли не зря. Клэри, тебе снова нужно найти тот свет, который разгонит ту темноту, в которой, по твоим словам, ты сейчас находишься. – Алек нежно провел пальцем по её щеке и вытер одинокую слезу, которая все-таки сумела скатиться вниз. Клэри же смотрела в его глаза, не в силах отвести взгляд. Что-то в его глазах манило, гипнотизировало, заставляло поверить и довериться ему, открыть свою душу и позволить этому парню вернуть её к жизни. И это желание пугало девушку, как и то, с какой скоростью сейчас билось её сердце, и каким приятным было прикосновение парня к её лицу. – А если я не справлюсь? Если у меня не хватит сил на все это? – тихо выдохнула Клэри, не отводя взгляда. Алек же так и не убрал свои пальцы с её подбородка, продолжая удерживать этот зрительный контакт. Он улыбнулся и сказал, заправив выбившуюся прядь рыжих волос ей за ухо. – Справишься, я уверен в этом. А если не будет хватать сил, то ты всегда можешь обратиться за помощью к тем, кто находится рядом с тобой. И ко мне в том числе, – так же тихо и абсолютно искренне ответил охотник, и некоторое время они молча смотрели друг другу в глаза, будто мир вокруг них замер. И в этот момент Алек вновь ощутил огромное желание поцеловать её, прижать к себе и этим поцелуем забрать у неё всю боль и печаль. Он и сам испугался своего желания, поэтому как-то слегка резковато отстранился от неё, убрав руку с её подбородка. Клэри тоже отстранилась, и на какое-то мгновение между ними воцарилось неловкое молчание. Первой его нарушила Клэри, встряхнув головой, будто избавляясь от всех мыслей и мурашек, которые все еще бегают по коже. – Так, теперь моя очередь, – сказала она, посмотрев на парня. Теперь в её глазах не было той боли, только цвет глаз стал намного ярче из-за невыплаканных слез и теперь напоминал молодую листву после дождя. Клэри повернулась к Алеку лицом, сняла балетки и подтянула ноги под себя, усаживаясь поудобнее. Лайтвуд усмехнулся и тоже повернулся к ней, одну ногу подгибая, а вторую оставив стоять на полу. - Какой ты на самой деле, Алек? – неожиданно спросила она, и парень не понял вопроса. – В смысле? – В прямом. Саймон мне описал тебя, как человека, который скрывает свои эмоции, не вникает в чужие проблемы и не любит выслушивать чужое нытье, предпочитая оставаться в стороне. То, как ты вел себя со мной все это время, совсем не вяжется с этой характеристикой. Но в то же время сегодня, во время небольшой перепалки с Маризой, ты был совершенно не таким, будто другой человек. Так в какой же из ситуаций ты был самим собой? В описании Саймона, со мной или с Маризой? – спросила Клэри и приготовилась слушать, а Лайтвуд даже не знал, какие слова подобрать, чтобы ответить на этот вопрос. – Наверное, правильно будет сказать, что во всех ситуациях был я настоящий, - немного неуверенно начал говорить Алек. – В каждом человеке есть разные стороны, и некоторые из них остаются скрытыми очень долгое время. Характеристика Сая, пожалуй, самая точная, только она описывает того Алека, которого я показываю всем. Ты и сама знаешь, что порой лучше скрыть свою истинную эмоцию, нежели демонстрировать её всем остальным. Для сумеречного охотника это особенно важно. Та ситуация с мамой... – парень на мгновение замолчал, подбирая слова, а Клэри внимательно слушала его, наблюдая за тем, как на его лице мелькают тени разных эмоций. – Тогда я просто не до конца скрыл свои эмоции. Злость присуща нам всем, и порой она может привести к очень плохим последствиям, поэтому её нужно скрывать. Но тогда я позволил ей проявится, вот и вышла небольшая ссора. – А со мной? – спросила Клэри, когда Алек вновь замолчал, будто не собираясь продолжать рассказ. – А с тобой я такой, каким бываю в окружении своей семьи, – честно ответил Лайтвуд, тем самым удивив девушку. – Иногда и я бываю вежливым, заботливым и даже нежным, только случается это очень редко, – усмехнулся он. Вообще нужно было сказать, что таким он почти не бывает, но это уже детали. – Так что во всех ситуациях я – это я, самый настоящий и без притворства. – Хорошо, ответ засчитан, – улыбнулась Клэри. – Теперь твой вопрос. – Откуда у тебя тот шрам? – спросил Алек. – Какой именно? – переспросила Моргенштерн, а парня это напрягло. – А у тебя их много? – Достаточно, – загадочно ответила нефелимка, а Лайтвуд невольно прошелся взглядом по её телу, прикидывая, сколько еще шрамов может скрываться под её одеждой. – Тот, что на правой ноге. Я увидел его, когда зашел к тебе в комнату без стука. Не подумай, что я тебя разглядывал, просто... – начал было оправдываться Алек, но Клэри его перебила. – Да уж, помню я, как ты меня тогда не разглядывал, – с иронией протянула она, а на лице появилась ухмылка. – Ой, все, это к вопросу не относится, – фыркнул Алек, закатив глаза, а Клэри засмеялась. Её смех очень порадовал парня, и на какое-то мгновение он заслушался им, будто это звучала самая прекрасная мелодия в мире. – На самом деле этот шрам лишь один из многих, – уже серьезно ответила девушка. – Думаю, Магнус при первой же возможности сказал вам о том, что я часто убегала по ночам и приходила лишь под утро, так ведь? – спросила Клэри, а Лайтвуд сделал вид, будто не понимает, о чем она говорит. – Ясно, значит, предупредил. Ну, я и не сомневалась в этом, - усмехнулась девушка. – Я действительно уходила почти каждую ночь, просто бродила по улицам, иногда сидела здесь. А потом я стала искать приключения на свою задницу и с каким-то маниакальным упорством ходила туда, где могла встретить демонов. Я сражалась с ними, убивала их и каждый раз считала, что таким образом могу отомстить за смерть родителей и Джона. Сейчас мне это похоже на сумасшествие, но тогда я не понимала этого. Многие твари цепляли меня, оставляя на теле раны, которые я потом заживляла с помощью своих рун. Особо тяжелые залечивал Магнус. Теперь почти половина моего тела покрыта уродливыми шрамами, которые нельзя никому показывать, чтобы не вызывать отвращения. Поэтому я и сказала вчера, что в моем теле мало приятного, и вряд ли кому-то оно сможет понравиться. Но я и не стремлюсь к этому, так что все в порядке, – притворно беззаботным голосом сказала Клэри. – А конкретно тот шрам остался после сражения с тремя демонами на одной из улиц Нью-Йорка. Они хотели напасть на обычного человека, ну и я решила испортить им планы. В итоге последняя тварь, прежде чем исчезнуть, зацепила меня своим жалом. Рана была довольно глубокая, поэтому тогда Магнусу пришлось немного надо мной поколдовать. Умереть не умерла, но шрам остался. Вот такая история, – подытожила Клэри и в который раз заметила, что ей очень легко рассказывать Алеку о том, чего не знает никто. – Знаешь, шрамы украшают мужчину, но красивое женское тело не способны изуродовать даже они, – абсолютно серьезно сказал Алек, а потом на его лице расцвела широчайшая ухмылка. – А вообще, я готов оценить масштаб трагедии в полной мере и сказать тебе, сильно ли заметны шрамы на твоем теле, – с хитрым огоньком во взгляде произнес он, а Клэри засмеялась и толкнула его в плечо. – Губу закатай, а то размечтался тут, – сказала она, но все же должна была отметить, что ему удалось поднять ей настроение. Снова. – Так, теперь опять моя очередь. – Девушка на мгновение задумалась, а потом спросила. – Почему Джейс так себя ведет? Мама с папой всегда говорили нам, что он любит всех вас, как свою родную семью, хочет быть во всем на вас похожим. Да и по характеру мне его совершенно другим описывали. А то, что я увидела в реальности, меня совсем не порадовало. Почему он ведет себя, как самый большой засранец? – Поверь, я и сам не знаю, – честно ответил Алек и задумался. Он смотрел куда-то в пустоту, будто перебирая в памяти моменты из прошлого и пытаясь найти им объяснение. В руках он крутил листок плюща, и это напомнило Клэри о том, как Джон всегда крутил что-то в руках, когда думал о чем-то важном. – Многие годы все действительно было именно так, как тебе рассказывали родители. Джейс был для нас частью семьи, да и сейчас остается ею. Для мамы он всегда был на первом месте, а уже потом я, Иззи и Сай. Сколько бы мы не пытались доказать ей, что ничем не хуже его, все было бесполезно. В какой-то момент мы просто смирились с этим. Джейс всегда был веселым, немного самовлюбленным, но преданным своей семье. А несколько лет назад он резко стал меняться. Все чаще он стал грубить родителям, нас с ребятами вообще-то не замечал, то норовил оскорбить. Неоднократно я ругался с ним из-за того, что он цеплялся к Иззи, отпуская в её сторону совершенно неуместные шуточки. В его отношении ко всем нам уже нет уважения или любви, а только агрессия, злость, пренебрежение какое-то что ли. И я не понимаю, почему он так изменился. – А ты пытался с ним поговорить? – Конечно. И я, и родители, и Сай, и даже Иззи, но все без