Начало отсчёта

      Много я прочитала книг в своей жизни. Фильмов пересмотрела ещё больше. Сейчас я словно попала в кино…       Тёмный зал, как в кинотеатрах, большой экран, ступеньки. На экране застыли цифры, словно в старом кино, показывающем отсчёт до начала программы. Нервно оглядываюсь по сторонам, заодно пытаюсь не сыграть боулинг, улетев с лестниц кубарем.       Наконец, добравшись до дивана и, не увидев ничего, по причине непроглядной темени, сажусь. Кадры начали мелькать на экране.       — О, да это же мои воспоминания. Радость какая, прям слов нет. Издеваетесь что ли?! Хотите сказать, что я померла и все воспоминания пролетают у меня перед глазами? — может, так надо, а может, из-за моего бешеного крика, экран вспыхивает, показывая картинку вообще не известно, о чём.       — Давно не виделись, лет двадцать, да? — внезапно раздался голос за спиной. Испуганно оборачиваюсь — пусто. Что происходит, сердце в пятки ушло, оглядываюсь по сторонам — никого.       — Мы знакомы? Не припоминаю, чтобы водила дружбу с пустотой? — решила вступить в диалог, осмотр пространства новых данных не дал, а тут может чего-нибудь новое расскажут.       — Да, знакомы, — коротко отвечает пустота.       — Вот только не надо говорить, что ты моё второе «я», несознательная часть и всё тому подобное, — уже не сопротивляясь, расположилась удобнее на диване.       — Я — не ты, каждая из нас — отдельная личность. Я всё и ничто.       — Давай к делу. Что ты от меня хочешь? — начиная нервничать, задаю вопрос, положив ногу на ногу.       — Ты больше всех мне нравилась, как сосуд. Хочешь вернуть меня? — нашептывает «голос» мне в ухо.       По аналогии то, что этот «голос» вытворяет: это как гулять с любимым парнем, в порыве своей любви он склоняет голову к ушку и начинает шептать нежные слова о том, как сильно любит. Вот тут тоже самое — холодно, щекотно и непонятно, что оно хочет. Я холодна в отношении заигрывании, по причине прямолинейного характера, недомолвки не люблю, особенно в отношениях.       — Ты не помнишь? — удивляется «голос».       — Как бы нет, — с иронией произношу, зачем-то рассматривая застывшую на экране картинку.       — Тогда, нам не о чем говорить, — с усмешкой произнес «голос», — наслаждайся персональным проклятием, ха-ха-ха! — со злобным истеричным смехом исчез голос.       — А…?       Проклятие? Какое проклятие? В голове резко зазвенело, ужасно заболела голова. Почему-то потерять сознание, от дикой боли, как порядочной женщине, мне не удалось. Откинула голову на спинку дивана, уставившись в потолок. На экране начали появляться картинки.

20 минут спустя. После происшествия во дворе, больничная палата Алекс:

