Голубое сердце

- Голубое? Томми, серьёзно? Голубое сердечко? Как обычно, 18 октября Адам поздравил Томми Джо с Днём рождения в Твиттере и в порыве эмоций добавил в твит безобидное фиолетовое сердечко. Ответное сердечко в качестве благодарности от именинника не заставило себя долго ждать, и, не смотря на предстоящий напряжённый рабочий график, поселило счастливую улыбку на лице шатена на весь день. Но некоторые не до конца определённые сомнения всё же закрались в голову Адама. Он никак не мог понять, почему голубое? Именно этот цвет ассоциируется с ним у Томми? Или это неудачный намёк на то, что Адам гей? Сам Рэтлифф до сих пор не признавал себя геем. Хотя, может, он и не совсем гей, ведь всегда был только Адам, и в пристрастии ни к одному другому мужчине Томми никогда замечен не был, и это при том, что в его окружении в последние годы гей - каждый третий. Если не каждый второй. До кучи по старой привычке вспомнились и ненавистные "советчики" и их настойчивые рекомендации "запрятать свою «голубизну» подальше и не выпячивать то, что может помешать развитию карьеры в дальнейшем". Хейтерам точно есть, чем поживиться. Адам ещё раз пересмотрел оба сообщения: невинно фиолетовое и провокационно голубое, да еще и взаимные, - и мягко усмехнулся. Вот оболтус! И вдогонку: любимый! Адам завис на минуту, размышляя о том, что бы ещё мог значить голубой цвет. Первое, что пришло на ум, это цвет воды и неба, свежести и чистоты. Но Томми вряд ли этим руководствовался. Всё это скорее ассоциировалось с рекламой какого-нибудь стирального порошка или средства для чистки стёкол, например. А вот "голубая кровь" звучит совсем неплохо. Преободрившийся Адам приосанился, выпятил грудь колесом и мысленно снова примерил квиновскую корону. Нет, Томми не любит помпезности, хотя он всегда говорил, что именно Адам, как никто другой, достоен этой короны. Гугл подсказал ещё вариант: голубой - это цвет артистов, трудоголиков, мечтателей, открытых людей и оптимистов. Певец довольно ухмыльнулся, соглашаясь с удовлетворительной формулировкой. Ну, просто все в одном флаконе! Или же выбор Томми пал на что-то конкретное? А вот вторая подсказка всезнайки-гугла насторожила: голубой - холодный, эмоционально сдержанный, скованный льдами одиночества, грусти и печали цвет. Бррр! Вот это уж ни в какие ворота! Адам на мгновение съёжился от неприятных ощущений, отмахиваясь от налетевшей стаи серых мыслей. Нет, нет и нет! Однозначно Томми Джо даже и не подозревал о таком определении голубого. - Адам, ну я не хотел. Ну правда же, - сокрушался Рэтлифф. – Я-промазал-пальцем-по-кнопке, - невнятной скороговоркой тихо признался именинник. - Что? – Ламберт едва сдерживался, чтобы не рассмеяться то ли от смысла услышанной фразы, то ли от того, как она была произнесена. - Ну, я просто пальцем промазал, - щёки Томми краснели всё больше с каждой секундой. – Ну, это как-то случайно вышло. Воображение тут же подкинуло Адаму картинку со взволнованно оправдывающимся Томми Джо. Большие блестящие глаза, слегка прикушенная нижняя губа и сморщенный нос – проникновенный виновато-растерянный взгляд. Вот точно у своей Этты научился. Этта в щенячестве всегда так делала. Надует где-нибудь посреди комнаты, или разобьёт что-нибудь ценное, или, и того хуже, очередной пульт загрызет, и ты вынужден демонстративно грозно снимать тапок с ноги, чтобы надавать по круглой попе. А она раз вдруг сядет на хвост, посмотрит на тебя вот так же трогательно – и тапок сам вываливается из руки. С Адамом этот трюк ей всегда удавался. И кто с кого пример берёт: собака – со своего хозяина или хозяин – со своей собаки? Всё ещё старательно пытаясь