Давай дружить в губы?

The only thing worth fighting for

Вечеринки после научных конференций не менее занудны, чем сами конференции. Тони в этом твердо убежден. Брюс не смог поехать с ним, так что Старк откровенно скучает и немного раздражен из-за похмелья. Последние три дня он пьет, не переставая. Нет, он не напивается до состояния нестояния, но он начинает пить с момента пробуждения и не расстается с бутылкой до тех пор, пока его не срубит где-нибудь. Обычно это происходит на исходе целой бутылки виски или после двух бутылок вермута вне зависимости от времени суток. И прямо сейчас Тони пытается догнаться до той отметки, когда новое опьянение перекроет похмелье. — Сухой Мартини с водкой, — Старк видит, как дрожат его руки. Это… неприятно, и чтобы это скрыть, он барабанит по барной стойке ладонями, отбивая ритм «We are the champions». Быстро. Стареет. Раньше ему нужно было пить неделями, чтобы довести себя до такого, а теперь всего-то пара дней и вуаля — тремор рук. Для человека вроде Тони Старка это смерти подобно. Почему всегда говорят о руках скрипачей и хирургов? Механикам и робототехникам руки важны не меньше. Тони отвлекается от своих мыслей из-за запаха кокоса и сливок. Приторно, но маняще. Тони поворачивает голову, не глядя берет свой напиток и оценивающе осматривает свою соседку. Брюнетка, небольшого роста, миниатюрная и хрупкая, голые плечи и спина. Если у нее еще и глаза темные… Бинго. Темные. Идеальный выбор на вечер. — Ух! Сколько народу! — отмечает Тони, отпивая из своего бокала. — Да, кто бы мог подумать, что концеренции по физике пользуются таким успехом, — девушка белозубо улыбается и заправляет выбившуюся прядку за ухо. — Народу тьма! — Куча выпивки — куча народу, — Тони выуживает банкноту из зажима и кладет ее в сосуд для чаевых. — Хорошее место, как по мне. — Прекрасный выбор организаторов, — одобряет девушка. — Полностью согласна с вашим мнением. — У нас так много общих взглядов, — Тони допивает свою выпивку и откладывает бокал на стойку. — Думаю, мы должны потрахаться. Девушка отодвигает свой напиток и кивает Тони, глядя на него снизу вверх. «Ну надо же! Это до сих пор работает!» — Тони поражается тому, что предложения в лоб все еще срабатывают. Стив отжимается на кулаках и читает газету, раскрыв ее перед собой на полу. Он единственный во всей башне иногда почитывает бумажные газеты, по старинке. — Мистер Роджерс, могу ли я вас побеспокоить? — внезапно оживает ДЖАРВИС. — Да, ДЖАРВИС, конечно. Что случилось? — Стив отталкивается в последний раз и встает на ноги. — Датчик мистера Старка сбоит. Я не могу идентифицировать помехи и принять соответствующие действия согласно протоколу. Мисс Поттс находится в салоне самолета на пути к Осло, она перенаправила меня к вам. — Такое случалось раньше? — Стив сворачивает газету в рулон. — Да, был единственный прецедент подобного рода из-за чрезмерных физических нагрузок во время полового акта с мисс Фрост во время грозы, что привело к помехам в работе датчика. Пока Джар информирует Стива, тот спешно одевается, ухмыляется услышанному и кивает. Для очистки совести он, конечно, поедет немедленно, прямо сейчас, но будет морально готов к тому, что, приехав по данному ИИ адресу, обнаружит Тони в постели с кем-нибудь в ситуации далекой от прямой угрозы жизни. Стив выкатывает из гаража свой Харлей и со всей тщательностью застегивает шлем, помогает Баки удобно устроиться в люльке, настраивает навигатор и выезжает, соблюдая все рекомендованные скоростные режимы. Они попадают в пробку, и Стив не торопится ее объезжать. Он терпеливо встраивается в вяло движущийся поток машин, болтает с девушкой в Мазде на соседней