Давай дружить в губы?

— Почему твоя идея не должна мне понравиться? — осторожно уточняет Стив, когда в его расположение подходит Тони. Стив не уверен, что хочет знать правду, но все же спрашивает. — Ну… Там оружие. Новое оружие. Я его разработал после того, как связался с Экстремис. Стив, — Тони вытягивает руку, увидев, как напрягся стоящий к нему спиной Роджерс. — Экстремис показала мне, что независимо от того, разрабатываю я оружие или делаю кирпичи для строительства больниц, лучше наш мир не становится. Старк Индастриз ушла с арены, но на ее месте появилось еще десять оружейных корпораций. Ты ведь солдат… Ты должен меня понять! Тони сам не понимает, какого черта он оправдывается, словно сделал что-то ужасное. И перед кем?! Перед убийцей! Герой не герой, Капитан Америка — оружие, а Стив Роджерс — убийца. И все же Тони продолжает говорить немного дрожащим голосом. — Нет других способов установить мир. Хочешь мира — готовься к войне, и ты это знаешь. Возможно, именно этот тайничок спасет наши с тобой шкуры и сотни тысяч других… Я лишь… — Постарайся поспать, — прерывает его Стив, затягивая крепления на руках. Тони непроизвольно морщится, видя, как ремешки обхватывают обожженные участки кожи. — И не забудь поесть. Пока есть еда, не надо геройствовать и отказываться. Поешь и поспи. Ты мне обещал, — Кэп подзывает к себе Баки и проходит мимо Тони, бросив на ходу. — Ты обещал, что выживешь. А Старк искренне не понимает, какого дьявола на разведку идет сам Капитан. Он смотрит вслед уходящим Баки и Стиву, к которым присоединяется Логан. Они о чем-то переговариваются и, кажется, посмеиваются. «Он знает, что делает. К тому же с ним идет Росомаха! Не зря же этого психа так прозвали… Он вернется. Стив вернется», — убеждает себя Тони, глядя на уходящих. Он с каким-то ужасным отчаянием отмечает плачевное состояние костюма Капитана. Лучше было бы уже переодеться в полевую форму, но Стив нарочно не меняет пришедший в негодность костюм. Людям важно видеть какие-то привычные символы, иметь перед глазами живое доказательство своей борьбы, им нужно во что-то верить. Тони вздыхает и решает, что ему стоит заняться всей возможной в этих условиях модернизацией МАРКа Первого. — Ну и где чертов Стрэндж? — негодует Тони, отмечая, что Мстители (и старый состав, и новички, в том числе Змеи) в полном порядке. Рич и Сью расположились в стороне ото всех. Бен где-то затерялся. Профессор Ксавьер выглядит усталым и изможденным, собственно, как и все его люди. А Стрэнджа все нет. Впрочем, как и Локи. Возможно, у них там какая-то своя магическая битва. Тони хочется верить, что так и есть, потому что представить, что Стрэндж от них отмахнулся, просто невозможно. Успешность вылазки за боезапасом чуть позже Рич охарактеризовал как «триумф слабоумия и отваги». Потому что у них была цель и решимость, и ничего больше. И все закончилось бы весьма плачевно, если бы не вовремя появившийся Стрэндж. Однако они достали вооружение. А Стивен сообщил первую за время боев хорошую новость: он может скрыть от противника их убежище. Это значило, что теперь можно смело приступать к спасательным операциям и стягивать народ в одно место. — Ну налетай-разбирай, — Тони при помощи Экстремис разблокирует все ящики и подталкивает одну из партий в сторону недовольно хмурящегося Роуди, который тоже ничего не знал о разработках Старка и этим фактом до крайности взбешен. Но настроение полковника улучшают восклицания солдат и агентов. — Ого! Думал, больше не увижу этого, — один из рядовых нацгвардии оглаживает пальцем значок. — Это же пушки Старка! — Серьезно? — всполошились другие. — Смотри-ка, и правда… — Порядок? — подозрительно