Дом для изгоев

Внимание, пока не бечено! И Ливви отворила дверь, которой закончилась длинная лестница. За дверью оказалась вполне обычная комната, уютная, без позолоты, розового цвета и дурацких фестончиков. Комната была просторной, чувствовалось, что её обустраивали с любовью – стены обиты мягкой узорчатой, явно дорогой тканью, на них – картины, чаще всего местные пейзажи в простых светлых рамах, кремовый ковёр с геометрическим рисунком, светло-кремовый стеллаж со странного вида небольшими цилиндриками, огромный монитор на стене, кровать, заправленная мягким пушистым покрывалом, повторяющим рисунок ковра, стол с теми же цилиндриками, табличками и листами странного вида грубоватой кремовой бумаги, нанизанной на стержень… На другом стеллаже, пониже, были аккуратно расставленные детские игрушки – незнакомые мне мягкие зверюшки, странные пирамидки, что-то, напоминавшее абак* с разноцветными бусинами, потёртые разноцветные кубики с символами здешнего алфавита, модели коптеров и ещё каких-то устройств, большой прозрачный контейнер с разноцветными брусочками, удивительно похожими на «Лего», несколько кукол, причём одна из них, выглядевшая самой старой и потрёпанной, явно изображала… мальчика. Обитательница этой комнаты сидела спиной к нам в кресле, повернутом к огню. Да, в этой комнате был самый настоящий камин, рядом с которым стояло два удобных кресла и маленький столик с блюдом фруктов и вазой живых цветов. - Ливен, - тихо позвала Ливви, - Ливен! Как ты себя чувствуешь? - Сестрёнка! - раздалось в ответ. – Ты пришла! Знаешь, мне уже лучше! А роман такой интересный, вот ты и пришла незамеченной! Сестрёнка? Ливви прячет здесь свою сестру? Но почему? - Я привела к тебе гостя, Ливен! Хочешь с ним поговорить? - Конечно! – раздалось в ответ. – Гость! Ты никогда никого сюда не приводила… Постой… Ты сказала – гость? Кресло повернулось, девушка, сидевшая в нём, вскочила на ноги… и я на какое-то время потерял дар речи. Это была точная копия Ливви, но в ней было что-то неуловимо отличающееся… Те же тонкие черты, но какие-то чуть более резкие, не девичьи… Стройная фигура… но плечи у близняшки Ливви были явно пошире бёдер, а груди, как таковой, вообще не было. Длинные ноги, но великоватые ступни, более широкие, чем у девушки, запястья… Неужели? - Ливви, - прошептал я потрясённо, - это что, парень? Твой брат? - Да, - грустно ответил юноша, - я самец. И по странной прихоти природы обладаю разумом. Меня зовут Ливен. Мы с Ливви близнецы. - Двойняшки, - машинально поправил я. – В моём мире если рождаются разнополые близнецы, их называют двойняшками. - В твоём мире? – восхищённо блеснул глазами парень. – Так ты иномирец? Ну да, какой же я глупый... В нашем мире больше нет таких, как я. Ливви искала... А расскажешь… - Погоди, Ливен, - мягко перебила его Ливви. – Сначала нам нужно поговорить. Этот самец действительно иномирец, его зовут Миро, и он обладает разумом, как и ты. - Конечно, это я уже понял,- вздохнул парень. – Ты опять будешь говорить о делах, Ливви? Это грустно… Девушка обняла брата и ласково взъерошила ему волосы. - Это необходимо, мой родной, - сказала она. – Я не хочу, чтобы ты всю свою жизнь провёл в подземелье, видя солнечный свет только по визору. Ты уже начинаешь болеть, оттого что не можешь выйти на воздух. Ты имеешь право быть счастливым, мой хороший… А так… Ты всю свою жизнь живёшь здесь… Сначала ты видел только маму, Аринети и Гемэ, а сейчас – только меня и Гелин. А мир велик… И лишать тебя его – подло и незаслуженно. Если честно, то при этих словах моё отношение к Ливви резко