My fairytale

      Вону кажется, что он сейчас сдохнет, как гнилое животное. Он бы предпочёл отправиться на тот свет поскорее, потому что это слишком невыносимо. Вону смотрит на свою левую руку и никак не может сообразить, что ему делать, потому что боли совсем нет, но кожа продолжает расползаться. Рука буквально расстегивается как замки на вещах, и это чертовски пугает.       Вону обнаруживает на земле иголку и без промедления начинает сшивать кожу, но чем упорнее он это делает, тем сильнее она расползается. Чон видит мясо и даже немного кости, но боли всё ещё не чувствует. Он ощущает, как по щекам стекают слёзы, и слышит, как щенок резво прыгает вокруг него, громко лая.

***

      Вону просыпается на своей постели и облегчённо выдыхает. Этот сон, конечно, страшный, но гораздо лучше тех, что ему снились раньше. Рука, к счастью, в порядке. За окном, правда, лает собака. Сегодня пятница, а это значит, что завтра выходной, и Вону впервые грустно от этого. Не то чтобы он любил учёбу, но там, по крайне мере, хотя бы есть Мингю, а это больше, чем много. Вону вспоминает, что давно не общался с друзьями, и ему чертовски стыдно, потому что, честно говоря, это он от них отдалился. Нужно исправлять ситуацию.       Вону садится за стол к ребятам, и Мингю непонимающе смотрит на него, а затем улыбается. Улыбка его совсем не похожа на радостную, даже совсем наоборот, но сегодня день друзей. Вону так решил. Тем не менее, пока друзья о чём-то говорили и спрашивали, Чон никак не мог перестать смотреть на их с Мингю стол, где младший лениво копался в еде, уныло сгорбившись.

      «Иди к нему», говорит Джису, пихая Вону в бок, и Чон хмурит брови.       «Что?»       «Иди к нему. Он ждёт тебя. Серьёзно, Вону, ты не можешь быть ещё более жалким. Мы не обижены, правда», поясняет Джису для особо невнимательного друга. «Или ты можешь позвать его сюда», говорит Сынчоль, а потом чешет затылок, потому что, по правде говоря, идея так себе. Но Вону цепляется за эту идею, будто она ему жизнь спасает, и зовет Мингю присоединиться, но младший отказывается.       «Вали отсюда, я сказал. Бесит твоя несчастная рожа, из-за тебя всё в горле застревает», снова говорит Джису, и Вону замечает, как его ладони начинают покрываться корочкой льда. «Остынь, чувак», говорит Сынчоль, и Джису злобно зыркает, потому что, блять, серьезно? Ты говоришь остыть человеку, который прямо сейчас как одна сплошная глыба льда.

      Вону улыбается и говорит : «Все в порядке, хён. Я переживу». Джису очень в этом сомневается, но злиться перестаёт. Сокмин кладёт руку на его ладонь, и контраст их температур создает тихое шипение. Джису моментально успокаивается, и Сокмин целует его ладони, мягко прикрыв глаза. Сынчоль хочет что-то сказать, но Джонхан щипает его за колено, прикрывая рот свободной рукой. Вону в тысячный раз «не завидует» Сокмину и Джису.

      Мингю игнорирует Вону. По крайней мере, старшему кажется, что всё именно так, потому что Ким не бросает взглядов на перемене и вообще ничего не говорит, когда они случайно сталкиваются в туалете. Вону бьёт его дверью прямо по лицу, но Мингю только потирает лоб и уходит, оставляя старшего одного.       На самом же деле Мингю ревнует, даже если сам себе никогда в этом не признается. У него руки чешутся, и глаза горят. Где-то под кожей зудит это противное чувство, которое никуда деть не выходит. Ему хочется размозжить Джису череп, и у него уже был шанс сделать это, если бы не Вону. Но теперь всё не так. Много времени прошло, и всё изменилось. Мир изменился. Мингю изменился. Он больше не может так себя вести. Не может поступать с людьми так, даже если они того заслуживают. Джису не заслуживает сейчас, не заслуживал и тогда, и Мингю прекрасно это понимает.       Вону чувствует себя стрёмно, и это даже весьма мягкое слово, чтобы описать все его ощущения. Вону чувствует себя дохрена истеричкой, потому что ему хочется плакать. Вместо этого парень стоит в коридоре, оперевшись головой о стену и едва не начинает визжать, когда сзади его обнимает Мингю. «Я идиот», шепчет младший на ухо, и Вону улыбается, прежде чем повернуться и заключить этого большого щеночка в объятия. «Можно я провожу тебя?», спрашивает Мингю, и Вону, конечно, соглашается.