полосе, неспешно едет до пункта назначения, в отеле долго и нудно доказывает администратору необходимость потревожить мистера Старка из сто седьмого номера, наконец, поднимается вместе со старшей горничной к указанному номеру. Роджерс устало улыбается женщине, которая во все глаза смотрит на него, когда думает, что он не чувствует ее взгляда, пока они едут в лифте. — Мэм, давайте я вам дам автограф? Мне это только в радость, — Стив пожимает плечами. Им еще ехать несколько этажей вверх, так почему бы и не порадовать человека? — Так вы правда он… Капитан Америка, — женщина суетливо ныряет рукой в карман своего форменного передника и выуживает оттуда какой-то смятый листок, кажется, заказ на завтрак, и затупившийся карандаш. — Ага, как ваше имя? Тони приходит в себя и первым делом видит свою окровавленную рубашку. На мучительное мгновение он думает, что снова попал в Афганистан, что секунду назад его собственная бомба взорвалась и повредила его сердце. Он помнит, как сдирал тогда рубашку и видел, как на ней выступали кровавые пятна. — Только не снова, — хнычет Тони в панике. — ДЖАРВИС! ДЖАРВИС! Но вокруг чужой безликий номер и нет преданного ИскИна. Рубашка на груди вся пропитана кровью и противно липнет к телу. Работа реактора нестабильна, голубоватое свечение сбоит и мерцает, пугая тем самым Тони до предобморочного состояния. Нет, он не может сдохнуть вот так! — Пеппер! — Тони оглядывается кругом. Телефона нет нигде, но в него вживлен датчик, он уже передал сигнал о том, что с ним беда. Да, все окей. Сюда уже мчится скорая, полиция и даже, возможно, ЩИТ. Поттс знает, как действовать в подобных ситуациях. Затем Тони пытается углядеть свой телефон. Если бы он смог его достать… Но телефона в пределах досягаемости нет. Старку кажется, что его руки налиты свинцом, но он заставляет себя по миллиметру сдвинуть их и нащупать рану в груди. — Твою мать, — задыхаясь, хрипит он, найдя рану. Скорее всего, перебиты электроды. Сколько он валяется в отрубе? Сколько уже его сердце бьется в своем полуживом режиме? Реактор сдох, то, что он мерцает, это фигня. Он уже не помогает этому сраному мышечному мешку, называемому сердцем Тони Старка, сокращаться. Сердце Тони вот-вот заглохнет, а сам он помрет на полу отеля. — Пепс, давай, детка, поспеши. Тони пытается заткнуть дырку в своем теле, чтобы хотя бы уменьшить кровопотерю, но выходит откровенно плохо. Его мутит от запаха собственной крови, рядом нет браслета для вызова брони, нет телефона, нет кейса с портативным МАРКом, единственная надежда на датчик, вшитый под кожу. — О нет. Нет-нет-нет! — реактор вспыхивает в последний раз и гаснет, а сердце Тони бьется со все большим интервалом между ударами. — Стив! Стив! Старк не задумывается, с какой стати ему лежать тут и звать Кэпа на помощь. Но заткнуться он не может… С оглушительным грохотом дверь срывает с петель. — Тони?! — Стив, — хрипит Старк в ответ, надеясь, что у него не предсмертные галлюцинации, и помощь действительно пришла. — Скорую, живо, — Роджерс выталкивает горничную в коридор и бросается к Тони, которого не видно от двери. Баки исследует номер. — Твою мать! — Стив падает на колени рядом с Тони, лежащим за кроватью. — Что случилось? — Эта долбаная сука в меня выстрелила и попыталась вытащить реактор, но его не так просто вынуть, — Тони пытается самодовольно улыбнуться, и выходит явно плохо. — Кажется, во мне дырка, Кэп. — Даже три, — со вздохом уточняет Стив, обнажая его грудь и живот и пытаясь зажать раны куском простыни. — Почему твой датчик не сработал? — Не знаю. Может, что-то глушит сигнал? Это ерунда, Кэп, — Тони пытается убрать руку Стива от пулевого