Дом для изгоев

Прошло несколько дней. После рассказа Шоусси Анар стал заметно спокойнее и перестал шарахаться от нас. Но гораздо охотнее, чем с нами, он общался с Ветерком, который стал относиться к парню, как к младшему братишке. Собственно говоря, это так и было, в том смысле, что Анар был младше Ветерка. Как ни странно, Тарра взяла над этой парочкой что-то вроде шефства и охотно с ними возилась. Все трое смотрели развивающие программы, учились читать, играли с Шами и Майти и много гуляли, поскольку типху, оказывается, нужно было много бегать. Увы, за пределы двора им выходить было нельзя, но Акс-Ай-И соорудил там что-то вроде полосы препятствий, и теперь мы могли ежедневно любоваться, как типх, на котором восседала Тарра или кто-то из мальчишек, штурмует изгороди, перепрыгивает через искусственные лужи, блуждает по зелёному лабиринту или карабкается по отвесной (тоже, кстати, искусственной) скале. Первое время я просто за голову хватался, но потом убедился, что Троши – животное вполне вменяемое и дружелюбное, обожающее свою Хозяйку и готовое ради неё терпеть даже двоих беспокойных мальчишек. В общем, с этой стороны всё было хорошо, если не считать того, что Тарра о своей беременности так и не знала. Акс-Ай-И об этом сообщать отказывался, а любой из нас… Ну, да, любой из нас просто боялся. Уж не знаю, на что мы надеялись, всем было понятно, что этот процесс сам собой не рассосётся, но сложный разговор трусливо откладывали… уже несколько раз. К тому же, головная боль в виде девушки, которую было необходимо освободить из храма, тоже никуда не делась. Проследить за ней не удавалось, после обряда девчонку не выпускали из храма, а внутрь Май-Ри-О хода не было. Даже вездесущий Кэп в храм проникнуть не смог, а соваться туда наобум святых после прошлого фееричного посещения у нас не было никакого желания. В конце концов, я плюнул и заявил, что нам стоит прибегнуть к старому приёму – я превращусь в крысу и проскользну внутрь, и разведаю, где держат девчонку, что с ней творят, и кто её охраняет. С Ветерком ведь сработало? Почему бы не сработать в этот раз? Шер и Аниль призадумались, а Шоусси активно высказался против, в том смысле, что я не чувствую магию этого мира и могу не просечь ловушку. Резон в его словах, конечно, был, но время… время уходило. Поэтому я несколько ночей подряд убеждал любимого, что это единственный выход. Убедил. Неохотно, скрепя сердце, но Шоусси согласился на мой план, предварительно взяв с меня слово, что я не буду геройствовать попусту, освобождать девчонку в одиночку, а ограничусь простой разведкой. Слово пришлось дать, и на следующую же ночь мы с Кэпом отправились в путь. Я не стал перекидываться в дракона, а принял облик птицы, похожей на Кэпа. Здесь водились похожие, очень напоминавшие наших земных воронов, в поселениях они активно оккупировали помойки, так что вряд ли бы кто-то удивился ещё парочке. А вот насчёт крыс… Нам не удалось установить, водились ли здесь похожие зверьки, но уповал на крысиную юркость и неприметность. Ночью большинство двуногих спит… правда, в храме наверняка бдит стража. Но ничего, будем действовать по обстановке. До поселения двуногих мы добрались быстро. Улицы его были пустынны, то, что большинство обитателей не высовывают из своих домов носа до рассвета, нам удалось установить с помощью Май-Ри-О. Почему так – мы так и не поняли, вроде чёткого запрета на это не было… Но разбираться с особенностями суеверий двуногих нам было особо некогда, поэтому я только порадовался, что лишних на улицах не будет. Мы с Кэпом приземлились на скат низкой крыши домика, расположенного совсем рядом с храмовой площадью, и я быстренько перекинулся в крысу. Кэп аккуратно подхватил меня лапами и спустил на землю. «Буду тебя ждать», - просемафорил мне Птиц и