Ясновидящая

Вот уже два месяца прошло со дня нашего расставания. Мы не разу больше не виделись. Да я и не искала с ним встреч. Мне было всё равно. Конечно, я вру. Но в участок я больше не заходила, чтобы не встречаться с ним. Я вновь ушла с головой в учёбу, забывая обо всём на свете. Так же я продолжаю практиковать свои способности под пристальным надзором госпожи Мин. Она многому уже успела меня научить, что порой очень помогает мне защититься от обезумевших духов. Они словно чувствуют мою душевную боль и липнут ко мне, как металл к магниту. Приходится давать отпор, чтобы не кануть самой в небытие. Так же приходится помогать некоторым обрести вечный покой, если они обращаются за помощью, а таких тоже не мало. Оставшееся свободное время я стараюсь проводить с Юрим, а так же в последнее время начала больше общаться с Чиху. Теперь я могу с уверенностью сказать, что у меня есть два друга. Я им очень благодарна за поддержку. Вчера вернулся дядя. Я хотела увидеть его, но снова… в участок я не пошла. Дождусь, когда дядя придёт сам. Оказалось, что ждать долго не пришлось. Дядя пришёл в университет. Мне пришлось выйти из аудитории к нему. — Дядя, что случилось? — спросила я, подойдя к нему. На нём лица не было. Руки тряслись, словно у него болезнь Паркинсона. Да и все его действия выдавали его нервозность. — Табита, — он нервно облизнул губы — кое-что случилось… ты должна поехать со мной. — Хорошо, — я моментально согласилась. Извинившись перед преподавателем, я вышла из аудитории со своими вещами. Накинув куртку я поплелась следом за дядей. Предчувствие у меня было плохим. Что же могло произойти, что дядя так себя ведёт? Всю дорогу я думала об этом, а когда мы приехали, мне тут же захотелось убежать без оглядки. Мы зачем-то приехали в больницу, но убежать хотелось не из-за этого. У входа в больницу стоял Ёнгук, а рядом с ним была та самая девица. Они-то что здесь делают? С трудом совладав с собой, я всё-таки вышла из машины и направилась за дядей. Мы остановились рядом с ними. Я упорно не смотрела на них, но чувствовала на себе пристальный взгляд. Его взгляд. — Что вы здесь делаете? — спросил дядя в довольной грубой форме, что меня сильно удивило. — Мы слышали, что в морг поступил новый труп, — ответил Ёнгук. — Вот мы и подумали, — услышала я женский голос. — Это вас не касается! Валите от сюда, — разозлился дядя. Что, чёрт возьми происходит? Дядя никогда не позволял себе повышать голос, а тем более грубить кому-нибудь, кроме преступников. А тут… в миг сорвался. Приобняв меня за плечи, дядя завёл в меня в больницу. Слышу, что они всё равно пошли за нами. Чего они добиваются? Мы заходим в лифт, и дядя нажимает кнопку нижнего этажа. «Морг». И зачем он ведёт меня туда? Неужели хочет, чтобы я «пообщалась» с призраком? Конечно, я уже достаточно знаю о том, что нужно делать для такого «общения», но всё же без госпожи Мин, мне немного страшно. А вдруг что-то пойдёт не так? Я не хочу снова уничтожать душу. Выходим из лифта, и дядя замирает перед дверьми. — Табита, прости меня, за то, что тебе придётся это увидеть, но, — его голос дрогнул — Ты обязана знать об этом. — О чём? — спросила я, на что дядя лишь показал на дверь. Вдохнув поглубже, я открыла дверь и вошла в помещение. Был обыкновенный морг. Свет горел только возле медицинского стола, на котором по-видимому лежал труп, накрытый простынёй. Но подходить туда нет никакого желания. — Таби, — слышу я родной голос. Оборачиваюсь и вглядываюсь в тёмный угол. С трудом замечаю силуэт. — Папа? — тихо спрашиваю я — Что ты здесь делаешь? — подхожу ближе, но он останавливает меня жестом, прося не подходить ближе — Почему тебя так долго не было? — Прости, доченька, — его голос был таким тихим и печальным — Я так виноват перед тобой. Прости меня, если сможешь. — Папа, о чём ты говоришь? Что случилось? Объясни толком. Меня уже достала вся эта неизвестность. — Я так зациклился на том, чтобы найти убийцу твоей мамы и отомстить ему, что совсем забыл о тебе. Прости за то, что приходилось расти без отца. Я правда сожалею. Из-за моей глупости, ты осталась совсем одна… — Ты что городишь? — я чуть не осела на пол от его слов — Что значит осталась одна? Папа?! — Доченька, — он вышел вперёд. Он был прозрачным и с перерезанным горлом — Я умер. От шока и ужаса падаю на пол и отползаю от него, не веря своим глазам. Как так-то? На до мной решили так пошутить? — Я не верю, — со слезами на глазах и мотая головой шепчу я. — Прости, — сказал он ещё раз и посмотрев на стол, исчез. Поднимаюсь на ноги и с трудом подхожу к столу. Дрожащими пальцами берусь за ткань и медленно оттягиваю её. Сердце замирает, а потом и вовсе обрывается. — НЕТ! — кричу я увидев лицо умершего — НЕТ! НЕТ! НЕТ! Я отлетаю к стене и хватаюсь за голову. Из глаз хлынули слёзы, а тело металось словно в агонии. Я не хочу верить тому, что вижу. Не хочу! Передо мной, на медицинском столе, лежал труп… моего отца. Он сказал правду. В помещение врываются Ёнгук и та девка, оба держат пистолеты в руках. Мне плевать на них. Я в полнейшей истерике ору на весь морг не в силах отвести взгляда от мертвенно-бледного родного лица. Подползаю к нему и прикасаюсь к его лицу. Такой холодный. — Папочка. Ты не можешь умереть! Ты не можешь оставить меня одну, — снова реву и кричу как дикий раненый зверь, утыкаясь лицом в его грудь — Пожалуйста, открой глаза. — Мисс, — эта особа решила обратиться ко мне, но её заткнул дядя. — Я же сказал вам убраться! Уйдите. Пошли вон, оба! Ничего не замечаю вокруг. В глазах темнеет. Последнее, что помню — это то, как дядя и Ёнгук подбегают ко мне, а дальше… тьма.

