Вернуть счастье

Гарри сидел в гостиной в углу, глотая непрошенные слёзы. Отец устроил ему настоящий разнос в своей, Снейповской, манере. Можно было бы подумать, что у Гарри есть шанс на смягчение наказания, если бы не шипение, которое могло сойти за парселтанг, означающее, что отец находится в высшей степени даже не злости, а ярости. - Я говорил вам, молодой человек, что вход в мою лабораторию без моего личного разрешения непозволителен? - шипел Снейп, расхаживая по гостиной, то и дело метая глазами молнии в своего сына. – Я говорил вам, что в лаборатории находится много самых разнообразных жидкостей и ингредиентов, которые могут быть опасными для маленького мальчика? Я говорил вам, что в ней варится очень сложное и неустойчивое экспериментальное зелье? - Я не знал, что оно экспериментальное, - попытался оправдаться Гарри, о чём сразу же пожалел, потому что отец моментально оказался рядом, нависнув над ним, для опоры используя ручки кресла, принимающего в себя мальчика. – Прости. - Чего ты хочешь сейчас добиться своими извинениями? – очень-очень тихо спросил Северус, прищурив глаза. – По твоей милости лаборатория разрушена! Как думаешь, сколько ингредиентов и зелий пропало из-за того, что одному несносному ребёнку просто не сидится на месте? Как думаешь, сколько они все стоили и как трудно некоторые из них достать? О чём ты думал, когда шёл туда, Гарри!? Ты не мог спросить у меня про то, что тебя интересовало? Или ты ещё безответственнее, чем я думал, чтобы забыть про правила безопасности, о которых я тебе говорил?! Северус замолчал и резко оттолкнулся от кресла, заставив этим действием пискнуть Гарри, и отошёл к камину, сжав переносицу тонкими изящными пальцами. Нельзя срываться на сыне, нельзя. Он и так натерпелся с этим взрывом, перепугался так, что пришлось давать ему успокоительное. Мальчик дрожал и вытирал слёзы, сидя в кресле, пока зелье не подействовало. Кричать на него сейчас было бы просто ужасно, да и бесполезно. Но как же хотелось хорошенько его встряхнуть, накричать, потом прижать к себе крепко-крепко, а потом опять накричать. И все заново. А ночью уйти и напиться в дребезги, в надежде забыть тот кошмар, что он испытал сегодня. И ни слова Лили, а то она его по стенке размажет…с Нарциссой вместе, и придётся Люциусу потом соскребать его останки. Желая успокоиться, мужчина отправил сына в угол, хотя от слёз мальчика у него чуть сердце не разорвалось, - не каменное ведь, что бы там ни говорили, - и ушёл за успокоительным. Негоже напиваться перед наказанием, ему нужна холодная голова и стальные нервы. Помоги, Мерлин!.. Пришлось выпить целых два пузырька с успокоительным зельем, потому что руки упорно тряслись, не собираясь останавливаться. После этого он взял ремень, которым собирался в этот раз наказывать своего единственного сына. При этом на его лице была такая мина, будто он съел лимон, перед этим разжевав его, и вернулся в гостиную. Гарри, всё так же стоял в углу комнаты, замерев, как статуя, как только услышал шаги отца в коридоре. "Пожалуйста, пусть это будет не ремень, - мысленно молился он не понятно кому. – Я на всё готов, только, пожалуйста, пусть это будет не ремень!" - Подойди ко мне, Гарри, - было хорошо уже то, что в голосе отца больше не было шипящих и жутко низких ноток. Но, когда он обернулся, то невольно вздрогнул. Всё-таки ремень… Но за что?! Он же не специально! – Ты знаешь, за что я буду тебя сейчас наказывать? - Да, папа, - тихо прошептал Гарри, опустив лицо. – Я ослушался тебя и разрушил твою лабораторию. - Ты подверг свою жизнь большой опасности, Гарри, - серьёзно проговорил Северус, усаживаясь в кресло. – Ты понимаешь, что заслужил это наказание? – получив несмелый кивок, мужчина продолжил. – Пять ударов. Наклоняйся. Мальчик дёрнулся, пытаясь уйти от наказания, но, поймав предупреждающий взгляд отца, покорно, на первый взгляд, лёг на его колено. На самом же деле он ужасно злился: ему уже восемь лет! Только маленьких наказывают ремнём. Но что мог он мог против взрослого и сильного мужчины? Первый удар был неожиданным…и болезненным, сильнее, чем когда-то, в единственное до этого, наказание Гарри, но он сдержался и не закричал. От второго, на то же место, мальчик зашипел, а к последнему уже снова плакал, кусая губы, чтобы не кричать от злости. Это несправедливо! Северус закончил экзекуцию и вернул сына в вертикальное положение. - Я надеюсь, что это будет тебе уроком, - серьёзно проговорил Северус, надеясь посмотреть на сына, но тот упорно прятал глаза. – Я думаю, тебе пока рано заниматься зельеварением. Гарри так и застыл на месте. Что значит «рано заниматься»? Мама