уточняет Стив, подходя ближе к ящикам. — Да, сэр! Мы с этими красавцами теперь кому хочешь задницу надерем, сэр. Стив бросает взгляд на Тони, а тот пожимает плечами, тщательно скрывая, что польщен. — Но есть одна проблема, — все веселье и воодушевление обламывает Роуди. — Полиция, в том числе SWAT, и некоторые части ФБР не умеют обращаться с подобным. — Да это вообще не проблема. Здесь прекрасный интуитивно понятный интерфейс, — легкомысленно отмахивается Тони. И все вроде бы налаживается. Насколько это возможно, конечно. В конце концов, любая война — это прежде всего рутина. С появлением защищенного убежища большую часть времени выжившие тратят на поиски еды, воды, медикаментов и других выживших. Но у каждого в это непростое время своя боль и, как ни странно, своя радость. Например, лейтенант Уилсон, он же Мститель Сокол, наконец-то стал высыпаться. С возвращения на «гражданку» его мучили проблемы со сном, которые как отрезало, с тех пор как на Нью-Йорк напали. Но он теперь ненавидит слово «слева». Все дело в том, что Капитан Америка во всех битвах и стычках обгоняет Сэма слева, предупредительно информируя об этом, разумеется. Это же Капитан Америка. Но это было бы полбеды, ибо большую часть времени Сэм все-таки осуществляет прикрытие или разведку с воздуха. Было бы… — Слева! — раздается в наушнике, когда Сокол примеривается к наиболее удачному маневру, чтобы закинуть Скотта как можно точнее на объект. — Да ты задрал, Кэп! — Сокол резко меняет курс и уходит с траектории. Мимо него рассекая со свистом воздух, пролетает Железный Патриот. — Аккуратней! — Тони, как человек с большим опытом в маневрировании в костюме, посторониться не просит, но все равно его пролетающая мимо броня здорово портит Соколу аэродинамику. — И ты туда же, Старк! — бессмысленно ругается Сэм. — Как ты там, Букашка? — Меня, кажется, немного стошнило на виражах. Прости, приятель, я испачкал твои перчатки, — примостившийся на руке Уилсона Скотт проверяет крепления и отплевывается от желчи, скопившейся во рту. — Психи! Два сапога пара! — продолжает возмущаться Сокол. В ответ в наушниках раздается только синхронный немного искаженный динамиками смех. А вот у Тони Старка теперь другая боль. — Ты туда не полезешь, Кэп! Сделай кружок и меняй квадрант высадки, — Тони сканирует местность и решает, что пусть зачисткой на этом участке займутся Халк и мутанты. И конечно, Стив не слушается, Тони видит, как Патриот идет на снижение. — Вот ведь засранец! Быстро учится! — бормочет про себя Тони, глядя на то, как Стив готовится к посадке в самой гуще сражения. — Удаленная блокировка. Отмена доступа Оператора. Разворачивайся, Патри. Доставить ценный груз в… Какого черта?! Не успевает Тони задать все требуемые команды, как с ужасом видит, что Стив просто-напросто активирует ручной сброс брони и вываливается из нее в свободном полете. И зачем только Тони ему показал этот рычажок?! Ну да, на случай сбоя системы, но теперь приходится наблюдать, как Капитан Америка чисто из вредности и упрямства лезет в самое пекло! Да еще без брони! — Спасибо, братец, — Стив приземляется крайне эпично, будто сотни раз репетировал момент выпадения из летящего бронекостюма на голову противника. Кэп забирает у подбежавшего Баки щит и вклинивается в бой. Тони буквально чувствует, как седеет в этот момент. Но есть у него и своя радость. Радость сидеть привалившись к плечу Капитана и прислушиваться к его мерному дыханию. Спокойному и уверенному даже сейчас, когда весь мир рушится. Тони счастлив возможности вжаться всем телом в Стива и зацепиться за что-то столь монументальное, как Капитан Америка. Тони Старк, один из