Нет привязанности?

Покинув корабль, юноша стремительно повел семейство свидетелей к специальным уровням Храма, как раз рассчитанных на подобные случаи. И в указанное время предстал вместе с подругой перед Советом. Падаваны доложили о проведенной миссии, опустив некоторые детали, и напоследок Сири спросила: — Уважаемые магистры, что вам известно о местоположении наших мастеров? — Они заняты миссией, беспокоиться нет нужды. И вопросов к вам, падаван Тачи, больше нет. Вы можете идти. Девушка поклонилась и вышла, обеспокоено глянув на Оби-Вана. Друг ей кивнул несколько ободряюще. — Падаван Кеноби, рыцарь Сорос предполагал, что ты сохранил ментальную связь с отступником Квай-Гон Джином, — на взгляд юноши Эвен Пиелл мог бы и опустить некоторые моменты. Но ланник предпочитал точность формулировок. — Верно ли его утверждение? «Они знают. Давно уже знают и спрашивают только сейчас?» — удивился Оби-Ван. Он не сомневался, что Сорос высказал свое подозрение сразу же, стоило ему зародиться. Умалчивать детали не имело смысла. Как бы не было неприятно слышать о мастере, как об «отступнике», хотя то и было отчасти правдой, следовало сдерживаться. Оби-Ван отпустил эмоции в Силу. — Да, я сохранил с ним связь. И сегодня он нам помог справиться с гипердрайвом, — магистры переглянулись и, казалось, расслабились. «Значит их волнует в первую очередь сам Квай-Гон,а не мое безрассудство», — заключил Оби-Ван. — Уважаемые магистры, смею вас заверить, мастер Джин вменяем и пребывает в Свете. Но на этой неделе он сражался с темным. — Это сражение так влияло на Джина, что ты почувствовал? — Мастер, они сражались ментально. Конечно, я почувствовал. И, как потом пояснил, мастер Джин, это был шард. — Шарда победил он? Хммм... — протянул Йода, недоверчиво поведя ушами. — Победить шарда дело не из простых, тело наше устает быстрее, чем тот тратит энергию. — Магистр, я не говорил, что он победил. Если вам нужно подтверждение моих слов, обратитесь к кореллианцам, они оказывали Квай-Гону помощь в этой ситуации. — Обратимся мы. И часто ли общаетесь вы? — Только когда очень нужен совет, — это было правдой, чистой правдой, вот только как долго они потом разговаривали — вопрос был другой. — Неужели мастер Сорос не исполняет свои обязанности? — Ну. Насколько мне известно, такие вещи действуют в обе стороны. А мастер Сорос мне не доверял изначально, — юноша развел руками. — Связаться с ним я не могу. — Хм. Абсолютным быть следует служению нашему. Послабления не можем себе позволить мы. — Я помню, магистр. Мне следует медитировать на этот вопрос? — Следует, — кивнул Йода. — Ступай. Когда Оби-Ван покинул зал Совета, Сири ждала его возле дверей. Она выглядела встревоженной. — Оби-Ван? — Позже, — сказал он, поспешно уходя из коридора. Ему требовалось срочно отыскать безопасное место, где он мог бы пообщаться с Квай-Гоном. Ему не верилось, что так просто все закончилось. *** Оставшись одна, Сири почувствовала пустоту и некую вину за происходящее. Оби-Ван опять ушел. Она хотела побыть с ним вместе и оттянуть неизбежный момент, увериться, что ей его компания намного нужнее, чем Орден. Но Ади Галлия была для нее больше, чем просто учитель, а Орден — единственным домом. Ей было хорошо известно, как реагировали на отступников. Сама негодовала, когда Оби-Ван в первый раз покинул их. Уход двух мастеров стал подобен грому среди ясного неба. «Это как? Что же это получается, любой мастер может покинуть Орден, оставив всех?» — спрашивала она себя. Вот только чем больше она слышала разговоров, тем больше вставала на сторону мастера Джина. Квай-Гон не был слаб, он всегда предпочитал доводить миссии до конца, не давая себе поблажки из-за ранений. Он был всегда спокойным. Казалось, что даже мастер Галлия не излучала того мира, который был в мятежном мастере. А теперь ей самой грозило стать отступницей. Или лишиться возможности любить. Она не хотела ни того, ни другого. Когда она ощутила эту полноту бытия на готовом взорваться судне и вдруг поняла, насколько близко Живая Сила подвела ее к правде, служение стало казаться не столь важным. Но значимость миссии Ордена так никуда и не делась. Сири не мыслила себя без этого дела, отказаться от него означало