Скажи, Луна

      Полумна достала из дорожной сумки самое красивое, как она считала, голубое платье. Оно едва доходило ей до колен, а его подол был украшен цветами из ткани и разнообразными висюльками. Волосы Луна убрала в аккуратный пучок и, чтобы тот не распался, она заткнула его волшебной палочкой. В уши Полумна вставила самодельные серёжки в виде бабочек. Туфель она не взяла и к этому наряду ей пришлось обуть её любимые сине-розовые кеды. Она ещё раз посмотрела на себя зеркало и довольно улыбнулась.       Луна спустилась вниз, когда на часах было девять, хоть они с Драко не обуславливались встретиться в конкретное время, он уже сидел возле того самого столика, где Луна ужинала в свой первый вечер в Эндлесфилде. Увидев её, Драко встал. Он надел новые брюки и голубую футболку, которую выбрала ему Полумна. Малфой оглядел её наряд и лишь улыбнулся, решив, что с колкостями в её адрес пора заканчивать. — Милое сочетание платья и кед, — заметил он. — Я просто забыла взять туфли! — А ещё ты забыла дома шпильки, раз забираешь волосы с помощью палочки. — Откуда ты знаешь про шпильки? — Луна, я был женат почти десять лет. — Был? Драко переменился в лице. Он поднял руку и позвал мистера Пуркинга. Когда тот подошёл, Драко заказал для них бутылку огневиски и сливового вина, а из еды они остановились на салатах и сандвичах с ветчиной и сыром. — Я хочу тебе рассказать кое-что, но для начала мне нужно немного выпить. Как раз в этот момент появился мистер Пуркинг с напитками. — Спасибо! За ваше здоровье! — Драко не стал дожидаться, когда Луна наполнит свой бокал и разом осушил полный стакан огневиски. Луна удивлённо уставилась на него. — Не смотри так. Сейчас ты всё поймёшь, — начал Малфой. — Я женился на Астории потому, что больше было не на ком. Особенно после войны. Про фамилию Малфой забыли, а если не забыли, то явно не хотели о ней слышать. У нас с ней была общая боль — весь факультет Слизерина, особенно старшие курсы, приняли удар за себя и за своих родителей — Пожирателей смерти. Когда мы наконец поженились, я шесть лет настаивал на том, чтобы мы родили ребёнка. Астория всё говорила о каком-то древнем семейном проклятии и что роды она не переживёт. Я действительно много сделал для того, чтобы Скорпиус появился на свет.       Драко налил себе ещё один стакан и разом осушил его. Полумна медленно отпивала из своего бокала, старалась не упускать ни одного слова из рассказа Драко. В этот момент мистер Пуркинг принёс для них ужин. — Мальчик родился настоящим Малфоем. Светлые волосы, серые глаза. Но, когда я увидел его, то понял, что он особенный. Знаешь, сегодня мне пришла в голову мысль, будто он единственный островок света в огромном Малфой-мэноре. Но недавно мой мир был разрушен окончательно. Родители лишили меня благосостояния за то, что я решил воспитывать Скорпиуса без учений о том, что все маглы — безродные твари. Астория сначала поддерживала меня, а потом ей самой потребовалась поддержка, но не моя, а Теодора Нотта. Я знал, что он занимается покупкой артефактов, он богат, поэтому она ушла к нему и забрала с собой Скорпиуса. Я надеюсь, что когда-нибудь Министерство магии недосчитается особо важного артефакта и Нотта навсегда запрут в Азкабане.       Драко снова осушил стакан, наполнил его ещё раз и продолжил рассказ. — Я знал про Эндлесфилд, как о городке без печалей. Ещё я знал, что сюда почти не заезжают волшебники, кроме тех, что уже живут здесь. И я отправился сюда. Но по дороге у меня угнали машину вместе со всеми вещами, со мной остался только бумажник и волшебная палочка. Я хотел побыть обычном человеком-маглом, — сказал Драко и достал из кошелька небольшую колдографию Скорпиуса, на которой светловолосый мальчик радостно смеялся. —В тот день я подарил ему трёхколёсный велосипед. Он разъезжал на нём по всему Малфой-мэнору. Даже мама с папой улыбались, глядя на моего сына. Тогда я не знал, что через год это кусочек заколдованной бумаги будет единственным, что останется мне от него.       Луна аккуратно взяла в руки колдографию Скорпиуса и нежно провела по ней своими тонкими пальчиками. — Я всегда говорю своим мальчикам, что самое главное никому и никогда у нас не отнять — это нас самих. Ведь они живут в сердце у меня, а я в сердцах у них. Лоркану и Лисандру всего два, представляешь? Ещё два года назад я и представить себе не могла, что бессонные ночи могут быть так прекрасны, — Луна принялась копаться в своей сумочке и достала свою колдографию, где она сидит в большом кресле и держит на руках двоих малышей. Она протянула её Драко, он ласково улыбнулся ей. — Очень мило, но как ты различаешь кто из них Лоркан, а кто — Лисандер? — На самом деле я и сама пока не знаю. Думаю, когда они вырастут, они сами решат кто из них кто. — А что Рольф? Он так и не заявил о себе? — На самом деле я не знаю этого. Я отправила ему письмо совсем недавно. Не уверена, что оно успело дойти до него, а позвонить он мне не сможет — не знает куда. Дома я перерезала все провода у телефонов — он не дозвонится. Кроме того, я попросила Джинни приглядывать за моими детьми и папой пока меня не будет. — Джинни Уизли? — Она давным-давно Дженевра Поттер, — улыбаясь, ответила Луна. — Как дела у Поттера? — Отлично. Он мракоборец. Думаю, работы у него достаточно. У них растут трое прекрасных детей. Альбус, Джеймс и Лили. Ты знал, что второе имя Лили — Полумна? Гарри назвал её в честь меня. — Я бы тоже так сделал на его месте. — Странно от тебя такое слышать, хотя это может потому что твоя голова сейчас просто кишит мозгошмыгами. Драко засмеялся. — Может быть расплатимся и заберём бутылки наверх? — Но у меня в комнате такой беспорядок... - Мы можем пойти ко мне, это ведь меньше, чем в метре от твоей комнаты, — он снова засмеялся.       Луна согласилась. На этот раз Драко сам расплатился за ужин и, захватив со стола бутылки с вином и огневиски, они направились в комнату Драко.