немногих людей на Земле, кому это позволено, не потому что звание обязывает Стива быть дружелюбным и контактным. И Тони Старк единственный во всем мире, кто может обнять Капитана в любой момент и получить в ответ не вежливое покашливание или дружеское похлопывание по плечу, а встречное не менее искреннее объятие. После удачной вылазки и уничтожения двух энергостанций кто-то раздобыл алкоголь. Это должно было рано или поздно случиться, так что Капитан делает вид, что не замечает шуршащих бумажных пакетов и звякающих в них бутылок. Клинт проигрывает борьбу с подступившей отрыжкой и ненадолго прерывает монолог о своих грандиозных планах на будущее. — Не-е-е, парни, я реально женюсь! — Клинт лениво катает бутылку из матового темного стекла между ладонями, прежде чем прикладывается к ней снова. — Вы только послушайте, как это звучит: Лора Грейс Бартон. Звучит же? И будет у нас трое деток… — Ты пьян, — Наташа пихает коленом стрелка в бок и, смеясь, отпивает из своей бутылки. — Эта Лора-то хоть знает о твоих планах? — А зачем? Кто мужик? Я мужик! Как я решил, так и сделаем! — Бартон щурится, глядя на подругу. — А у вас сколько деток будет? — неожиданно спрашивает Клинт, тыча пальцем в сторону Стива и Тони, сидящих рядом. Они одни из немногих в убежище, кто не пьет сейчас. Услышав вопрос стрелка, Питер давится своим соком («ибо никто из несовершеннолетних сегодня пить не будет!» — как сказал Капитан) и пытается безуспешно откашляться. — У нас есть Баки, — как ни в чем не бывало отвечает Тони, закидывая свои ноги на колени Стива. — У нас есть вы, зачем нам еще дети? — пожимает плечами Стив, устраиваясь так, чтобы Тони было удобно. Логан что-то бурчит про телячьи нежности, изрядно поднабравшийся Люк принимается нахваливать Клинта за правильное решение завести семью, где-то фыркает Гадюка, и все было бы действительно весьма неплохо, если бы не сообщение от профессора Ксавьера о том, что северный форпост вот-вот прорвет противник. Она все мгновенно подскакивают на ноги, бросая бутылки, а только что едва шевелившие языком из-за спиртного Люк и Клинт выглядят абсолютно собранными и трезвыми. Нападение на форпост означает только одно: их убежище обнаружено. — Это скверно. Скверно-скверно-скверно… — Стрэндж что-то еще бормочет себе под нос и в спешке то взлетает, то бежит наравне со всеми. Стив довольно неплохо приноровился облачаться в бронекостюм на бегу, но все равно изящества в этом действе пока мало. Он отмечает, что правый железный сапог изрядно барахлит, да и вообще зарядился костюм лишь частично. Это замечает и Тони, привычно делая диагностику состояния брони Стива. — Капитан, давай сегодня без геройств? — Это уж как пойдет. — Идиот, — бурчит Старк, пытаясь не думать о том, что при каждой стычке Стив кажется крошечным и беззащитным человечком на фоне всех этих роботов, думботов и боевых машин инопланетного противника. Была бы воля Тони, он бы его запер в убежище. Но невозможно удержать Капитана Америка где-то, если он сам этого не хочет. Размеренный и все более ускоряющийся звук шагов союзников всегда воодушевлял Капитана. Он не фанат парадов и маршей, но вот этот момент, когда множество разных людей невероятно быстро приходят в состояние готовности к совместной атаке, перестраиваясь и подстраиваясь друг под друга, когда из каждого расположения к ним стягиваются все новые и новые силы, бряцание оружия, средств защиты, характерный глухой звук от бега в форменных берцах — все это поднимает в душе Капитана Америка какое-то темное и тяжелое чувство, кровожадный восторг, ощущение своей значимости и важности для всех этих людей. Разумеется, они понимают, что каждая такая