поменялось. Может, и стерва, может, и гадюка, но брата она любит и явно головой рискует, скрывая его. Парнишка же показался мне немного наивным, чуточку инфантильным, что вполне понятно, учитывая то, в каких условиях он рос, но вполне разумным. Как же так получилось, что с мозгами у него всё в порядке? - Чем ты сегодня занимался, Ливен? – спросила сестра. - Как и было намечено, - отозвался брат, - математикой по программе Поствысшей школы. А ещё проверял инженерные расчёты плотины на реке Тмаа, нашёл две ошибки. Небольшие, но со временем они могут здорово повлиять на её прочность. Вели Вычислительницам перепроверить расчёты, сестра. Математика? Инженерные расчёты? Да этот парень не просто разумен, он на редкость умён, учитывая, что учился наверняка по каким-нибудь программам. Вряд ли Ливви рисковала настолько, чтобы приводить сюда учителей… Ливви ещё раз обняла брата и повернулась ко мне: - Видишь, Миро! Видишь! Ливен может делать сложные расчёты, это доступно лишь дипломированным Вычислительницам! - Ливви, - сказал я, незаметно перейдя на «ты», - я уже понял, что твой брат – умница, но как же так вышло? Почему ты говорила о доказательствах, имея в виду его? - Потому что моя мать не проходила процедуры, - ответила женщина. – Поэтому Ливен – разумен. Процедуры для беременных следует отменить, а мальчиков воспитывать так же, как и девочек, позволяя развиваться их талантам! Тогда мы получим разумных самцов! - Мужчин, - поправил её я. - Что? – растерялась Ливви. - Самец, обладающий разумом, уже не самец, - уточнил я. - Он – мужчина. Но Ливви, вернёмся к вашим процедурам. Твоя мать не проходила процедур, потому что была беременна двойней? - Нет, - отрезала Ливви. – Миро, у нас почему-то практически не бывает двоен, это огромная редкость, может быть, одна двойня на миллиард родов, поэтому такие случаи учитываются… К тому же, обычно дети из двоен – одного пола. А вот со мной и Ливеном вышла совсем уж редчайшая редкость. Мама рано смогла пройти обследование, она владела этим навыком и сумела подменить запись в считывающей машине. Для всех, кроме Гемэ и нескольких доверенных лиц, моя мать ждала одну дочь. Меня. - Но ведь аппаратура… - Миро, - вздохнула Ливви, - моя мать была Учёной. Возглавляла Генетическую коллегию. Несколько её сослуживиц разделяли её взгляды. Они помогли ей скрыть сведения о двойне. Моя мать не проходила процедур именно по этой причине. Они не требовались. Она ждала девочку. Так считали все. - И рожала она тоже с помощью… доверенных лиц? – поинтересовался я. - Да, - отозвалась Ливви. – За время своей беременности она сумела обустроить тайные покои, собрав там всё, что было необходимо для второго малыша. Аринети, одна из её подчинённых, согласилась стать няней для Ливена и заниматься с ним по тем же развивающим методикам, что и для девочек. - И никто не удивился, что одна из Учёных исчезла вдруг неведомо куда? - Аринети была уже не молода, она подала прошение об отставке. Его удовлетворили. Для всех Аринети уехала на Южные острова, в общину пожилых любительниц натурального хозяйства, они практически не поддерживают контакты с внешним миром. Поэтому нет, никто не удивился. - Всё продумали, - согласился я. - Да, - кивнула Ливви. – Когда Ливен родился, мать поместила его сюда, приставив к нему Аринети. Ну, и сама спускалась, когда могла… Честно говоря, она не особо надеялась на успех развивающих методик Аринети, но… - Мальчик стал развиваться вполне нормально? – закончил я. – Заговорил, был обучаем? - Да, - ответила Ливви. – Мама и Аринети вели наши дневники развития. Очень подробные. А когда