толку. Он не слышит нас, или не хочет слышать. Честно говоря, я уже и не хочу выяснять причину такого его отношения к нам. Я просто хочу, чтобы в нашей семье вновь был покой, которого из-за Джейса уже давно нет, – честно ответил Алек, и в его голосе слышалась усталость, будто на него навалилась вся тяжесть мира. Сейчас он не был тем сильным, храбрым и самоуверенным охотником, которому любое море по колено. Рядом с Клэри сидел уставший от жизненных бед парень, который никогда и никому не рассказывал о том, как ему тяжело, и как он сам порой нуждается в поддержке. Девушке захотелось обнять его, показать, что она рядом, и он может рассказать ей все, и она даже руку подняла, чтобы прикоснуться к его плечу, но остановилась на полпути. На секунду её рука зависла в воздухе, а потом все же вернулась обратно на колено. – Придет время, и все наладится, вот увидишь, – сказала Клэри, а Лайтвуд усмехнулся. – Слышать эти слова от тебя особенно непривычно и приятно, – произнес он, а потом встряхнул головой, отгоняя от себя эту внезапно нахлынувшую хандру. – Так, а теперь мой последний вопрос, – сказал Алек и на мгновение задумался, стоит ли спрашивать об том. В прошлый раз его вопрос испортил весь момент, и повторения ему не хотелось. В итоге он все же решился. – Кто такой Кай? – спросил он на выдохе и замер, боясь того, что она сейчас вновь убежит. Клэри же от этого вопроса вздрогнула, словно от выстрела, и уставилась в одну точку. Алек буквально почувствовал, как она закрылась от него, вновь вернулась в ту свою ракушку, в которой так долго находилась. И сейчас он опять проклинал себя за то, что задал этот злополучный вопрос. – Прости, можешь не отвечать, правда, – сказал Лайтвуд. – Я не должен был задавать этот вопрос, просто... – Все нормально, – перебила его Моргенштерн. – Кай – это мой друг детства. Мы с ним дружим уже шестнадцать лет. Кайден тоже сумеречный охотник, и его семья переехала в Лондон, когда ему было шесть, а мне – три. Наши родители дружили, вот и мы стали. – Клэри на мгновение замолчала, переводя дыхание. Этот рассказ ей очень тяжело давался. – Сначала я очень гордилась нашей дружбой, восхищалась им, ведь не секрет, что в таком возрасте девочки часто восхищаются мальчиками, которые старше их. А если они еще и дружат, то без обожания не обойтись, – со слабой улыбкой сказала она, смотря куда-то в пустоту. – Я гордилась и восхищалась тем, что у меня такой взрослый и классный друг, который всегда может заступиться за меня. Потом шли годы, и это восхищение прошло, как и детство, и все это переросло в крепкую дружбу. Три года разницы были уже не так заметны, поэтому общались мы на равных. Когда я поступила в школу советников, он часто приезжал ко мне, чтобы поддержать, помочь. Когда мне было тяжело, или у меня опускались руки, Кай всегда был рядом. Мы были просто неразлучны. Мы вместе встревали в разные передряги, вместе выпутывались из них, прикрывали друг друга перед родителями. Даже о моем Даре именно Кай узнал первым, и он тогда помог мне не запаниковать, а спокойно все обдумать и осознать. Он всегда был со мной. Родители часто говорили, что однажды мы обязательно поженимся, а они будут нянчить наших детей, но мы даже в этом пошли им наперекор, – с такой же грустной улыбкой сказала Клэри, а вот у Алека как-то непроизвольно сжались кулаки. – Вы были парой? – металлическим голосом спросил он и сам удивился тому, как прозвучали эти слова. – Нет, мы были гораздо ближе, чем могут быть любые пары, – туманно ответила Моргенштерн, а Алек не стал уточнять. – И что случилось потом? Почему ты с таким трудом и болью вспоминаешь о нем? Он... погиб? – осторожно спросил Алек, когда понял, что девушка не собирается продолжать свой рассказ. Она же вздохнула и ответила, а голос её звучал так тихо, что нужно было прислушиваться. – Нет, он не погиб. Он бросил меня. Одним утром он просто исчез из моей жизни, будто его и не было в ней. Его родители уехали из города и даже не сообщили нам. Они прекратили всяческое общение с нами, не звонили, не отвечали на звонки. Я целыми днями звонила Каю, посылала СМСки, огненные послания, звонила его друзьям, но никто не мог дать мне нормального ответа. Все либо давно не видели его, либо не знали о его отъезде, либо еще тысяча причин не говорить мне правду. Я просто сходила с ума, не зная, где он, что с ним, жив ли он вообще, – в голосе охотницы слышалась грусть и боль, которую она даже не пыталась скрыть. Она теребила край своей клетчатой рубашки и продолжала говорить, будто вновь возвращаясь в прошлое. Она не говорила о Кайдене уже очень долгое время и даже не думала, что будет так тяжело снова произносить его имя. – С того дня прошел целый год. За это время я смирилась с тем, что его больше нет в моей жизни. Но когда погибли родители и Джон, я отчаянно нуждалась в поддержке, в его поддержке. Я знала, что именно он может понять меня так, как никто другой, только он мог найти нужные в тот момент слова. Но он не пришел, не появился ни на похоронах, ни после них. Я каждый день ждала, что вот откроется дверь, и в комнату зайдет Кай, подойдет ко мне, обнимет и скажет, что все будет хорошо. И я бы ему поверила, простила бы абсолютно все и поверила бы, потому что мне его жутко не хватало. Но он не пришел. И в один момент я просто перестала его ждать. Я никогда не смогу вычеркнуть его со своей памяти, со своего сердца. Я не забуду всех радостных моментов, которые у нас были, но и не забуду той боли, которую он мне причинил за этот год. Я всегда буду помнить о нем, но теперь я его не жду. Пусть живет там, где ему хочется, и будет счастлив. А я проживу и без него, – без эмоциональным голосом сказала Клэри и замолчала, все еще смотря на свои руки. Алек же сидел и не знал, что сказать. Этот рассказ вызвал у него много противоречивых чувств, и он не мог разобраться в причине появления некоторых из них. Клэри сейчас была такой хрупкой и ранимой, что он не удержался и накрыл её руки своей ладошкой, легонько сжимая их в знак поддержки. Девушка подняла на него свой слегка удивленный взгляд, и зелень её глаз вновь заставила его вздрогнуть. – Этот твой Кайден полный идиот, если смог бросить такую девушку, как ты, – абсолютно серьезно сказал Алек, не отводя своего взгляда. – Знай, что ни я, ни родители, ни Иззи с Саем не бросим тебя, а будем рядом. Даже если ты этого не захочешь. – Почему ты ко мне так относишься? – внезапно спросила Клэри, смотря парню в глаза. Её руки все еще были накрыты ладонью Алека, и она не спешила их убирать. – Почему слушаешь мое нытье, почему помогаешь советами, заставляешь идти дальше, а не отчаиваться? Почему ты не наплевал на меня, как сделали многие, а продолжаешь находиться рядом, даже когда тебе самому не очень хорошо? – от этих вопросов Алек еле заметно вздрогнул и поморщился. Это было именно то, на что он не знал ответа. Точнее он догадывался, но девушке об этом сказать не мог. Версия, озвученная для Саймона, теперь приобрела некоторые новые детали, которые значительно осложняли ситуацию. И он однозначно не мог рассказать обо всем этом Клариссе. – Это твой третий вопрос? – спросил он, натягивая на лицо напускное веселье. – Считай, что да, – ответила она, не отводя взгляд. – Тебе сказать правду или соврать? – Правду. – Не знаю, – коротко ответил Алек. – Я не могу до конца понять, почему делаю все это. Когда я впервые посмотрел в твои глаза, то меня заставила вздрогнуть та безысходность и отсутствие жизни, которые читались в них. И первое, что я подумал, это то, что у тебя слишком красивые глаза для того, чтобы в них отражались такие печальные чувства. В них должно плескаться счастье, веселье, нежность, смех, а не боль, тоска и апатия. И мне захотелось вернуть в твою жизнь эти эмоции, но у меня ничего не получается. Я не умею смешить людей, не умею веселить их, но хорошо умею слушать. Я по своему опыту знаю, что иногда очень нужно выговориться, иначе на душе становится так тяжело и паршиво, что желания жить становится еще меньше, – он замолчал и тяжело вздохнул. – Но я и сам так до конца и не разобрался в своих мотивах. Надеюсь, такой ответ тебя удовлетворит, – добавил парень и замер, ожидая реакции охотницы. А она опустила взгляд на его руку, которую он уже успел убрать, и легонько коснулась пальцами его ладошки. Затем она слегка осмелела и взяла его ладонь в свои руки и сжала их, как бы говоря, что он не один. Алек резко поднял взгляд на неё и опять утонул в её глазах. Они сейчас смотрели с таким участием, пониманием и еще тысячью разных эмоций, что от них можно было задохнуться. А руки девушки приятно согревали кожу, и Алек старательно пытался не замечать того, какие табуны мурашек побежали по его коже от этого прикосновения. – Спасибо тебе, – выдохнула, наконец, Клэри, не отводя взгляда. – За все спасибо, для