вылазка во главе с Капитаном Америка может обернуться для них последней, но они все равно за ним идут. Это почти магия… В переговорных устройствах щелкает, значит Тони перенастраивает всех на одну волну. Частоты все время меняются, чтобы избежать прослушки противником. — Ну? Командуй, Капитан, — наконец раздается во всех наушниках голос Тони, и Стив закрывает лицо забралом шлема. — Вперед. Когда подкреплению удается отбросить противника назад, вынудив его свернуть операцию прорыва, Стив пытается успокоить командующего взводом, который оборонял форпост. Парня лихорадочно трясет, он все еще прижимает к себе винтовку от Старк Индастриз и выглядит так, словно все еще не понимает, что бой окончен. — М-м-мы лейтенанта потеряли. Первый же снаряд п-п-прямо в н-н-него угодил, — бормочет парень и смотрит на Стива невидящими взглядом. — Я кричу: есть еще офицеры? И-и-и… т-т-тишина в ответ. Только снаряды противника летают и бах! Как рванет! А мы развернутся не можем. Думаю, Капитан же меня прибьет! Это как же в мое дежурство форпост з-з-захватят! Н-н-нельзя! Н-н-нельзя, чтобы захватили! И умирать н-н-нельзя… У парня подкашиваются колени, и он, охнув, оседает на землю. Стив устало опускается рядом и придерживает парня рукой, чтобы тот не завалился на бок. — Все хорошо, сержант. Ты молодец! Слышишь? Ты молодец. Не прибьет тебя Капитан. Ты их остановил. Все закончилось. — Закончилось, — повторяет тот и начинает плакать. Тяжело и горько, не громко, без стонов и причитаний, а как-то по особенному тяжко, страшно. — Как тебя зовут, сынок? — Стив откидывает забрало шлема, в нос тут же бьет запах недавних взрывов и нагретого металла. В ответ доносятся только всхлипы. «Эх, молодой совсем», — думает про себя Кэп, разглядывая плачущего парня. — Солдат! — неожиданно рявкает Стив, вставая и утягивая парня за собой, вынуждая выпрямиться в полный рост. — Встать, когда с тобой старший по званию говорит! — Виноват, сэр, — на автомате произносит сержант. Он перестает заикаться и трястись, шмыгнув носом в последний раз, вытирает лицо грязным рукавом формы, но, кажется, делает только хуже. И наконец до парня доходит, кто перед ним стоит. — Ну так как тебя зовут? — Стив отступает на шаг назад. — Сержант Барнс, сэр, — рапортует тот, вытягиваясь по стойке «смирно». — Ага, а имя-то у тебя есть, сержант? — Так точно! Есть, сэр! — И какое же? — допытывается Стив, не дождавшись продолжения. — Джеймс, сэр! — Джеймс Барнс, стало быть, — кивает Стив и увлекает сержанта за собой. — Ну а я Стив Роджерс. Рад знакомству. И твое дежурство здесь закончилось. Пошли. Есть хочешь? Наташа! Стив тормозит проходящую мимо Черную Вдову и передает ей все еще находящегося в глубоком шоке сержанта Барнса. — Вот, на твое попечение. Стиву нужно еще обойти весь периметр и оценить ущерб, подсчитать потери, подумать, как им быть дальше, раз уж их убежище обнаружено. Некоторое время он смотрит вслед уходящему сержанту и вздыхает. Баки тычется носом в железный сапог. — И как же мы теперь дальше? — Хэй? — рядом оказывается Тони. Его броня довольно сильно покоцана и помята, судя по всему, даже не хватает некоторых частей. — Ты чего вздыхаешь? — Устал, — честно признается Стив и отправляется в противоположную от лагеря сторону. — Нужно все обойти, осмотреться. Иди в лагерь. — Я с тобой. — У тебя репульсоры отказали, иди в лагерь. — Стив, — Тони упрямо мотает головой и увязывается за Капитаном и Баки. — Вдвоем быстрее управимся. — Втроем, — поправляет его Роджерс. — Втроем, — Тони бросает извиняющийся взгляд на Баки, который весь вымазан в какой-то дряни, и от него несет за милю. — Скажи Питеру, чтобы не высовывался в следующий