О пользе сказок

Лакомства с «начинкой» нравились Альбусу больше, чем просто лимонные дольки. Любитель угощать всех и каждого, директор с некоторых пор при виде гостей, сначала незаметно, а затем демонстративно начал прятать вазочку с конфетами подальше от чужих глаз. Кроме того, новые мантии стали еще ярче, каблуки на обуви еще выше, увеличилось количество колокольчиков в бороде, а походка Альбуса заставляла Северуса вспоминать каждый раз строчку из очередной детской сказки крестника: «Выступает будто пава…», правда, произносимую Снейпом, с изрядной долей ехидства. А речи! Теперь Дамблдор не говорил, теперь он вещал! И, не дай Мерлин, если кто-либо не внимал ему с благоговением! Виновного ждал далеко не привычный ласковый взгляд из-под знакомых очков-половинок. И представляться Дамблдор теперь предпочитал полностью, велеречиво перечисляя звания, должности и регалии. Кроме того, Альбус собрал заново орден Феникса, жестко предупредив о новой, очень важной задаче — внедрении волшебников в мир маглов. Теперь и сбитые с толку остатки ордена с изумлением услышали о предстоящем сражении за власть… «Это что, я действительно сварил зелье для становления Темных лордов?!» — думал Снейп, выслушивая дифирамбы Дамблдора самому себе, гениальному волшебнику, при котором магловский мир заживет в мире и дружбе с магическим миром. Сама королева, признав его «ум и сообразительность», добровольно уступит правление Великобританией ему, Дамблдору, преемнику Мерлина. Северус, слушая этот бред, решил поговорить с начальником сразу после собрания, больше не откладывая на потом, а затем, освободившись, отправился к друзьям. Хозяин дома зигзагами носился по саду, убегая от рассерженной жены. Увидев гостя, Люциус картинно спрятался за его спину, преувеличенно-жалобно пропищав: «Эта жестокая женщина меня обижает, спасай, Сев!» Он картинно рухнул в траву, якобы совсем лишившись сил, при этом хитро косясь на жену. — Нарцисса? Очередное сражение? Чем вызвано теперь? — и Северус приготовился слушать очередную историю «от семьи Малфоев», попросив Третьего принести кофе в беседку. — Никаких беседок, все идем завтракать, — скомандовала Нарцисса, и семейка вместе с гостем проследовала в столовую, где их ждал сервированный домовиками стол. За завтраком Северус и узнал причину очередной ссоры. — Как-то странно влияет на тебя чтение магловских книг, Люциус! — с неодобрением в голосе сказала Нарцисса. — Мне кажется иногда, что книги зачарованы — слишком твои поступки после их прочтения не похожи на твое обычное поведение. Я, конечно, понимаю, что родители воспитывали нас в строгости, но впадать из-за этого в детство сейчас, в твоем возрасте — это перебор! — Могу я поинтересоваться, что произошло, Нарцисса? — спросил Северус, поглядывая на слегка смущенного друга. — Я всего-навсего учил сына приводить себя в порядок с помощью волшебного зеркала. Оно зачаровано подсказывать, если что-то неправильно во внешности или одежде, — Люциус кинулся защищаться. — Значит, ты считаешь, дорогой, такое обучение нормальным? — Нарцисса не осталась в долгу. — Нарцисса, я не понимаю, что в этом плохого? — Северус решил, что пора вмешаться, — мальчик взрослеет, пора приучать его приводить себя в порядок, в школе нет домовиков для каждого студента! — Да будет Вам известно, дорогой друг Северус, я утром вскочила, а не встала, от испуганных воплей сына и громкого хохота мужа. Дело в том, что этот… нехороший человек зачаровал зеркало в ванной, и, когда ребенок заглянул в него с утра, он увидел какого-то лохматого, перепачканного мальчишку с жутко грязными руками. А потом за ним целый час носился по всему дому оживший умывальник и орал басом какие-то стишки про неумытого поросенка, трубочиста — остальные слова даже я не все поняла! — Подумаешь, я решил, что живой Мойдодыр будет для ребенка интересен, — пробурчал Люциус, — а к тому же, еще и воспитательный процесс… — Воспитательный процесс, похоже, тебе больше нужен, чем сыну, — сурово припечатала Нарцисса, — жаль, розги применять к главе семьи не получится, зато все зачарованные зеркала в твою спальню я прикажу перенести, пусть орут, не переставая. -Что значит «всЕ зеркала», — переспросил удивленно Северус, — зеркало что, не одно было? И что значит «орут»?! — Конечно, не одно, мы без размаха не можем! — Нарцисса откровенно злилась. — Люц зачаровал все зеркала! И чары какие-то ненормальные: снять их не получается, замолкать зеркала не хотят, зачарованный текст идет без перерыва, только закончат говорить — снова вопить начинают. Как же, воспитание сына! Представляешь, и в моей ванной зеркало показывает жуткую замарашку… Меня что, тоже надо к чистоте приучать?! Северус предсказуемо