отказаться от себя. Выбор, который она собиралась сделать, должен был поменять все и обязать к очень многому. И раз уж она обещала разобраться в ситуации, следовало уже приступить к намеченному. Сири сцепила зубы, борясь со страхом и отпуская его в Силу. Ей уже приходилось спрашивать ответы у Силы. И если правильно задавать вопросы, то ответом были не размытые видения будущего. На них можно было более-менее положиться. Теперь оставалась только формулировка. Спрашивать про будущее было ненадежно, вопросу следовало быть предельно конкретным и относиться к настоящему. Но в сознании всплывало «Что мне делать?», «Что со мной будет, если...». Сири поморщилась от отвращения к собственной слабости. Она привыкла все делать сама, а тут вдруг блеет, как детеныш банты. «Нет, это все не то, нужна связь с настоящим», — сказала она себе. — «Что делать, решу сама». Вопрос сложился: «Что уже меня ждет, если я покину Орден и если останусь в нем?». Очутившись под раскидистым буком, девушка остановилась, села и попыталась сосредоточиться. Звуки отошли на второй план. Воздух начал сгущаться, цвета и запахи перемешиваться, постепенно сплетаясь в серые вихри, в которых она узнала колоны Храма джедаев. Пустынный коридор заволакивал туман, делая Сири практически слепой. Она шла, коридор все не кончался, и скудность пространства не удивляла. Впереди замаячили две фигуры: одна — гигантская, облаченная в мантию сенатора, и вторая возле нее — крошечная фигура Йоды. Древнего магистрабыло легко узнать по трости и зеленой практически лысой голове. Вот только он был облачен не в привычную мантию, а в плащ-дождевик с металлическим отливом. Какое-то время две фигуры шли рядом. Но вдруг резко рука сенатора попыталась схватить джедая. Йода вывернулся и поднял палку. Сири поспешно спряталась за колонну. Ей почему-то не хотелось, чтоб ее увидели. Она пыталась не дышать, закрывая рот рукой и во все глаза наблюдая, как Йода отражает нападение, стуча по рукам сенатора палкой. Вот только ужас охватывающий Сири никак не вязался с абсурдностью ситуации. И Сири удивлялась, с чего Йода не достает меч. Вдох. Выдох. Она попыталась покинуть коридор и оказалась в каком-то незнакомом помещении, напоминающим лоно огромной пещеры со множеством ответвлений. Предметы стали ярче и четче, хотя по-прежнему были размытыми. Повсюду стояли ящики, какие-то приборы. Незнакомые люди, облаченные в летные комбинезоны, сновали туда сюда. Кто-то забирался в истребители, готовясь к вылету. Сири поспешила найти свой корабль и, уже поднимаясь на него, заметила в углу фигуру мужчины в неполной джедайской робе. Волосы его были скрыты под светлой банданой, а на лице были крупные солнцезащитные очки. Одной рукой он прижимал к себе девчушку с забавными косичками, а другой держал рацию и отдавал приказы. Она прислушалась — над базой раздавалось что-то про отражение атак и защиту периметра. Сири с готовностью нырнула в истребитель, очутившись в саду Храма джедаев. На нее навалились яркие цвета, резкие звуки и запахи реальности. В кармане истошно пищал комм, сигнализируя о входящем сообщении. — Сири, мастера прибыли, — высветилась голограмма Кеноби, стоило ей активировать комлинк. — Они в медицинском крыле. Девушка подорвалась сразу и, только пройдя в медицинское крыло, поняла, что уже поздний вечер, если не ночь. Оби-Вана она заметила расположившимся на скамейке в зале ожидания, который прилегал к больничному крылу. Он сидел, откинув голову на спинку, и то ли спал, то ли медитировал. Она подошла к нему и позвала, юноша отреагировал сразу, открыв глаза и повернувшись к ней. — Что с ними? — Мастер Галлия там, — он потер лицо ладонями, улыбнулся ей и указал на палату. Не теряя ни минуты, девушка направилась в указанном направлении. Она ворвалась в палату, застав то, как дроид латал руку Ади Галлие. Мастер была в сознании и, услышав открывающуюся дверь, подняла взгляд. — Как вы, мастер? — Жить буду, — отозвалась мастер Галлия. Дроид между тем переместился, и Сири заметила, что мастеру прикрепляют протез ладони. Это было невозможно: Ади Галлия — и без руки. Отчего-то стало стыдно перед ней. Сири замерла, почувствовав, что не может сказать ей в лицо свое решение. Не сейчас, когда