Летняя ночь

— Я…не знаю, что мне делать. Я правда не знаю… - сквозь слезы шептала Лекса, вглядываясь в серые глаза новой знакомой, она так пристально смотрела в них, с такой надеждой, будто нуждалась в спасении, как утопающий, которому был жизненно необходим спасательный круг. — Тшш, это нормально, Лекса. Тебе нужно время, все в порядке, не переживай — Костия провела подушечкой большого пальца по щеке брюнетке вытирая слезу. В серых глазах напротив Лекса видела понимание, сочувствие. Да, сочувствие. Не жалость. Жалость — самое отвратительное, что есть на свете. А тем более жалость к самому себе. Но Лекса не жалела себя, никогда. Она была сильной и стойкой девушкой, жизнь потрепала ее, закалила характер. Но и сильные люди порой проявляют слабость, это нормально. Ведь она тоже человек, а не бесчувственный робот, коим ее считали многие. Внутри будто что-то сломалось, что-то очень важное. И в этот момент была необходима поддержка, был нужен кто-то рядом. Точнее, не кто-то, а Кларк. Блондинка всегда была рядом в такие моменты. Но сейчас совсем другой случай. Ведь причина той боли, что ощущала Лекса заключалась как раз в самой Кларк. Кто же тогда мог помочь, успокоить, придать сил? Каким-то чудом, по неловкой случайности этим человеком оказалась Костия. Вряд ли Лекса бы заговорила с кем-то другим в этом парке. Нет. Наверно, дело все-таки в этой незнакомке, что-то в ней было. Она как луч света в той тьме, где погрязла Лекса. Ее спасательным кругом оказалась эта забавная девчонка с глупым зонтиком. И сейчас эта девушка была единственным, в чем Лекса действительно так нуждалась. — Знаешь, — усмехнулась брюнетка, — Никогда бы не подумала, что буду изливать душу незнакомому человеку, тем более при таких обстоятельствах. — Но мы ведь уже познакомились. — теплая искренняя улыбка появилась на лице девушки, сидящей напротив. — Да, точно, прости — хмыкнула Лекса, вытирая слезы с розовых щек. — Спасибо тебе. Спасибо, что выслушала. Мне стало легче. — И тебе спасибо, Лекса. Светало. Лекса прикрыла глаза, пытаясь абстрагироваться от внешнего мира. Брюнетка слышала утреннее пение птиц, ощущала, как от прохладного ветра колышется листва могучих высоких деревьев. Легкий, свежий запах зеленой травы шлейфом заполнял ее ноздри. Глубокий вдох. Мимолетное ощущение свободы. На миг все показалось таким простым. В груди перестало ныть, сердце восстановилось свой ритм. Еще минута. И вот она, суровая реальность. Куда идти и что делать? Ответа нет. — Лекса, нам пора прощаться — произнесла Костия, вырывая брюнетку из размышлений. — Да — с тяжелым вздохом ответила брюнетка. — Я…если вдруг захочешь поговорить, вот мой номер. — девушка протянула клочок бумаги с цифрами. — Спасибо. — Лекса сделала шаг навстречу, сокращая расстояние и легонько обняла Костию. Почему-то стало грустно. Такое чувство, будто это первая и последняя их встреча. Ощущение легкости как рукой стерло, в груди будто камнем на сердце повис тяжелый груз. Девушка обняла крепче в ответ. — Все будет хорошо. Все наладится. — шептала на ухо брюнетке Костия. Они простояли так еще минуту, а затем попрощались и разошлись в разные стороны. Проделав пару шагов они вдруг в унисон обернулись, одарив друг друга последней теплой улыбкой. Были это утро добрым? Однозначно ответить нельзя. Но скорее нет, чем да. Хоть Лекса и была рада встрече с Костией, проблема с Кларк от этого не испарилась. Стало только хуже. Время не играет в нашу пользу. Оно лишь все усложняет. Нужно действовать сейчас, но как? Брюнетка совсем не понимала, как ей поступить. Кларк была ее другом. Единственным и лучшим другом, ее семьей. Она никак не ожидала, что внутри нее зажгутся иные чувства. Да и чувства ли это вообще? «Ничего нахрен не ясно. — возмутился внутренний голос девушки — Да что тебе не ясно, Лекса? Какая между вами дружба, если при виде ЕЁ внутри тебя вспыхивает огонь и единственное, чего хочется — ощущать прикосновение теплых губ блондинки на своих. Целовать и не останавливаться. Вечность» Казалось бы, в чем проблема? Нужно бежать к Кларк, схватить ее, прижать к себе и никогда не отпускать. Но Лексе было страшно, страшно, что это лишь мимолетное увлечение, они молодые девчонки, разве это навсегда? Поиграются, а потом поймут, что это ошибка. А дружбу не вернешь. Даже мысль о том, что Лекса может потерять Кларк вызывала неприятную боль в груди, а на глаза наворачивались слезы. Девушка вышла из парка, достала наушники и плеер. Заиграла композиция «Andrew Jasinski — August» Лекса любила классику. Инструментальная музыка трогала до глубины души, позволяя вылиться всем чувствам наружу. Собрав все силы в кулак девушка направилась к Кларк.