Наследник Талоса

Гнездо. Крохотная крепость на Ветреном Пике, способная вместить столь же крохотный гарнизон в двадцать человек. Это больше походило на небольшой каменный дом, обнесенный стеной, нежели на укрепление, но из-за местоположения и при должной подготовке, Гнездо становилось неприступным сооружением, которое не в силах была бы взять ни одна армия мира. Асгейр обнаружил его случайно, заблудившись в ночной вьюге по дороге из святилища Ветреного Пика. Тогда он как раз находился в поисках некой базы для своей будущей гильдии, и будто сам Талос привёл его в это заброшенное место. Насколько оно было старым, и кто был строителями этого загадочного миниатюрного «замка», Довакин так и не сумел узнать. Никаких упоминаний в летописях или книгах не было, как старательно он или его последователи не искали. Единственное, что более-менее подходило под описания Гнезда — упоминание «заставы» на скрижали в одном драконьем храме. Местоположение почти совпадало с местом, где находился нынешний секретный штаб Клыков, используемый только для сбора капитанов гильдии. И именно здесь драконорожденный назначил им встречу неделю назад. Сейчас, когда проблема с драконами и способом увеличить свои силы была решена, он намеревался посвятить этих людей в свой план, и скоординировать первый удар, что будет нанесён его кулаком завоевания. Вьюга, как и в ту далёкую ночь застилала горизонт, давая взгляду Асгейра лишь мелкие детали, но огни Гнезда вели его в правильном направлении. «Уже который раз я благословляю Гильдию Магов за этот плащ. Страшно представить холод, который зачарованная ткань не позволяет мне ощутить» — пронеслось у Довакина при виде часового на стене, полностью замотанного в шкуры животных. Часовой, заметив фигуру в чёрных доспехах быстро сбежал по стене, и когда драконорожденный подошёл к воротам Гнезда, они уже были открыты. Фигура, больше напоминающая порождение безумного мага, скрещивающего виды животных, еле слышно поприветствовала его. -Милорд, мы рады видеть вас. Остальные уже ждут вашего прибытия. «Опоздал. Ну ничего, у меня веские причины» — подумал Асгейр, но в ответ лишь кивнул, проходя под аркой. Двор Гнезда был маленьким и пустым. Почти всё было завалено снегом, и никем не расчищалось за ненадобностью. Весна брала своё по всему Скайриму, но в этих горах царила вечная мерзлота и зима во всей красе. Поэтому Довакин не задерживаясь направился в чертог. Подойдя к двери он услышал громкие возгласы и шум веселья. Похоже, капитаны не дождавшись его в срок решили скрасить ожидания запасами медовухи замка. Мечник улыбнулся, вспоминая редкие встречи с его согильдийцами. Все они были достойными, сильными и хорошими людьми. Иные не смогли бы добиться столь высокого ранга в его гвардии. Дверь скрипнула, отворяясь во внутрь и обдавая драконорожденного горячим воздухом очага и запахом хмеля. — А я вам говорю, это будет что-то глобальное! Не зря же лидер нас всех здесь собрал. Хотя я и не прочь выпить с вами, друзья! Вздрогнем! — гулкий бас норда по имени Гулмор сотряс стены горного укрепления, поднимая очередной тост. Как бы тихо Асгейр не старался идти, столь опытные воины сразу его заметили и прервали празднование. -Лидер! -Довакин. Это честь. -Лидер. — Глава! Приветствия посыпались ото всюду. Судя по количеству бутылок на полу, капитаны не тратили время зря и сейчас находились в пути к полному алкогольному опьянению. Разговаривать с ними на столь важную тему в таком состоянии было невозможно. Асгейр коротко поклонился в ответ на приветствия и решил отложить совещание. — Соратники. Рад, что вы откликнулись на мой зов, но судя по количеству бочонков, что пали жертвой ваших опустошительных животов, наше собрание переносится до полного вытрезвления каждого участника. Ото всюду раздались смешки и хохот. Довакин улыбнулся, и поприветствовав лично каждого, направился в свои покои, решив использовать этот шанс отоспаться впервые за неделю. Небольшая комнатушка под крышей единственной башни Гнезда была отдана ему, так как он не любил больших помещений и праздных убранств. Любые его покои были обустроены лаконично и практично, отметая нужду в служанках или ком-либо ещё. Сняв с себя доспехи, Асгейр рухнул в кровать, мгновенно уйдя в сонное царство. Но сны