Jedem das Seine (Каждому свое)

      Утро первого декабря встретило Соню замёрзшими лужами и мягким снегом, лезущим в нос. Она встала под ярким фонарем и высунула язык, пытаясь поймать крупные хлопья снега. Девушка сняла капюшон ( шапка так и не высохла после стирки ) и с веселым смехом пыталась пошире раскрыть рот, бегая за особо притягательными снежинками. Рада издалека наблюдала за сим действием и тихо смеялась, пряча холодный нос в складках зеленого шарфа. Было забавно смотреть на Соню, когда она была уверена, что ее никто не увидит. Зазевавшись, она не заметила льда перед ней и с громким визгом шлепнулась на землю, широко взмахнув руками. Рада подошла ближе и, склонившись над девушкой, спросила:        - Так гораздо удобнее ловить снег, не так ли? Соня весело засмеялась, схватила Раду за конец шерстяного шарфа и потянула вниз. Та от неожиданности резко дернулась вперед, заваливаясь прямо на Соню. Шатенка крякнула, едва только Рада нелепо грохнулась на нее.        - Уух, а ты тяжелая, - Соня улыбнулась, когда девушка напротив хитро прищурила глаза.       - Можно подумать, что ты прям пушинка.        - А давай проверим, - весело предложила Соня, прижимая девушку к себе и опрокидывая ее на спину.        - Ну что, пушинка? - с довольным видом Соня откинула волосы, буквально седлая бедра Рады. Та едва заметно покраснела, эмоции катастрофическим вихрем пронеслись в голове и она со злобным смехом толкнула Соню в небольшой сугроб позади.       - Ну держись, мышонок! - Рада зачерпнула снега и понеслась вслед за убегающей Соней. Девушка метко залепила снежком ей в затылок, а потом, с веселым хохотом повалила Соню на снег, шутливо тыча ее лбом в землю. Та возмущенно взбрыкнула, рукавом поднимая небольшое снежное торнадо. Они валялись в снегу, словно разыгравшиеся котята и каждая пыталась оказаться сверху, чтобы потом с явным наслаждением натереть сопернице снегом щеки. Пока что Рада выигрывала и Сонины щеки по цвету теперь напоминали спелую малину. Она устало застонала, поднимая руки и признавая поражение. Рада, с удовлетворением замечая, как Соня тяжело дышит, порывисто подалась вниз, и прижалась своими губами к чужим, оставляя на них крепкий поцелуй. Соня ошарашенно распахнула глаза, натыкаясь на изумрудный взгляд. Рада улыбнулась сквозь поцелуй и отстранилась, напоследок слегка прикусывая мягкую губу. Соня все пять пар ловила ворон и сильно краснела, замечая на себе цепкий взгляд зеленых глаз. Из рук все валилось, вплоть до ставшей слишком тяжелой сумки. Рада каждый раз незаметно улыбалась, пряча тихий смешок в кулаке.       Правда девушка теперь в прямом смысле шарахалась от нее, сшибая то парту, то препода.       - Ох, простите, - торопливо извинялась она, зачем-то прижимая ладони к щекам. Алексей Валентинович, молодой практикант, одергивал черный жилет и по-доброму улыбался, заверяя девушку, что все в порядке. И Раде совсем не понравилось, каким взглядом он обвел ее, когда та развернулась к выходу из почти пустой аудитории. И если Раде что-то не нравится, то действует она радикально.       - Эй, детка, - свистнула она, по-хозяйски хлопая Соню ладонью по заднице. Та испуганно взвизгнула, а Рада довольно обернулась через плечо и заметила, как густо покраснел практикант, торопливо отворачиваясь.       - Ты что делаешь, - зашипела Соня, отскакивая от девушки. Та невинно сложила руки на груди и склонила голову, глядя на побледневшую шатенку.       - Н-не делай так больше, - проблеяла она, зарываясь в воротник коричневого свитера. Рада ухмыльнулась, и ушла прочь, мимоходом заверив:       - Это ничего не значит. Ты мне не интересна.        - И именно поэтому ты сама утром полезла ко мне целоваться? - надрывно закричала Соня ей вслед, совсем забыв о том, что кто-то может услышать. Рада развернулась и, идя спиной вперед, пожала плечами.       - Сама не знаю, что это было. Но я тебя заверяю, такое чучело, как ты, понравится только совсем отшибленному. Я не из таких. А потом ушла, чувствуя, как на губах играет улыбка, а сердце почему-то бьется так сильно, будто девушка только что пробежала марафон. Соня все так же стояла, невидящим взглядом провожая Раду. Девушка вздрогнула, когда на плечо легла теплая ладонь.        - Все хорошо? - Алексей Валентинович снова по-доброму улыбался, тряхнув светло-рыжей шевелюрой.       - Все хорошо, - просипела она, чувствуя как горячие слезы то и дело срываются с дрожащего подбородка на вязаный свитер. Противное чувство ненужности снова просыпается, трясет своей здоровенной башкой, забирается под кофту и лижет будто бы оголенные кости. Чувствуя, как слабость в ногах превращается в крупную дрожь, девушка встряхивает волосами и ладонью опирается о стену. Практикант обеспокоенно подошел ближе и снова спросил, теперь уже держа наготове телефон. Соня через силу кивнула, выдавила слабое "да" и побрела в противоположную от Рады сторону на еле держащих ее ногах. Свежий воздух ожидаемо подкинул охапку колючего снега в лицо.

***

Музыка не помогала. И книги тоже. Девушка прижалась лбом к холодному стеклу и выдохнула сквозь зубы. Вместо снега теперь на улице лежала жидкая кашица, похожая на противный кисель. Прохожие загораживались от ветра, поднимали воротник пальто и торопливо бежали, перепрыгивая через лужи. Стемнело быстро. Теперь в окне Соня видела только свое отражение. Девушка хлопнула себя по щеке и спрыгнула с подоконника, доставая самую отвратительную книгу. Сии нудные абзацы читать было сложно даже Соне. Но девушка, вооружившись тетрадью и ручкой, решительно открыла книгу и выписала тему конспекта, старательно прогоняя из головы образ склонившейся над ней Рады. А Рада снова с мрачным видом сидела за барной стойкой. В насквозь пропахшем табаком помещении было не протолкнуться, то и дело кто-то толкал девушку локтем, на что она возмущенно шипела сквозь зубы.        - Эй, пупсик, - протиснулся сквозь толпу брюнет с сальными волосами, который то и дело одергивал пестрый платок на шее. Рада хмуро окинула его взглядом и неосознанно отодвинулась, стискивая пальцы на прохладном стакане с виски.       - Я уже сказала, отвали. Бросив купюру на стойку, она спрыгнула с высокого стула и, пару раз толкнув столпившихся алкашей, выбралась на улицу.       - Да Славка, подожди, - следом выпорхнул парень, споткнувшись о высокий порожек.       - Не называй меня так, - рявкнула девушка через плечо, ускоряя шаг. Остановившись у дороги, Рада вытянула из кармана пачку сигарет и торопливо прикурила, обжигая пламенем зажигалки дрожащие пальцы.       - Да я же к тебе со всей душой! - Брюнет театрально раскинул руками, демонстрируя широкую "дружелюбную" улыбку. Девушка глубоко затянулась и выдохнула дым через нос, чувствуя, как вместе с горячим воздухом ее покидает и какой-то иррациональный страх. Светофор загорелся зеленым, отсчитывая двадцать секунд для пешеходов. Рада выскочила на переход, не смотря по сторонам. Молча за ней последовал и тот "барный" парень.        - Да может послушаешь?       - Серый, нам не о чем разговаривать, - девушка выдернула рукав у того из кулака и злобно сощурила глаза. Тот, однако, не испугался, только умоляюще посмотрел на нее своими маслянистыми глазками и порылся в кармане.       - Я тебе же совсем дешево. Как однокласснице, подруге в конце концов.       - Пошел вон, - ухватив парня за воротник, Рада толкнула того назад и развернулась, чтобы уйти.       - Ну, Слава! - Серый снова зарылся в карман, одновременно пытаясь догнать девушку, - Возьми, - он протянул ей помятую бумажку с номером телефона, - это мой, позвони, если нужно будет.       - Мне это не понадобится.       - Тогда просто возьми номер! - парень сунул листочек Раде в карман и вымученно улыбнулся, - совсем уже денег нет, приходится в наглую торговать.       - Работать бы лучше пошел, диллер хренов. Всунув Раде номер, парень успокоился и отстал, крикнув вслед, что ждет звонка и всегда на связи. Сначала девушка смяла записку в руках и уже было хотела выбросить ее в урну у остановки, но замерла и, немного подумав, закинула в карман. Она ничего не потеряет, сохранив номер. У общежития Рада остановилась и посмотрела вверх. На втором этаже привычно горел тусклый свет настольной лампы. Пару раз промелькнула Сонина тень, потом занавески открылись и едва только стоило Раде нарочито приветливо шевельнуть пальцами, сразу задернулись. Блондинка усмехнулась и, бросив окурок на мокрый асфальт, затушила его ботинком. Отчего-то сердце болезненно заколотилось, стоило увидеть за стеклом обычно спокойное лицо. От утреннего снега не осталось и следа и Рада брезгливо оглядела грязные лужи вокруг здания. Уже в комнате девушка снова закурила, пуская в форточку мутный дым.

***

       - Я не сухарь, - громко завопила Соня, резко открывая глаза. Она еще не отучилась выдавать странные фразы, просыпаясь от громкого звонка мобильного. На экране высветился номер Стаса. Девушка удивленно сморгнула и тут же шлепнула себя по лбу, поднимая трубку.        - Стас, прости, пожалуйста. Совсем забыла, что мы встретиться хотели.       - Да ничего страшного, мне Леха сказал, что тебе не очень было сегодня. - засмеялся друг. Соня почесала затылок и посмотрела на часы. 02:07, с чего это он так поздно звонит?       - А ты чего так поздно? - озвучила свой вопрос она, откидываясь на подушку. На другом конце провода скомканно выматерились.        - Я совсем замотался, даже на время не посмотрел, извини. Соня заверила парня, что все в порядке, накинула на себя мягкий плед и поудобнее устроилась.       - Ну-с, ваш персональный психолог Соня Батьковна слушает. Где вы опять накосячили, друг мой достопочтенный? Стас снова тихо рассмеялся, а потом посерьезнел и выдал:       - Друга засосал. Секунд пять Соня тянула "ээ...", но потом все таки прокашлялась и переспросила:        - Что-что ты сделал?..        - Да хер знает, что произошло, мы пиво пили, а потом что-то переклинило и... Ну это... Только никому не говори, просто я должен был кому-то сказать, ну а кому, как не тебе...       - Так стоп, что ты имеешь ввиду? Стас смущенно прочистил горло.       - Ну знаешь... Леха - это наш практикант... Соня осознала. Закрыла глаза. Нервно засмеялась.        - Не, Стас, это совсем не то.       - О, да. Она просто так тебя тискает, а потом испепеляет ревнивым взглядом.       - Не мели чепухи, - буркнула Соня, чувствуя, как сердце предательски вздрогнуло. Она тяжело выдохнула и потерла переносицу.       - Так что за друг? Я его знаю? Парень помолчал, а потом хрипло выдавил:       - Леха.       - Оу...       - Сонь...       - Что?       - Можешь мимо охранника пробежать? Очень хочу поговорить, но скоро сосед вернется... Я тебе взамен свою банку кофе отдам. Девушка рассмеялась и ответила, что через пять минут будет у выхода. Не переодеваясь, Соня накинула на плечи куртку, натянула ботинки и выбралась из комнаты, воровато оглядевшись по сторонам. Пройти мимо храпящего охранника трудностей не составило и вскоре Соня уже стояла на крыльце, вглядываясь в темноту.        - Соник! - Парень подскочил сзади и поднял девушку на руки, кружа. Она взвизгнула и ухватилась за его плечи, заливисто хохоча. Послышался стук закрывающейся двери. Окинув Стаса хмурым взглядом, а Соню - злым, Рада спрыгнула со ступенек на мокрый асфальт и побрела прямо по лужам, на ходу доставая пачку сигарет. Стас виновато улыбнулся и спустил озадаченную подругу на землю.       - А, не обращай внимания, - специально повышая голос, сказала Соня, - она всегда такая невыносимая. Рада неслышно хмыкнула и пошла прочь, даже не оглянувшись. До пяти утра ребята разговаривали на скамейке у общежития. Рада прошла мимо, сделав вид, что их не заметила и скрылась за дверью здания. Стас на прощание обнял подругу и побежал признаваться, как предложила девушка. Соня покачала головой и рассмеялась, глядя как парень ловко перепрыгивает через лужи и поднялась со скамейки, потирая уставшие глаза. Охранник все так же сладко храпел, во сне дрыгая ногой. Девушка улыбнулась и по доброте душевной положила рядом с его головой барбариску. Внезапно он особенно громко всхрапнул и Соня, перепрыгивая через две ступеньки, понеслась на свой этаж. Цапанув однокурсницу за капюшон, Рада разворачивает ее к себе и толкает, с силой приложив девушку затылком о шершавую стену университетского общежития. С удовлетворением замечает болезненную гримасу на милом личике и хватает пальцами за щеки, сильно нажимая на челюсти. С садистским удовольствием надавливает между рядами зубов и кусает девушку за подбородок, от чего та весьма забавно взвизгивает, пытаясь вырваться. Свет уже выключен и только тусклый диск луны освещает часть коридора, нагнетая обстановку.       - Нравится, а? - сквозь зубы шипит Рада, - нравится, Вииви?       - Отпусти, - тихо просит шатенка, хватая ртом воздух. Рада хрипло смеется и шепчет:       - Я ненавижу тебя. Я так тебя ненавижу, знала бы ты только - и расцепляет пальцы, делая шаг назад. Шатенка рвано выдыхает и, откинув длинную челку с лица, мрачно улыбается.       - Будь уверена, наши чувства взаимны. Не помня себя от застилающей глаза ненависти, Рада снова хватает Соню за рукав и толкает ее к стене, запуская холодные пальцы под пижаму. Девушка вскрикивает и пытается вырваться, но Рада слишком сильно давит на плечо, а потом скользким языком проводит по щеке и затравленно смеется, видя, как Соня зажмуривается и перестает дышать.       - Ну чего ты меня боишься? - почти ласково спрашивает Рада, потеревшись носом о мягкую клетчатую ткань, а потом резко срывает с дрожащих Сониных плеч мешающую куртку. Та забилась в крепкой хватке, и уже было хотела закричать, как ее губы накрыли чужие. Соня замерла, чувствуя, как по ее щеке скатывается чужая слеза. Девушка распахнула глаза, натыкаясь на больные глаза и робко, еле заметно подалась вперед. Теперь уже Рада удивленно охнула и на секунду отстранилась, чтобы тут же снова припасть к покрасневшим губам. Соня протянула руку вперед и аккуратно пригладила взъерошенные светлые пряди, пока Рада в свою очередь крепко ухватилась за теплую ладонь. Рада кусалась и тут же торопилась зацеловать саднящие губы. Рада удивительно сильно сжимала чужие пальцы. Рада не могла любить, при этом не питая сильнейшей ненависти. Она отпустила ладонь и снова отстранилась, притягивая к себе Соню. Сердца стучали не в такт, стучали вразнобой, стремясь соединиться в пресловутом и таком идиотском чувстве. Соня не помнила, как они ввалились