Умоляю

Эвр обрывает связь между Шерлоком и девочкой, что находится в самолете, продолжая свои безумные забавы. – Так, вернемся к нашей игре, – начинает говорить она вполне серьезно, но последующие слова начинают набирать беспечно-грубые ноты, и растягиваются ею в манере Мориарти. – Гроб. Проблема. Кому-то придется умереть. Как я понимаю, это будет трагедия. Так много дней не прожито, так много слов не сказано... И так далее, и так далее, и так далее, и так далее... – Да-да. И вот это приготовлено для него, – нетерпеливо прерывает детектив, указывая на гроб. – Для кого именно, Шерлок? Включай свою дедукцию, – издевательски произносит сестрица. – Через мгновение я добавлю контекст. И Холмс начинает осматривать объект, что является ключевым местом в загадке, ища любые зацепки и включая внимание на полную мощность. – Отбросив совершенно ненужное сочувствие, я бы сказал, что гроб предназначен для того, кто невысок ростом. Это, скорее всего, женщина. – Не ребенок? – встревает в монолог Джон. – Детский был бы дороже. Этот из другой ценовой категории, но, все же лучший в своем классе. – Одинокая ночь в гугле, – снова вставляет комментарий доктор. Тем временем, Шерлок продолжает анализировать, стоящий перед ним предмет: – Это практичный и осознанный выбор. Баланс вероятности предполагает, что он для незамужней женщины, которая не близка с родней. Это видно из экономного оформления. Люди осведомлены об утрате, но относятся к процедуре похорон без глупых условностей. Если мы посмотрим… – Да, очень хорошо, – обращает на себя внимание, переворачивая крышку гроба лицевой стороной, что стояла у стены, Майкрофт, – но не проще ли прочесть надпись на крышке? Как только детектив видит выгравированные слова, его сразу же накрывает негодование. –Я люблю тебя, – читает надпись Джон. – Значит, для влюбленного. – Для того, кто любит Шерлока, – уточняет старший Холмс. – Да, все дело в тебе, Шерлок. Так, кто тебя любит? Я думаю, список не велик. – Ирен Адлер, – тут же предполагает доктор. – Не смеши. Взгляни на гроб. Слишком просто, но в то же время и пафосно, с долей насмешки. Точно не для влюбленной доминантки. – Нет мужа, прагматичный подход к смерти, одинока,– продолжает думать Шерлок. – Молли... – догадывается Уотсон. – Молли Хупер, – тут же подхватывает детектив, поворачиваясь к экрану и натыкаясь на насмешливый взгляд. — Молли? – прыскает сестра. – Неужели ты думаешь, что я столь заурядна? Теперь каждый в комнате с непониманием и долей ужаса смотрел на изображение Эвр, даже не предполагая, кто этот человек, если не Молли. – Ты не угадал, братик, – по-настоящему забавляется безумная сестрица. – И за эту ошибку тебя ждет небольшой кнут. На экране появляется циферблат, с отсчетом в три минуты, и три картинки Джеймса Мориарти с разных ракурсов, который лежит на диване, читает книгу и слушает музыку в наушниках, ничего не подозревая. Все находятся в оцепенении ровно до того момента, пока из динамиков вновь не доносится женский голос: – Я говорила о наказании за твою непростительную ошибку? И тут же количество минут, прежде равное трем, изменяется на 02:00. Шерлок с ужасом смотрит на Джона и боковым зрением отмечает негодующий взгляд Майкрофта. У него ведь есть только две минуты! Всего каких-то сто двадцать секунд. И даже нет сил думать, что будет в том случае, если Холмс не справится с задачей, которую решила поставить ему сестричка. – Да ладно, Шерлок, ему абсолютно ничего не угрожает. Его квартира взорвется лишь через три минуты, если я не услышу спасительный код из его уст. Ох, – наигранно сочувствует Эвр, – уже через две. Мориарти по прежнему лежит на диване, изредка перелистывая страницы и переключая некоторые песни из плейлиста, которые, скорее всего, уже надоели или просто старые. – Я звоню с твоего телефона, Шерлок. И не думаю, что твое имя высветится на экране его смартфона. Но это и не нужно, так ведь? Он наверняка знает твой номер наизусть, – сестра на секунду замолчала. Видимо, пребывая