подавился бутербродом: — Люц, ты в своем уме?! — Шутка была такая еще в школе, — проворчал Люциус, — я это заклинание у Сириуса Блэка давным-давно подглядел, боюсь, скопировал неправильно, плюс контрзаклятья не узнал. А теперь и не у кого — Сириус в Азкабане сидит. Не знаю, что делать, придется к гоблинам на поклон идти, чтобы помогли, а то Нарси меня съест… — Я все слышу, бедняжечка! Нарси тебя съест! Объясни, что за бред зеркала в спальнях декламируют?! — Я полночи сочинял стихи для тебя, а ты, — и Люциус, притворяясь незаслуженно обиженным, жалобно посмотрел на жену. — Это называется «стихи»?! — и Нарцисса жестом пригласила магов следовать за собой, в свою спальню, где висели два зеркала, закрытых плотной зачарованной тканью, не пропускавшей звуки. Открыв одно зеркало, Нарцисса воскликнула: «Итак, слушаем!» Зеркало, освобожденное от покрывала, начало громко завывать «стихи»: «Нарси, Нарси, моя любовь! С тобою утром встречусь вновь, Опять взгляну в твои глаза, И воспарю я в небеса!» Закончив завывать эти строки, зеркало уже начало читать сначала, но зачарованная ткань заставила его замолчать. А второе зеркало, освобожденное рассерженной ведьмой, взвыло так, что магам пришлось прикрывать уши руками, чтобы не оглохнуть: «Медведик ждет тебя, Нарси, Что хочешь у него проси Любой каприз исполнит он - В Нарциссу сильно он влюблен!» Второе зеркало срочно отправилось в зачарованный плен, а оглушенный Северус, ехидно улыбаясь, спросил обиженного друга: «Зеркала, надеюсь, не вечером зачаровывал?» — Каким вечером, я полночи стихи сочинял, а зачаровывал утром! — Твое счастье, иначе к утру был бы ты бездыханным телом! Услышать такие вопли ночью! Если бы друзья-Пожиратели присутствовали, опять бы тряслись неделю с испуга, а ты называешь это «стихи для любимой»! Мне кажется, Нарцисса подумала, что ты над ней посмеяться решил. — Я именно так и подумала, — Нарцисса поставила чашку на стол и, громко стуча каблучками туфель, покинула столовую. — Я! Да я! Да я бы никадабы над высокими чувствами смеяться не стал, я ей первый раз в жизни признался в любви в стихах — правда, немножко не рассчитал, что зеркала постоянно орать будут одно и то же, — однако лукавое выражение лица Малфоя не соответствовало сказанному ранее. — Итак, эта месть за что? — Снейп не поверил ни одному сказанному другом слову. — И говорить только правду! — Я работал над заклинанием, — уже привычно начал рассказ провинившийся друг, — превращающим мерзкие вопли павлинов в соловьиный свист. Затем решил усложнить задачу: павлины будут свистеть песни. Заклинание придумал — появился побочный эффект: птицы стали нести квадратные яйца. Драко прибежал на крик обозленных несушек, обозвал меня «садистом», а себя — «защитником угнетаемых отцом павлинов», за что и познакомился с Мойдодыром. — Отомстил, значит, ребенку, воспитатель! — прокомментировал Северус. — Ладно, продолжай. — Как будто мне самому мучить птиц приятно! — обиделся Люциус, — я с заклинанием бился, пока все не исправил! Яйца теперь нормальные! Исправил, и только тогда возобновил экс-пе-ри-мент. Представь мою радость, когда у павлинов получился первый свист! Дальше начал обучать их песням, но ничего не клеилось. Так и мучился, пока не запел песню сам, а павлины вдруг оживились и стали музыкально подсвистывать. Фееричное зрелище было: вышагивают павлины за мной гуськом и музыкально моей песне подсвистывают. Нарси, как, оказалось, подсматривала, и за ужином насмешливо заявила, что я был похож на петуха в курятнике, или на солиста в хоре Пятницкого — я даже не понял, что за оскорбление прозвучало. Но за это она получила орущие зеркала… — И Нарси поняла, что ты опять издеваешься, — продолжил мысли вслух Северус, — хоть заклинание для павлинов довел до ума? — Пойдем, покажу. И Люциус повел друга в сад, где важно расхаживали белые павлины, громко насвистывая песню, в которой Снейп узнал, с удивлением, знаменитую песню Битлз «Желтая подводная лодка». Самое интересное, что в такт мелодии яркие разноцветные огоньки вспыхивали на оперении павлинов. — Осталось только доработать заклинание, чтобы птицы больше песен знали, а пока только пять штук получилось, — прокомментировал экспериментатор. — Замечательно получилось! — искренне восхитился Снейп. — А уж когда заклинание доработаешь, весь цвет аристократии будет арендовать таких птичек на праздники. Если, конечно, не проговоришься, что песни — магловские! А так на этом еще и денег можно заработать! Но в своем домашнем «баловстве» сам разбирайся, а мне пора возвращаться в школу. — Не бросай меня, друг, — жалобно взвыл Люциус, — я один не справлюсь… — Расколдуй зеркала, извинись, и все будет в порядке, а я уже опаздываю…