вновь взлетел на крышу, пристроившись к чёрной от сажи трубе и став совершенно незаметным в ночном мраке. Я же бодро затрусил вперёд, перебежал узкий переулок и оказался на площади. Храмовая площадь была пустынна, дверь храма заперта, но для крысы это не слишком большая проблема. Пошныряв взад-вперёд, я обнаружил щель в стене – раствор, соединявший каменную кладку, выкрошился, и, по небрежению храмовых прислужников и на моё счастье, щель осталась незаделанной. Щель была узкой, но моё крысиное тело протиснулось в неё, хоть и с некоторым трудом, и я оказался не в центральном помещении храма, а в каком-то боковом коридорчике. Темно там было – хоть глаз выколи, но меня вело какое-то странное чувство направления, и вскоре вдалеке забрезжил свет. Я оказался в уже знакомом главном помещении храма. Там так же никого не было, но хотя бы факелы горели. Я поискал глазами знакомую дверь в подвал и опечалился. Дверь была заперта наглухо, никаких щелей… и висячий замок вдобавок. Ох, чёрт… Неужели план провалился? Но тут раздались голоса. Я забился в угол и постарался слиться со стеной, а спустя минуту в помещение вошли двое. Судя по тупым рожам – такие же младшие помощники жрецов, с каким мы встречались в прошлый раз. Один из них нёс кувшин с водой и плетёную корзинку, покрытую тряпицей, а у второго в руках была увесистая дубинка. Они что, меня в драконьем облике дубинкой пугать собрались? Тогда эти ребята в разы тупее, чем кажутся, да ещё и пьяны к тому же… Это было ясно видно по их заплетающейся походке и прорывавшимся чересчур громким возгласам, при этом они через слово призывали друг друга к тишине… но помогало это плохо. Интересно, уж не пленницу ли храма они отправились навестить? И я навострил уши. Парочка самозабвенно сплетничала о том, что неведомый мне Лойко нарушает жреческий обет и тайно бегает к молодой вдове кузнеца, что целебного вина к обеду больше не дают, что с тех пор, как ужасная тварь утащила недоноска с чешуйчатыми ногами, Господин Главный Жрец всё никак не успокоится, лютует, заставляет молиться и бить поклоны и объявил постных дней вдвое больше обычного… Да ещё и девчонку запрещает трогать, чтобы не скинула… Уж отсосать-то она может, на её беременность это не влияет, так нет, и это запретил… А ещё велит еду ей таскать постоянно… Ну и поголодала бы денёк-другой, не было бы сил слёзы лить… Найдя друг в друге полное взаимопонимание, мерзкая парочка отправилась совсем не к той двери в подвал, куда мы проникли в прошлый раз, а в другой угол. Я прокрался за ними. Помощники жреца подошли к казавшейся совершенно целой стене, покрытой затейливой резьбой. Один из них нажал на изображение цветка, серединка его ушла вовнутрь, а на стене образовалась трещина, которая стала медленно расширяться. Вскоре в стене образовался проём, достаточный, чтобы в него прошёл самый рослый из местных. Продолжая изливать душу друг другу, парочка направилась внутрь, мне пришлось поднапрячься, чтобы успеть за ними… крысиные лапки такие короткие… Как оказалось, торопился я зря. Проём изнутри помощники жреца закрывать не стали, просто сделали друг другу парочку странных жестов, словно играя в игру «камень-ножницы-бумага». Впрочем, так оно и было. Первый сказал второму: - Ух, твоя очередь вниз тащиться! Давай, топай, я здесь подожду. Второй вздохнул, но спорить не стал и отправился вниз по ступенькам, а первый удобно устроился на невысоком каменном сиденье с внутренней стороны проёма, нашарил что-то в нише за сиденьем, вытащил оплетённую флягу округлой формы, поднёс её ко рту и сделал добрый глоток. Судя по запаху, там было что-то алкогольное и нехилых градусов. Пока он был занят, я ловко проскользнул мимо и запрыгал со ступеньки на ступеньку, стараясь догнать второго. Ступенек действительно было многовато, и я