меня это действительно много значит. Но в одном ты не прав. – В чем же? – Ты умеешь смешить людей, по крайней мере меня ты часто заставляешь улыбаться. За эти несколько дней я улыбалась больше, чем за весь предыдущий месяц, – сказала Клэри, а на сердце у Лайтвуда разлилось приятное тепло. – И за это тоже спасибо. – Клэри смотрела ему в глаза, а большим пальцем как-то машинально поглаживала его ладонь, от чего мурашки на теле парня пускались в пляс. В какой-то момент Алек немного подался вперед, наклоняясь буквально на несколько сантиметров. Он действовал как-то совсем уж нерешительно, позволяя девушке отстраниться. Она же на секунду замерла, а потом и сама подалась немного вперед, приближаясь к парню. Между их лицами оставалось буквально несколько сантиметров, и поцелуй был неизбежен, но все испортил внезапно зазвонивший телефон Алека. Ребята испуганно отпрыгнули друг от друга и на мгновение зависли, смотря друг на друга круглыми от удивления глазами. Затем до Алека, наконец-то, дошло, что в кармане у него разрывается мобильный телефон, и он додумался достать его и посмотреть, кто звонит. На дисплее высветилось имя младшего брата, и парень вздохнул, мысленно чертыхаясь от того, что даже на расстоянии Саймон может все испортить. – Алло, – как можно более непринужденным голосом ответил Алек, приняв вызов. – Ал, тут Магнус пришел, – каким-то непонятным и в некой степени испуганным голосом сказал Сай. – Он ведь должен был прийти вечером, – удивился Лайтвуд, бросив взгляд на сидящую рядом девушку. – Должен был, но пришел раньше и говорит, что у него к нам серьезный разговор. Что-то случилось, но он сказал, что расскажет обо всем только тогда, когда мы все соберемся. Поэтому я и хочу задать тебе один вопрос. ГДЕ ТЕБЯ ЧЕРТИ НОСЯТ? – буквально заорал в трубку Саймон, и Алеку даже пришлось убрать телефон от уха, чтобы не оглохнуть. – Ты чего орешь-то? – А потому что я весь Институт облазил, пытаясь тебя найти! – все так же эмоционально ответил младший Лайтвуд. – Ты сказал, что пойдешь в зал для тренировок, но тебя там не было. Я проверил все помещения в Институте, даже чердак, но там тебя тоже не было. А еще нигде нет Клэри, и это наталкивает меня на определенные мысли. Ты ведь с ней не сделал ничего такого, что вам приписывал Джейс? – Ты вообще с ума сошел, Лайтвуд? – грозно взревел Алек, а Клэри аж подпрыгнула от неожиданности. – А что мне думать? – уже спокойнее спросил Сай. – Было два варианта: либо с вами что-то случилось, либо вы этого того. – А вариант простой прогулки ты не рассматривал, параноик? – язвительно спросил Алек, а Саймон аж запнулся. – Вы просто гуляли? – с долей сомнения спросил он, не веря в то, что речь идет о его брате. – А почему тебя это так удивляет? – изогнув одну бровь, спросил Алек. – А потому что мы сейчас говорим об Алеке Лайтвуде – парне, который не подпускает к себе девушек на расстояние, ближе одного метра, и на любые проявления симпатии с их стороны реагирует так, будто они ему клинок к горлу приставили, – эмоционально выпалил Сай. – Времена меняются, – коротко ответил Алек, а Саймон опять уронил челюсть на пол. – Алек, неужели это значит, что ты... – Потом поговорим, – резко оборвал его Алек, а младший проскрипел зубами, потому что его любопытство теперь не даст ему спокойно жить. – Мы уже идем, через пять минут будем в Институте. – Хорошо, ждем. – Магнус пришел в Институт раньше и говорит, что что-то случилось, но расскажет он об этом только тогда, когда соберутся все. Ждут только нас, – коротко пересказал разговор с братом Алек и перевел взгляд с телефона на девушку. Он сейчас всячески боролся с тем чувством неловкости, которое бушевало в нем после этого несостоявшегося поцелуя. А как бы поступил он, если бы поцелуй все же состоялся? Что было бы дальше? Как бы они себя вели? Почему он вообще захотел её поцеловать? Почему он уже второй раз теряет над собой контроль и позволяет себе такую вольность? И померещилось ему, или она действительно подалась вперед, готовая ответить на этот поцелуй? От вопросов медленно, но уверенно начинала болеть голова, поэтому парень решил, что подумает об этом позже. – Странно, почему он мне не позвонил? – задала риторический вопрос Клэри, тоже отодвигая на второй план миллион вопросов, которые роились в её голове и были похожи на те, что волновали Алека. – Если он так внезапно пришел, значит, могло произойти что-то действительно плохое. Нужно как можно быстрее добраться до Института, – решительно сказала она и поднялась со своего места, чуть не забыв обуться.       До Института они дошли ровно за пять минут, правда ходьбой это назвать очень сложно - это скорее был бег. В холле никого не было, поэтому ребята отправились в гостиную, но там тоже было пусто, равно как и в кухне. Оставалось только два варианта того, где все могли находиться: кабинет Роберта или библиотека. Они решили начать со второго варианта и не прогадали. Когда Алек открыл массивную деревянную дверь, и они с Клэри зашли в большую комнату, уставленную стеллажами с книгами, на них обратились взгляды всех охотников и одного мага. Два из этих взглядов отличались от остальных: Саймон смотрел с легкой ухмылкой и предвкушением, ведь прекрасно знал, что вытянет с Алека все подробности этой прогулки, если тот не расскажет добровольно. А во втором взгляде читалась открытая насмешка, язвительность и мерзкая ухмылка – это был Джейс, который стоял у окна. – Мы что-то пропустили? – одновременно спросили Алек и Клэри, чем вызвали смешок Вейланда и ухмылку Саймона. – Это мы, похоже, что-то пропустили. Как развлеклись, ребята? Или мы вам помешали? – язвительно спросил Джейс, но охотники не успели ничего ответить, ведь первым заговорил Магнус. – Блондинка, захлопнись, не до тебя сейчас, – рявкнул он, а все удивленно посмотрели на обычно спокойного мага. – Магнус, что случилось? – спросила Клэри, которая прекрасно знала, что вот так срываться мужчина может только в тех случаях, когда все очень плохо. – На троих моих друзей напали, а после жестоких пыток – убили, –металлическим голосом сказал Бейн, смотря на девушку полным злости и боли взглядом. – Как это произошло? Когда? – спросила Мариза. – Почему? – добавила Клэри. – Их жестоко пытали, чтобы выяснить, где находится один наш общий знакомый маг. Я думаю об этом целый день, но не могу понять, зачем он понадобился этим тварям. – Они искали Киллгара Мэнстэроса? – спросила Клэри, а Магнус резко повернулся в её сторону. – Как ты узнала? – Из-за него мы тебя сегодня позвали. Он знает, кто убил родителей, и кто стоит за всеми убийствами с метками, – объяснила Клэри, а Магнус удивленно обвел взглядом всех охотников. – Гар? Откуда он мог все это знать? – Он искал всю эту информацию вместе с Дэвисами, но неделю назад они потеряли с ним связь, – заговорил Алек. – Умирая, Аманда сказала, что ему известно все то, что знали они с Сэмом. – Поэтому мы позвали тебя. Хотели попросить, чтобы ты помог нам найти его, – добавил Саймон. – Но, видимо, ты и так знаешь, где он, – встрял в разговор Джейс и усмехнулся. – Нет, я не знаю, – сказал Магнус. – Гар исчез почти два месяца назад. За это время я не получил от него ни одной вести. Он уже несколько раз уходил в такие загулы, и его молчание всегда означало, что жизнь его сейчас прекрасна, и время он проводит отлично. В этот раз я тоже подумал, что он просто развлекается, путешествуя по миру. Но, видимо, сейчас все намного сложнее и опаснее. – Ты можешь каким-нибудь образом узнать, где он сейчас находится, и жив ли он вообще? – спросил друга Роберт, а Магнус задумался. Он сейчас перебирал в памяти все известные ему заклинания, но нужное не приходило в голову. Вдруг он резко вскинул голову и посмотрел на Клариссу. – Я не могу найти его, потому что по силам он равен мне, и на нем стоит защита от попыток отследить его, – сказал он, и все порядком сникли. - Но это может сделать Клэри. – Я? – удивленно переспросила девушка, не понимая, каким образом может это сделать. Все остальные охотники тоже перевели свой взгляд на неё. – Да, ты, – подтвердил Магнус. – Твой кулон, который я подарил тебе на шестнадцатилетие, он сейчас с тобой? – Да, я его никогда не снимаю, ты же знаешь, – ответила Клэри и сняла с шеи серебряную цепочку с кулоном в виде маленького красного сердечка. – Вот он. – Отлично, – обрадовался Магнус. – Это не просто кулон, а магический артефакт, который сделал Киллгар, точнее мы с ним. С его помощью ты сможешь отследить создателя, то есть Гара. – Так, стоп. Какой еще артефакт? Почему я об этом не знала? – А ты и не должна была знать. Этот кулон чувствует, когда тебе грозит опасность, и передает это ощущение своим создателям, то есть мне и Гару. Как, по-твоему, мы смогли открыть портал в твой дом, когда там шел тот бой? Нас с Гаром прошибло огромной волной