оправдаться за свою оплошность перед самым важным поздравителем, с плотно прижатым к правому уху телефоном Томми хаотично передвигался по комнате, не нарочно задевая то стул, то стол, то диван, пока не остановился, как вкопанный, потупив глаза в пол. - Ну, помнишь, на днях я планшет новый купил. Я говорил тебе... Ну вот, я с него в Твиттер и заходил. Текст набрал, а потом не глядя на автомате тыкнул в сердечко. А там же софт поновее стоит и сердечек там больше и в другом порядке. Но я же тогда об этом не думал... А думал тогда Томми Джо о том, что ещё пару-тройку часов подождать, звёздный рабочий день за океаном закончится и можно будет в полной мере отдаться процессу онлайн празднества вместе с одним неутомимо-сексуальным шатеном и получить, наконец, свой добросовестно заслуженный подарок на ДР. - Ну не молчи. Адам? – в трубке послышались едва различимые чужие голоса. Не предав им значения, Томми продолжил: - Да я вообще собирался поставить зелёное, ну, чтоб нейтральное... В этот момент Адама отвлекли. Идя по длинным гулким коридорам съёмочного павильона в сторону личной гримёрки, предвкушая свободные полчаса и потому ускоряя шаг, чтобы уединиться со своим ужасно провинившимся котёнком для обстоятельного разговора на тему, что же такое грех и как его надлежит замаливать, Адам столкнулся с главным менеджером проекта. Чёрт, ну вот как же не вовремя! Что, вот прямо сейчас, да? Хотелось рухнуть на колени, сложить руки, будто перед статуей Девы Марии, и взмолить о пощаде. Ну, или хотя бы о маааленькой отсрочке. Да, конечно, собственный опыт подсказывал, что участие в крупном шоу талантов предполагало усиленную многочасовую работу с конкурсантами, и о поблажках даже самому себе можно было на время забыть. Но ещё ведь рань несусветная! И как же законные полчаса на утренний кофе? Но менеджера это не волновало. На ходу, без лишних слов, с серьёзной гримасой на лице и абсолютно не замечая тот факт, что Адам уже с кем-то разговаривал по телефону, он приобнял певца за плечи и сразу принялся напоминать обо всём, что ожидало в ближайшие дни, стараясь не упустить ни одной детали. Это план на завтра, и ещё вот эти прослушивания запланированы на послезавтра, а вот план на сегодня … Разрываясь на два фронта, Адам пытался удержать в голове мысль о том, что, в роде бы, по фен-шую зелёный – это цвет гармонии и любви, пробуждающий эмоциональность и чувственность, и одновременно не упускать назойливый голос менеджера, кажется, напоминающий о том, что его ждут на гриме буквально через час, а до этого ещё надо дать небольшое интервью для радио и обязательно обсудить некоторые детали по съёмкам. - …и у тебя глаза голубые, между прочим, - совсем уж поникший Томми привёл ещё один аргумент в свою защиту. И снова нет ответа. Обиделся? Неужели? Ну, вот что за бредовые мысли вечно блуждают в этой неугомонной голове? Адам и голубой? Что за махровый стереотип?То есть Адам, конечно гей, но уж точно не вызывал таких ассоциаций. И уж тем более ни о каких там холодах и льдах и намёка не было! Томми начинал закипать от негодования. Ну что за несправедливость такая в собственный День рождения? В цвете не угодил! Голубой слишком провокационен в отношении Ламберта! Пфф! Вот будет розовое в зелёную крапинку в следующий раз! - А вот почему ты фиолетовое влепил? – внезапно притормозив возле широкого подоконника, решительно выпалил Рэтлифф. – В свой День рождения я рассчитывал как минимум на красное! Адам просто ворвался в гримёрку. Подбородком прижав телефон к плечу, молниеносно расстегнул сковывавший движения приталеный пиджак и плюхнулся на отставленное в дальний угол большое