раз, — внезапно прерывает затянувшееся молчание Стив. — Почему это я? — удивляется Тони, помогая Роджерсу оттащить поверженного думбота. — Потому что он тебя слушается. — Так уж прям! Ага, слушается он меня, как же. Нет, не так, милый, мы его так не сдвинем. Давай-ка с той стороны подтолкни… Ага, вот так! Совместными усилиями они отодвигают думбота и расчищают дорогу для тяжелой бронетехники. — Не послушается. Если запретим, ему вообще крышу сорвет. У него же пубертат. Опасное время, — со знанием дела произносит Тони. — И что ты предлагаешь? — Стив буквально чувствует, как в его броне полностью отказывает правый сапог. Крепления схватываются намертво, и только благодаря силе суперсолдата Стив сохраняет свою конечность рабочей. — Запрем его, — просто отвечает Тони. — Он, конечно, нас возненавидит, но дети часто так делают: ненавидят тех, кто пытается о них заботиться. — Скорее тех, кто решает за них, — тоскливо произносит Стив. — Но другого варианта я не вижу. Тони невыносимо хочется обнять Кэпа, поцеловать и заверить, что все в итоге сложится как нужно, как правильно, как должно быть, но может только деревянно кивнуть и продолжить работу по расчистке проезда. Тем же вечером Стив только благодаря крепкому словцу и своим рукам умудряется снять с себя Железного Патриота. Броня неисправна, как и старичок МАРК Первый. Тони всегда знал, что рано или поздно это случится, и заранее подготовил речь о том, что даже в нынешних условиях кризиса он способен усовершенствовать свою броню, в конце концов, гений он или кто?! — Гений, — бесстрастно подтверждает Стив и все равно складывает Железного Патриота на импровизированный самодельный верстак Тони. — И вместо двух неисправных бронекостюмов у нас будет один полностью функционирующий. — Стив! Стив, ну стой же ты! — Тони потешно обегает верстак и вцепляется в руку собравшегося было уходить Капитана. — Я не могу отпустить тебя безо всякой защиты, в то время как сам буду… — Тони, я не беззащитен, — обрывает его Капитан. — Я ведь уже прошел одну войну, вооруженный всего лишь щитом, пройду и эту, — Стив улыбается, но в глазах его нет веселья и радости. — А тебе нужно беречь свои руки и свою гениальную голову, — Кэп целует Тони в лоб и высвобождает свою руку. Тони хочется раскричаться, разнести тут все, но он только смиренно кивает и принимается за работу. В конце концов, Стив прав. Им нужен хотя бы один боеспособный МАРК. — Агент Ирвинг на позиции, — раздается в наушнике у Стива, и он дает отмашку выдвигаться. Несмотря на всю тяжесть ситуации с обнаруженным убежищем, подрыв энергостанций продолжается по плану. Если они провалят эту часть своей миссии, то можно быть уверенными: интервенция пройдет успешно. Поэтому нельзя отступать от намеченного. Стив заводит руку за спину, бесшумно снимает с магнитного крепления щит и готовится к атаке. — Дельта Шесть, за мной. Вымуштрованные оперативные агенты ЩИТа перестраиваются согласно плану. Если их убежище штурмуют раз за разом как правило думботы и фанатики АИМ, то энергостанции всегда, в любом случае, в ста из ста случаев контролируют пришельцы. Их боевые машины все так же, как и в первые часы столкновения, продолжают доставлять кучу проблем силам сопротивления. Связи с внешним миром как не было, так и нет. Стив старается абстрагироваться и не думать о том, что происходит вне их относительно маленького сообщества, отчаянно пытающегося выжить. Однако сегодня это дается как-то особенно тяжело. Постоянно лезущие мысли сбивают с толку, отвлекают, и, возможно, именно поэтому так выходит, что к концу операции, когда заряды уже заложены и готовы к детонации, Стив отстает от своей