сказала, что он обещал! Как так? Только за то, что он случайно, СЛУЧАЙНО, испортил зелье отца и из-за этого разгромилась лаборатория? Но у него у самого сколько раз взрывались зелья? А эти ингредиенты? Которые он не специально сбросил в котёл? Они же стояли так близко, их бы любой мог опрокинуть! Это несправедливо. К тому же, ему значит рано, а Драко нет? Да он знает гораздо больше, чем этот Драко! К тому же это не Малфой его сын, а Гарри! Северус, видя, что с его сыном что-то не так, протянул к нему руки для примирения: - Гарри, пойми, - но ему не дали закончить. - Не трогай меня!!! – прокричал мальчик, дернувшись прочь от отцовских рук, и, одарив того злым взглядом, кинулся в свою комнату. Северус глубоко вздохнул, понимая, что это всего лишь вспышка детского гнева, который быстро проходит. Жаль только, что он не знал, что эта злость была подкреплена сильной обидой, которая просто так не проходит. Гарри захлопнул дверь в свою комнату и забрался в самый дальний, никак не освещённый, угол комнаты, уткнувшись мокрым лицом в колени. Он пытался сдержать в себе злость, но она просто распирала его. Было такое ощущение, что она всё больше накапливается внутри, грозясь порвать его самого на кусочки. Ощущение, что если Гарри не сделает хоть что-нибудь, то он просто задохнется от её потока, оглохнет от шума в ушах, а голова разобьётся на маленькие осколки от какого-то странного, нарастающего шёпота. Тут в коридоре послышались шаги Северуса, который поднялся, чтобы успокоить сына, что раньше всегда получалось. "Не хочу, не хочу его видеть, пусть он уйдёт, оставит меня в покое, - думал Гарри, трясясь на холодном полу, раскачиваясь из стороны в сторону. – Даже не смей входить!" Это прозвучало как крик в его голове, и в следующее мгновение дверь захлопнулась, щелкнув несколько раз замком, преграждая дорогу взволнованному отцу. Северус, с другой стороны, почувствовал мощную волну детской магии, которая швырнула его к стене, не давая и шанса приблизиться к комнате сына. Перепуганный не на шутку мужчина выхватил палочку из рукава и попытался снять блоки, которые поставил его расстроенный сын. Учитывая, насколько мощной была волна, у Гарри вполне могло быть магическое истощение, мысли об этом заставляли действовать ещё быстрее. Наверное, он всё же переборщил с количеством ударов, хотя...нет, тут дело в чём-то другом, например, в зельеварении, которое он уже давно хотел изучать с ним. Но что же это такое? Заклятия не снимались! Северус глубоко вздохнул, чтобы успокоиться, и попытался снова, используя уже более мощные заклинания. - Гарри, сынок, открой дверь! Пожалуйста, нам нужно поговорить, – с еле сдерживаемым ужасом, попросил Северус. - Я не хочу с тобой разговаривать, не хочу тебя слышать, не хочу видеть, не хочу знать. Хочу, чтобы ты исчез! - зажав уши ладошками, прокричал Гарри, начиная плакать от боли предательства, не замечая, что по телу пробежала усталость. А голос Северуса вдруг перестал звучать в комнате, заменившись другим, исходящим из него самого. "Ты ведь ему совсем не нужен. Такой безответственный, глупый и отвратительный ребёнок не нужен никому! Даже мама с тобой из милосердия. Ты просто жалок!" Гарри просил этот голос остановиться, но он неумолимо продолжал: "Знаешь, тебе лучше уйти отсюда. Всем будет легче. К тому же Северус любит Драко, а не тебя. Недоразумение! Это единственное слово, которое можно услышать из их мыслей при виде тебя. Уйди. Убеги. Исчезни, наконец!" И тут мальчик осознал, что голос, наверное, прав. Только мама его и любит...хотя, нет, скорее всего, не любит. Как там он сказал? Из-за милосердия? Да. Отцу он не нужен и вовсе. Драко! Он говорит про его успехи в любое свободное время. Его родителям, знакомым, маме и даже Гарри. Он точно хочет, чтобы мальчик ушёл. Ну что же, он больше тут не задержится. Аккуратно встав, он мелкими шагами подошёл к окну. На ощупь найдя ручку, открыл его. И это стало последней каплей, после которой Гарри упал на пол, а все блоки спали. Снейп коротко вздохнул и кинулся в открытую, теперь, комнату. Его маленький мальчик лежал на сыром полу, продолжая плакать, а окно почему-то было открыто. Ладно, об этом он подумает позже. Мужчина взял сына на руки, смахивая тёмные волосы с легендарного лба, чувствуя, как сердце заныло от пережитого страха, который сейчас стал отпускать. Северус аккуратно прижал мальчика к груди и понёс на кровать. - Как же ты меня напугал, - прошептал он куда-то в шею ребёнка и тихо вышел из комнаты, наложив предварительно следящие чары. Он больше не допустит подобной ошибки, а пока надо подумать, что, собственно, сейчас произошло?!