ранения. — У меня реактор сдох. Сердце… И тут Роджерс видит, что голубое свечение, которое всегда сопровождало Тони, больше не горит. Это приводит его в неописуемый ужас, практически парализует. Баки удивляется, с чего бы напарнику, видавшему ранения и похуже, так боятся и паниковать. — Я не могу сделать непрямой массаж сердца, пока ты еще в состоянии сам дышать. — Ага, вытащи-ка реактор и вытяни все, что сможешь, вместе с ним, — Тони показывает направление движения и крепежи. — Вот так. Два раза по часовой и три оборота против, потом снова один по часовой. — Ладно. Что потом? — Стив снимает куртку, вытаскивает из кармана пачку влажных салфеток и вытирает руки так тщательно, как может в нынешних условиях. Тони бы его высмеял, если бы не боялся провалиться в обморок до того, как даст все инструкции. — Я немножко умру, а ты жахнешь меня током. — ЧТО?! — Слушай, мне не будет больно, правда. Я просто подыхаю. Так что соберись, будь спокоен, дыши и не подведи меня, ок? У тебя самые ловкие пальцы и вообще потрясающие руки, которые я когда-либо встречал. Ты справишься. Электроды повреждены, реактор бесполезен внутри меня. Но он может дать необходимый заряд для запуска сердца. Понимаешь? Если ты вжаришь мне из розетки, я откинусь, но если ты пустишь ток из реактора, это сработает. Так что давай. — Господи… Звучит просто ужасно! Это… ненормально. Дождемся врачей и… — Стив отстегивает крепежи, проворачивает в нужной комбинации реактор и вытаскивает его из гнезда. — Они не успеют. Кислородное голодание слишком сильно затронет клетки мозга к моменту их приезда. Мой чудесный мозг в том числе важен и для Мстителей, понимаешь? Надо его сохранить, Кэп. — Почему такой запах? Это заражение? — Стив морщится, осторожно и неспешно вытягивая электроды и пытаясь не думать о том, откуда вытаскивает все это добро. — Кажется, там гной… — Нет, это не гной. Это вообще не я. Это просто проводящий гель. Да, специфический запах, согласен. Вот умничка. А теперь зачисти провода, оголи их. Есть познания в электрике? — Самые базовые, — признается Стив, вытирая реактор салфетками. — И то хорошо. А концы ты приложишь вот так и вот тут, — Тони тычет пальцем, размазывая по себе собственную кровь. Боль все больше притупляется, это плохо. — Слушай, я кажется… — Тони? Эй, Тони! Не смей меня так бросать! — Стив целую секунду раздумывает, не прибегнуть ли к более традиционным методам оказания первой помощи при клинической смерти, но в итоге просто принимается за дело. Лучше поспешить с подготовкой к экстренной дефибрилляции. «Мы много всякой жести делали, но такое впервые». — Готов? — Стив смотрит на Баки, затем принимается прикладывать провода в требуемые места. Если он начнет делать непрямой массаж сердца, то рискует усугубить ситуацию с кровотечением в груди. Идея с прямым массажем сердца отброшена сразу, у Стива нет подходящих навыков. Если он оставит все как есть, к приезду скорой время клинической смерти будет критическим. Тони оправданно переживает за свой мозг. Выход один: пустить ток и заставить сердце Тони снова забиться. И сделать это необходимо прямо сейчас. — Поехали, — Стив не задерживает дыхание, дышит ровно и спокойно, и руки его не дрожат, но на самом деле он буквально умирает от ужаса. Я не хочу жить в мире, в котором нет Тони Старка. Тони словно выползает из темного колодца на яркий солнечный свет. Старк открывает глаза и встречается с внимательным взглядом Баки. Тот сидит у его кровати, а его напарник спит, неловко примостившись на крохотном табурете и положив голову на край больничной койки. Тони протягивает истыканную капельницами и увитую проводами руку к Стиву и проводит по его