та ранена и устала, а она сама хочет свободы вместо долга. — Не стоит беспокоиться, ученица. Я быстро вернусь в форму, — Ади Галлия поняла ее замешательство по-своему. — А Сила останется со мной. Но Сири прошибло, будто током. Сила ли говорила с ней? Ведь в видении как раз бездействие оставалось в стенах Ордена. — Как так получилось? — задала она первый возникший вопрос, только бы не молчать. — Долгая история, — нехотя ответила Ади Галлия. — Как прошла миссия? — Хорошо, свидетель здесь. — Ну и отлично. — А ваша? — Сенаторы живы. И Сири. Ты слишком волнуешься, — женщина внимательно на нее посмотрела. — Ты же знаешь, нет смысла волноваться, когда можно что-то поправить и когда поправить уже ничего нельзя. — Я не знаю, как это поправить... Нет. Нет, я не про вашу руку. — Тогда о чем же речь? — Я... Я люблю Оби-Вана Кеноби. Мастер Галлия не выглядела особо удивлённой, казалось, такое положение дел для нее было вполне очевидным. — Когда-то я тоже влюбилась, но кое-что мне помогло понять: это просто инстинкт продолжения рода, — женщина напряглась практически незаметно, но Сири ее слишком хорошо знала. — Что же, тебе уже шестнадцать. Я вполне могу записать тебя на приватные встречи. В твоем возрасте буйство гормонов вполне естественно. — Я привязана к вам, мастер. Это тоже гормоны? — прозвучало слишком резко, резче, нежели падаван хотела сказать. — Импритинг — некоторая его форма. Ты будешь прекрасным джедаем. Не стоит позволять биологии определять свое отношение к долгу. Сири смотрела на мастера и не могла поверить в то, что слышала. Неужели мастер ее не понимает? Или наоборот, понимает слишком хорошо, но не хочет принять. — Нет, мастер. Уже не буду, — ей хватило смелости признать это, и стало несколько легче. — Тогда не трать мое время. Женщина поспешно отвернулась. Девушка сжала кулаки и развернулась к выходу. Несколько секунд она простояла так, непонятно чего ожидая. А потом резко выбежала за дверь. Сейчас она не хотела никого видеть. Даже Оби-Вана, который поднялся, чтобы подойти к ней. Она скрылась в уборной, где ей потребовалось время, чтобы прийти в себя. Оби-Ван все же заглянул к ней, когда она старалась умыть раскрасневшееся лицо от подступающих слез. Он подошел и обнял ее. Его теплые сильные руки, будто химический элемент, вступали в реакцию с ее напряженной оболочкой, и уговаривать себя стало легче. «Сири, чего ты хотела, она джедай, она давно все решила», «Надо отпустить ее», — говорила себе девушка. Так они стояли какое-то время, пока ком у нее в горле окончательно не растаял. Сири отстранилась и кивнула в знак благодарности. — Ну что же, — сказала она, убирая намокшие волосы. — Не будем тратить их время. — Да. Нам надо сдать вещи и получить документы. Найти сейчас кого из Совета вряд ли получится... Но стоило им выйти в коридор, как они наткнулись на гранд-мастера, покидающего Ади Галлию. — Магистр Йода, добрый вечер, — поздоровались практически хором молодые люди. — Хм, добрый, — кивнул старик, облокачиваясь на трость и подмечая спокойный и твердый взгляд Оби-Вана, влажное лицо Сири и их переплетенные вместе пальцы. — Долгим разговор будет, вижу я. Пройдемте. Оби-Ван стрельнул взглядом по направлению палаты мастера Сороса, куда следовала высокая фигура в коричневом плаще, и быстро натянул капюшон на лоб. Сири озадачено глянула на него. Йода лишь хмыкнул. Молодые люди пошли за гранд-мастером в его кабинет. Когда они расселись на пуфы для медитации, старый мастер заговорил: — Уйти решили вы. Решение радикальное это. Попали в сложную ситуацию, и страх завладел вами. Негоже принимать решения под влиянием момента. — Это не влияние момента, мастер. Мы уже довольно давно важны друг для друга, но только сейчас поняли. — И как долго? — Мы, кажется, еще с первых миссий заинтересованы в друг друге. — И последствия привязанности вас не останавливают? — Магистр, анклав зеленых джедаев уже давно разрешил браки, и что-то о падших с их стороны не слышно. — Давно, но недостаточно. История джедаев дольше. Надежен Кодекс, а их инициатива сомнительна. К тому же, закрыты они и территорией ограничены. Потому и защитить своих близких могут. А Республика слишком большая для эффективности политики