Отверженные и побеждённые

Старый визор мерцает зелёным, старый дроид включает сигнал. Дарт Тиранус фехтует баллоном, облака поднимаются в зал. Сколько их налетело на праздник, сколько их собралось на обед? Рты открыты, как чёрные пасти. Приготовится, камера, свет! От улыбки до смеха до боли, от пинка до запретной любви. От искринки до ранящей соли, от красавца до трупа на вид. На столе на потеху народу Мастер Гера встаёт на руке - На неделе исчезнет свобода. В выходные завянет букет. А бокалы огромного роста, а на свечках горит белизна. Мальчик Эни дорвался до тоста, он за девочку выпьет до дна. От признаний до бездны разврата, от загадки до озера лжи. Зал раздулся, как мокрая вата. Во дворе ни единой души. От мольбы до безумного воя, и опять до мольбы в тишине. От любимца толпы до изгоя, от детей до столбов на войне. Сколько будет, года или эры? Две минуты на славном пиру? Старый Канцлер сгребает фужеры - куртизанки выносят икру. Но кого-то пирожные душат, и во рту будто кровь от вина. Сын Колдуньи выходит наружу, эта ночь так свежа и темна. Те, кто живы, им хочется пира, мелких радостей, фраков и пут. Умирающим хочется мира. Целый мир, хоть на пару минут.