кресло. Приспущенные жалюзи, приглушённый свет, едва заметный размеренный звук включённого кондиционера. Наконец-то один... Адам чувствовал себя виноватым перед Томми за то, что невольно выпал из контекста разговора ещё в коридоре. К тому же нарастающие ворчание и недовольное фырчание по ту сторону телефона давали понять, что котёнок начинает выпускать коготки. Безумно захотелось обнять, прижать, чтоб прям кости хрустели, ворваться пальцами в светлую капну мягких волос, навести там полнейший беспорядок, а потом пройтись горячей ладонью вдоль позвоночника и, затаив дыхание, созерцать, как лицо уже взрослого мужчины всё еще по-детски заливается всеми цветами смущения даже от столь незатейливых ласк. И тихо шепнуть на ушко "спасибо за твоё сердце". А Томми всё что-то говорил про голубой, про фиолетовый, про красный. Адам уже просто слушал. Слушал родной голос, немного искажённый телефонным динамиком, отчего лёгкое пришепётывание усиливалось и приятно щекотало ухо. Слушал и улыбался. Слушал и наслаждался. Слушал и упивался. И пусть подождёт это радио, и гримёры пусть не торопятся, и детали съёмок сами прояснятся в процессе… - Я соскууучился. Такая короткая и такая обезоруживающая фраза. Вот так просто и сразу на лопатки. И совсем не важно, что произнесена она за тысячи километров от ЛА - долетела до адресата в мгновение ока. От одного только тихого «соскучился» сердце забилось чаще, робкая улыбка коснулась уголков губ и захотелось подставить лицо тёплому калифорнийскому солнышку за окном. Томми медленно уселся с ногами на подоконник, подтянув колени повыше, и прислонился спиной к стене. - Соскучился, - немного севшим голосом вкрадчиво повторил Ламберт. - …по твоему запаху… – Адам шумно втянул ноздрями сухой прохладный воздух, тщетно пытаясь уловить знакомые нотки. - …по твоему выбритому виску...мне так хочется его сейчас поцеловать… Растерявшись, Томми машинально провёл дрожащей ладонью по своему левому виску: короткий колючий «ёжик». Это был намёк? - …по твоему хорошенькому вздёрнутому носику… по твоим чертовски сладким губам… Томми медленно, но верно начал сползать по стене, постепенно принимая более удобное теперь горизонтльное положение. - …по твоей такой непристойно соблазнительной шее… Стадо пьяных мурашек выстроилось неровными рядами у основания той самой шеи, готовое в любую секунду пуститься галопом по всему телу, сметая всё на своём пути. - …и уютному тёплому местечку за ушком… ммм ... и ямочкам возле ключицы… и… Томно прогибаясь в пояснице, Адам невольно представил, как собственная рука плавно движется по телу блондина по описанной траектории, опускаясь всё ниже… - …по твоей гладкой коже... и особенно по крохотной родинке на груди под самым сердцем... ...и ниже... - ...и по этим трогательным волоскам под самым пупком... …и ещё чуток ниже… Сорвавшееся пьяное стадо рвануло с места и целенаправленно со знанием дела бросилось вниз, с каждым пройденным сантиметром оставляя всё более глубокие следы и всё увереннее нагнетая вязкую пелену вокруг. Последние здравые мысли в голове, суетясь и путаясь, безропотно сдавались в добровольный плен ненасытному телу. А распалённый Ламберт не останавливался. - …и по твоей ну просто неприлично манящей попке в форме сердечка, отшлёпанной, зацелованной и залюбленной до красноты… А вот тебе, Рэтлифф, и красное сердечко! Все как заказывал. С Днем рожде-ни-я! Сердце в бешеном ритме гнало кровь по полному кругу. Томми замер, боясь пошевелиться. Судорожно хотелось продлить удовольствие. Язык стал ленив и неповоротлив, и говорить не было сил. Несколько секунд обоюдной красноречивой тишины... и мозг беспощадно выдернули из