Smooth Operator

- Ты же не имеешь в виду Форкс? – Я скептически взглянула на него, сомневаясь, шутит он, или нет. Кай рассмеялся, запрокидывая голову назад. Казалось, он тоже забыл на мгновение про все то, что произошло за эти дни. Про то, что ждало нас завтра. Точнее, меня. - Нет, естественно. Ты все увидишь, обещаю. Я решила перестать расспрашивать его, хотя вопросов было навалом. Почему домой? Я никогда не была в Европе раньше. Чего мне надо было ожидать? Что случится со мной после обращения? Должна ли я буду беспрекословно подчинятся приказам Аро и Марка? Как изменятся наши с Каем отношения? А есть ли у нас какие-то отношения? Слишком много вопросов. И я была уверена, Кай не даст ни одного ответа. Он всегда умело манипулировал мной, заставляя забыть обо всем, о чем я думала до этого. Заставляя меня играть его игру. Самым страшным было то, что эта игра затягивала, и я становилась зависимой от нее. И от Кая. Я влюбилась, и я боялась быть отвергнутой, потому что была уверена, Кай меня не любит и никогда не сможет полюбить. Каждый раз, когда я думала о Кае, в моих мыслях появлялся Эдвард. Он будто укоризненно смотрел на меня, корил за неверность, за предательство. И я не могла понять, почему с каждым разом его образ блекнул в моей памяти. Я знала, что я должна была чувствовать любовь, и я ее чувствовала, но все меньше. Кай был прав. Человеческие чувства со временем притупляются, и после них появляются новые, сметая все на пути. Теперь я любила Кая больше, чем когда-то любила Эдварда. По крайней мере, мне так казалось. Итальянские пейзажи успокаивали. Кай водил быстро, но на хорошей дороге скорость не чувствовалась совершенно. Непривычно было видеть Кая за рулем: всегда собранный, властный Кай не вписывался в роль водителя. Он был слишком хорош. - Не надоело смотреть на меня? – Он усмехнулся краешком губ, не отвлекаясь от дороги. Я покраснела, отвернувшись и ничего не ответив. Не понимаю, как еще недавно я могла ненавидеть его. Это было невозможно. Хотя, как я уже говорила, от любви до ненависти – один шаг. Или наоборот. Поездка была долгой. Съехав с шоссе, мы петляли по узким дорогам Ломбардии. Мимо проносились виноградники и оливковые деревья; солнце слепило глаза. Если бы меня попросили сказать, что для меня рай, я бы ответила, не задумываясь,- Италия. - Приехали. – Кай заехал в тень дерева, глуша мотор. Я вышла из машины, загораживая солнце ладонями. Прямо передо мной стоял небольшой замок из светлого камня, кое-где поросший мхом. Он уступал размерами замку в Вольтерре, но все еще поражал своей возвышенностью и неприступностью. Вокруг росли оливковые деревья, недалеко был разбит палисадник. И все-таки, как бы красиво тут ни было, я не понимала, что имел в виду Кай, говоря, что мы едем ко мне домой. Я вопросительно глянула на Кая, только вышедшего из машины. Он закутался в пальто и достал зонт, не обращая внимания на мой взгляд. Я подошла к двери, снова оборачиваясь на Кая. - Ты привез меня в музей? - Я все расскажу, имей терпение. – Казалось, Кай выходил из себя от моих расспросов. Но я не была настолько терпеливой, ведь моя жизнь была короткой, и на терпение могло попросту не хватить времени. Внутри за столом сидела женщина, которая при виде Кая вскочила и заулыбалась во все тридцать два зуба. Кай сдержанно улыбнулся в ответ и проговорил что-то на итальянском. Судя по тому, как краснела и смущалась женщина, они с Каем были знакомы, и, возможно, достаточно близко. Девушка то и дело посматривала на меня, делая удивленный вид. Но Кай не дал мне возможности поразмыслить об этом. - Пойдем. – Кай взял меня за талию и увел через коридор. Все комнаты были проходные, и мы ни в одной не задерживались долго. Тут и там стояли вещи, оставленные