      — Она хоть будет жить? — нервозно интересовался Ден, находясь недалеко от двери.       — Я сделала всё, что могла. Воскрешения — не моя специальность, — возмутилась Митри, поддерживая заклинание, находясь рядом с Асей, лежащей на больничной койке, — по-хорошему, сюда надо медика, который знает, что лечить надо, а не так, снимать симптомы, поддерживая жизнь в теле.       — Перестаньте ругаться! — наконец-то подал голос Алекс, стоявший у окна, — медики скоро прибудут, сейчас каждый должен делать то, что может, — с глубоким вздохом разочарования, он закончил фразу.       Повисло молчание, убивающая тишина. Сомнения начинают разъедать изнутри.       — Опять не доглядел… — нарушая тишину, Алекс сделал вывод, облокотившись на подоконник, соприкасаясь лбом со стеклом.       — Нет, нет, нет. Тогда она сделала выбор сама, сейчас случайность, — протестовал Ден, нервно притопывая на месте.       С момента происшествия оставшихся девушек изолировали под купол в общежитии. Трупы недавних посетителей прибрали. Аббат пытался вернуть ситуацию в исходное русло.       Митри пыталась не отвлекаться, заклинание лечения очень хрупкое, расслабишься — оно рухнет. Силы её были почти на исходе, заклинание отбирало слишком много сил. Тёмные круги залегли под глазами.       — Так-так, прям картина маслом! — бодрым тоном заявляет человек, по виду напоминающий врача, начал проверять пульс и сердцебиение пострадавшей.       Эта женщина — Абигель Гарстон, ей около 30 лет, в народе имеет звание великого доктора. Является главой межмировой врачебной ассоциации, уважаемая многими персонами. В след за ней прошел маленький пухлый мужчина — её учитель — Антон Шторм, старая развалюха, ему уже больше 70 лет, старый, сморщенный человечек.       — Очередную душу загубить решили, убийцы! — с легким презрением высказывается Антон, медленно двигаясь по палате.       — Доктор! Профессор! Подождите меня! — а вот это ассистент Абигель, Семён. Хилый молодой человек, бегущий за наставниками с чемоданами на перевес, успевая поправлять на бегу очки.       Профессор Шторм шаркающей походкой подходит к телу Аси. Посмотрев на лицо девушки, в глазах давно поседевшего доктора появился ужас, отчего доктор, покачнувшись, чуть не упал. За время долгих мучительных тренировок Ден выработал хорошую реакцию. Быстрым движением он подхватывает профессора, не дав ему упасть.       — Алекс, ты обязан мне всё объяснить! — гнев и раздражение явно слышны во фразе Антона. В гневе профессор начинает махать рукой с тростью.       — Сам был в ужасе, увидев её, возможно это «её» рук дело! — опустошенным взглядом смотрит Алекс в одну точку, голос был слабый и тихий.       — Абигель, дорогая, возьми Семёна, сходите и осмотрите остальных, судя по голосам, доносившимся из общежития, у них истерика… — пытался отослать коллег профессор.       — Хорошо, учитель, будет по-вашему, — спокойно отреагировала Абигель, — Семён, идём.       Да, командовать она умеет — повернувшись на больших каблуках, женщина начала удаляться. Семён, схватив багаж, что тащил до сих пор, пытался догнать удаляющегося профессора.       Белый халат идет этой даме, фигура идеальная, в моём вкусе, отшивала меня уже раз десять, юбочка прямая, короткая, а главное — прозрачная блузка делает её фигуру неотразимой. Ой, о чём я думаю, тут Ася полумёртвая… Дурак, соберись, Алекс.       — Эй, вы, двое, тоже свободны, — скомандовал профессор Дену и Митри, вырываясь из рук Дена и указывая обоим выйти вон.       — Но, как же заклинание? — возмутилась было Митри.       — Оно уже ни к чему, тело в порядке, в отличие от разума… — констатировал профессор, — идите, освободите пространство. Меньше народа, больше кислорода, — раздраженно закончил профессор.       — Хорошо, только на нас срываться не надо! — фыркнул Ден, выпустив профессора, направляясь к выходу, — Митри, давай освободим им место, — взяв за руку девушку, Ден быстро вышел из больничной палаты.       — Давай, рассказывай, как это всё вышло, — настоял профессор, присаживаясь на освободившийся стул.       Мне пришлось рассказать, как всё было: про мир, где их нашли, женщину в красном, приключение в лесу, о послании аббата Мотео, утренний инцидент… Закончил я завтраком, на котором узнал её, а также дракой с ящерами и пойманной Асей электрической магии.

10.20 коридор аббатства

      — Ден, ты понимаешь, что происходит? — взволнованно спрашивает Митри, направляясь в гостиную аббатства.       — Они знают то, чего не знаем мы, — выдохнул Ден и в желании избежать лишних вопросов ускорил шаг по узким переходам.       — Нам по рангу не положено или что? — не отстает Митри, прибавляя шаг, отчаянно размахивая руками.       — Не заморачивайся, придёт время — узнаем, — пытался подбодрить девушку Ден, скрываясь в повороте перехода.       — Хорошо, Ден.

В то же время — холл общежития

      Констанция и Василика пытались успокоить паникующих девушек.       — Она умрет, да? — старательно прибранные волосы Ирины сейчас находились в полном беспорядке — девушку трясло от страха.       — Те трое, что лежали во дворе, «ящеры»… Кто они? — дрожащим голосом спросила Настя, пытаясь выпить хотя бы глоток чая, который она держала в руках.       — Не паникуйте, Митри, лекарь хоть и низкого ранга, а «ящеры» — убийцы, они не за вами, не беспокойтесь, — хотела было успокоить, но сболтнула лишнее девушка.       Все разом посмотрели на говорящую, которая, поняв свою ошибку, скромно улыбалась, так и замерев с успокоительным чаем в руках.       — Василика! — строго посмотрела Констанция, — иди-ка помоги на кухне, — настаивающий голос давал понять — возражения не принимаются.       — Хорошо, — поняв намек, Василика уже выходила из дверей, как столкнулась с доктором Абигейл.       — Приятно вас видеть, доктор, — приветствовала Василика мужчину, отходя в сторону, давая Абигейл пройти в холл.       — Здравствуй. Меня профессор отправил успокоить этих кисейных девиц, — раздраженно осматривает присутствующих доктор, проходя в центр комнаты.       — Ну, я пошла, — прокричала Василика и скрылась в дверях, понимая, что девочки в надёжных руках. В след за ней из комнаты вышла и Констанция.

10.55 медицинская палата.

      — Решать теперь только ей. Если захочет, то пойдет по другому пути, если нет — значит, поможем, как тогда, — вынес вердикт профессор, сидя на освободившимся месте рядом с кроватью.       — Я — против! — возразил я, резко разворачиваясь в сторону профессора.       — А тебя не спрашивают! — кричал на меня Антон, — всё, что нам остается, это ждать, когда она очнётся и примет решение.       Ждать говоришь. Ожидание убивает. Выбора нет… будем ждать.

Вечер этого же дня. Асия.