***

      Стоя у двери номера, Драко долго не мог найти куда положил ключи. Тут Луна не выдержала: — Мы волшебники, а ты пытаешься найти какой-то ключ! Он удивлённо посмотрел на неё. — Ты права, — Драко достал палочку из кармана брюк и произнёс заклинание.       Дверь отворилась, впуская их в мягкий сумрак комнаты. Луна включила свет, ведь комната Малфоя один в один была похожа на её и все эти нежные тона интерьера совсем не ладились с его натурой. Полумна уселась на пол и потянула к себе Малфоя. Он сел напротив неё. — Я хочу рассказать тебе ещё что-то, — сказала Луна. — Давай. Сегодня особенный вечер. — Когда я училась на шестом курсе, а ты соответственно на год старше меня, то со мной произошёл странный случай. Ну как странный... Подобное частенько со мной случалось. Тогда я в очередной раз схлопотала наказание от профессора Кэрроу. Он собрал всех провинившихся в кабинете Тёмных искусств, где наказывал ребят тем, что заставлял одних учеников применять непростительные заклятия на других. В тот раз, меня хотели заставить испытать Круциатус над малышами из Пуффендуя, но я отказалась. За что Круцио достался мне. Я помню как Невилл пытался мне помочь, но Крэб и Гойл вытащили его в коридор и жестоко избили.       Луна остановилась, чтобы отпить немного из бутылки с вином. Однако, не заметила, как сделала примерно пять глотков. Драко пришло ненадолго убрать вино у неё из рук. — Продолжай. — Я помню, как Пенси Паркинсон пыталась мне помочь, но не успела ничего сделать — твои школьные дружки вернулись и жаждали проучить меня. Я помню как несколько раз моё тело пронзало заклятие Круциатус, помню удары их ботинок, а ещё я помню, что кто-то пришёл тогда и спас меня. Я думаю, что этот человек отнёс меня к мадам Помфри, это он постелил для меня свою мантию, которую я, кстати, всегда ношу с собой. Даже сейчас она со мной, здесь.       Драко вдруг неожиданно потянулся к её волшебной палочке, придерживающей пучок волос. Он медленно вынул её и положил Луне на колени. Белые волосы Полумны водопадом спустились на плечи. — Так ты ещё прекрасней. Луна наблюдала за его движениями, но никак не могла понять почему он не слушал её. — В тот вечер Пенси Паркинсон всё-таки спасла тебя, — начал Драко. — Она позвала меня. Я ведь был старостой факультета и отвечал за Слизерин. Когда я вошёл в класс, мне стало по-настоящему страшно. Они измывались над тобой. Твои прекрасные волосы спутались и испачкались кровью, которая струйками стекала с твоего лица. Я отобрал у Крэба палочку и сломал её на две части, а Гойл получил одно из непростительных заклинаний. — Это был ты?! — Я не знал, что делать. Пенси плакала, просила отнести тебя в больничное крыло, но я не мог подставить ребят, хоть они и были полными ублюдками. Я положил тебя рядом с дверью, подстелив свою мантию. Больше я ничего сделать не мог. — Ты спас меня. Разве можно просить о большем? — Я приходил к тебе каждую ночь до тех пор, пока ты не очнулась. Тогда, глядя на тебя, я с каждой ночью всё больше влюблялся. — А я влюбилась в то, что ты для меня сделал. Ведь не имеет значения внешность, главное — это поступок.       Луна вдруг почувствовала в себе странный прилив сил и решимости, быстро наклонилась в сторону Драко и поцеловала его. Потом она также быстро вскочила на ноги и направилась в сторону двери, но Малфой догнал её. — Больше я не дам тебе так поступать со мной, — серьёзно сказал Драко. — Как? — Заставлять меня переживать, завидовать твоему мужу и бесконечно влюблять меня в себя.       Больше они не говорили друг другу ни слова. В эту ночь туман снова опустился на Эндлесфилд, но никто не смел потревожить две души, которые почти десять лет стремились к сегодняшнему дню. Дню, когда судьба наконец свела их дороги в одну единственную прямую линию. Сегодня все прошлые обиды были забыты, а всё тайное наконец стало явным.       В маленькой комнатке на втором этаже гостиницы Эндлесфилда, две души медленно сплетались в одну, а их обладатели наконец смогли обрести себя и друг друга, но теперь уже навсегда.