чувства опасности и страха, поэтому мы, не задумываясь, открыли портал к тебе, но, к сожалению, слишком поздно, – грустно сказал Магнус, а для Клэри многое стало на свои места. Теперь появилось разумное объяснение тому, каким образом Бейну удавалось появляться рядом с ней в моменты, когда ей грозила смертельная опасность. – Хорошо, но как я смогу отследить Киллгара? Я же не владею магией, –произнесла Кларисса, как-то по-новому рассматривая свой кулон. – А с помощью магии его и не найдешь, – ответил Бейн и подошел к девушке. Он взял её руку и закатал один рукав её рубашки, обнажая разрисованную рунами кожу. – Только так мы сможем его найти, – добавил он, указывая пальцем на одну из созданных Клариссой рун. Это была руна поиска, которую она придумала в семнадцать лет, когда пропала одна из её однокурсниц. Девушка просто сбежала на встречу со своим парнем и потеряла счет времени, поэтому не явилась в Школу вовремя, заставляя весь курс и преподавателей искать её по всему Идрису. Тогда-то и сработал Дар Клэри, и появилась эта руна. К слову, девушку нашли, причем застали при весьма интересном занятии, из-за чего она еще очень долго краснела и не могла смотреть преподавателям в глаза. – Но для этого поиска нужна вещь человека, которого нужно найти, – сказала Клэри, а потом чуть по лбу себя не хлопнула. – Кулон, его же можно считать вещью Киллгара, потому что он его создатель, так ведь? – Правильно мыслишь, малышка, – сказал Бейн, слабо улыбнувшись. – Это единственный способ его найти. – Хорошо, я все сделаю. Только принесите мне большой лист бумаги и карандаш, – уверенно произнесла Клэри, а Магнус наколдовал все необходимое. – А зачем тебе это? – спросил Саймон. – Сейчас увидишь, – с легкой ухмылкой ответила девушка и подошла к столу. – Только не прикасайтесь ко мне, что бы не происходило. Даже если я буду корчиться от боли или кричать, – предупредила охотница, а все остальные насторожились. – А такое тоже может произойти? – с опаской спросила Иззи. – Да. Просто я вижу человека в том состоянии, в каком он находится конкретно в эту минуту. Если ему больно, эту боль буду испытывать и я. Если он кричит, закричу и я. Если ему хорошо, то... ну, вы меня поняли, –запнулась Клэри, вспомнив, что испытывала, когда искала Саманту. Примерно о том же подумали и все остальные, поэтому Саймон не выдержал и засмеялся. – Простите, это от нервов, – пытался оправдаться он, а Клэри улыбнулась и сказала, повернувшись к нему. – Хотела бы я посмотреть на тебя, если бы ты испытал все то, что почувствовала я в тот раз, – в голосе слышалась насмешка, а на лице появилась ухмылка. – Я бы тогда тоже посмеялась с тебя, но мне было не совсем смешно. – В моем случае все было бы еще более запущено, – усмехнулся парень. – Ну да, твое состояние было бы еще и визуализировано отдельными частями тела, – с усмешкой сказала Клэри, кивая на зону ниже пояса. – Ой, всеее, – протянул Саймон. – Вот в этом один из плюсов быть девушкой, а не парнем, – с ухмылкой сказала Клэри и улыбнулась. – Тут не поспоришь, – согласился Сай и опять засмеялся. Все остальные наблюдали за этим диалогом с особым вниманием, по большей части удивляясь тому, как ведет себя Клэри. С ней явно происходят изменения в лучшую сторону, но никто не знал их причину. Почти никто. Только Саймон бросил в сторону своего старшего брата загадочный взгляд и улыбнулся, когда увидел, что тот наблюдает за девушкой с легкой улыбкой на губах.       "Ох, братец, не только Клэри меняется" - подумал парень, но промолчал. Клэри же тем временем вновь стала абсолютно серьезной и стала возле стола, на котором лежал большой белый лист и простой карандаш. Она глубоко вздохнула и достала с кармана стило, которым тут же провела над руной поиска, активируя её. Она чем-то напоминала руну стойкости, только состояла из двух частей, при этом первая была точно такой же, как и руна стойкости, а вторая – зеркальным её отражением. Положив стило на стол, Клэри взяла в руки кулон и закрыла глаза, сосредоточившись на имени мага и на отголосках его магии, которая до сих пор оставалась на этом кулоне. Некоторое время ничего не происходило, и все наблюдали за этим с тревогой и напряжением. Но спустя несколько минут, тело девушки резко выгнулось, ноги подкосились, и она упала на пол, все еще крепко сжимая в руке кулон. Алек и Саймон двинулись вперед, чтобы помочь ей, но их остановил Магнус, который напомнил о том, что в таком состоянии её нельзя трогать. Парни послушали его и замерли на месте, с тревогой наблюдая за дальнейшим развитием событий. А дальше тело девушки стало биться в судорогах и содрогаться, будто от сильных ударов. Внезапно Клэри вскрикнула и дернулась так, будто получила удар в живот. – Господи, что же с ним там сейчас происходит? – тихо выдохнула Иззи, а потом перевела взгляд на Бейна. – Магнус, а Клэри действительно испытывает все то, что и он? Ей на самом деле так больно? – К сожалению, да, конфетка, – грустно и напряженно ответил маг. – И последствия этой боли она будет ощущать даже после того, как закончится поиск. – А сколько еще он будет продолжаться? Когда она очнется? – встревожено спросила Мариза, наблюдая за мучениями девушки. – Не знаю, Мариз, каждый раз по-разному. – И много раз она применяла такой поиск? – сквозь зубы спросил Алек, который не мог смотреть на такие мучения девушки. – Достаточно для того, чтобы осознавать, какой риск несет эта процедура. – Так почему ты предложил ей этот способ? Почему подверг её опасности? –эмоционально воскликнул Саймон. – Она все знает лучше меня. И если она согласилась, значит, готова к этому, – напряженно ответил Магнус, который тоже сейчас очень переживал и прекрасно знал, что не простит себе, если с девушкой что-то случится. Следующая реплика Саймона повисла в воздухе, ведь Клэри резко выгнулась дугой, все её тело было напряжено, а глаза широко распахнулись и теперь были затянуты пеленой и смотрели в пустоту. – Так и должно быть? – насторожено поинтересовался Роберт, а Магнус тут же подбежал к столу и взял лист бумаги и карандаш, после чего положил его рядом с девушкой так, чтобы она могла до них дотянуться. Это его действие послужило ответом на вопрос мужчины. В следующее мгновение Клэри расслабилась, а затем и вовсе села на полу и взяла в руки карандаш. Она стала что-то сосредоточено рисовать, но глаза все еще были затянуты пеленой. – Что она делает? – тихо спросил Саймон, будто боясь спугнуть её. – Она рисует то помещение, в котором сейчас находится Киллгар. Если нам повезет, то в самом низу она напишет еще и адрес, – ответил Магнус, и все принялись ждать.       Рисовала Моргенштерн несколько минут, и за это время у всех чуть нервы не сдали. Когда же карандаш выпал из её руки, а тело внезапно ослабло, ребята не растерялись, а тут же подбежали к ней и не дали больно удариться головой об пол. Первым подхватил её Алек, поэтому сейчас Клэри фактически лежала у него на руках, все еще оставаясь без сознания. – Магнус, это нормально? Она и должна быть без сознания? – с тревогой спросил Алек, всматриваясь в спокойное лицо девушки. Маг, равно как и Саймон, тоже опустился возле девушки на колени и с беспокойством смотрел на неё. – Нет, раньше такого не было, она всегда сразу приходила в себя, – ничего не понимая, ответил Бейн. Но уже в следующую секунду Клэри глубоко вдохнула и закашлялась, медленно открывая глаза. Первым она увидела Алека, который склонился над ней, и слабо улыбнулась. – Не нужно так переживать, я не собираюсь умирать. По крайней мере, не сейчас, – медленно сказала она, увидев перепуганные взгляды всех охотников и мага. – С тобой всегда нужно быть готовым к разным выходкам, малышка, – с улыбкой произнес Магнус, а потом уже серьезно спросил. – Как ты себя чувствуешь? Почему потеряла сознание? – Просто в этот раз на поиски ушло больше сил, чем обычно, – ответила девушка, пытаясь сесть. Алек помог ей это сделать, но все еще немного придерживал, не убирая руку с её спины. – Я сначала не могла его найти, поэтому пришлось напрячься. А когда я его нашла, то не сразу получилось понять, где именно он находится, – она глубоко вздохнула и закашлялась, потому что в груди сильно болело. – Магнус, его сейчас избивают, пытаются узнать, где находятся какие-то документы. И там находится очень сильный маг, поэтому я не могла понять его местонахождения. – Кто его избивает? Как они выглядят? – впервые вмешался в разговор Джейс. – Это охотники, только их лица закрыты масками. Видно только глаза и рот, а все остальное скрыто, – ответила охотница, смотря на Джейса, который вновь утратил интерес к разговору. – Мага я не видела, но точно знала, что он там есть, потому что руки Киллгара окутаны каким-то синим светом, будто наручниками. – Это блокирующее заклинание, которое не позволяет нам использовать магию и