не были хороши. Марево огня и молний били по глазам Довакина. Жуткие вопли, мольбы о пощаде, запах горелой плоти и крови. Всё, что защищало его от этого — деревянная дверь. Но она же крепкая. Она выдержит… Раздался хруст. — Нора, уходи! Хватай детей и бегите отсюда! — мужчина лет тридцати надрывал голос, подпирая ломающуюся дверь. В его руке был кузнечный молот. Но что этот молоточек против зачарованной стали меров. «Отец. Нет, только не этот сон снова.» — Я тебя не брошу, Калвар. Даже и не думай, я не брошу тебя. Мы уйдём все вместе — красивая нордка отчаянно прижимала к себе маленькую плачущую девочку с чёрными как смоль волосами и глазами цвета индиго. «Мама. Нэму, сестрёнка… Нет, нет, нет! Это сон! Хватит!» — Я сказал бегит… — мужчина прервался, проглотив окончание слова. Не выдержав удара магией, дверь слетела с петель, отбросив кузнеца на пол. На пороге стояли солдаты Талмора. Его мать закричала, бросаясь к отцу. Нэму разрыдалась сильнее, переходя на крик. Но он ничего не мог сделать. Он всего лишь мальчик. Маленький, беспомощный мальчик. «Нет. Теперь я сильный. Сейчас я бы мог их спасти. Нет!» Альтмеры презрительно осмотрели комнату. Один из них направился к Нэму, обнажая меч наголо. Мать, увидев это, бросилась на защиту девочки, но талморец лишь ударил её клинком, сметая на пути. Кровь брызнула на пол. «Мама… Нет…» Вопль сестры оглушающе нарастал, и эльф, не желая его слушать, ударил девочку закованной в сталь перчаткой по лицу. Хрупкое тельце моментально осело на пол. — Лорд Алдари… А с этими что делать? — спросил мер, перекидывая Нэму через плечо. Самый статный из альтмеров в костюме юстицара безразлично посмотрел на бездыханное тело отца, и подняв руку, испустил поток пламени в его направлении. Дверь сразу вспыхнула, а человек под ней разошёлся диким криком. Его вопли вырвали Асгейра из оцепенения и мальчик кинулся в сторону мага. «Убью! Убью! Убью!» Юстицар вновь поднял руки, намереваясь сжечь и его заживо, но стоявший позади солдат вышел вперёд и рубанул Довакина по туловищу. Ужасающая боль пронзила мальчика от пупка до ключицы. Издав хрип, он осел на пол неподалёку от обугленного скелета своего отца. «Проснись. Проснись. ПРОСНИСЬ, ДАЭДРА ТЕБЯ ВОЗЬМИ!» Эльфы вышли из дома, увлекая за собой его четырёхлетнюю сестру. Её тело безвольно болталось на плече у убийцы их матери. Последним вышел юстицар, одарив мальчика мерзкой ухмылкой. Асгейр заплакал. — Сынок… Тихий голос сзади. Мама ещё жива. Они выберутся отсюда и найдут Нэму. А потом и папу вылечат! «Нет…» Мальчик медленно подполз к неподвижной матери, взяв её за руку. Она лишь легко сжала её в ответ. Силы покидали её вместе с лужей крови, что тёмным озером растеклось по полу. — Асгейр… Мой милый Асгейр… Ты должен жить, слышишь? Найди малышку Нэму. Сбегите вместе — мать судорожно схватила воздух и закашлялась — А мы с папой вас обязательно догоним. Ты должен жить… — свет из её рук медленно потянулся к его ране. Тепло от его прикосновения разливалось по телу, приглушая боль. «Нет, мама, не надо! Ты же умрёшь!» — Найди её… Найди Нэму — голос матери становился всё тише, равномерно угасающему свету. Вся её жизненная энергия уходила на поддержания заклинания исцеления. — Хорошо, мам. Я спасу сестрёнку. А потом, — Асгейр вновь заплакал — А потом мы снова заживём вчетвером. И всё будет хорошо. Да, мам? Мам? — он поднял взгляд, но увидел лишь неподвижное лицо с пустыми глазами — Мама? Мама! «МАМА!» Драконорожденный резко вскочил в постели. Холодный пот прошиб его насквозь, несмотря на тепло от очага в покоях. Снова кошмар двенадцатого дня вторгся в его сон, как он не старался этому помешать. Довакин шумно выдохнул, падая обратно в меха кровати. За окном дребезжал рассвет, а значит настал день собрания. *** Гулмор был последним из капитанов, кто зашёл в зал. Проследовав на своё место под аккомпанемент вздохов и ругательств о глупости и шумности норда, воитель довольно улыбаясь плюхнулся на стул. Встречу можно было начинать. И снова он произносит речь перед малой группой существ. Чувство ностальгии не давало Асгейру покоя. Сколько ещё раз ему нужно будет применять ораторские навыки для достижение столь амбициозной цели? Одному Талосу известно. Но, не стоит заставлять всех ждать. Прокашлявшись, Довакин