сладкой неги, возвращая к реальности: снова послышался чей-то незнакомый голос и присоединившееся сбивчивое дыхание Адама. - Адам, извини, помешал, наверное, - в двери показалась тёмная голова Тода, совсем молоденького местного парня на побегушках. Фак! А стучаться не научили? Да уж, знал бы Тод, насколько он был сейчас прав. - То интервью для радио… - стоя в дверях и уткнувшись носом в блокнот, парень замешкался, пытаясь найти название радиостанции, а подняв глаза на Адама, растерянно моргнул, нервно прокашлялся и пояснил, - по телефону интервью… - и, взволновано глянув на часы на руке, сконфуженно сообщил: - Эфир… уже... ждут… через 10 минут. Певец смотрел на парня блуждающим взглядом и никак не мог сосредоточиться. Фак! Ну почему именно сейчас, когда мозг уже был готов отдать бразды правления телу, так бурно откликавшемуся на тяжёлое дыхание в телефоне. Адам лишь нашёл в себе силы понимающе кивнуть и подтвердить свою готовность сиплым «угу». Юный Тод дождался ответа и мигом беззвучно юркнул в коридор. Фух! Адам расслабленно опустил плечи и, провожая взглядом плавно закрывающуюся дверь, случайно поймал своё отражение в огромном зеркале на противоположной стене. В чёрном кожаном кресле с широко расставленными длинными ногами, плотно утянутыми в чёрную лоснящуюся кожу с металлическими замками, с шальными глазами, с розовым румянцем на щеках и захмелевшим взглядом. Оу! Бедняга Тод! От представшей в зеркале картинки снова стало жарко. Адам откинул голову на спинку кресла, и мысленно начал возвращаться к прерванному процессу. - Эй, котёнок, ты ещё со мной? Томми Джо сглотнул, судорожно облизал персохшие губы и задал вопрос, видимо, мучавший его всю последнюю минуту: - А разве сердечком у мужчин бывает? - Ууу, Тоооммии! Чёрт, я тут дышать пытаюсь, а ты… - А я - реалист. - Ты – самый прекраснозадый реалист! Томми недоверчиво фыркнул. Не отрывая головы от кресла, зажмурившись и проведя кончиком языка по нижней губе, Адам добавил: - Поверь мне, я видел твои прелести во всех ракурсах. Я знаю, что говорю. Я покажу потом... И снова помешали: раздался напористый стук в дверь и на сей раз громкий голос менеджера из-за двери изрёк: - Ламберт, пора! Работа не ждёт. И прямой эфир тоже. Собрав всю свою волю в кулак, Адам встал, оправил одной рукой пиджак и подошёл к зеркалу. Догадываясь о том, что увидит, он не смог обойти вниманием заметно выдающийся центральный замок на брюках: наружная молния с крупными металлическими звеньями и массивной собачкой была натянута до предела. Просто замечательно! Красота! - ...И все же, а почему фиолетовое? - Да я просто соскучился по твоим фиолетовым волосам! - на полном серьёзе ответил Ламберт. И что, это был очередной намёк? Томми готов был руку дать на отсечение, что этот засранец на том конце океана сейчас ржет во все свои тридцать два. Вот где у него совесть, а? - А тебе действительно так не понравилось голубое сердечко? - Ох, Томми Джо, да пусть будет хоть голубое, хоть зелёное, хоть красное, хоть в горошек, хоть в полосочку… да хоть в звёздочки! Я на всё согласен. - Адам застегнул пиджак на одну пуговицу, оценивающе оглядел себя в зеркале с ног до головы, поворачиваясь то правым боком, то левым, и решив, что всё же он коротковат и настигнувшую проблему всё равно не скрыть, снова расстегнул. - А тебе, между прочим, ещё свои «голубые» грехи замаливать… минут через 20… думаю, я продержусь... вернусь и… Не дослушав до конца, Томми, хитро улыбаясь в трубку, спросил: – А если я этим голубым сердечком на весь мир тебе в любви... ну, голубой любви... признался? Ну, вот и какое к чёрту сейчас радио, какое интервью, скажите, а?!!