причиняет дополнительную боль. И чем сильнее наша магия, тем большую боль мы испытываем от этого заклинания, – сжав зубы, объяснил Магнус. – Удерживать таким заклинанием Гара может только маг, который на порядок сильнее его. А таких людей, поверьте мне, не так уж много. – Магс, нам нужно отправляться туда, иначе его убьют, – решительно сказала Клэри. – Так тебе удалось определить, где он находится? – с надеждой в голосе спросил Саймон. – Да, он сейчас в Италии. Это какое-то старое здание на окраине города. Я не помню само название города, но мы с родителями ездили туда в прошлом году. Я очень хорошо помню это место, потому что местные часто рассказывали, будто в этом доме убили целую семью, и с тех пор там живут их призраки, – эмоционально выпалила Кларисса, которая уже успела активировать иратце, и теперь ей стало легче дышать, а боль немного отступила. – Я могу визуализировать тебе это место, чтобы ты открыл нам туда портал, Магс. – Нет, я не могу вас туда отправить. – Почему? – удивился Алек. – Если там сильный маг, сумевший обезвредить Киллгара, то и меня он почувствует, а потом и обезвредит. Поэтому из-за меня вас могут заметить, и от этого ничего хорошего не будет, – сказал Магнус, явно недовольный таким положением дел. – И что же нам теперь делать? – удрученно спросила Иззи. – Я открою портал, – внезапно сказала Клэри, и все перевели на неё удивленные взгляды. – Ты? Каким образом? – спросил Роберт. – Все тем же – руны, – ответила Кларисса и попыталась встать. Алек и Саймон помогли ей подняться, и, уже стоя на ногах, Клэри сказала. – Я сама открою портал с помощью руны. Два года назад я придумала эту руну, так что все сработает так, как нужно. – А сил у тебя хватит? – с сомнением спросила Изабель, смотря на девушку, которая немного неуверенно стояла на ногах. – Хватит, – уверенно ответила она и закатала один рукав рубашки. – Вот, посмотрите на эту руну и нарисуйте её себе. – Это же та руна невидимости, да? – спросил Алек, вспоминая, как девушка показывала ему её в ту ночь, когда сбежала с Института. – Да, именно она. – А ты откуда знаешь? – спросил Саймон, подозрительно прищурившись. – Не важно, – отмахнулся Алек, перерисовывая руну себе на руку. Его примеру последовали и Саймон с Иззи и, как ни странно, Джейс. – Что она нам даст? – спросила Изабель. – Она полностью скроет нас от охотников, магов и других представителей Нижнего мира. Они не смогут нас ни увидеть, ни почувствовать. Так же мы останемся незаметными для демонов, которые даже своим особым чутьем не смогут нас учуять, – объяснила девушка, а все лишь пораженно уставились на неё. – Круто, полезная штука, – усмехнулся Саймон. – Так, а теперь соберитесь. Долго портал я не смогу держать, поэтому проходить будете быстро. Руны активируйте сразу же после выхода с портала, чтобы не возникло проблем. Идти будете по одному, но очень быстро, всем понятно? – проинструктировала Клэри, а все кивнули. –Хорошо, тогда вперед.       Охотница вновь взяла в руки свое стило и, отойдя от ребят на несколько шагов, начертила в воздухе какую-то незнакомую руну, после чего, не отрывая стила, нарисовала рамку портала, который вместе с руной вспыхнул в тот момент, когда нарисованные линии сомкнулись. Портал засветился не фиолетовым цветом, как у Магнуса, а насыщенным зеленым. Клэри облегченно выдохнула и скомандовала, чтобы ребята начинали двигаться. Повторять дважды не нужно было, поэтому охотники по одному стали проходить через портал, оказываясь в пункте назначения. Последней шагнула в рамку Кларисса, после чего та закрылась и погасла, будто и не было её. – Господи, надеюсь у них все получится. О Ангел, помоги им и сохрани их, – тихо произнесла Мариза, смотря в пустоту, в которой секунду назад светился портал. Наши же охотники оказались на безлюдной улице рядом со старым заброшенным зданием, которое раньше было жилым домом. Они, как и сказала Моргенштерн, сразу же активировали руны и теперь только догадывались, где кто находится. – Спокойно, это я, – тихо прошептала Клэри, оказываясь рядом с парнями и кладя руку Изабель на плечо. Она стала невидимой еще до телепортации, поэтому её выхода с портала охотники уже не увидели. От её слов они вздрогнули, а Саймон тихо выругался. – Нельзя так пугать, – прошипела Иззи. – Простите. Ладно, нам нужно тихо зайти внутрь. Там сзади есть черный вход, и в прошлом году двери на нем не было. Может, нам повезет, и её не окажется там и сейчас. – Хорошо, тогда пошли, – коротко сказал Алек, и все двинулись вперед. Двери действительно не было, поэтому ребята смогли спокойно зайти в дом и не сыграть на руку рассказчикам историй о местных привидениях, ведь двери, которые открываются и закрываются самостоятельно, мало кого могли порадовать.       Оказавшись в здании, они тут же услышали голоса и пошли туда, откуда те звучали. Идти пришлось недолго, ведь уже во второй комнате ребята увидели то, что заставило их пораженно выдохнуть и застыть на месте. Все дело было в том, что посреди большой комнаты стоял один единственный стул, на котором сидел Киллгар. В нем тяжело было узнать того человека, которым он был раньше – все лицо мага было в шрамах, крови и синяках, появившихся вследствие жестокого избиения.       Остальное же пространство комнаты занимали охотники, лица которых были скрыты черными масками. Их Клэри видела, когда искала Гара, только в её видении было только три охотника, а здесь их, как минимум, десятка полтора, а то и больше. Двое из них стояли непосредственно перед Киллгаром, который был привязан к стулу, и по-очереди били его, причем кто куда попадет, и не жалея сил. Остальные же просто наблюдали и время от времени смеялись, когда Мэнстерос стонал или кричал от боли. На его руках действительно светились синие оковы, только теперь они обхватывали еще и ноги мужчины. А маг, который наложил и удерживал это заклинание, стоял в левом углу комнаты, одетый в черный балахон, полностью скрывая свое тело и лицо. Он стоял неподвижно, и только на кончиках его пальцев играли синие искорки, которые то вспыхивали небольшими языками синего пламени, то совсем исчезали. От все этой картины нашим охотникам стало дурно, а девушки с ужасом смотрели на то, как жестоко избивают мага. – Мы должны его спасти, – на пределе слышимости, произнесла Клэри, но в её голосе было столько злости и уверенности, что Алеку даже пришлось взять девушку за руку, чтобы она не бросилась вперед и не натворила глупостей. Клэри удивленно посмотрела сначала на ладонь парня, которая обхватывала её руку чуть выше запястья, а потом подняла вопросительный взгляд на самого Алека. – Клэри, мы не можем броситься вперед, потому что нас сразу же убьют. Нам не выстоять в этом бою, – очень тихо, но с грустью в голосе сказал Алек, смотря Клэри в глаза, точнее туда, где должны быть её глаза. Как и все остальные, Клэри оставалась для него невидимой, а схватить её за руку он смог лишь благодаря тому, что стояли они рядом, и локти их иногда соприкасались. Кларисса же прекрасно видела всех ребят (небольшой бонус для создателя руны), поэтому заметила, какая грусть и безысходность читалась в его взгляде. – Но мы должны хотя бы попытаться, – все так же тихо ответила она, а в ответ получила печальный вздох. – Этот бой мы проиграли, даже не начав его, – ответил парень, а Клэри опять перевела взгляд на Киллгара, который получил очередной удар по лицу. – Нет, мы сможем победить, потому что все еще невидимы. Они нас не замечают, поэтому не смогут нормально обороняться. У нас все получится. Мы не можем позволить ему умереть у нас на глазах. Пожалуйста, – еще тише выдохнула девушка и положила свою руку поверх ладони парня, немного сжимая её и заглядывая ему в глаза, хотя он и не мог этого видеть.       Этот жест заставил Алека слегка вздрогнуть и на мгновение задуматься. Он и сам хотел помочь магу, но в то же время прекрасно понимал, что шансов на победу, либо на то, что они уйдут отсюда живыми, совсем не было. В итоге он печально вздохнул и сказал. – Хорошо. Это просто самоубийство, но я тоже не могу оставить его здесь, даже не попытавшись спасти, – шепот его был еле слышен, но Клариссе хватило и этого, чтобы буквально на секунду счастливо улыбнуться, а потом вновь стать серьезной. – Значит так, Иззи и Джейс берут на себя правую часть комнаты, а мы втроем – левую и мага, которого нужно вырубить в первую очередь, – тихо скомандовал Алек , и все повиновались. Ребята тут же разошлись по комнате, аккуратно подбираясь к своим врагам. Алек, Клэри и Саймон планировали сначала обезвредить мага, а уже потом переключаться на бой. Только вот осуществить этот план ему не удалось, ведь Джейс проткнул клинком первого же попавшегося охотника, резкий вскрик и падение которого заставил всех охотников переполошиться. Они тут же достали свои клинки и стали оглядываться по сторонам в поисках того, кто убил одного из них. Это сыграло против наших ребят, на обнаружении которых сосредоточился маг в капюшоне.       