в своих мыслях и давая время для раздумий своему подопытному. Но отдых длился недолго. – Пусть он скажет, – слащаво прошипела она. – Скажет что? – не воздержался от вопроса Джон. – Очевидное, – незамедлительный ответ Эвр. – Нет, – доносится спокойный, но и недоумевающий голос доктора. – Да, – детектив берет себя в руки, стараясь чтобы ответ получился как можно менее эмоциональным. И все, как по команде оборачиваются, чтобы посмотреть на крышку гроба. – Но с одним условием, – не дает забыть о себе сестра. – Ты не должен упоминать, что его жизнь в опасности. Ни в коем случае нельзя намекать, что существует какой-то кризис. А не то, придется оборвать не только ваш разговор, но и его жизнь. Шерлок напрягается, когда одновременно с гудком начинается отсчет. 01:59 Второй гудок. На экране видно, как Джим берет смартфон в руку и рассматривает входящий номер с интересом, что так нагло прервал проигрывание его аудиозаписи. 01:54 – Почему он медлит? – не понимает Уотсон. – Я никогда не звонил ему, – пребывая в нетерпении, отмахивается детектив. Наконец злодей-консультант нажимает на кнопку принятия вызова и подносит устройство к левому уху. На мониторе видно, как он садится в позу, чем-то напоминающую позу лотоса, и слегка поворачивается, чтобы откинуться на спинку дивана. И только тогда из динамиков доносится его спокойный голос с тянущими интонациями: – Привет, Шерлок. Как жизнь? – Я… – берет секунду Холмс, чтобы справиться с собственным голосом и, не медля, приступает к сути. – Мне нужно, чтобы ты кое-что для меня сделал. Наблюдающему за экраном детективу видно, как Мориарти начинает ерзать, чтобы устроиться поудобнее, и, как его лицо трогает задумчивая ухмылка. – Я, конечно, могу прибить твоего братца, коль уж он тебя так достал, – слабо хихикает злодей в трубку, – да только я не работаю за просто так. После этих слов Майкрофт закатил глаза и скорчил гримасу. В другой ситуации это показалось бы достаточно забавным, но это не она. 01:23 – Нет. Я… – Нет? Странно… Не мог же я ошибиться, – язвительно протянул Джим и грустно улыбнулся, думая, что за ним никто не наблюдает. Даже идиоту было бы видно, как он скучал по их взаимодействию и какое наслаждение это ему доставляло сейчас. – Мне нужна твоя помощь, – Мориарти теперь вслушивался, не перебивая, уловив решительную серьезность в голосе детектива. – Только, пожалуйста, без лишних вопросов. На секунду повисла оглушающая тишина. – Я внимательно тебя слушаю, – от беззаботного тона не осталось и следа. – Только возьму компьютер. – Совсем необязательно. – Ладно, – отчетливо слышалось непонимание в голосе абонента. – Тогда что? – Мне нужно, чтобы ты сказал всего лишь три слова. В ответ Холмс получил только молчание и напоминание от Эвр о том, что время поджимает. Она снова включила запись. Тик-так, тик-так, тик-так 00:38 – Джим, – это уже была мольба. – Ух-ты! – не унималась виновница нынешней ситуации. – Ты ведь никогда не звал его просто по имени. Как романтично! – Мм? – только так и отозвался Мориарти на свое имя. – Скажи... Просто скажи, – не мог сдерживать эмоции детектив, и его голос уже срывался, а под конец вообще вышло что-то похожее на вопль. – Джим, черт возьми! 00:19 – Сначала ты, – только и смог он выдавить в ответ. Шерлок в недоумении обернулся к присутствующим, ища поддержки. Голос подал только Майкрофт: – Говори же, идиот. Пару секунд заняло, чтобы собраться с мыслями. – Я люблю тебя, Джим, – чуть ли не кричал Холмс. – Слышишь? 00:13 И снова тишина в ответ. Мориарти в блаженстве откинул голову, запустил правую руку в волосы, прикрывая глаза, и впитывал только что услышанные слова. – Я. Тебя. Люблю, – повторил детектив, уже улавливая смысл сказанного и понимая, что это не является ложью. В этих словах и заключается причина его бесконечной зависимости. Джим открыл глаза, втянул воздух, насыщая легкие кислородом, и вымолвил свой спасительный код: – И я, Шерлок… Я тоже тебя люблю. 00:01 Но спас ли он себя?