      Голова раскалывается, медленно открываю глаза. Комната напоминает больничную палату. Сажусь на кровать.       «Что на мне одето? Белая футболка и белые штаны.» — в висках стучит. Осматриваюсь, вижу Алекса. Он расположился на полу около окна, спит что ли? Рядом в плетеном кресле спит маленький старичок в белом халате, с седыми волосами, одет он, как типичный дедушка: брюки коричневые, туфли коричневые мужские, вязанный свитер серый, под низом рубашка в клеточку. На носу очки. Милый дедушка.       Возвращаюсь в положение лежа, вспоминая кинотеатр и «голос», «Персональное проклятие», анализируя всё произошедшее, прихожу к выводу, что огонь является моим проклятьем. Неконтролируемая магия опасна и разрушительна. Теперь огонь — часть меня, элемент разрушения, не смогу с ним справиться…       Проверяю на руке карту, и изучив заранее браслет, быстро ориентируюсь в настройках, находя карту комплекса аббатства и библиотеку. Нашла: 3 здание 4 этаж. Ого, целый этаж под библиотеку.       — Что задумала? — прерывает мои мысли Алекс, всё это время наблюдавший за мной из-под опущенных век.       — Хочу узнать про персональное проклятие, библиотека мне в этом поможет, — рассказываю план Алексу, отчего он едва уловимо вздрагивает.       Открыв глаза, смотрит так, будто я уже что-то сожгла:       — Персональное проклятие, это ты о чём?       — Магия огня, вот о чём. Точно не знаю, где была, назовём это место «кинотеатр». Вот в этом здании пришлось поговорить с «голосом». Он и сказал, что это за проклятие, а затем на экране кинотеатра я видела, как маленькая я поджигаю лес. Я… боюсь, страшно даже не обладание такой силой, а страх перед собой, страх перед тем, что я могу сделать, — слова на момент закончились. Осознание проблемы пришло, но легче не стало.       — У тебя есть варианты, как поступить, — решил вмешаться «дедушка», всё это время остававшийся неподвижным, теперь встал и начал потягиваться так, что был слышен хруст костей.       — Для начала, вы кто? — не самый удачный вопрос тому, кто хочет помочь, впрочем, как и тон.       — Я, деточка, Антон Шторм, профессор медицинских наук, по совместительству основатель межмировой врачебной ассоциации, — представился «дедушка», — у тебя в данный момент есть несколько вариантов, как поступить.       — Какие варианты? — перевела я взгляд на Алекса.       — Первый — Алекс снова начнет тебя обучать, — тут Антон замолк, подходя к столу в углу палаты и наливая себе стакан воды, — а есть, как вариант, пойти в любой орден, сообщество или ассоциацию. Тёмных, светлых, огненных, водных. Вариантов правда много: люди, вампиры, оборотни, эсперы, дроу и, самые опасные, тёмные, что связаны с самой тьмой.       Да, пояснение профессора дают много информации к размышлению без какой-либо конкретики. Перед потерей сознания в голове всплыло воспоминание, что Алекс меня когда-то учил пути «тени измерений».       — Кто такие «тени измерений»? — вопрос сам слетел с языка, прежде чем разум успевает всё обдумать.       — Ты помнишь? — с ошеломленным видом спросил Алекс, поднимаясь с пола быстрым движением, оказывается рядом с моей кроватью.       — Вспомнила, — отвечаю, пожимая плечами, нервно теребя браслет.       — Путь «тени измерений» самый сложный из всех. Это сочетание всех сил, прохождение всех путей. Разница лишь в том, что в определённом ордене, ты годами изучаешь и проходишь обучение выбранному пути. Здесь же, ты проходишь всё в очень сжатые сроки, при максимальной нагрузке. В истории было всего два человека, освоивших этот путь. Первый — это Алекс, он же создатель, а второй…       — Хватит! — громко и нервно произносит Алекс, — второй человек мёртв. Поэтому предлагаю тебе хорошо подумать, прежде чем выбирать этот путь.       — Погоди-ка, а второй человек — это моё прошлое я? — очень уж, интересует меня этот вопрос.       — Без комментариев, — резко ответил Алекс, вылетев из палаты.       Очень интересно, кажется, я знаю, что выбрать. Потирая руки, на губах играет хитрая улыбка.       — Судя по твоей довольной улыбочке, решение принято. Поздравляю, только не отступай от цели, — профессор, выпив свой стакан воды и поставив его на стол, двинулся в сторону выхода, уходя в очень хорошем настроении.       — Скоро подадут ужин, одевайся. Одежда в шкафу, затем спускайся в столовую, — крикнул из коридора профессор.       На соседней кровати лежала моя выстиранная одежда. Решаю переодеться и всё же спуститься к ужину. Неспешно надевая свои черные джинсы, кроссовки, футболку и потрёпанную временем кофту. Всё черное, зато грязи не видно. Улыбаясь собственным мыслям, поплелась в столовую, обдумывая план нападения на старика. Мысли носились туда-сюда в составлении плана, в итоге имеем конечную цель: меня должны взять на обучение, а значит будем изворачиваться, как можем.