Этот "черный" тип вскинул голову и поднял руки, а с его пальцем стали срываться синие лучи, которые метались между охотниками в масках и упрямо продолжали искать наших нефелимов. В итоге они достигли своей цели, и, едва магия коснулась Клэри, Алека, Иззи, Саймона и Джейса, те сразу же утратили свою невидимость и защищенность от чутья демонов и магов. Они лишились своего превосходства и стали уязвимыми.       Быстро переглянувшись, ребята тут же бросились в атаку и стали отражать удары противника. Но это продлилось не особо долго, ведь маг явно не собирался бездействовать, и уже в следующее мгновение наших ребят окутали почти такие же магические наручники, как и Киллгара. Охотники не могли двигаться, поэтому тут же свалились на пол, пытаясь пошевелить рукой или ногой. – Кто же это к нам пожаловал? Гости пришли посмотреть на шоу или решили поучаствовать в нем? – непривычно низким и мерзким голосом спросил один из охотников, который выступил вперед. Внешне он ничем не отличался от остальных, а вот его голос ребята теперь запомнят на всю жизнь. – Что вам от него нужно? Зачем он вам? Отпустите его! – со злостью выплюнула Клэри, смотря на охотника. Странным был тот факт, что эти магические оковы внезапно перестали на неё действовать. Она чувствовала свои руки и ноги, и даже могла пошевелиться, в отличие от всех остальных. После секундного ступора девушка стала медленно пробираться руками к находящемуся в кармане стилу, благо упала она очень удачно, и её положение сейчас позволяло проводить все эти манипуляции так, чтобы они оставались незамеченными. – Кто это тут подал голос? Неужели это малышка Моргенштерн, которой удалось спастись? – язвительно спросил другой мужчина, усмехнувшись, а его голос показался девушке каким-то знакомым. Она напряглась еще больше, страшное подозрение закралось в её мысли. – Кто ты? Покажи свое лицо, чего ты боишься? – дерзко спросила Кларисса, смотря на этого вроде как незнакомца. – Нам же все равно уже не выжить, вы нас не отпустите, так какой смысл скрывать свои лица? – её голос был удивительно ровным и спокойным, и в нем отчетливо слышалась злость и желание убить каждого в этой комнате. – А ты хитрая, Клэри, всегда такой была, – произнес тот же голос, и девушка вздрогнула от внезапного осознания того, кому принадлежит этот голос. – Габриэль, – севшим голосом выдохнула она, неотрывно смотря на обладателя знакомого голоса, а её друзья непонимающе посмотрели на охотницу. Парень же звонко засмеялся, делая два шага вперед. – И все такая же сообразительная, – сказал он и снял свою маску, от чего Клэри пораженно выдохнула и сжала зубы, пытаясь не закричать от злости, обиды и боли. Перед ней стоял её друг, с которым она проходила все испытания в Школе советников. Габриэль Веласкес был её ровесником, поэтому при наборе на первый курс обучения попал в ту же группу, что и Клэри. Сначала ребята не особо общались, казалось, вообще не замечали друг друга. Потом учеба подтолкнула их к сотрудничеству, и совместный доклад по истории Сумеречного мира стал началом их крепкой дружбы. Они все больше и больше времени проводили вместе и на пятом году обучения Гэйб, наконец-то, решился и предложил Клэри встречаться. Она согласилась, и отношения их продлились почти два года, пока Габриэль не ... умер. – Как ты выжил? Я же собственными глазами видела твое бездыханное тело! – слегка срывающимся голосом произнесла Клэри, обхватив пальцами стило, но пока что не доставая его из кармана. – А ты как думаешь, Клэр? – с гадкой ухмылкой спросил парень, используя самое нелюбимое сокращение имени охотницы. – Ты же всегда отличалась смекалкой и аналитическим умом. Разгадаешь загадку? – Ты все это подстроил? Но как? Зачем? – А затем, что среди вас мне было не чего ловить. Мне предложили присоединиться к людям, которые знают, чего хотят, которые достигают огромных вершин и могут помочь мне достигнуть их. Я стал частью великого плана, и вашей жалкой кучке охотников не удастся нас победить, –слишком пафосно произнес Габриэль, и не хватало только какой-нибудь эпичной музыки на фоне. Внезапно взгляд парня остановился на ком-то или чем-то, и по его лицу промелькнул секундный страх, который был тут же замаскирован за маской показательного равнодушия и пафоса. – Как я могла так в тебе ошибаться? – смотря в глаза бывшему другу, спросила Кларисса. – Как же я не заметила, насколько ты гнилой и ничтожный человек? – Наверное, я хороший актер, – самодовольно улыбнувшись, сказал охотник. – И вообще, какая тогда разница, кем я оказался? С тобой я всегда был настоящим. – И даже тогда, когда эпично падал на землю, держась за раненную грудь? Когда испускал последний вздох и показательно умирал? Когда слышал мои крики, но даже не пошевелился, а продолжал играть свою чудовищную игру? Тогда ты тоже был настоящим? – жестко спросила Клэри, а в её голосе проскальзывали нотки отвращения и злости. – Ну, почти всегда, но это не важно, – усмехнувшись, ответил Гэб. –Признайся, тебе ведь все это время тоже было хорошо. – Было. Но теперь от этого становится еще противнее, – ответила Клэри, скривившись так, будто ей на руку кто-то положил слизня. – У тебя есть шанс выбрать нужную сторону. Ты можешь присоединиться к нам, мы посвятим тебя в наше дело, и тогда мы с тобой снова будем вместе, – медленно произнес Веласкес, а потом присел возле девушки на корточки и грубо схватил её за подбородок, заставляя поднять голову и посмотреть на него. – Только учти, что у тебя только одна попытка. Смотри, чтобы ответ оказался правильным. – Убери от неё руки, урод! – взревел Алек, которому вся эта ситуация ох как не нравилась. На них магия действовала, поэтому пошевелиться ребята не могли, такое чувство собственной бесполезности жутко бесило охотника. Он привык всегда смотреть в глаза врагу, крепко стоя на ногах и не боясь дать ему отпор, а не лежать на полу без возможности даже взять в руки клинок. Габ же удивленно повернул голову к Алеку и поднял одну бровь, смотря на парня. – Кто это тут заговорил? Неужели у нашей ведьмочки появился новый защитник? – с иронией и ухмылкой спросил охотник. – А ты не особо по мне тосковала, Клэр. – Закрой рот и отойди от неё! – не менее грозно прорычал Саймон, которого тоже напрягала эта ситуация. Остальные же охотники в черном молча наблюдали за всем, а маг стоял, опустив голову, но на его пальцах все еще сверкали искры магии. – А ты не так проста, малышка. Сразу двух закадрила, – засмеялся Габриэль, проигнорировав слова парня. – Ну, что ты решила? – уже серьезно спросил он у девушки, а та несколько мгновений молчала, смотря на него непонятным взглядом. – Тебе нужен мой ответ? – спросила Клэри. – Так получи его! – решительно сказала она, резко убрала руки из-за спины и ударила парня, отталкивая от себя. Затем, не дав ему опомниться, она быстро встала и ударила его с ноги, заставляя упасть на спину и скорчиться от боли. Эти действия девушки произвели впечатление абсолютно на всех, в том числе и на наших ребят.       Клэри же не стояла без дела и стала действовать прежде, чем все опомнились. Она одним молниеносным движением перехватила поудобнее стило, которое все это время держала в руке, нарисовала на левой ладошке руну и вытянула руку вперед, повернув её ладонью к стоявшему в углу комнаты магу. Уже через секунду руна засветилась белоснежным цветом, а затем из неё вырвался луч ослепительного света, который тут же устремился к мужчине в капюшоне. Тот среагировал почти мгновенно и ударил по охотнице своей магией. Но это не возымело эффекта, ведь руна оказалась сильнее.       Когда синяя магия мужчины коснулась белого света руны, последний резко расширился в разные стороны, подобно прозрачному щиту, и тем самым спас девушку от смертельного заклинания. Магия, столкнувшись с более сильным противником, тут же расползлась по щиту, в попытке найти слабое место, но цели своей не достигла. Клэри стала делать маленькие шаги в сторону мага, и щит пробивал ей дорогу, раскидывая в разные стороны охотников, которые пытались навредить ей, и все больше подавляя магию. От такого напора маг заметно слабел, ведь, как оказалось, этот свет влияет на него так же, как и его магия на Киллгара. Когда между Клэри и незнакомцем осталось метра полтора расстояния, девушка закрыла глаза и собрала все свои силы, вкладывая их в эту руну, чтобы выдержать все её действие. Внезапно магия незнакомца исчезла, и тогда свет вновь преобразовался в один луч, снимая щит, и со всей силы ударил по магу, сбивая того с ног и заставляя корчиться на полу от боли. Один из немногих выживших охотников попытался напасть на девушку сзади, но она резко повернулась в его сторону и ударила клинком, который не понятно когда успела достать. Удар был точным, и на шее мужчины остался лишь один тонкий порез, который стал для него смертельным. Пока она отвлекалась на этого смельчака, её вторая рука все еще была повернута к магу, поэтому свет продолжал мучить его.       