такой. Одного темного хватить может. — Знаете, мастер, у нас вроде презумпция невиновности. А плясок вокруг привязанностей столько, будто мы обречены или уже пали. Йода поджал губы. — Посему и отпускаем с миром. Хотел бы знать я, как решение принимали вы? Долгое знакомство объясняет многое. Но не встанет ли между вами то, что покинули Орден вы и отреклись от долга. — Нет, — неожиданно заговорила Сири и, отвечая на заинтересованный взгляд мастера, пояснила: — Не нужна я тут. Видение было у меня. — Будущее переменчиво, а видения обманчивы. — Я медитировала на этот вопрос и ответ получила. — Воля Силы? Хмм. А ты, молодой Кеноби? Остался ты, когда твой мастер ушел, а до этого просил нас вернуть тебя в Орден. А теперь уходишь. Только любовь тобой движет? — Магистр, первый раз я считал, что смогу всех спасти. Когда мастер ушел, я думал, что справлюсь и стану рыцарем. Сейчас я сомневаюсь в некоторых аспектах Кодекса и могу вам навредить случайно. Я не подхожу для этой работы. — Ммм, верю тебе, но умалчиваешь ты. Страх в тебе есть. От кого прячешься? би-Ван отвел взгляд, смотря куда-то в сторону. Молчал он с минуту, подбирая слова. — Окружение у мастера Сороса специфическое. — Неужели рыцари джедаи могут вызвать такой страх? — Йода склонил голову, и в его глазах поблескивал интерес. Оби-Вану пришлось отпустить эмоции, чтобы не ответить магистру слишком резко. — Мастер, не рыцари-джедаи, а их страх. Когда рыцари обсуждают, что им жаль, что мистера Джина не отрезали от Силы, и периодически его бывшему падавану задают странные вопросы. А новый учитель им ничего не говорит. При том, что у рыцаря Сороса предыдущие ученики скончались на миссиях. Йода нахмурился, уши его встали практически торчком, будто у собаки, взявшей след. Но, казалось, он не был удивлен. — И кто же говорит столь крамольные речи? — А вы не знаете? — все же резкость промелькнула в голосе юноши. — Может и знаю. Но вопрос, что знаешь ты. — Тот рыцарь, что при нас посещал Сороса. Он пытается быть незаметным, но инициатива исходит от него. Гранд-мастер и падаван смерили друг друга пристальными взглядами. — Коль так, уроком им будет уход ваш, — заметил Йода печально. — Поговорю я с рыцарями. Но вернемся к вам, планы какие у вас, на что жить собираетесь? — Квай-Гон обещал помочь первое время, — Сири удивленно глянула на Оби-Вана. — Что же. Прошу ваши мечи и походные комплекты. Документы вы получите завтра. Молодые люди отдали требуемое и, поклонившись, ушли, оставив гранд-мастера в задумчивости. Когда они дошли до свободной галереи Храма, Оби-Ван остановился и обратился к Сири. — У меня нехорошее предчувствие. Возможно, это просто нервы, но нам не мешало бы найти сегодня транспорт. — Оби-Ван, неужели ты не доверяешь магистру? — Ммм, скорее перестраховываюсь. Напоминает то, как Ксанатоса направили расследовать дело своего отца. Чем это кончилось, ты знаешь. Мы улететь можем и без переоформления документов и запросить их дистанционно. — Но если мы уйдем, то они посчитают, что мы излишне боимся. — Да, есть такое. Но мы будем уже далеко и решать вопросы будем на расстоянии, — говорил Оби-Ван, смотря в направлении комнаты гранд-мастера. — Хотя... Юноша повернулся и решительно направился обратно к магистру. Только возле самой двери поколебался, занеся руку перед звонком. Дверь отворилась. Гранд-мастер сидел все в той же позе, будто медитируя, но повернулся к вошедшему. — Гранд-мастер, можно вас попросить сделать получение документов в Кореллии? — Хм. Можно. — Спасибо, гранд-мастер. Да прибудет с вами Сила. — И с тобой, молодой Кеноби. *** Через два с половиной часа бывшие падаваны были уже в космопорте. Ночью здесь бурлила жизнь даже больше, чем днем: спидеры, кары, свупы, грузовые платформы, которых практически не увидишь днем, а так же множество коммерческих кораблей. Голотабло с информацией о вылетах и посадках непрерывно обновлялось. Мелодичный голос дроида объявлял прибытие особо крупных судов. Молодые люди, очутившись в узловой точке с таким табло, прислушались к Силе и направились в одну из кантин, где и нашли капитана мелкого судна, согласившегося им помочь. Вылет не заставил себя долго ждать. Паспорта с пометкой «джедай» решали много вопросов, в