Массаж

Кларк устало вздохнула и встала из-за стола, разминая затекшие конечности. Эта работа главного бухгалтера когда-нибудь её добьет. Перед глазами мелькали ровные столбики цифр и бесконечная вереница чисел. Кларк даже и не успела понять, когда работа стала для неё всем, отодвигая на второй план друзей и личную жизнь. После того самого массажа блондинка все чаще стала думать о своем одиночестве, о том, как же все-таки истосковалось её тело по ласкам и нежным прикосновениям. Кому она врет… Конечно же Кларк думала о массаже, вернее, не только о нем… Да, он был шикарный, и Кларк еще несколько дней чувствовала легкость в мышцах и голова не гудела от привычной боли. Но теперь вместо этой самой головной боли в ней поселились жгучие зеленые глаза, мягкий чарующий голос, нежные пальчики и манящие пухлые губы… Мобильный телефон, лежащий на столе, монотонно завибрировал, выдергивая девушку из раздумий, и Кларк ещё раз глубоко вздохнув, приняла вызов от подруги. — Хей, бухгалтерская маньячка! — раздался в трубке веселый и бодрый голос Октавии. — Привет, О. Да, я маньячка… только, наверное, теперь не только бухгалтерская, — сокрушенно пробубнила блондинка, перекатывая пальчиком шариковую ручку по столу, заваленному бумагами. — В этом месте поподробней, — хмыкнула Блейк. — Кхм… — Кларк нервно прокашлялась. Она очень хотела поделиться своими переживаниями с подругой, решаясь на это несколько дней, — я возбудилась, когда мне делали массаж… когда она меня трогала… и смотрела… и я думаю об этом теперь постоянно… и… и ты, наверное, перестанешь со мной дружить… С извращенцами не дружат… В трубке повисла напряженная для Кларк тишина, но в следующее мгновение барабанную перепонку уха блондинки чуть не разорвал громкий заливистый смех Октавии. — Какая же ты все-таки, милаха, Кларк, — сквозь всхлипы смеха выдавила брюнетка. — Ты не извращенка, а идиотка! — Чтооо?! — возмущенно воскликнула блондинка. — Я так рада, что тебе, наконец, напомнили о том, что ты живой человек, а не электронный калькулятор! Да я готова расцеловать эту девушку! — Лексу, — смущенно прошептала Кларк. — Лексу, — смеясь, повторила Блейк. — Срочно записывайся на второй массаж к ней же! И чувствуй, просто чувствуй и наслаждайся, дурочка! — Ты смерти моей хочешь, О?! Это… это не очень-то красиво по отношению к ней… я ведь правда хотела… — Так, зануда! Хватит думать, анализировать и вычислять. Заканчивай с этим и просто получай удовольствие. Кларк, нервно теребя края своей блузки, закусила губу. — Хорошо, запишусь сегодня на массаж, но не обязательно к ней… просто… запишусь. — Советую турецкий мыльный массаж. Это сказка, мне он очень нравится, — произнесла Октавия. — Давай, детка! Учись расслабляться! И захвати купальник! Блондинка тихо хмыкнула, набирая номер массажного салона.

