Сводники

Драко так и сидел под рождественской елью, сжимая в руках свой подарок, с грустью смотря в спину уходящего гриффиндорца. Он знал, что Гарри прав, и прав во всем. На глаза попала принесенная Поттером бутылка огневиски, открыв ее, Малфой пил прямо из горлышка — янтарная жидкость обжигала горло до слез, хотя, может, они появились раньше, блондин уже не помнил. Драко тряхнул головой, прогоняя видение об изумрудных глазах, с его волос слетели опавшие лепестки омелы, они были свидетелями их последнего поцелуя. Малфой бережно собрал каждый лепесток и сжал их в кулаке в надежде получить от них кусочек тепла. Ведь это он все испортил, и только он. "Гарри делал для меня все, ничего не прося взамен. Все, что он хотел, — это немного нежности, ласки, любви. А я не мог ему этого дать. Или мог?.." Сейчас Драко нужен был совет, совет от верных друзей. Конечно, они его сначала проклянут за то, что он столько времени скрывал от них правду, но потом точно помогут. * * * Все еще сжимая в руках несчастную омелу, Драко вернулся в гостиную Слизерина. — Дракон, где ты был? Мы с ребятами так хорошо повеселились. — Раскрасневшаяся Гринграсс сидела на коленях у Нотта, а Забини прижимал к себе Пупса. Так, стоп, Пупс в гостиной Слизерина? — Блейз, — Драко обвел голубков взглядом, — а это разве разрешено? Пупс заерзал в объятиях Забини. — Да мы забежали лишь на минутку. — Забини поднялся с кресла и потащил Долгопупса за собой. — У меня тут бутылочка была припрятана, а Нев обещал мне показать одно интересное местечко. Так что ночевать меня сегодня не ждите. Блейз в обнимку с Невилом ушли, а Драко медленно опустился в то самое кресло, в котором они сидели. Как бы он хотел вот так сидеть здесь с Гарри и обнимать его при всех, не боясь оскорблений и косых взглядов. — Драко, что с тобой? — Дафна притихла, глядя на друга детства, он абсолютно разбит и держится лишь на одном своем упрямстве. — Только не говори, что ты снова поругался с Поттером. У вас же вроде перемирие. — О, Даф, ты себе даже не представляешь, как ты права. И он рассказал обо всем. От первого поцелуя в темном коридоре до последнего под омелой, чьи лепестки он до сих пор сжимал в крепко сжатом кулаке. К концу рассказа Дафна сидела с открытым ртом, а Тео моргал, не переставая. — Ну вот, как-то так. — Драко выдавил из себя улыбку и еще сильнее сжал кулаки. — Значит, Поттер и вправду святой, раз смог вытерпеть тебя рядом с собой целых полтора года. Мерлин, я себе даже представить не могла вас в месте, вот же конспираторы хреновы! Полтора года, полтора года вы водили всех за нос, а ваша война была лишь прикрытием. — Да. — И все эти стычки, нападки, оскорбления его друзей, которые реально готовы умереть за него... И он все это терпел ради того, чтобы быть с тобой? — Да. — Ты не Дракон, ты скотина, я бы тебя через неделю прибила. Слушай, раз вы того, расстались, мне самой за Поттера замуж выйти что ли? Таких, как он, сейчас днем с огнем не сыщешь. Тео, — Дафна посмотрела на своего парня, — ты, конечно, прости, но до святоши Поттера тебе как до Мерлина. — Даф, то, что Гарри святой, а я унылое говно, и так всем понятно, лучше скажи, что мне делать дальше, — удрученно спросил Драко. — Для начала объясни из-за чего вы поругались, и чего ты сам хочешь. — В начале года мы договорились, что проведем рождество и все каникулы вместе, вы все бы разъехались по домам, и нам не пришлось бы снова шататься по ночам. Но вот сегодня утром я получил письмо из дома, в котором отец велел мне прибыть в Мэнор и остаться там на все каникулы. А я... я не могу ему отказать. Гарри сказал, что не хочет снова оставаться один. Что он устал от насмешек судьбы, которая сначала дает то, что он желает, а потом снова у него все отбирает... — Драко погрузился в свои мысли, повторяя слова Гарри. — Значит, нервишки у святого Поттера все же не железные, не выдержал парень такого облома. А сам-то ты чего хочешь, несчастный? — Сейчас я хочу сгрести его в охапку, аппаррировать на самый дальний и необитаемый остров и зацеловать его там до смерти. — Так что же тебе мешает? — Я не могу. Отец, — сказал он, будто одно слово могло всё объяснить. Хотя, так и есть. — Драко, не в обиду тебе или Люцу, но твой papa еще тот ходок. Да он Циссе верности и дня не хранил. Мужчины, женщины, да и твой драгоценный крестный неспроста оказался в рядах ПСов. Да и еще во внутреннем круге! — заявила Дафна. — Даф, не надо. — А что не надо? Драко мы не дети, и можем называть вещи своими именами. — Даф, я последний и единственный наследник своего рода, я просто не могу связать свою жизнь с Гарри. — Да что ты говоришь? Это ты меня сейчас пытаешься убедить или самого себя. Вы с Поттером оба сильные волшебники, неужели