группы. — Солда-а-ат, а ты все никак не угомонишься, — раздается позади голос. Он почему-то кажется Стиву абсолютно неживым, каким-то механическим, от его безэмоциональности продирает мороз по коже. В голосе, в произносимых словах нет ни капли индивидуальности, никакого акцента, никакого говора. Капитан оборачивается и велит Баки обойти угрозу сзади. — Здравствуй, — Стив склоняет голову к плечу и выпрямляется в полный рост. — Локи, верно? У Тора с его всеязыком никогда не было подобного тона и голоса. Тут скорее дело практики. Видимо, Локи редко прибегает к низкой мидгардской речи. Его речь звучит как голос, сообщающий нам, что абонент вне зоны действия сети. — Да, — просто отвечает стоящий напротив и вынимает из ножен пару острых кинжалов. Стив качает головой и перехватывает щит удобнее. Баки почти добрался до нужной для атаки позиции. — Давай! — одновременно с приказом Стив швыряет щит так, чтобы сбить им с ног противника, а сам уходит с траектории полета кинжалов. Но тут происходит невероятное, и это даже с учетом большого опыта Капитана Америка в части столкновения с невероятным! Локи внезапно оказывается в нескольких местах разом, Баки промахивается, щит улетает не туда, Стив неудачно приземляется, и ему приходится изрядно потрудиться, чтобы перехватить щит и снова пустить его в полет. Противный металлический скрежет и снопы искр, выбитых вибраниумом из противоположной стены. Стив подпрыгивает, хватается за какой-то штырь, ловит свой щит и приземляется на одну из проекций Локи. Проекцией также оказывается и атакованный Баки противник. — Ты же ас. Разве асы избегают битв? — Стив чувствует, как гудят от напряжения мышцы рук. «Он ничем не пахнет», — с неудовольствием констатирует Баки, пытаясь поймать настоящего Локи. — Не хочу испачкаться, — пожимают плечами все Локи. Стиву остается только надеяться, что настоящий Локи тоже где-то здесь. Когда заряды сдетонируют, и здание обвалится, было бы славно, если бы аса погребло под обломками. Это бы решило целый ворох проблем выживших нью-йоркцев. Локи нужно удержать, удержать здесь любой ценой. Есть еще кое-что… В голову Капитану лезут странные мысли. Даже несмотря на всю воспетую учеными ментальную устойчивость Капитана Америка, Локи все-таки пробрался в подкорку, судя по всему. Стив чувствует себя уставшим. Смертельно уставшим. Потерянным во времени и пространстве. Чужим везде и абсолютно одиноким. Очень странное ощущение: Стив абсолютно точно знает, что все это извне, что эта усталость и отчаяние не его, они натравлены на него чарами Локи, однако же не может совсем отогнать от себя их. Он концентрируется на дыхании и ударах, на мелькающем перед ним противнике, который быстр, чертовски быстр. А еще силен. Когда Баки и Стиву все же удается загнать аса в угол, тот отвечает таким виртуозным владением своими кинжалами, что Капитану приходится отступить. Стив стирает рукой кровь с пореза на лице, затем стягивает с себя шлем и снова принимает стойку. — О, да брось. Тебе не хватило? — Локи с брезгливостью стряхивает кровь Капитана с лезвий своих кинжалов. — Да я только начал, — усмехается Стив и шире расставляет ноги. — А ты что? Выдохся? — Ты ведь умрешь здесь, — негромко произносит Локи, разглядывая хромающего раненого Баки и покачивающегося от усталости Стива. — Все мы когда-нибудь умрем, — покладисто соглашается Роджерс и делает жест рукой, мол нападай. «Отдохни, солдат. Война закончилась. Твоя война закончилась», — голоса похожи на шелест листвы, такие же тихие и неразборчивые. Стив согласно кивает. — Ага, отдохну. Обязательно. Только вот с этим разберусь, — Стив замахивается и метает щит. Локи останавливает полет щита