подумал, что замучаюсь прыгать назад в крысином теле, но продолжал упрямо прыгать вниз. Второго я нагнал быстро и некоторое время следовал за ним, пока ступеньки не кончились. А закончились они каменной площадкой с железной дверью, откуда через маленькое зарешеченное окошечко пробивался слабенький свет. К сожалению, дверь отпирать второй не стал, ограничившись окошечком, в которое просунул корзинку и кувшин, и добавил: - Это тебе на два дня. Там внутри есть и масло для светильника. Господин Главный Жрец велел передать. Помни его доброту и молись о своей заблудшей душе. - Господин жрец! Скажите, как там моя сестра, прошу вас? С ней всё в порядке? – раздался в ответ тихий дрожащий голосок. - Думаешь, нам есть дело до этой малявки? - надменно ответил второй. Ненавижу эту породу людей. Небось, в храме последняя спица в колеснице, любой, кто рангом повыше, об него ноги вытирает… А тут решил отыграться на беззащитной заключённой. - Господин жрец, прошу вас, скажите, что с моей сестрой… Я ведь оплатила долг… - Деньгами, полученными за предательство? – насмешливо спросил второй. – Это не считается. Твой долг не погашен, твой дом достался кредитору, а твоя сестра теперь его рабыня. И будь довольна, что Господин Главный Жрец не велел забирать её в храм, как и тебя! Ничего, вот выполнишь предназначенное и будешь свободна. Может, и сестру выкупишь… со временем… Да ты просто мерзавка! Господин Главный Жрец оказал тебе такое доверие, а ты… Из-за окошечка донеслись сдавленные рыдания, а второй плюнул себе под ноги, что-то буркнул и медленно, с одышкой начал карабкаться наверх. Я замер. С одной стороны, я услышал больше, чем достаточно, чтобы понять, что девчонка продала сперму Анара не просто так, а чтобы выручить сестру и отдать какой-то долг. С другой стороны… надо бы и с ней побеседовать. Даже если нам удастся её вытащить из храма…а это не так сложно, со стражей и замком мы справимся, то она наверняка будет просить спасти сестру… И ведь придётся спасать. Ох, как всё сложно. Второй успел добраться почти до половины лестницы, когда я всё-таки решил последовать за ним. Один раз глупая девчонка уже подняла тревогу, когда мы пытались её спасти, кто даст гарантию, что второй раз этого не будет. Кроме того, я надеялся подслушать и узнать что-то о судьбе её сестры. Так что придётся девочке потерпеть. Ничего, уже недолго осталось. Подниматься по ступенькам в крысином облике было тяжело, так что я вскоре плюнул и перекинулся в кота. Благо, второй ни разу не оглянулся, продолжая, пыхтя, преодолевать непокорные ступеньки. Подъём продолжался долго, второй совершенно вымотался и, когда, наконец, добрался до верха, бесцеремонно спихнул приятеля с каменного сиденья и выхватил у него фляжку, немедленно присосавшись к ней с самым блаженным выражением лица. - Ну, как там эта? – спросил первый, когда второй наконец-то оторвался от фляжки. - Как-как… - раздражённо отозвался второй. – Ревёт, дура. Всё спрашивает, как её сестра. Очень она за неё переживает. - И ты ей правду сказал? – несколько настороженно спросил первый. – Что я, дурак, что ли? Конечно же, нет. Сказал, что дом её достался кредитору, а сестра теперь его рабыня. Пусть поревёт, но так у неё хоть надежда остаётся. А если правду узнает – непременно переживать начнёт, не ровён час ещё скинет. Господин Главный Жрец нам с тобой тогда головы открутит. Вот родит – и узнает правду. Час от часу не легче! Что ж там с сестрой такого произошло, что эта парочка, не отличающаяся чуткостью и тактом, не хочет доносить до девушки правду? Ох, чую я, что что-то совсем нехорошее. Между тем парочка допила свою воняющую сивухой отраву, зажевала какими-то орешками и отправилась на выход. Я, вновь перекинувшись в крысу, торопливо прошмыгнул за ними, получив новую пищу для размышлений.