Личный альфа

      Утро встретило Джексона жгучей болью в каждой клеточке тела.       Брюнет встал и протянул руку в шкафчик, где лежало обезболивающее, выпил сразу несколько и откинулся на кровать, прикрыв глаза.       Уиттмор буквально чувствовал, как жжение и боль постепенно отступают. Голова, которая буквально раскалывалась, начала склеиваться и проясняться. В голове промелькнула мысль: «Что, если перед вечером с чудовищем выпить гору таблеток?».       Мама постучала в дверь, но не зашла.       — Джексон! Вставай, в школу опоздаешь.       — Спасибо, мам.       Настроение было наихудшим. Да ещё и Стилински точно заявится. Что он о себе возомнил? Что это за чёртов телохранитель? В голове был рой вопросов, которым суждено остаться без ответа.       Джексон наконец встал и обнаружил, что вся футболка и постельное белье в крови.       — Вот же..Черт!       Брюнет быстро переоделся и сменил белье, чтобы мама не увидела, затолкал его под кровать, взял сумку и пошел в школу, взяв с кухни свежий тост с вишневым джемом.       — Пока, мам!       — Пока, сынок!       День обещал быть интересным...

***

      Тем временем Стайлз Стилински бодро собрался в школу и даже вышел на полчаса раньше обычного. Он был намерен рассказать друзьям всё, как есть. Они имеют право знать.       Скотт, Лидия и Эллисон уже были на месте. Скорее всего всех собрала Лидия. Она всегда умела собрать всех вместе в нужное время.       Но вот брюнету они удивились и даже не сразу поздоровались.       — Ребят, мне нужно с вами поговорить. — Стайлз увидел еще более удивленное лицо Скотта и театрально вздохнул. — Серьёзно, нужно поговорить.       — «Серьёзно нужно поговорить» или «серьёзно, нужно поговорить»? — Макколл расставил правильно акценты в каждом предложении и усмехнулся.       — Я думаю, что и то, и другое, дружище. И то, и другое.       — Предлагаю выпить кофе. Все равно мы приехали раньше. — внезапно предложили Лидия и все с ней согласились.       В столовой было тихо и почти никого не было, из-за раннего времени и подготовки к выпускному, но ребята всё равно отправились на улицу и сели за стол, каждый со своей кружкой кофе.       — Ну и что ты такого важного хотел нам сказать?       — Только не перебивайте и не смейтесь. Это действительно правда, не прикол. Стайлз был серьёзен как никогда. Для него это почти как рассказать отцу обо всём.       — Мы не будем. Можешь нам доверять.       — Ну хорошо. Значит так. Я гей. — наступило неловкое молчание, во время которого Скотт, Эллисон и Лидия переглядывались, а Стайлз теребил толстовку. — Я давно должен был вам рассказать. И нет, Скотт, я был натуралом и даже был влюблен в тебя, Лидия! — тут брюнет взмахнул руками и указал на девушку. Потом, видимо, вспомнив что у него тоже есть кофе, сделал глоток. — Но я влюбился. Сначала неосознанно. Потом уже понял и не смог отпустить это чувство. Мне никогда не было так хорошо с кем-то. Хотя... да, у меня не было отношений.       Скотт вздохнул. Он ещё немного чувствовал свою вину, что начал встречаться с Эллисон и совсем забросил друга.       — Стайлз, я...       — Нет, Скотти. Не перебивай. Я же просил. — Стилински снова сделал глоток. — Мы познакомились в один из моих худших дней. Помнишь наше место? — брюнет посмотрел на Скотта и, когда тот кивнул, продолжил. — Я пришёл туда, чтобы побыть в одиночестве. А там был он. Он только переехал в Бейкон Хиллс. А тут я. Сначала я испугался, но потом... мы вместе уже два года. Нет, мы не всё время встречались. Я рассказал ему о своих чувствах и с радостью обнаружил, что они ответные. А не как обычно.       Тут настала очередь смущаться Лидии. Она тоже чувствовала свою вину. Ведь она прекрасно видела чувства Стайлза, она не глупа. Но девушка просто не могла позволить себе влюбится. Не могла открыть своё сердце ему.       — Прости...       — Лидия. У каждого есть своя первая любовь. Я любил тебя с четвёртого класса. За твои глаза, улыбку, слова. Лидия, я один видел, что ты только притворяешься дурочкой. Ты всегда была умницей. Я уверен, что ты будешь счастлива.       Лидия прикусила губу и кивнула. Она чувствовала, как к глазам подступают слёзы.       — Но я счастлив. Ребята, я действительно счастлив. Так, как никогда не был. А ведь это главное.       Наступило молчание. Оно не было неловким. Просто каждый в это время переваривал информацию для себя. И, казалось, они поняли своего друга.       — Мы поддержим тебя. Надеюсь, мы когда-нибудь познакомимся с ним. Скотт искренне улыбался. Он был счастлив за друга, как и все остальные.