Когда Клэри поняла, что сил у незнакомца уже не осталось, и он почти мертв, она сжала руку в кулак, тем самым заглушая действие руны. Она еле заметно пошатнулась, но тут же взяла себя в руки и присела возле бессознательного тела мага, откидывая с его головы капюшон. От увиденного ей пришлось удивленно раскрыть глаза, ведь перед ней лежал не зрелый мужчина с мерзкой внешностью, каким она себе его представляла, а юная девушка, которой на вид не более двадцати лет, хотя в случае с магами о возрасте по внешности лучше не судить. – Господи, – еле слышно выдохнула она, а затем услышала у себя за спиной шаги и резко повернулась, выставляя одну ногу и делая подсечку. Она не прогадала, и подкрадывающийся сзади охотник упал на спину, выронив из рук клинок. Со вторым парнем, заходившим с правой стороны, пришлось немного повозиться. Клэри выронила свой клинок сразу после того, как убила первого охотника, поэтому сейчас была безоружна. Иззи и парни на помощь ей прийти не смогут, ведь сейчас тоже сражаются с оставшимися охотниками, поэтому, как всегда, нужно надеяться только на себя.       Клэри действовала очень быстро. Она сначала обернулась вокруг собственной оси, высоко поднимая ногу и выбивая ею клинок из рук противника. Затем она точным ударом кулака заехала ему в живот, заставляя согнуться пополам, а потом в нос, вновь выпрямляя его. Из пострадавшей части тела тут же стала течь кровь, а дыхание от двух таких ударов у него резко сбилось и теперь было неровным и прерывистым. Девушка же не остановилась и с ноги ударила его в живот, заставляя окончательно потерять равновесие и упасть. Попытка парня подняться была пресечена точным и сильным ударом в лицо, от которого тот потерял сознание, а Клэри переключилась на еще одного противника, который был уже совсем рядом. Парень уверенно бросился в атаку, умело владея клинком, заставив девушку отступить на несколько шагов. Она уклонилась от трех ударов клинком, последний из которых оставил довольно внушительную рану на левой руке примерно на ладонь выше от локтя. Клэри даже не обратила внимания на рану, появление которой только разозлило её. Она предвкушающе усмехнулась и перешла от обороны к наступлению. Нефелимка сначала присела, уклоняясь от клинка, а затем одним молниеносным движением, которым даже вампиры восхитились бы, оказалась за спиной противника, ударяя того по ногам, тем самым заставляя упасть на колени. Когда парень, сбитый с толку таким быстрым развитием событий, оказался на полу, охотница нагнулась и точным, уверенным и сильным движением свернула ему шею и сделала это так, как не каждый парень мог сделать. Подняв с пола клинок нефелима и достав из прикрепленных к его поясу ножен красивый кинжал, Клэри повернулась к своим друзьям, чтобы оценить ситуацию, в которой те оказались. Все было не так уж и плохо, и каждый из охотников сражался с одним противником, явно находясь в шаге от победы. Но кое-что заставило похолодеть кровь в жилах девушки.       Все дело было в том, что к увлеченному боем Алеку сзади подкрадывался нефелим в маске, и у него были все шансы убить Лайтвуда, который просто не мог заметить его приближения. Девушка даже не успела подумать о том, что ей нужно делать, а рука уже потянулась к только что отнятому кинжалу. Она подбросила его в воздухе, перехватывая поудобнее, быстро оценила траекторию полета и уже в следующую секунду бросила оружие в противника, которому оставалось всего лишь два-три шага до Лайтвуда. – АЛЕК! СЗАДИ! – пронзительно закричала Иззи, которая только заметила сложившуюся ситуацию. Парень быстро обернулся, перед этим убив своего противника, и на секунду застыл в подобии ступора, увидев прямо перед собой охотника в маске. Лайтвуд уже приготовился к бою, но в этом не было необходимости, ведь зрачки парня расширились, глаза затянуло пеленой, а ноги подогнулись, будто ватные. Он упал на колени, а затем – на живот, являя всем причину своей смерти – воткнутый по самую рукоять кинжал, который вошел в спину точно между лопаток. Это был последний противник.       Алек перевел ошарашенный взгляд с бездыханного парня на Клариссу, которую он заметил только после того, как противник упал. Девушка только теперь опустила руку после броска, будто боялась, что кинжал изменит свою траекторию, если она сделает это раньше. Их взгляды встретились, и в её глазах читались нескрываемые страх и паника, от которых у Лайтвуда на какое-то мгновение перехватило дыхание. Саймон, Иззи и Джейс сейчас тоже были шокированы всем этим и с некой долей неверия смотрели то на бездыханное тело, то на рыжеволосую охотницу.       Эту внезапно образовавшуюся тишину нарушил кашель Киллгара, о котором все успели забыть во время боя. Он уже не сидел, а лежал на полу, ведь во время попыток добраться до Клариссы один из охотников опрокинул его стул. Наши нефелимы словно очнулись и тут же подбежали к нему, пытаясь помочь ему встать, но маг остановил их. – Нет, я уже не встану, моих сил уже нет, – прохрипел он, вновь закашлявшись, вместе со слюной сплевывая кровь – повреждены легкие. – Нет, Киллгар, вы не можете умереть – вы же бессмертный маг! – с отчаянием в голосе воскликнула Изабель, а мужчина грустно усмехнулся, не открывая глаз. – Даже маги могут умереть, деточка. Однажды придет время каждого из нас. Сегодня, видимо, пришло мое, – он вновь закашлялся и с трудом открыл глаза, устремив свой взгляд на Клэри. – Мы поступили очень глупо, не рассказав тебе ничего. Если бы мы рассказали, твои родители... были бы живы. – Но вы можете рассказать мне обо всем сейчас, Киллгар! – уверенно сказала Клэри. – Я не смогла спасти их, но смогу отомстить за их смерть. – Всю известную нам информацию мы собрали в одной папке, – тяжело произнес он, останавливаясь почти после каждого слова. – Где эта папка? – Её вы сможете найти там, где впервые взошла последняя утренняя звезда. А хранит эту информацию воин, который всегда оберегает звезду, даже находясь вдали. У него вы найдете эту папку, – срывающимся голосом сказал Мэнстерос и вновь закашлялся, а дыхание его стало прерываться. – Что это значит? Какая звезда? Какой воин? – не поняла ничего Кларисса, равно как и все остальные. – Найди эту папку, Клэри. И будь осторожна, предатели совсем близко. Они занимают самые высокие должности, нам их не победить, – уже еле слышно произнес маг и с последних сил снял с шеи цепочку, вкладывая её в ладонь Клариссы. – Возьми это, девочка, и никому не отдавай. Придет время, и ты поймешь, в чем его сила. Но во благо она проявится только в руках человека с чистым сердцем, достойными поступками и благими помыслами – в твоих руках, Клэри. В чужих же оно принесет только разрушение, смерть, зло. Храни его... Это последний мой тебе подарок, моя девочка. И знай, что я уже горжусь тобой, как и твои родители, и брат. Прощай, моя Клэри, – выдохнул маг и навеки закрыл глаза, выпуская ладонь девушки из своих рук. Никто из ребят не понимал, почему этот мужчина так трепетно отнесся к Клэри. Создавалось впечатление, что она очень дорога ему, хотя на самом деле девушка ни разу не видела его. – Киллгар, – позвала Клэри и немного встряхнула мага в надежде, что тот очнется, но чуда не произошло. Он был мертв. – Клэри, нам нужно возвращаться, – тихо произнес Алек, аккуратно прикасаясь к плечу девушки, которая сейчас неотрывно смотрела на спокойное лицо мага. Она перевела взгляд на парня и несколько секунд смотрела ему в глаза, не скрывая усталости и безысходности в своих собственных глазах. – Я все понимаю, но здесь оставаться небезопасно, – продолжал уговаривать её Алек. – Киллгару мы уже ничем не поможем. Мы заберем его с собой, чтобы похоронить так, как он того заслуживает. Это максимум, что мы можем сделать. – Хорошо, – согласилась Клэри, а потом тяжело вздохнула, на мгновение прикрывая глаза. – Только я не смогу переместить нас обратно, у меня не хватит на это сил, – обреченно выдохнула она, и только сейчас ребята заметили, насколько бледной она выглядела, и как мелко дрожали её руки. – И что нам делать теперь? Оставаться здесь или топать до Нью-Йорка пешком? – возмутился Джейс, а Саймон посмотрел на него таким гневным взглядом, что в пору было прятаться под стол. – Если нужно будет, пойдем пешком! - рявкнул он. – Может, мы сможем где-то переждать несколько часов, пока у тебя не восстановятся силы? – спросила Иззи у Клэри, взяв брата за руку, пытаясь успокоить его. – И сколько нам ждать? День, два, три? У нас нет времени на это! – опять возмутился Джейс. – Тебя никто не