***

— Дрю, у меня есть на сегодня еще записи? — спросила Лекса, облокачиваясь о стойку регистрации. — Именно к тебе — нет. Но Кейтлин сейчас на больничном, так что мыльный массаж сегодня твой, — ответила девушка, поправляя воротник идеально выглаженной белой рубашки. — Кто-то из постоянных? — Нет, по подарочному сертификату. Она уже была у тебя несколько дней назад. Кларк Гриффин. Лекса нервно одернула край своей рабочей рубашки. — То есть, кроме меня его никто взять не может? — стараясь спокойно говорить, произнесла брюнетка. — Только ты, — улыбнулась девушка. — Последний на сегодня, Лекс. И ты же любишь его делать. — Хорошо, пойду подготовлю хамам. Лекса резко развернулась, сжимая кулаки, и направилась по коридору в дальнюю часть салона. Она любила массаж, она жила им, овладев за шесть лет многими техниками, и теперь была одним из лучших профессионалов своего дела, наработав неплохую клиентскую базу. Она считала себя такой, до недавнего времени… когда в её профессионализм ворвались эти голубые бездонные глаза… С ней никогда не случалось такого! Никогда! Да, были разные клиенты, разные ситуации. Лекса привыкла к тому, что люди любили её руки, она сама наслаждалась работой, даря расслабление, умиротворение и покой, помогая другим справиться со стрессом или недугом. Это её предназначение. Были мужчины, которые иногда смотрели на неё после массажа похотливыми глазами, был и такой эффект… Это нормально. Профессионализм Лексы никогда не давал сбоя, четко выполняя свою работу, переставая со временем обращать на это внимание. Были девушки, которые поначалу чувствовались зажатыми под руками. Но Лекса и с этим справлялась на отлично, с легкостью расслабляя так, что многие чуть не засыпали под конец сеанса. И она привыкла, что клиент всегда расслаблен под её умелыми руками и наслаждается с закрытыми глазами! А не с широко распахнутыми и внимательно смотрящими на неё! И… Лекса впервые почувствовала возбуждение. Да! И черт возьми, только за одну эту мысль её уже можно было уволить! Как только она увидела эту милую блондинку перед собой, которая внимательно смотрела на неё… смотрела так… так странно и волнующе. Она ещё ни разу не видела таких глаз — лучисто-голубых, чистых, словно летнее небо. И не хотелось отрывать взгляд от них, хотелось тонуть, захлебываться в этом ярком голубом свете, теряясь… теряя себя. Она пыталась собрать весь свой контроль, весь свой опыт, чтобы справиться с непонятными чувствами, машинально выполняя свою работу, но все пошло не по плану… Лекса прикасалась и наслаждалась… наслаждалась не так, как положено массажисту… А самое странное, что этот массаж даже не был хотя бы немного откровенным и делался через одежду… А теперь ей предстоит массировать эту девушку… полуобнаженную. И для паники бы вроде не должно быть никаких причин, Лекса видела сотни голых тел, но тут, походу, совсем другой случай… непонятный, пугающий, ставящий под сомнение всю её рабочую деятельность… Лекса впервые не смогла расслабить клиента, Лекса впервые захотела клиента… Но если и так, она соберет весь свой опыт, чтобы показать и доказать себе, что она настоящий профессионал!