в комнату. Зато она помнит, как сильные руки подхватывают ее под поясницей и роняют на жалобно скрипнувшую кровать. Она не помнит, где потеряла свою футболку, зато знает, что поцелуй Рады находится точно над восьмым ребром. Она не видит цвета ее глаз, но уверена, что сейчас они изумрудные. Рада тяжело дышит, наваливаясь сверху, она видит, как лунный свет ложится на темные кудри и ей до боли хочется расцеловать эти непослушные волосы, эти непослушные руки, эти непослушные губы... Соня стыдливо прячет глаза, когда Рада развязывает шнурок пижамных штанов и так же стыдливо краснеет, когда девушка проводит прохладной ладонью по нежной коже бедра. Рада аккуратно гладит руками впалый живот, дотрагивается пальцами до острых ключиц и целует в ложбинку шеи. А Соня задыхается и кусает губы.       - Ты красивая, - хрипло шепчет Рада, когда девушка пытается закрыться от прикосновений. Она целует вздымающуюся от тяжелых вздохов грудь и легким движением расстегивает крючки бюстгальтера под протестующий возглас Сони.       - Все хорошо, - так же тихо шепчет Рада, освобождая ее от ненужной сейчас одежды. И Соня почему-то не чувствует себя неловко, когда Рада носом утыкается в мягкую кожу под пупком и двигается ниже, усеивая живот цепочкой невидимых поцелуев. И, не сдержавшись, тихо стонет, чувствуя на себе горячее дыхание. Рада хотела ее. Хотела во всех известных и неизвестных смыслах, до боли, до потемнения в глазах, до дрожи в коленях. Соня знает, что без доверия ничто не может существовать. И она доверяет Раде и почти не вскрикивает, когда та немного грубо входит в нее сразу двумя пальцами. И целует в лоб, успокаивая и давая привыкнуть. Соня всхлипывает, когда Рада начинает двигать рукой, но теперь уже более аккуратно, стараясь не причинять лишней боли, она большим пальцем свободной руки стирает солёные слезы, которые влажными дорожками расчерчивали порозовевшие щеки. Когда Рада целенаправленно мазнула по особо чувствительной точке, Соня крупно вздрогнула и притянула ее ближе, оставляя поцелуй на приоткрытых губах. Она в очередной раз несдержанно застонала, но теперь уже не от боли, а от нахлынувшего жара, который внезапно охватил все внутренние органы, сворачивая их в плотный ком. Рада ускорилась, отвлекая Соню влажным прикосновением своих губ к подбородку и обняла ее за дрожащие плечи, едва девушка свела колени, прогибаясь в спине. - Я на самом деле тебя ненавижу, - прошептала она, лицом зарываясь в жесткие волосы. Соня сипло выдохнула, сцепляя руки на пояснице Рады: - Я тебя тоже... Напоследок крепко прижавшись своими губами к Сониным, Рада пулей выскочила из комнаты, не давая увидеть слезы, застилавшие глаза. Соня не стала останавливать ее, она села на кровати и перевела дыхание, глядя на часы. Скоро в университет. Девушка дождалась шести, потом порылась в шкафу в поисках полотенца и унеслась в душ. Посмотрев на себя в зеркало, Соня увидела на шее яркий след, торопливо прикрыла его ладонью и залилась краской, глазами ища вязаный шарф. На парах Рады не было, Соня взволнованно вглядывалась в толпу студентов, силясь отыскать знакомую высокую фигуру. Стас подозрительно смерил взглядом слишком теплый шарф и спросил:       - Сонь... Тепло же, ты чего так укуталась? Девушка испуганно шарахнулась от друга, едва тот протянул руку к ее шее.        - Аа, ясно, - довольно заключил он, пряча руки в карманы.       - Отвали, слушай, - грубо оборвала его девушка, пряча подбородок в теплой петле. Тот пожал плечами, но улыбаться не перестал, зато теперь отвлекся на машущего ему Лёшу. А Соне было как-то неспокойно... Слишком неспокойно.