волосам. — Ты очнулся, — Кэп поворачивает голову и открывает глаза. — Не дергайся, сейчас позову врача. — Весело было, да? — Тони улыбается, чувствуя, как пересохшие губы лопаются, а во рту появляется вкус крови. — Весело, — Стив кивает и хмурится. — Так весело, что я поседел. — Не будь букой, — произносит Тони, но Стив продолжает хмуриться и аккуратно убирает его руку со своих волос. Кэп выпрямляется и нажимает кнопку вызова медперсонала, продолжая немигающим взглядом смотреть на Тони. И Старку так невыносимо хочется поверить, что это не просто забота о члене команды и соратнике в борьбе со злом. В теле и в голове такая невыносимая легкость, хочется утащить Кэпа к себе в койку, свернуться у него под боком и проспать вечность. Что Тони незамедлительно предлагает, доктор бросает на него удивленный взгляд, затем объясняет ошалевшему Кэпу, что это остаточное действие наркоза. — Он может вести себя несколько неадекватно, но его жизни ничего не угрожает. Стив кивает и провожает взглядом доктора, покидающего палату. — Я ведь говорил, что у тебя самые ловкие пальцы, — Тони дергает провода, которые вьются вокруг его койки. — Ты знаешь, что в тебя стреляла Жюстин Хаммер? — Стив терпеливо поправляет провода и не дает их выдернуть. — Ты подцепил дочку своего главного конкурента в роботехнике и протезировании. — Я всегда хреново выбирал себе спутниц, — лениво отвечает Тони, цепляясь за его руки, Стив пытается вытянуть свои пальцы, но в конце концов оставляет все как есть. Роджерс не хочет навредить Тони, из которого извлекли три пули. — Но, кажется, в мужчинах я не ошибаюсь, да? — продолжает между тем Тони, прижимая пальцы Стива к своим губам. — Тебе нужно поспать. Ложись, Тони, — Кэп регулирует спинку койки Старка, чтобы ему было удобнее. — Хочешь воды? Врач сказал, тебе можно немного попить. — К черту воду! Я хочу целоваться, — восклицает Тони и смеется. — Боюсь, Жюстин нескоро сможет покинуть застенки ЩИТа, — фыркает Кэп в ответ. — Так что целоваться тебе пока со своей новой подружкой не придется в ближайшем будущем. — Кто такая Жюстин? — хмурится Тони, и Стив закатывает глаза. — Спи, — Кэп поправляет больничное одеяло на Тони и осторожно похлопывает его по плечу. — Тебе нужно поправляться. — А ты со мной полежишь? — Мы не поместимся вместе, но я буду здесь, — Стив указывает на табурет. — Рядом. — Хорошо, когда ты рядом, — бормочет Тони, проваливаясь в сон. «Ну и дурень же ты, Тони Старк!» — Стив трет лицо ладонями и думает о том, какого черта он торчит в этой больнице третьи сутки безвылазно, несмотря на то, что Мстители организовали посменное дежурство. Это чувство вины? Что недостаточно торопился? Положился на плейбойское амплуа Тони и не проявил должной бдительности. Стив с содроганием вспоминает, как услышал у дверей слабый хриплый зов и весь заледенел. Так его звали умирающие. Он помнит, как снес дверь одним ударом, чем напугал горничную. Вспоминает, как увидел Тони в окровавленной одежде, с красными от собственной крови зубами, с ранами в грудной и брюшной полости. Пневмоторакс. Угроза развития перитонита. Обширная кровопотеря. Травматический шок. Стив смотрит на спящего Тони и нервно лохматит свои волосы. Стив видел ранения и пострашнее, но никогда не сталкивался с проявлением травматического шока, как у Тони. Ясное сознание, невероятная скорость мышления, чрезмерная болтливость. Тони Старк — самая яркая иллюстрация любви к жизни. Концентрат желания жить. Удивительный, непостижимый человек. До которого столетнему выходцу из прошлого никогда не дотянуться. Стив велит Баки следить за Тони в оба и покидает палату, чтобы немного проветрить голову и упорядочить мысли.