***
ХимЧан очнулся на хирургическом столе, полностью примотанным пищевой пленкой к металлической, леденящей кожу, поверхности столешницы. Боль еще пульсировала в висках, будто в голове не мозг, а само сердце, монотонно отстукивающее по стенкам черепной коробки. Место было абсолютно не знакомо: едкий, удушливый запах, оседающий глубоко в легких, не позволяющий дышать в полную силу, обшарпанный стены с темным налетом на белых кирпичах, от которых вот-вот норовит отвалиться тот или иной добротный кусок камня, потолок уже давно не белый, а грязно бурый с подтеками и потрескавшейся штукатуркой, а местами ее и вовсе нет, несколько темно-зеленых труб, тянущихся от потолка и исчезающие в плиточном полу, который покрыт не только вековой пылью, но и внушающем слоем плесени, в самом дальнем углу располагался металлический старый шкафчик, как в школьных раздевалках и одна лампа на том же затхлом потолке, которая пусть и светила тускло, но слепила еще не привыкшие к свету глаза ХимЧана. Из дверного проема, прикрытого полосками толстой пленки, показался мужчина средних лет, высокий и даже красивый, если бы не недельная небритость, понурые плечи и сгорбившаяся спина, некогда бывшая с отличной осанкой. Брюнет в очках и белом халате, хотя даже больше грязно бежевого, видно, что не стирали его как следует уже очень долгое время, очки спадали с переносицы и висели на кончике носа, у ушек заляпанные чем-то темно-багровым, на руках по локти целлофан голубоватого цвета, как бахилы в поликлинике. Парень прошел к шкафу, даже не удосужившись взглянуть на своего пленника, пока тот не подал голоса: - Эй, что здесь происходит? - прошептал ХимЧан, но его слова как мыльные пузыри лопались и приносили новые волны боли. -О, уже очнулся? Быстро... Придется подождать, у меня еще пациент не законченный... Но это не займет много времени, так что не скучай - губы псевдодоктора растянулись в маньячей улыбке, а ХимЧан понял, что это не сулит ему ничего хорошего. Врач вышел из помещения, где находился Чан, шурша лоскутами пленки. Как только он скрылся, лис попытался освободить руки или хотя бы прорвать ногтями эту злосчастную пленку, но увы ничего не получилось, слоев было слишком много. - Предусмотрительный, гад - прошипел Ким, не оставляя попыток вырваться из логова этого сумасшедшего. Не прошло и получаса, как Чан услышал раздирающий душу крик, нет скорее безумный ор, будто человека заживо варили в огромном чане на костре, и в следующий миг срединный полоски пленки окрасились в алый цвет и крик стих, слышались лишь тихие утробные хрипы... "Господи, пусть это будет лишь дурной сон!" - молил Ким.***
Гук мчался не разбирая дороги. До этого он вызвал такси, но по его мнению оно слишком долго ехало, и когда на мобильный позвонил диспетчер и сказал, что машина подъехала, на него обрушился трехэтажный мат за недобросовестное обслуживание. Поэтому детектив бежал по уже стихшим улочкам сумрачного города. Он даже не думал о том, что они с Чаном просто могли разминуться и он вот именно в этот момент поворачивает ключ в двери и через секунду окажется дома. Нет, Бан на подсознательном уровне чувствовал, что с его лисом беда и даже боялся представить какая, он надеялся что это какая-нибудь мелочь. А может и не чувствовал, а шестое чувство подсказывало, что его любимый человек в опасности, а может детективное мышление, кто его знает. Однако, через 15 минут ЁнГук был на месте. Резко остановившись, он оперся ладонями об свои колени и часто задышал. Света в магазинчике не было, так же как и цветов на витрине. Значит, Ким ушел. Выпрямившись в полный рост, Гук запрокинул голову к верху и глубоко вздохнул. Может ему показалось? Парень огляделся вокруг и самых своих ног, в грязной маленькой луже заметил телефон. Поднял его и нажав на разблокировку. На экране светилась надпись "Сообщение отправлено успешно" Бан рефлекторно сжал мобильный и со стороны слышался хруст пластмассовой панели телефона.