***

Прошло пару дней и сегодня были похороны моего отца. Я до сих пор не верила, что он покинул меня. На фоне всего этого, моё здоровье резко ухудшилось. Я не могла ни есть ни спать… Я просто сходила с ума, каждую секунду рыдая. За эти пару дней, моё тело было истощено настолько, что я не могла даже ходить. Ноги отказали. Сейчас я, прикованная к инвалидному креслу и нашпигованная мощнейшими успокоительными, смотрю, как прах отца помещают в землю и засыпают его. Юрим крепко держит меня за руку и плачет, пряча лицо в платок. Я благодарна ей, что она, даже в такую минуту, поддерживает меня и не бросает. POV Ёнгук Сегодня мы всем участком пришли на похороны отца Табиты. Я до сих пор с ужасом вспоминаю, в какой агонии она билась тогда в морге. А сейчас смотрит пустым взглядом на могилу отца. Так исхудала за каких-то пару дней. Все уже разошлись и на кладбище остались только я и Табита. Ноги так и тянут подойти к ней, но чувствую, как кто-то хватает меня за руку. Оборачиваюсь и вижу Рику. — Пойдём. — Ты иди, — сказал я убрав её руку. — Ёнгук, — сказала она, встав передо мной и положив свои руки на мою грудь — сколько ты ещё будешь отталкивать меня? — Я тебе уже говорил, — нахмурился я — Я тебя не люблю. Прекрати уже цепляться за меня. Живи своей жизнью. — Чем эта малолетка лучше меня? — злилась она сжимая мою рубашку — Я любила тебя всю жизнь с момента первой нашей встречи, а ты никогда не замечал моих чувств. — Не смей её так называть! — уже разозлился я — Я просто люблю её, без каких-либо причин! Оставь меня уже в покое. — Ты ещё пожалеешь, — крикнула она, влепив мне пощёчину и убежала. Тяжело вздыхаю и медленно подхожу к Табите. Сажусь перед ней на колени и кладу голову на её ладони. Эти два месяца были таким адом для меня. Я надеялся, что она позлиться и вернётся ко мне, но нет. Да и я тоже хорош. Наговорил ей столько гадостей и даже не попытался извиниться. Неудивительно, что она даже перестала заходить в участок, лишь бы не видеть меня. Из-за моей глупости, я не сумел защитить её и причинил боль. И зачем я только впустил тогда Рику в квартиру? Почему не оттолкнул её, когда она на глазах Табиты целовала меня? Я такой идиот. — Прости меня, — шепчу я — Прости за всё. Поднимаю голову и смотрю в её глаза. Она не слышит меня и даже не смотрит. Её кожа такая бледная и холодная. И словно душа покинула тело. Как же мне вернуть её к жизни?