50 дней, чтобы умереть

      Поцелуй словно прорвал плотину эмоций этих двух заблудших в своих же мыслях и надеждах людей. Они совершенно не помнили, как спустились вниз, поймали такси. Но Куратор хорошо запомнил ошалелые глаза таксиста в зеркале заднего вида, когда они, никого не замечая, чуть не раздевали друг друга на заднем сидении.       Квартира Кита порадовала своей опрятностью. Поправка! Порадовала бы, если бы они не ввалились туда, сметая все на своем пути. И лишь ощутимый удар по голове Куратора упавших лосиных рогов заставил немого прийти в себя.       Честное слово, за все 27 лет жизни у Игровика никогда так быстро не спадало возбуждение. Страсти и эмоции медленно остывали, оставляя после себя лишь сбивчивое дыхание и шишку на голове парня.       Он, сдерживая смех, помчался к холодильнику, чтобы достать лед. Да, единственный минус, когда ты передумал прыгать с крыши — это пустой и теплый холодильник. Кит впервые за долгое время смеялся и радостная улыбка еще долго не сходила с его лица.       Больше всех в шоке от того, что к ним в 6 утра позвонили в дверь и попросили льда, была молодая студентка, снимавшая комнату напротив. Она единственная, кто в это время не спал, потому и щипала себя за предплечье, видя столь красивого соседа. «Я вообще не знала, что там кто-то живет» — смущенно призналась она, протягивая упаковку со льдом.       Но еще больший шок ей пришлось пережить именно тогда, когда к потенциальному, хоть и слегка помятому (она списала это на сон) парню подошел мужчина и приобнял Того за талию. — Милый, ты что, оставил меня, чтоб флиртовать? — старался не засмеяться Куратор, вновь видя то же выражение лица, что и тогда в такси.       Под аккомпанемент из звонкого смеха и хлопающей двери, они вернулись в квартиру. Затылок Игровика встретился с прохладой пакета со льдом, остужая не только голову. Теперь же они были спокойны, а в черепной коробочке начали накапливаться вопросы, и у Кита просто язык чесался задать их все и прямо сейчас. — Как ты тут оказался? — с придыханием выдал Он. — Я живу в этом городе. И знал бы ты, сколько раз за последнюю неделю я хотел к тебе приехать, — Куратор по-хозяйски рухнул на односпальную кровать, утягивая за собой это горе луковое. — Ку...Как тебя зовут? — Кит, за неимением места, почти лежал на Игровике, что, собственно, дискомфорта ни одному из них не доставляло. — Саша. А тебя? — Как Плющенко.        Они говорили долго, все больше узнавая друг о друге. И в те редкие моменты, когда они думали, что разгадали эту головоломку чужого разума, открывалась новая дверь и тонны информации теплым потоком вливались в сознание.        Женя (он же Кит) рассказал о семье, редких друзьях, девушке, коте и многом, периодически замолкая, чтобы сглотнуть подкативший к горлу ком. В эти моменты чужие полные губы касались его кожи, а руки поглаживали плечи, успокаивая.        Саша говорил о своей работе в филиале большой корпорации. Поведал, что жизнь была похожа на «день сурка» без права на выход. Игра была лишь способом развлечения, не более. И, почему-то, такая новость совершенно не отталкивала бывшего Игрока. Недавний Куратор рассказал о своем первом игроке (всего их было два), какая-то Леся 14 лет отроду. Надоедливая особа, постоянно говорящая о своих проблемах и жалеющая себя. Она струсила и вышла из игры в последний день. Александр не стал преследовать.       Еще были твиттерские, очень много. Это как особая секта людей, которые любят стебаться над всем и вся. Такие очень затрудняли течение игры, но с ними было весело. — Почему ты решил… Как ты понял, что любишь меня? — зевая, спросил Евгений. — Ты был не таким как все, особенным. Постепенно я даже не мог представить свой день без твоих сообщений. И да, та фотография в WA действительно очень дрочибельная, — последнее предложение бывший Куратор прошептал Ему на ухо, заставляя краснеть, — Друг, что привел меня в эту Игру, повесился на двери, а в руке у него была лишь записка со слезливым признанием в любви и ненужными извинениями. Это заставило задуматься о том, что будет, если о тебе вот так же покажут в новостях или напечатают в некрологе зашарпанной газеты. А ты? — Кто сказал, что я тебя люблю? — хитро улыбнулся Он. Скулы уже сводило от улыбок, но они продолжали появляться на лице, словно расплачиваясь за все эти годы депрессии и безразличия, — Я тобой живу.

КОММЕНТАРИЙ АВТОРА.

Спасибо всем, кто прочитал сие творение. Я очень рада, что Вам нравится то, что мы делаем. Отдельную благодарность хотелось бы выразить СоАвтору. Анастасия, если бы не ты, я бы загнулась еще на первой главе. Твои вставки всегда были к месту, дополняя общую картину. И не нужно никогда принижать свою роль в этой работе — она столько же моя, сколько и твоя. Обожаю тебя. Так же благодарна таким милым читателям, как Истина, Софа, Тонечка, Неко-тян и Александра. Вы самые-самые. Ваше мнение для меня было оооочень важным. На именах героев настоял СоАвтор, за что благодарю сердечно.