Песок любви не помеха

      Время для Гаары текло медленней, когда Рины не было рядом. В этот день в кабинете ему было одиноко, несмотря на то, что жизнь шла своим чередом. Мысли метались между желанием скорее пойти домой и никогда больше не давать выходной Рине.       — Бездельница, — Гаара посмотрел на часы, в надежде увидеть, что рабочее время истекло, но до конца рабочего дня оставалось ещё несколько часов, которые ему нужно было как-то прожить.       — Надеюсь, что она не отлынивает от тренеровки.       Гаара вернулся к своим обязанностям Кадзекаге и уже заканчивал подписывать очередной отчёт от Дайске, как дверь в его кабинет открылась. На пороге стала Темари. Гаара хотел спросить, почему она не на тренировке с Риной, но куноичи его опередила.       — Где Рина? Она не у тебя? — Темари вертела головой, пытаясь найти в кабинете девушку, которой там явно не было.       — Я дал ей выходной, она не была здесь сегодня, — ответил Гаара, вставая со стула.       В комнате повисла тишина. Куда могла деться девушка, потерявшая память и за все время только и смогла, что запомнить дорогу от дома до работы?       — Может, она осталась дома? Ты проверяла? — в растерянности перебрал в голове все возможные варианты, что де могло случиться.       — Нет, я думала, она с тобой, тут. Не отвлекайся, я схожу и посмотрю, — Темари вышла из кабинета.       — Рабочий день уже закончился, я иду с тобой, — Гаара взял свою накидку и вышел вслед за Темари.       — Но ведь ещё… — хотела возразить Темари, но Гаара её перебил.       — Я сказал — я иду с тобой.       В сердце Кадзекаге загоралось странное чувство, состоящее из смеси злости и подступающей паники. Добравшись до дома и поднявшись на второй этаж, Гаара на секунду остановился в надёжнее сейчас открыть дверь и увидеть мирно спящую рыжеволосую девушку на кровати. Но открыв дверь, он лишь ощутил как его сердце пролетело несколько миль в свободном падении и разбилось на самом дне пропасти. Рины в комнате не было.       В полной тишине Гаара подошёл к окну. Оно не было закрыто до конца, а в маленькой трещине около ручки застрял не длинный бело-серебристый волос.       — Дайске, — прошептал песчаный. — Зови Канкуро, мы идём в резиденцию.       Злость во всю кипела внутри Гаары. Как посмел этот предатель дотронуться до Рины? Как посмел улыбаться в глаза Кадзекаге, после того как залез в его дом и выкрал… Кого? Гаара никогда не задумывался, кто для него Рина. Почему он так сильно злится? Почему так переживает. Переживал бы он так за любого другого жителя деревни или Рина стала для него особенным человеком? Кажется, да. Канкуро подоспел как раз, когда Гаара и Темари добрались до резиденции.       Все трое ворвались в кабинет Дайске, где застали хозяина спокойно сидящим у себя за столом.       — Кажется, вы наконец-то обнаружили пропажу, господин Казекаге. Не сильно же вы о ней печётесь... — голос Дайске звучал нахальной ухмылкой с нотками равнодушия. Он встал из-за стола. — И что же вы предлогаете нам делась с этой маленькой проблемкой?       — Где она? — Гаара цидил слова сквозь сжатые зубы.       Дайске улыбнулся во всю ширину и достал кунай.       Канкуро только успел достать свиток, а Темари раскрыть веер, как огромная песчаная рука схватила Дайске. В этот момент страшно стало всем. Всем, кроме Гаары. Он испытывал не злость, а ярость. Ненависть. Этот человек похитил её, украл у него, причинил ей боль. Лишь еле слышная далёкая мысль о том, что убив Дайске, он никогда не узнает, где Рина, останавливала сжимающуюся руку.       — Говори! — проорал Гаара. — А не то…       Песчаная рука начала сжиматься сильнее. Темари и Канкуро застыли в страхе пошевелиться. Уже много лет они не видели Гаару таким.       — Орочимару, — прохрипел Дайске.— Она у него.