спрашивает! – опять рявкнул Саймон. – Если нужно, будем ждать, сколько понадобится! – И кто это решил? Ты что ли? - спросил злой Джейс. – Успокойтесь! – остудила пыл ребят Клэри. – Я могу открыть портал, чтобы через него прошел кто-то из вас и привел сюда Магнуса. Тогда назад портал нам откроет он. – Ты уверена, что выдержишь это? – встревожено спросила Изабель. – Да, – ответила Клэри, хотя на самом деле такой уверенности у неё не было. – Хорошо, – спустя мгновение сомнений, сказал Алек. – Тогда открывай портал, а ты, Сай, приведешь Магнуса. У тебя лишь несколько минут. –Я понял, все сделаю, – уверенно кивнул парень и приготовился. Клэри же встала, немного пошатнувшись, и начертила уже привычную рамку портала, которая в ту же секунду засветилась ярким зеленым цветом. – Можешь идти, – кивнула она Саймону, и тот исчез в портале, вернувшись через минуту и с Магнусом на буксире. Все дело в том, что парень не объяснил, в чем дело, а просто обронил "Клэри нужна твоя помощь" и утащил Бейна за руку в портал. – Малышка, что происходит? – спросил маг, оказавшись в здании. А потом он обвел взглядом всю комнату и удивлению в его глазах не было границ. –Как вам удалось всех их уложить? И где маг? – Это длинная история, – отмахнулся Алек. – Магнус, я не смогу переместить всех в Институт, у меня сил не хватит, –сказала Клэри, тяжело дыша. – Нам нужно забрать двух охотников и мага, которые сейчас без сознания. Они могут рассказать нам много чего интересного. – А так же мы должны забрать тело Киллгара, – на порядок тише сказала Изабель, и Магнус только сейчас перевел взгляд на лежащего на полу друга. У мага вырвался судорожный вздох, а в глазах отразилась боль, которую он не успел замаскировать. – Тогда давайте приступим, – уверенно сказал Бейн, спустя несколько мгновений, и открыл портал в Институт. Парни тут же направились к телам новоиспеченных пленников, но внезапно послышался изумленный возглас Саймона. – Это девушка? – Да, я сама была удивлена. – Кто девушка? – непонимающе спросила Изабель. – Маг, – коротко ответила Клэри, а у всех буквально отвисли челюсти от удивления, ведь силы этой магички совсем не вязались у них с образом такой юной и безобидной на вид девушки. – Вы сумели вырубить мага?! – не скрывая удивления, спросил Магнус. – Эта история еще более длинная, чем предыдущая, – устало ответила Клэри, засовывая цепочку Киллгара себе в карман. Тем временем парни уже перенесли охотников и магичку к порталу и были готовы к переходу. Первыми прошли Иззи и Клэри, за ними Саймон с девушкой на руках, потом Алек и Джейс с нефелимами на плечах, а последним шел Магнус, держа на руках мертвое тело своего друга. Роберт и Мариза, которые ждали в Институте, ужаснулись и вздрогнули от того, в каком составе вернулись ребята, и какими измученными они выглядели. – Что у вас там произошло? – спросил Роберт, подходя к своим детям. Пленников и Мэнстероса ребята положили на пол, а сами отошли от них на несколько шагов. – Нам пришлось сражаться, – сказал Алек. – Мы хотели убить их, оставаясь невидимыми, тогда у нас было бы преимущество. Но сначала мы решили обезвредить мага, чтобы противник остался без такой сильной поддержки. Но Джейс не стал придерживаться плана и напал на первого попавшегося охотника. Это привлекло внимание мага, который активировал какое-то заклинание, и в считанные секунды всех нас сковало теми же оковами, что и Киллгара, – мрачно рассказывал Лайтвуд, не скрывая своей злости, когда говорил о Джейсе. – То есть ты хочешь сказать, что это я во всем виноват? – возмутился Вейланд, повышая голос. – А кто? Я? – в том же тоне ответил Алек, повернувшись к названному брату. – Если бы ты послушал нас и сделал так, как мы сказали, то все вышло бы совершенно иначе. Нам бы не пришлось лежать на том полу совершенно беспомощными и униженными, возможно, даже удалось бы спасти мага, а Клэри не пришлось бы тратить столько сил на руну. Но ты не послушал нас и сделал все по-своему! Еще немного и я подумаю, что ты специально привлек их внимание, на зло всем нам! – эмоционально выпалил Алек, в этот раз не контролируя свою злость. – Ты обвиняешь меня в предательстве? – взревел Джейс. – Хочешь сказать, что я специально натравил на вас тех уродов? Если ты не забыл, то я тоже там был и сражался вместе с вами. Я тоже мог погибнуть! И в отличие от некоторых, мое тело все время было обездвижено, – последняя реплика была произнесена с ехидством, и парень, говоря её, повернулся к Клариссе. –Может, это кто-то другой здесь предатель? – Если бы она была предателем, то не использовала бы руну, чтобы уничтожить мага! – сказал Алек, ни на секунду не задумавшись о возможной правоте брата. – Но почему она его не убила? Ведь для этого она использовала ту руну! – не унимался Джейс, все больше злясь. – Может, она решила притащить эту магичку к нам, чтобы с её помощью убить всех нас, когда мы будем спать! – Довольно! – рявкнула Клэри так громко, что Иззи аж подпрыгнула от неожиданности. Девушка все это время стояла у окна, опершись рукой об подоконник, и этот спор ей чертовски надоел. У неё сильно болела голова, а эти крики только все усугубляли. – Не смей мне приказывать! – прорычал Джейс. – А ты не смей меня перебивать! – не менее устрашающе прорычала нефелимка, медленно подходя к парням. – Во-первых, если хочешь что-то у меня спросить, то спрашивай лично, а не говори обо мне в третьем лице, когда я нахожусь в той же комнате, – убийственно спокойным голосом говорила она, прожигая парня ледяным взглядом. – Во-вторых, для меня тоже остается загадкой, почему я смогла двигаться, и в ближайшее время я намерена это выяснить. В-третьих, магичку я не убила потому, что она может рассказать нам много интересного. Как минимум, у неё можно узнать, кто стоит за всем этим, кто послал её и тех в масках, и кто убивает охотников. В-четвертых, притащила, как ты выразился, я их в Институт для того, чтобы здесь у них все это узнать. В каждом Институте должна быть темница и после некоторых приготовлений в ней можно будет содержать мага, не опасаясь его силы и побега. И в-пятых, если бы я была предателем, то ты бы в этом бою не выжил, потому как очень сильно меня раздражаешь, –завершила свою речь Клэри, смотря прямо в глаза Джейсу, который застыл на месте и сейчас думал, что ей ответить. Все остальные тоже замерли, удивляясь тому, насколько разной может быть Кларисса. Сейчас от её холодного взгляда и металлического голоса мурашки бегали по коже каждого охотника и, даже, Магнуса, который думал, что идеально знает свою малышку Клэри. – Кем был тот Габриэль? – спросил Джейс, сверля девушку своим взглядом. На её лице не промелькнуло ни одной эмоции, и лишь зубы сжались еще крепче. – А это не твое собачье дело, Вейланд, – сквозь зубы выплюнула она. – И все же, – не отставал он, пока все внимательно слушали. – Еще один человек, который когда-то был мне дорог, но решил предать меня, инсценировав свою смерть и перейдя на сторону тех, кто убил моих родителей. Возможно, он был одним из тех, кто участвовал в их убийстве, – все тем же металлическим голосом произнесла Клэри, не отводя взгляда. – Почему он тебя предал? – задал совсем уж глупый вопрос Джейс. – Можешь сам у него спросить, я могу организовать тебе встречу с ним, – со смешком ответила Моргенштерн. – Он убит, – напомнил Джейс. – Вот именно, – серьезно подтвердила Клэри, делая совсем прозрачный намек. Обстановка в комнате накалилась до предела, и Изабель решила вмешаться, пока не стало слишком поздно. Она подошла к Клариссе и попыталась за руку оттащить её в сторону. – Клэри, пойдем со мной, тебе нужно немного отдохнуть, – успокаивающе произнесла брюнетка, сжимая руку девушки чуть выше локтя. По иронии судьбы она ухватила Клэри как раз за то место, где у неё была рана от клинка последнего противника. Нефелимка поморщилась и шумно выдохнула, пытаясь вырвать руку из захвата. Иззи отпустила её, но тут же вскрикнула, увидев, что её собственная ладонь покрыта кровью. – У тебя кровь! – воскликнула она и опять подошла к девушке, пытаясь осмотреть рану. Только сейчас она заметила, что рукав черной рубашки Клэри пропитан её кровью. – Пустяки, легкая царапина, – отмахнулась Клэри, вновь забирая руку и отходя от брюнетки на шаг. Не любила она показывать свою слабость, поэтому и про рану не собиралась говорить, и про то, как сейчас кружится её голова, и как темнеет в глазах. – Не пустяки! Её нужно обработать, а для начала хотя бы активировать иратце, – упрямо стояла на своем Иззи, а все остальные тоже встревожено смотрели на девушку. – Клэри, Изабель права, твою рану нужно осмотреть, – поддержала дочь Мариза. – Ничего страшного, правда. Она даже не бо... – пыталась вновь отмахнуться Моргенштерн, но внезапно перед глазами потемнело, а земля ушла из-под ног. Она потеряла сознание.