от старой обстановки, рядом с некоторыми были таблички с описаниями. Кай не давал мне времени разглядеть их, он вел меня вперед, а я уже устала пытаться понять, что вообще происходит. За одно я была ему благодарна – я почти забыла о том, что меня ждало завтра. Наконец, Кай остановился в большом зале с кучей картин. - Может, теперь объяснишь мне? – Я села на стул, предназначенный для посетителей и скрестила руки. Кай отошел к окну и отвернулся от меня, хмуря брови. - Я начну издалека, но в конце ты поймешь, почему я привез тебя сюда. Пока я буду говорить, не перебивай и не задавай вопросов. Ясно? – Он обернулся ко мне. Я кивнула и откинулась на спинку кресла, ожидая долгий монолог. Но Кай решил томить меня ожиданием, долго собираясь с мыслями. - Примерно четыреста лет назад одна женщина, чьего мужа убили, обратилась к нам за помощью. Она была влиятельна, не настолько, как ее муж, но все же достаточно, чтобы от нее решили избавиться. У нее было двое детей – сын и дочь. Все, что мы могли сделать – это дать ей денег в долг и отправить из Италии. Вольтури всегда были дружны с ее семьей. И мы дали ей необходимую сумму, чтобы начать новую жизнь на другом континенте. Америка всегда прельщала очень многих. По дороге туда ее сын заболел и остался в Англии, ему было семнадцать, и он был достаточно умен, чтобы наладить свой быт. Его мать с дочерью отправились дальше, благополучно прибыв в Америку. Больше Вольтури о них не слышали. – Кай замолчал, задумчиво глядя в даль. - Но я все еще не понимаю… - Кажется, мы договаривались, что ты будешь молчать. – Кай злобно глянул на меня, и, когда он убедился, что больше я не намерена перебивать, смягчил взгляд и продолжил. - Мы пытались напасть на их след, и вот, сто лет назад, нам это удалось. Естественно, было трудно найти потомков той самой женщины, но мне удалось выяснить, что они жили в штате Вашингтон. В Форксе. Я сглотнула. Значило ли это, что мои предки были из Италии? Что они были дружны с Вольтури? Что они жили здесь, в этом замке? Опять слишком много вопросов. Но, уловив многозначительный взгляд Кая, я не спешила открывать рот. - Поколение за поколением, я наблюдал за ними. Как ты сама понимаешь, ты одна из них. И это, - он обвел зал рукой, - твой дом. - А что было с сыном этой женщины? – Я подошла к Каю. - Я знал, что ты спросишь об этом. Он остался в Лондоне. У него появилась семья, дети, внуки. Его последний потомок все еще жив. И ты с ним знакома. - Кто это? Я затаила дыхание, боясь его ответа, ведь он мог все изменить. Кай как-то болезненно посмотрел на меня и снова отвернулся к окну. - Эдвард Каллен. Нет. Не может быть. - Ты лжешь. Как такое может быть правдой? – Я заметалась по комнате, держась за голову. Мы с Эдвардом были родственниками. В человеке, о котором я грезила, которого целовала, с которым хотела провести вечность в качестве жены и которого любила, в нем текла часть моей крови. - Может. Успокойся, Белла. Вы недостаточно близки, чтобы переживать о связи, которая у вас была. - Но мы все еще родственники! Слава Богу, что у нас ничего не было. Слава Богу. Я и не заметила, как произнесла последние слова в слух. Кай по-новому посмотрел на меня, удивленно, не веря тому, что услышал, но он ничего не сказал. - Возможно, это и объясняет вашу любовь. Зов крови, или что-то вроде того. Родственная связь, принятая за любовь. От его слов хотелось рыдать. Все, что я так старательно хранила в своем сердце, все те остатки любви, с которыми я не хотела прощаться, все это рушилось от его слов. - Уйди, пожалуйста. Я хочу подумать. Мне надо подумать. Кай склонил голову, разглядывая меня. Пытаясь понять, насколько я здравомыслящая в данный момент. - Я буду ждать в машине. И он исчез. Как бы я