том числе, когда вместо не совсем трезвого капитана за штурвалом оказались падаваны. Капитан же проспался и через восемь часов был недоволен гостям. Но кредиты, которых хватило практически впритык, его вполне успокоили. Но не Сири. Молчаливый вопрос в ее глазах требовал прояснения. — Квай-Гон перед уходом их в мой меч спрятал. Ему как раз аванс выдали, и он на меня минимальный счет открыл. А я заметил только через неделю на тренировке. — Еще тогда он догадывался? — Скорее надеялся, — усмехнулся Оби-Ван, смотря, как капитан пытается договориться с кореллианской таможней. Таможенный дроид заявил, что документы пассажиров на переоформлении, и потребовал сесть в спецотделе космопорта. Когда они спустились с трапа, их встретили дроиды и один кореллианец в зеленом плаще. — Кеноби Оби-Ван и Тачи Сири, Корусант, Храм Джедаев? — Да, — ответили прибывшие. — Пройдемте. Оби-Ван напрягся, но часть дроидов проследовала на борт. — Да не беспокойтесь вы так. Стандартная процедура. Оби-Ван кивнул и последовал за сопровождающим. Вместо общего зала их провели в кабинет, хорошо экранированный от окружающего пространства. Внутри оказалось помещение, поделенное полупрозрачной стеной напополам с окошком посередине и углублением под сканер. Их недавний провожатый оказался по ту сторону и практически исчез в Силе. — Прошу, вещи на сканер. Сканер заурчал, открывая дверцу, куда и поместили свои вещмешки молодые люди. Тот заглотил добычу и заурчал еще пуще. — Цель пребывания в Кореллию? — Встреча с друзьями. — Угу, — таможенник занес сведения и направил руку к сканеру. — Запрещенные к провозу предметы имеются? — Нет. — Оружие? Силовые кристаллы? Голокроны? — молодые люди ответили отрицательно. — Эй, ты чего остановился? — послышалось откуда-то из недр комнаты. — Весь список озвучь. — Зачем, мастер? И так видно, что эта парочка — голые как гизки. — Ничего не знаю. Весь список, пожалуйста. — Ага, и ситхам права зачитать, — пробурчал по всей видимости падаван, закатив глаза. — Горючие жидкости? Наркотики? Споры, луковицы растений, грибов, простейших? Драгоценные и силовые металлы? Вино и другие спиртосодержащие напитки? Сири задумалась. — О, — оживился падаван, спрашивая практически заговорщически.- И что же спиртосодержащего? — Одеколон считается? — Ммм, а я уже понадеялся на настоечку из подвалов Храма... Наличность в особо крупных размерах? Оби-Ван и Сири рассмеялись. Только сейчас они начали ощущать, что Корусант и вся их прошлая жизнь остается где-то там, за многие световые годы отсюда. — Ну, что же, — сканер открыл зев и вернул их вещи. — Опустите ваши старые паспорта. И ознакомьтесь с правилами пребывания форсюзеров. На стене перед въезжающими открылся поддон для документов и загорелись два экрана с идентичными текстами. В них шла речь про порядок использования Силы, декларирование голокронов и прочее в таком духе. Оби-Ван и Сири подписали документ. В окошке появились две синенькие паспортные карточки с символом Республики. — Извините. У вас ножниц не найдется? — уточнила Сири, накручивая на палец все еще не отрезанную косичку. — А, конечно, — быстро сообразил кореллианец причину такой необходимости, и в окошке появился запрошенный предмет. Сири закусила губу и посмотрела на свое тусклое отражение в разделяющем их барьере. Ножницы как-то слишком громко чиркнули, и в руке девушки осталось лишь напоминание о ее теперь уже прошлой жизни. Оби-Ван забрал из ее рук ножницы и тоже заглянул в глаза своему отражению. На него смотрел усталый, растрепанный и отчего-то незнакомый молодой человек. Косичка отделилась как-то незаметно быстро. Несколько секунд он стоял, смотрел на этот пучок волос и не чувствовал веса своего тела. Он повернулся, глянул на Сири и понял, что улыбается. — Приятного пребывания в Кореллии. И да прибудет с вами Сила. Проход справа, — попрощался таможенник, и в сознании Оби-Вана так не отложилось, как он взял документы и вернул ножницы. Выйдя из таможенной зоны, Оби-Ван и Сири замерли от ярких солнечных лучей, свежего запаха выпечки, роя голосов и накатившего неожиданно четкого ощущения Силы. Они переглянулись, улыбаясь друг другу. Впереди их ждал новый мир, к которому еще предстояло приспособиться.