они их сравнили – выяснилось, что наше развитие шло почти идентично… С некоторым социальным отставанием у Ливена. Но это понятно, многое из того, что мне было знакомо с детства, он знал только из программ по визору и объяснений Аринети. Зато у него оказались потрясающие способности к математике. Ливен – гениальный Вычислитель! - А ты? – задал я новый вопрос. – Ты с ним не общалась в детстве? - Конечно, нет… - вздохнула Ливви. – Мать закономерно опасалась, что я могу проболтаться, хоть бы и случайно. А это было бы гибельным для всех нас, не только для Ливена. Так что я узнала о нём, уже когда заканчивала Высшую школу, два года назад… Тогда неожиданно умерла Аринети. Всё-таки она была уже слишком стара… Ливен очень переживал, он был привязан к Аринети больше, чем к матери, ведь она была с ним с самого детства. А мать… Она пыталась утешить Ливена, но у неё просто не было времени… Исследования, тайная борьба с Харрате… Поэтому она рассказала мне обо всём… - И ты сразу приняла брата? – продолжал спрашивать я. - Кого? – удивилась Ливви. - Неужели ты не знаешь этого слова? – удивился в ответ я. – Брат – это как сестра, только мальчик. - Хорошее слово, - улыбнулась Ливви. – Брат… Нет, я не слышала этого слова. У нас вообще мало источников о том, что случилось до Великой Эпидемии, отнявшей у самцов разум. В открытом доступе вообще почти ничего нет, только Учёные могут получить допуск в Архив Суонны… - Что-то у вас совсем с информацией беда, - вздохнул я. - Ты даже не представляешь, насколько, - отозвалась Ливви. – Всё мало-мальски важное либо уничтожается, либо находится в закрытом доступе. Моя мать поплатилась прежде всего за то, что собирала информацию, которая могла оказаться бомбой для Харрате. - Твоя мать была очень смелой женщиной, достойной уважения, - искренне сказал я. - Она была самой лучшей! – порывисто сказала Ливви. – Она заслуживает того, чтобы быть отомщённой! Ливен, сидевший на подлокотнике кресла, в которое опустилась Ливви, и внимательно слушавший её рассказ, изредка кивая, на этот раз тихо сказал: - Я согласен с тобой, сестра. Но мне не нравится путь, который ты выбрала. Я пробовал просчитать ситуацию. Если ты убьёшь Харрате руками Миро, то вероятность того, что ты удержишься у власти – всего сорок процентов. У Харрате есть собственные дочери. Любую из них охотнее провозгласят суонной, чем тебя. Ого. А мальчик-то не так наивен, как кажется на первый взгляд. И то, гены пальцем не заткнёшь… - Но они же глупы, как пробки! Не будь они дочерьми суонны – давно бы уже трудились бы в Обслуге! – возмутилась Ливви. - Миро, ты понимаешь? – неожиданно обратился ко мне Ливен. - Понимаю, - отозвался я. – Все ваши предыдущие суонны, включая и Харрате, были сильными правительницами. Они не давали власти вашему… этому, как его… - Совету Достойных? – удивилась Ливви. - Да, точно, - продолжил я. – А я думаю, что там есть целая куча дамочек, желающих порулить самостоятельно и заполучить побольше всяких привилегий. Так какая правительница им выгодна – самостоятельная, как ты, или недалёкая, которая будет им в рот смотреть и документы подмахивать? А? - А ведь ты прав… - задумчиво произнесла Ливви. – С этой точки зрения я на свой план не смотрела. Оказывается и сам… то есть мужчины могут быть полезны… Мы с Ливеном переглянулись и подмигнули друг другу. А Ливви вздохнула и спросила: - Но если мой план не годится, что же тогда делать? Я вдохнул, уже хотел сказать всё, что думаю по этому поводу, но тут ощутил лёгкий укол. Артефакт! Я начал его чувствовать! Дар возвращается! Абак* - разновидность счёт.