Личный альфа

      Это был самый ужасный день в жизни мальчишки. Утром поссорился с отцом, днём опять наехал Джексон и даже Скотт с его невозможной добротой и вечным желанием везде сунуть свой нос и помочь не смог спасти положение. Да еще и тренер особенно активно издевался над его щуплостью и слабостью. Или ему просто кажется?       Видимо, сегодня Стайлз просто встал не с той ноги. Вот и всё.       Уроки закончились, а вот возвращаться домой, да и вообще, видеть кого-либо, желания не было.       По-быстрому заскочив домой, он как сталкер, тихонечко хватает пару яблок, какие-то булочки и так же тихо ретируется.       Пойти к Скотту? Чтобы тот снова читал нотации про то, как «нельзя слушать идиотов, как Джексон»? Ну уж нет. Точно не сегодня... нет, нет, нет. Сегодня он хочет побыть совсем один. Наедине со своими тараканами.       Как нельзя кстати, Стайлз вдруг вспоминает про своё излюбленное место. Опушка на окраине леса. В детстве, когда что-то шло не по плану, он убегал туда, в надежде спрятаться от всех проблем. Вот и сегодня Стайлз решил вернуться к прошлому.       Дорога заняла каких-то полчаса, а Стайлз, с его ужасной физической подготовкой, если мягко переводить слова тренера, уже совсем устал, и ноги едва держали его, а может, просто усталость и тяжесть этого дня навалилась? Кто знает...       Всё то же поваленое дерево, всё тот же след от давно погасшего костра. Интересно, а что если разжечь костёр? Вечером тут холодно.       Касается кончиками пальцев чуть влажной древесины, прикрывая глаза и давая нахлынуть воспоминаниям прошлого.       Вот он прибегает сюда весь в слезах, потому что его рисунок упал прямо в лужу и мальчики над ним смеялись.       Вот он злой на папу. Их первая ссора, но он до сих пор не понимает, что же послужило её причиной.       Вот он приводит сюда своего первого и единственного друга. Скотт сначала боялся заходить так далеко в лес. И его можно было понять. Заблудиться тут проще простого. Но он поверил ему. Доверился Стайлзу.       Открывает глаза и садится, улыбаясь. Воспоминания — штука хорошая, всегда могут подлатать в нужный момент.       — Так, думаю, пора перекусить. — в мрачной тишине леса эти слова кажутся какими-то особенно громкими.       Снимает с плеча излюбленный рюкзак, ставит тот рядом с собой, достаёт нетбук, который носит с собой на случай апокалипсиса, включает на нём какой-то сто лет назад закаченный фильм и принимается за свой «обед».       Проходит где-то час, когда Стилински слышит хруст позади себя. Неужели, Скотт всё-таки нашёл его?       — Я же сказал, что я в порядке, Ско... — поворачиваясь, начал было говорить Стайлз, но окончание фразы застряло где-то в трахее.       Перед ним, вальяжно облокотившись на ствол дерева, в каких-то жалких пяти метрах от него, Стайлза, стоял мужчина лет двадцати пяти — тридцати на вид: сильный, накаченный, в невозможно обтягивающих чёрных джинсах и не менее чёрной кожанке. Да, пожалуй, это первое на что обратил внимание Стайлз. Он сильнее его самого, явно быстрее, и, при желании, раскрошит ему череп одной своей могучей рукой. Бежать нет смысла. Его мозг это понимал, поэтому начал искать альтернативу.       Более точный взгляд. Теперь Стайлз ищет в его чёрных как смоль глазах причину визита. Угроза или всего лишь: «привет, я страшный мрачный парень... давай дружить?».       — Хей, чувак... — тут это «нечто» отлипло от ствола дерева и, с ещё большим интересом, уставилось на мальчишку, и ему ничего не оставалось, кроме как сморозить глупость, — Не ешь меня, я слишком костлявый. И уверен, слишком невкусный. Просто не ешь, ладно? Я могу предложить альтернативу, у меня есть, эм... яблоко и половина булочки с кунжутом, — заглядывая в свой рюкзак, тараторил Стайлз. А что, он пытается спасти свою задницу! — Хочешь?       Нет, вместо того, чтобы ответить хоть на один предложенный вопрос, это «нечно» сделало шаг вперед и совершенно спокойно спросило:       — Давно тут сидишь?       — Что прости? — мальчишка распахнул глаза и невинно заморгал, думая, что ослышался, но нет, его спросили то, что спросили. — А, ну, я тут часа полтора, наверное. Не засекал, но половину фильма я уже посмотрел, так что где-то так. Да, а что? Я мешаю? Если что, я могу уйти.       Тут чудо странно повело носом, будто принюхиваясь.       — Чаю горячего не хочешь? Явно лучше, чем сидеть здесь... на морозе. — его глаза, его голос, его поза — ничего не выражало опасности и Стайлз сдался, поддаваясь очарованию незнакомца. И почему всё, что выглядит опасным, этому парнишке таковым не кажется?       — Ну, раз уж ты предлагаешь, не откажусь. — тут незнакомец развернулся и, поманив рукой, повел в неизведанную часть леса. — Хей, подожди. А как тебя зовут? Я не видел тебя раньше, ты только приехал сюда? Под сюда я имею в виду Бейкон Хиллс.       —Дерек. Дерек Хейл. Приехал недавно. А ты кто?       — Я Стайлз. Стайлз Стилински. На самом деле это не моё настоящее имя, но то самое имя лучше не называть. Оно сложное, да и все меня Стайлзом зовут. Я живу тут с рождения. Мой отец — шериф, может ты встречался с ним.       — Ясно. Мы пришли.       Взгляду парня открылся вид на небольшой, но с виду весьма уютный особнячок, окружённый могучими деревьями и, как будто, являющийся их частью.       Стайлз почему-то был уверен, что вокруг на несколько миль точно соседей нет.       — Проходи в гостиную. Я поставлю чайник.       В доме чувствовалось тепло и спокойствие. Всё таки, внешность обманчива, да?       В гостиной так же царил уют, как и во всём доме. Одна стена в ней была полностью стеклянной, с такой же стеклянной дверью, ведущей, видимо на открытую терассу. У другой стены стоял книжный шкаф, захвативший уголком соседнюю стену. Даже если в нём и было пустое место, Стайлз его не видел: всё было забито книгами. Большую часть противоположной стены занимал камин, в котором тихо потрескивались догорающие дрова. Напротив стоял диван, украшенный тёплым, на вид, пледом, по бокам от которого расположились два кресла. Между диваном и камином — небольшой столик.       — Садиться будешь?       Голос прозвучал совсем близко. Где-то над левым ухом. Такой низкий, бархатный, рычащий.       Подпрыгнув на месте, Стайлз переводит взгляд на Дерека и выдыхает.       — Чувак! Не делай так больше. Ты тут что... эм... один живешь? Ну, во всей этой красотище.       — Да, один. — тут его взгляд становится каким-то особенно глубоким и проникновенным.       — Ладно, так что на счет чая? Ты же не будешь меня есть, правда?       — Почему нет?       Дерек рукой припечатывает Стилински к стене и хищно улыбается, склоняясь к его шее. Тот жмурится, пытаясь сосредоточиться на чём-то, кроме обжигающего, сводящего с ума дыхания на своей шее. Почему? Чёрт возьми, почему ему не страшно? Почему его коленки подгибаются от желания, чтобы незнакомец прикоснулся? Когда он успел его очаровать?       И он касается. Сначала нежно, губами, наблюдая за реакцией. Прокладывает горячими поцелуями дорожку от шеи к ключице и замирает. Стайлз готов расплавиться. Утечь куда-то вниз, но он не может двинуться. Не может даже сказать что-то.       Укус. Аккуратный, лёгкий. Будто и правда боится спугнуть. Отступает, а Стайлз даже пошевелиться не может, думает,что упадет.       — А сначала даже боялся меня. — с усмешкой выдает незнакомец. — Тебе чёрный чай или зелёный?       — А кофе есть?       — Есть.       — Тогда кофе. С молоком. И тремя ложками сахара. С горкой.       — Хорошо.       Слышит шаги и лёгкое шуршание по паркету. Только когда оно стихает, решается открыть глаза и глубоко вдохнуть. Кажется, что до этого момента он просто забыл как это делается.       Снова глубокий вдох. Глубокий выдох.       Пора всё таки сесть. А то вдруг решит повторить эксперимент над его бедной шеей.       Но он не повторяет, к великому сожалению Стайлза. Он хочет этого. Он впервые чувствовал что-то подобное.       Но они всего лишь выпили кофе (Дерек, за компанию тоже пил его), поговорили о жизни, о городе, о жизни в городе и разошлись.       Ну да, да. Дерек проводил непутёвого гостя, который в темноте точно бы заблудился.       — До встречи.       — То есть, мы друзья, да? Я могу приходить к тебе? Смотреть с тобой фильмы и обсуждать девчонок?       — Только без внезапностей. Захочешь прийти — иди на пустырь. Я приду.       — Ладно-ладно, мистер хмурый незнакомец. До встречи.       Стайлз дошёл до порога своего дома и посмотрел туда, где до этого стоял Дерек. Его он не увидел, но вполне отчётливо увидел, как загорелись две небольшие красные точки. Протёр глаза и посмотрел снова. Пусто.       Показалось?