***

Кларк воодушевленно влетела в салон, широко улыбаясь девушке-менеджеру, сидящей у компьютера за стойкой. — Вы на турецкий мыльный массаж, верно? — уточнила менеджер. — Да, — выдохнула блондинка, решительно настроившись сегодня расслабиться по полной, ведь её ждало райское наслаждение от удивительно приятной процедуры. Девушка проводила Кларк в просторную раздевалку, которая служила одновременно и комнатой для отдыха с широкими кушетками. — После того, как переоденетесь, мисс Гриффин, проследуйте в хамам. Дверь прямо перед Вами, — она указала на матовую затемненную дверь напротив ровных шкафчиков для переодевания. — Сандали найдете в шкафчике. После процедуры здесь Вас будет ждать чай и халат. Кларк нетерпеливо закивала. — Через десять минут, после того, как Ваше тело нагреется и расслабится, массажист присоединится к Вам. Снимите все украшения, мисс. И приятной процедуры, — произнесла девушка, и громко цокая высокими каблуками, удалилась из помещения. Кларк с предвкушением натянула на себя единственный и самый любимый белый купальник, который больше открывал, чем скрывал соблазнительный вид на пышную грудь. Всунув ноги в деревянные сандали, блондинка зашла в хамам. Влажный теплый воздух тут же окутал её тело, и девушка непроизвольно поежилась. Круглое большое светлое помещение было полностью облицовано мраморной мозаикой с восточным замысловатым орнаментом. В сводчатых нишах стояли большие красивые кувшины. В стену были вмонтированы несколько умывальных раковин с красивыми резными кранами. В центре располагался широкий круглый плоский и гладкий камень, к которому подошла блондинка, присаживаясь на его краешек. Он был теплый, очень теплый. Кларк подняла голову вверх, рассматривая куполообразный потолок, разрисованный красивыми завитушками. Тело начало привыкать к температуре и влажности, тяжелея, и Кларк позволила себе ни о чем не думать, окунаясь в восточную атмосферу. Дверь неожиданно открылась, и в хамам вошла девушка. — Добрый вечер, Кларк, — этот бархатный голос, произносящий её имя… Кларк мгновенно покрылась волнительными мурашками, вскакивая с места. Снова она… Перед ней стояла та самая брюнетка в черных коротких облегающих шортах и в тон с ними узком коротком топе. Стройные ножки, подтянутые ягодицы, плоский животик, высокая упругая грудь… Идеальная фигура… Вот же черт… Волосы девушки были заплетены в длинную тугую косу. Сердце вмиг ускорилось. Неужели эта Лекса — единственный массажист в салоне??? Поняв, что непростительно долго и нагло изучает девушку, Кларк попыталась отвести взгляд в сторону, но глаза вновь попали в плен бесконечно зеленых глаз, которые также внимательно и с интересом изучали её. И блондинка, чувствуя, как неумолимо покрываются румянцем её щеки, обхватила себя за плечи. Лекса слегка качнув головой, будто выходя из транса, поставила, находившуюся до этого в руках, пиалу с мыльным раствором на пол и подошла к раковине, рядом с которой стоял кувшин. Она наполнила его водой почти до краев и направилась к замеревшей блондинке, которая жадно поглощала каждое движение брюнетки. Пухлые губы изогнулись в легкой улыбке. — Расслабьте руки, Кларк. Я омою Вас перед процедурой. Кларк послушно опустила руки, и Лекса подошла ещё ближе. Зеленые глаза снова столкнулись с голубыми, и весь влажный воздух помещения вмиг испарился. Блондинка забыла, как правильно дышать, затаив дыхание. Лекса подняла кувшин над девушкой, и теплая вода медленными ручейками заскользила по плечам, груди, животу, ножкам. — Ложитесь спиной на камень, Кларк, — выдохнула брюнетка, снова наполняя кувшин водой. Девушка, нервно сглотнув и стараясь дышать ровно, молча опустилась на теплую гладкую поверхность, скидывая на пол сандали. Лекса нависла над ней, и вода снова покатилась по её коже. Купальник промок насквозь и прилип к телу, показывая контур встающих сосков. Твою мать… Зеленые глаза оставляли горящие следы после себя. И Кларк не могла ничего поделать… абсолютно… она неумолимо возбуждалась… с каждой секундой все больше. Брюнетка, сжав свои пухлые губы, надела на руку специальную варежку из шелка и начала мягко тереть ей кожу Кларк от ступней, поднимаясь выше к коленям, бедрам, нежно касаясь впалого животика, который инстинктивно дрогнул от приятного ощущения. Лекса старалась не смотреть в голубые широко раскрытые глаза, когда добралась до соблазнительной упругой груди с нагло выпирающими сосками. С виска брюнетки скатилась капелька пота. Лекса поднялась выше, уделяя внимание красивым линиям ключиц, шее, легко водя варежкой вдоль неё. — Перевернитесь, — стараясь говорить ровно, произнесла девушка. Кларк перевернулась, мысленно сгорая от стыда и желания… эта дурацкая варежка… как могут прикосновения от этой шелковой мочалки так сводить с ума? И блондинка, кусая губы, чувствовала, как медленно варежка трет её ягодицы… Невыносимо медленно и приятно… Грудь с возбужденными сосками прижималась к теплой поверхности, усиливая напряжение внизу живота. Когда пытка с трением закончилась, Кларк ощутила, как её спину покрывает легкая приятно пахнущая оливковым маслом пена, и вместо мочалки на кожу опустились нежные пальчики. Температура в хамаме была высокой, но теперь воздух вокруг будто кипел, и Кларк, давясь влажностью, застрявшей в легких, готова была взвыть. — Кларк… — ухо опалило горячее дыхание, вызывая взрыв мурашек, которые стремительно побежали вдоль намыленной спины. — Закройте глаза… Я добавила в пену немного успокаивающих масел, вдыхайте их полной… полной грудью. Блондинка не смогла в ответ ничего выдавить, делая глубокий вдох… Какой позор… Лекса, наверное, все поняла… поняла… как отчаянно желает Кларк, чтобы пальчики, которые ритмично массировали сейчас её плечи, оказались совсем в другом месте… которое неумолимо становилось гораздо влажнее, чем воздух вокруг. Захотелось вжаться в теплый камень ещё сильнее, когда перевернувшись, на спину, Кларк снова встретилась со взглядом зеленых сверкающих глаз. Новая порция воздушной ароматной пены из мыльного мешка, который Лекса виртуозно скрутила, и выдавила на блондинку, поглотила тело девушки, создавая белый пушистый лопающийся кокон. Кларк закрыла глаза. Ладони скользили и массировали, расслабляя тело, и одновременно возбуждая и усиливая пульсирующее желание между ног. Казалось, коснись её там… только дотронься, и Кларк тут же кончит… Брюнетка обходила самые чувствительные места, и Кларк остатками самообладания прикладывала титанические усилия, чтобы не ерзать под сильными умелыми руками. После массажа головы, от которого блондинка едва не застонала сладко и блаженно, Лекса помогла Кларк встать, плавно утягивая за руки её на себя. Ноги почти не слушались, наливаясь тяжестью от томящегося желания. Блондинка облизывала сухие губы и отводила взгляд в сторону, когда Лекса смывала мыло и остатки пены с её кожи, следом покрывая косметическим маслом. — Кларк… — брюнетка отстранилась от девушки, делая два шага назад, и так же не смотрела в голубые глаза, — в комнате отдыха Вас ждет чай. Обязательно полежите пятнадцать минут, прежде чем собираться. — Спасибо, — прохрипела Кларк, осознавая, что впервые за все это время заговорила с девушкой. И Лекса, не поворачиваясь, стремительно покинула хамам.