начал. — Друзья мои. Я благодарен вам ещё раз, что вы все так быстро добрались сюда. Но прежде, я хотел бы задать вопрос. Что является главной проблемой Скайрима на данный момент? — драконорожденный вопросительно оглядел присутствующих здесь капитанов и обоих заместителей. — Драконы — уверенно ответил бывший имперский офицер Ремул, глава ячейки в Вайтране. — Разбойники? — сделал предположение Гулмор. — Голод — с шипением произнёс Л`зар, каджит возглавляющий отряды в Маркарте. — Люди — медленно, но с уверенностью произёс Эйстейн, сидевший в самом дальнем углу чертога. — Вы все правы. И одновременно нет. То что вы назвали несомненно является проблемами этой земли, но корень зла пролегает гораздо глубже. И сегодня мы начнём вырывать его из этой прекрасной страны — Асгейр обвёл взглядом всех собравшихся — Мы остановим войну. Лёгкий шёпот, кашель и даже удивление охватили Когтей, как называли в гильдии капитанов ячеек. Сказанное Довакином было пределом мечтаний почти каждого, кто вступил в его гвардию. Война принесла лишь беды и страдания Скайриму. Но у многих созрел вопрос, озвучить который осмелился лишь Эйстейн:  — Лидер, мы собираемся принять чью-то сторону? Снова лёгкий шум. Вопрос выбора стороны в кровопролитном гражданском конфликте, охватившем провинцию, где брат шёл на брата, будоражил разумы населения этого края. Но Асгейр улыбнулся. — Клыки Довакина были и есть нейтральная для политики организация. Мы не примем чьей либо стороны в этой бессмысленной войне. Мы сами станем стороной и одержим верх над Империей и Братьями Бури. Но Эйстейн продолжал озвучивать вопросы Когтей. — При всём уважении, лидер, вашей силы и наших мечей не хватит, дабы остановить войну между тысячными армиями — норд-гений оглянулся по сторонам, и наблюдая одобрительные кивки продолжил — У нас наберётся едва сотня бойцов. Как же Вы собираетесь остановить обе военные машины? — С помощью тех же, кто эту войну развязал. Капитан Лира — обратился Асгейр к данмерке в лёгкой броне — К концу этого цикла мне нужны двадцать лучших бойцов Клыков. Их опыт и навыки боя должны быть на высшем уровне. А объединять их должна одна вещь — Довакин сжал кулак — ненависть к Альдмерскому Доминиону. — К Доминиону, лидер? — тёмная эльфийка на мгновенье сделала удивленное лицо. — Именно, моя дорогая лучница. Первым нашим актом в прекращении войны будет штурм Талморского посольства. А для этого нужны лучшие из лучших. Гробовая тишина повисла в чертоге Гнезда. — Никто не любит талморцев, несомненно. Но в чём смысл громить их посольство, будто кучка радикалов-расистов? — спросил капитан Драконьего Моста. — Вы думаете, эту войну развязали Братья Бури? Или политики Империи? Нет, друзья, за всем этим стоит Великая Война, которую начал Доминион. А сейчас они подливают масло в огонь, ведь им не выгодна сильная Империя. Хаос в провинциях, похищения людей, Конкордат Белого Золота… Всё это итоги интриг проклятых талморцев. Но мы напомним им, что с остальными расами тоже нужно считаться. Мы напомним им, что они не боги. И первым напоминанием будет марево сердца их злодеяний в нашей стране — Асгейр оглядел внимающих ему людей — Кто-то ещё сомневается в этом решении? Восклики отрицания наполнили комнату. *** Мокрый снег медленно падал с тёмного неба, застилая от ненужных глаз двадцать бойцов Клыков. Они шли очень тихо, стараясь не обнаружить себя заранее и застать Талмор врасплох, одним мощным и точечным ударом поставив его на колени. Асгейр поднялся в полный рост, не сводя глаз с ворот в посольство. — Первый эмиссар Эленвен нужна мне живой. Но остальные… Убивайте всех альтмеров, носящих одеяния Доминиона. Жгите их. Режьте их. Ломайте им черепа. Не щадите никого! Сегодня начнётся наша месть за позорные двадцать шесть лет их гнёта! — Довакин обнажил «Близнецов», воинственно рассекая ими воздух, — За Скайрим! — ЗА СКАЙРИМ! — двадцать криков сотрясли казалось саму ткань пространства. Дозорные посольства не сразу поняли откуда доносились крики. Лишь увидев вооруженный до зубов отряд, недружелюбно настроено бегущий к их стенам, один из эльфов поднял тревогу. Но было поздно. Кровь в их жилах застыла в то мгновенье, когда ворота слетели с петель, а воздух сотряс нечеловеческий голос. — ФУС РО ДАХ!