не сможете состряпать одного наследника? — Даф! — возмущенно одернул Драко девушку. — Да, знаю, мужская беременность крайне редка, и на нее глупо надеяться. Но ведь триады еще тоже никто не отменял. Найдите себе нищую чистокровку нижней ветви богом забытого рода, да она Мерлину молиться на вас будет. Гарри Поттер, герой магической Британии, и Драко Малфой, наследник Малфоев, да девчонки страны будут убиваться по вам. С каждым словом подруги жизнь возвращалась в глаза Драко. — Дракон, пойми, выход есть всегда. Все, что Люцу от тебя надо - это чистокровный наследник, и все. А, как я уже сказала, выбора у тебя есть даже два. — Как у тебя все просто! Чтобы все это было, для начала я должен его вернуть. — Поступи как гриффиндорец, сделай так, чтобы у него не было другого выбора... — Ты права. Завтра. А сейчас все спать, - закончил Драко. * * * Утро началось для Гарри с окружающей суматохи, все бегали, собирались, сегодня они уезжали домой праздновать Рождество, только он оставался совсем один. — Гарри, а ты как, останешься здесь или на Гриммо поедешь? — Рон пытался запихнуть в свою сумку последнюю пару одежды. — Останусь здесь. На Гриммо одиноко и мрачно. И лишь Кикимир блуждает по темным коридорам... — с улыбкой сказал Гарри. — Да уж, не самая подходящая компания для встречи Рождества. Может, тогда к нам? Места в Норе для всех хватит, да Фред с Джорджем будут рады тебя видеть. — Не, спасибо, я не хочу вам мешать. Это ведь последнее Рождество в Хоге, а он стал мне домом, а вы моей семьей. Пусть я и буду один, но я буду дома. — Но если передумаешь, наш камин для тебя всегда открыт. — Спасибо, я знаю, друг. А сейчас лучше пошли, Мио нас уже, наверно, заждалась и снова начнет причитать, что мы медленные, как черепахи. * * * Большой зал был заполнен учениками и рождественской атмосферой. Друзья прощались, обменивались подарками, давали обещания что обязательно будут писать. От вида чужого веселья и счастья у Гарри пропал аппетит. Много ли он хотел от судьбы, он хотел лишь его, и чтобы они были вместе, что бы он мог сидеть с ним... — Гарри, Гарри! — Рон толкнул в плечо задумавшегося героя. — А, что? — Ты только посмотри, Хорь еще здесь, я-то думал, что он в своем пафосном Мэноре, — с неприязненно произнес Рон, поглядывая на Малфоя. — Я тоже так думал... — Гарри не мог отвести взгляд от Драко. Что он здесь делает, и почему в руках держит ту самую коробку, что хотел отдать вчера в Выручай-Комнате? Подарок, подарок для него. Надежда затрепетала где-то внутри, у сердца, замершего на мгновение, окутала теплом, нежной волной растёкшимся по телу. Драко поймал его взгляд и улыбнулся, при этом медленно приближался к столу гриффиндора. — Потти-и. — Мерлин, от одного звука его голоса по спине Гарри побежали мурашки. — Ты вчера забыл свой подарок. Гарри медленно встает со своего места, а ноги предательски дрожат. — Но это не главное, Гарри, — уже тихо и спокойно говорит Драко. — Ты забыл это... Малфой ставит коробку на стол, а сам еще ближе подходит к Гарри, обвивает шею руками и нежно целует. Целует при всех, при всем Хогварте, перед друзьями и врагами, ему больше нечего скрывать, он не хочет потерять то, что дала им судьба, и он не позволит ей это у них отнять. Ошарашенный этим поступком Поттер не понимает, что делает - он отвечает на поцелуй, прижимая слизеринца к себе еще сильнее, словно он видение, которое может пропасть в любую секунду. Драко проводит рукой по его волосам и немного отстраняется лишь для того, чтобы взглянуть в изумрудные глаза и сказать то, что должен был сказать еще вчера. — Поттер, ты гриффиндорец на всю голову, но именно поэтому я тебя и люблю. По Большому залу разносятся аплодисменты, свист, выкрики с пожеланиями счастья. Но это больше не волнует героя, он тонет в переливающихся серебром глазах. — Гарри, а ты ведь и вправду вор. —От такого заявления Поттер опешил. — Одной из ночей, что мы провели там в Выручай-Комнате вдали от всех, и под покровом ночи ты украл не только мой поцелуй, но и мое сердце. Дальше Гарри слушать просто не мог или не хотел, да это было уже и неважно. Он увлек слизеринца в еще один поцелуй. * В это время за преподавательским столом... — Ну так что, дамы и господа, я желаю получить свой выигрыш. — Флитвик сиял как новенький галеон. — Каждый год, вот уже семь лет подряд, я делал ставки на любовь и оказался абсолютно прав. — Филиус, как вам не стыдно. — МакГонагалл поправила съехавшую шляпу. — Ну что вы, Минерва, чего тут стыдиться? Это было честное пари, я делал ставки на любовь, а вы вот не верили в наших мальчиков и ставили на ненависть. И я не забыл про те сто галеонов, что ты ставила в этом году первого сентября. Так когда я получу свой выигрыш?