Jedem das Seine (Каждому свое)

       Утро было бы прекрасным, если бы не ноющая боль где-то в области затылка и ужасная сухость во рту. Хрипло кашлянув, Соня подгребла к небольшому холодильнику и выудила оттуда бутылку с кефиром и, с трудом отвинтив крышку, припала к широкому горлышку.        - Чертово похмелье, - фыркнула девушка, отплевываясь, - я даже забыла, что ненавижу кефир. Подруга, которая переносила такие моменты гораздо лучше, сочувствующе хмыкнула из-под одеяла.       - Поднимай задницу, за тобой родители через час заедут. Не думаю, что они будут счастливы, ощутив твой... Аромат, - Соня неопределенно повела ладонью, проходя к шкафу. - Я мыться, а то такое ощущение, будто меня в грязи изваляли. Она прошла в душ, перекинув большое желтое полотенце через плечо и краем уха слушая стенания несчастной подруги, носящейся по комнате в поисках телефона. После прохладной воды, освежившей голову, стало значительно лучше и девушка даже решила прогуляться до близлежащего парка. В комнате уже никого не было, зато на столе красовался большой стакан с лимонадом и яркая записка. Соня подняла стикер и пробежала глазами: "Я знаю, что тебе нужно, цАлую, до завтра! Твоя киса. ;)" Шатенка улыбнулась и покачала головой. Слабостью Лизы были записки. Она всегда носила с собой небольшую пачечку яркой бумаги и при любом удобном случае оставляла послания. В первое время Соню даже пугало такое количество цветной макулатуры, но спустя неделю она уже смирилась. Даже будучи совершенно разными, девушки очень быстро нашли общий язык. Дружить же они начали, когда Лиза за локоть оттаскивала девушку от Рады, которая яро хотела "начистить рожу" самодовольной блондинке. Чуть позже уже подруги познакомились с типичной заучкой Ксюшей, которая только на вид казалась тихоней. Все сомнения разом отпали, стоило той в пьяном угаре забраться на стол, скидывая по пути одежду. Конечно, трезвая Соня уберегла девушку от неминуемой глупости и стащила на пол, натягивая ей серый свитер обратно на тощие плечи. Но они еще долго поминали сей случай, а Медведева всегда краснела как в первый раз и даже не пыталась отбиться. После того случая, благородный Боря, пухлощекий толстячок начал ухаживать за Ксюшей и очень скоро они стали встречаться. Весь университет недоумевал, но "тонкий и толстый", как их за глаза начали называть одногруппники, души не чаяли друг в друге. Соня отвлеклась от мыслей о таких разных друзьях и выглянула в окно. Надоевшее за лето солнце скрылось за темными тучами, а прохладный ветер гонял по асфальту яркие листья и играл с ними, то подбрасывая, то угоняя под ноги редким прохожим. Девушка накинула толстовку на рубашку и неторопливо вышла на улицу. В парке у нее было то самое любимое местечко, о которых любят писать в дешевых дамских романах - старый большой фонтан, вода в котором если и бывала, то только дождевая. Девушка провела ладонью по зеленоватой глади и слегка улыбнулась своим мыслям. Так спокойно...

***

       Рада любила гулять по пустому парку, только иногда весело улыбаясь снующим туда-сюда по пожухлой траве собакам. Девушка прошлась по излюбленной дорожке, вымощенной красным камнем и свернула к фонтану. Широкая улыбка тут же сползла с лица, уступая место привычной хмурой ухмылке. Девушка пнула небольшой гладкий камешек и тот отлетел прямиком к коричневому ботинку неприятельницы. Последняя неспешно подняла глаза от созерцания зеленоватой воды и наткнулась на жесткий взгляд Рады.        - Что, похмелье мучает? - язвительно поинтересовалась та, засовывая руки в задние карманы джинсов.        - А тебе что, не до кого больше докопаться? - как-то устало ответила вопросом Соня, отпинывая камень обратно.        - Я только тебя терпеть не могу, - усмехнулась Рада, распахивая руки будто для объятий. Шатенка хмуро оглянула девушку и... Прошла мимо, слегка толкнув плечом. Одновременно у обеих девушек в голове загнанной птицей забилась только одна мысль. Ненавижу. Рада и сама не понимала причину своей неприязни к этой ботаничке и почему эта мышь с глазами глубокого винного цвета вызывает в ней такое жгучее желание причинить боль. Растоптать. Уничтожить. Где-то в душе все еще теплилось чувство брошенности и застаревшей обиды. Иногда в голове будто что-то щелкало и ей хотелось жалеть Соню, порой даже временами желать с ней дружбы и чтобы она тоже весело глядела на нее, щурила правый глаз и, смеясь, запрокидывала голову, хватаясь за острое колено. Или обхватить ее за плечи и разреветься прямо в неизменно клетчатую ткань рубашки. Правда, чаще всего Раду посещали мысли просто скинуть ту с крыши одной из высоток города и жить себе спокойно. Противоречивые мысли сводили девушку с ума и заглушить эту непонятную боль не помогал ни алкоголь, не сизый дым ментоловых сигарет. Только когда удавалось задеть девушку, а это случалось постоянно, Соня всегда взрывалась из-за ее язвительных комментариев, то тугой клубок где-то в животе расправлялся, принося временное облегчение. Сейчас же такого чувства не было. Рада ошарашенно пялилась на опустевший бортик и рывком развернулась, выхватывая среди окружающей серости яркое синее пятно толстовки. Глядя на удаляющийся силуэт, Рада в отчаянии закричала, захлебываясь слезами:        - Я ненавижу тебя! Я... Я тебя убью! Девушка обернулась и, идя вперед спиной, развела руками, широко улыбаясь.        - Удачи тебе в твоих начинаниях! Хлынувший внезапно дождь разделил девушек холодной серой стеной, оставляя каждую наедине со своим молчаливым одиночеством.