***

      Когда Джексон наконец добрался до школы, уже во всю шла подготовка. Все трудились, как пчёлки. На лицах радостные улыбки и со всех сторон слышен смех.       Уиттмор не улыбался. Его мысли были забиты только предстоящими пытками. Предстоящей болью. Неужели, Стилински испытывает такую же боль?       Глазами отыскав нужную компанию, Джексон заметил, что не такой уж Стайлз и несчастный. На его лице тоже сияла улыбка. Она была какой-то облегченной и радостной, будто с его спины свалилась гора.       Это задело брюнета, но он решил не лезть на рожон. Он уже понял, что всё, что с ним творится, не шутки. Что его монстр не отступит, пока Уиттмор не искупит грехи.       Ничего. До выпускного считанные дни. А потом он просто уедет в колледж и никогда больше не увидит Стилински и его бугая. Пару дней без издевательств он продержится.       Первым делом парень пошёл в столовую, чтобы выпить кофе и заглотить очередную таблетку. Он уже чувствовал, как ткани футболки и кожанки елозят по спине, задевая самые глубокие порезы. «Останутся шрамы...»       Таблетка немного облегчает состояние и можно, хотя бы, дышать спокойно.       К Джексону подходят друзья и пытаются хоть как-то растормошить друга, но тот посылает их, не для этого он сюда пришёл. Пришёл лишь для того, чтобы мама не допытывалась.       — Джексон, вот ты где! — слышит знакомый звонкий голосок.       — Лидия Мартин. — голос с насмешкой. — Что привело ко мне такую особу?       — Брось. — девушка выдохнула. Они расстались несколько лет назад, а парень все никак не смирился.       — Почему ты не со своими новыми дружками?       — Я хочу кое о чём попросить.       — Что же такого я могу сделать?       — Извинись. — Лидия со всей серьёзностью посмотрела в карие глаза и слабо улыбнулась. —       Извинись перед Стайлзом. Он тебе ничего плохого не сделал, а в прошлый раз ты переступил черту.       Джексон подумал про свои порезы на спине. «Ничего не сделал?!».       — Это правда. А за правду...       — Я знаю. Знаю, что правда. Но прошу тебя. Ты правда виноват.       — Так он вам рассказал. Ясно. Я не собираюсь. Так и передай своим дружкам. Перед ним я распинаться не буду.       Лидия молча кивнула и ушла. Ничего не вышло. Джексон непробиваем.

***

      День прошёл на удивление быстро. Джексон, всё таки, согласился пойти с друзьями в кино, предварительно выпив ещё одну таблетку, чтобы хоть как то отвлечься перед наказанием. Домой он возвращался медленно. Было темно и он знал, что кара неизбежна. Джексон ждал шорохов, рычания, биение сердца, алых глаз...       Но... ничего этого не было. Брюнет спокойно дошёл до дома и устало завалился в кровать. Только в этот момент он понял, что весь день нагружал себя мыслями о наказании. Весь день его не отпускали мысли о боли.       Но, когда он не получил наказания, то понял, что может дышать свободно. Может дышать и не бояться, что за следующим вдохом последует удар дикой силы.       Хотя бы сейчас он чувствовал немного свободы.