хотела, чтобы все печали и переживания исчезали так же быстро, как он. Я села на стул, закрывая лицо руками. Было страшно от того, что я могла мечтать об Эдварде раньше. Что представляла нашу первую брачную ночь, что хотела целовать его. Было страшно. А еще было гадко. Люди говорят, мы все родственники. Кто-то близкий, кто-то настолько дальний, что никогда об этом не узнает. И мне казалось, что это хорошо – жить в неведении. Что так спокойней. Но одна мысль, насколько далеко могли зайти наши с Эдвардом отношения, вызывали дрожь. Все это было слишком неожиданно. Я успокоилась. Не хотела отправляться к Каю, решила погулять по замку, ведь все-таки раньше здесь жили мои предки. Прогулка умиротворяла, и я потихоньку начинала забывать эмоции, накатившие на меня. На душе все еще было гадко, но я могла мыслить здраво. Везде висели картины, и я останавливалась у некоторых портретов, чтобы посмотреть на некоторых потенциальных предков, живших в замке. В одной из последних галерей я наткнулась на самый свежий портрет. Мужчина с сединой в волосах, рядом – женщина, видимо, та самая. Перед ними стоял юноша лет шестнадцати, видимо, это и был предок Эдварда. я пригляделась к нему, пытаясь найти сходные черты. Но как ни старалась, я их не нашла. Собираясь уже уходить, я мельком увидела еще один портрет, и сначала мне показалось, что я смотрелась в зеркало. Портрет был буквально месяцем моложе предыдущего, он изображал девушку, которая была точь-в-точь похожа на меня, за исключением некоторых мелких деталей. Я должна была быть ее потомком. Кай не говорил, что она была старше брата. На вид ей было восемнадцать. Снедаемая любопытством, я прочла табличку рядом и сразу же отпрянула от портрета. Это было слишком. Это все было слишком. Ее звали Изабелла. - Ты - гадкий манипулятор! – Я выбежала из замка и кинулась к Каю, облокотившемуся на машину. Я стирала слезы, подступающие к глазам, и пыталась не закричать. В голове проносилась одна и та же фраза: «Вампиры любят только раз». Аро сказал, что я – не Изабелла. И теперь я знала, кто она. И я знала, что Кай ее любил. Я была как две капли воды похожа на нее. И от этого мне было еще больнее. Кай просто нашел себе замену. Куклу, пародию на девушку, которую он никогда не перестанет любить. Кай был на удивление спокоен. Он не отвечал, а просто смотрел на меня, скрестив руки на груди. В эту секунду я ненавидела его еще сильней, чем когда только приехала в замок. - Все это время ты манипулировал мной, заставил влюбить в себя, хотя никогда не испытывал ко мне никаких чувств! Нашел замену Изабелле, не сомневайся, я знаю, что ты любил ее. Сколько можно меня топтать? Сколько? Разве моя душа ничего не стоит? Разве я могу страдать, если ты того пожелаешь? Я ненавижу тебя! Ненавижу. – Я села на землю, закрывая лицо руками. Я не видела Кая, но я слышала его раздраженный голос. - Разве я что-нибудь тебе обещал? Разве признавался в любви? Клялся в верности? Да, я любил ее и до сих пор люблю. - Скажи только одно – зачем? – Я взглянула ему в глаза, пытаясь найти там отблески настоящих чувств. Там был только холод. - От скуки. Из желания отомстить девушке, отвергшей меня несколько веков назад. Вампиры любят только раз, и, несмотря на то, что вы так похожи, я не полюблю тебя. Каждое слово – как нож по сердцу. Я рано поверила в него. Он растоптал меня снова. Он забрал мою свободу, мое сердце, а теперь и волю к жизни. Я проклинала себя за то, что полюбила его, жестокосердного, холодного убийцу. Я проклинала его за то, что он не полюбил меня. Я проклинала мертвую девушку за то, что навеки забрала его холодное сердце. Теперь я знала, что надо было делать. Какой был смысл надеяться на лучшее, когда все, что было в моей жизни хорошего, забрали?