практически без усилий. — Хм, занятная вещица, — он с любопытством разглядывает белую звезду на щите, затем замахивается и швыряет его в Капитана. — Это, кажется, твое? — Ага, спасибо за любезность, — с трудом выдыхает Стив. Сила, с которой швырнул щит Локи, была такой, что Роджерса буквально смело. Если бы не усиленные защитные пластины, прикрывающие грудь и живот Капитана, его бы явно располовинило. Стив с видимым трудом отрывает от себя щит, вгрызшийся краем в защиту. Дальше у Стива не остается сил на перепалку, Локи в отличии от него не выдыхается, не устает, не теряет концентрации с каждой атакой, на нем нет ни одного повреждения, чего не скажешь о Капитане и Баки. Напарник подволакивает лапу, его бока ходят ходуном от тяжелого дыхания, у Стива множество порезов на лице и руках, несколько колотых ран в области бедер. И судя по всему, пара ребер все-таки сломаны. Когда грянул первый взрыв, Стив не может сдержать торжествующего хрипа. Еще чуть-чуть. Совсем немного потерпеть… Локи выражает свое беспокойство происходящим лишь тем, что увеличивает частоту атак. — Куда пошел?! Я с тобой еще не закончил! — Капитан бросает щит так, чтобы он отрикошетил от стены и вернулся обратно к нему в руки. Локи цокает языком и щелкает пальцами, снова превращаясь во множество проекций. Стив чувствует, как кровь из его разбитого носа стекает вниз по подбородку. Вместе со вторым взрывом под Капитаном и Баки проваливается пол. Часть иллюзий Локи рассеивается, но Стив не может разглядеть в поднявшейся бетонной пыли: упал с ними ас или нет? Стив перекатывается и поднимается на ноги, однако, в следующее мгновение раздается третий взрыв. И вот он обрушивает здание окончательно. Стив прикрывает голову щитом и отчаянно ищет напарника, однако, в творящемся вокруг хаосе ничего не разобрать, сложно даже просто удержаться на ногах. Одна из балок, державших плиты потолка, обваливается. Она падает прямо на плечо Капитана и мгновенно дробит ключицу, весь плечевой сустав и плечевую кость. Ноги Стива подкашиваются, и он падает, выронив щит. — Баки? Напарник не отзывается, и Стив принимается шарить целой рукой вокруг себя. Четвертый взрыв где-то в отдалении вынуждает фундамент трястись, что сбивает Капитана с ног. Стив успевает перевернуться и поймать упавшую плиту здоровой рукой, огромный штырь едва не пробивает тело Капитана насквозь. Роджерс выдыхает и пытается оглядеться, нужен какой-то рычаг или подпорка, чтобы удержать плиту со штырем. И вот тут он видит Баки. Бетонная крошка режет глаза и оседает в горле при каждом вдохе, но Стив отчаянно пытается проморгаться и докричаться до напарника. Но тот молчит и не шевелится. Баки жив, если бы напарник умер, Стив непременно бы это почувствовал. Нужно как-то выбраться самому и вытащить Баки. Стив пробует вложить всю силу в здоровую руку, он упирается коленями в плиту и пытается спихнуть ее с себя, но не выходит. Сверху еще что-то навалилось, слишком тяжело. Форма вся пропиталась кровью, Стив скашивает глаза к плечу и видит торчащие обломки костей, пропоровших ткань костюма. Плохо выглядит. Очень плохо. И крови много потерял и продолжает терять. Ничем перевязать тоже не выйдет. Если уберет руку, его насадит на штырь как бабочку на булавку. Стив пытается успокоить дыхание и сердцебиение. Ладно… Ладно, он сейчас соберется с мыслями и что-нибудь придумает. Роджерс на полном серьезе разглядывает штырь: если он позволит ему проткнуть себя, то сможет ли потом вытащить? Нет, так не пойдет. Он освободит руку, но на него навалится всей тяжестью плита, сдвинуть ее и вытащить штырь обратно он уже не может. Колени начинают ныть. Стив пробует выпрямить ноги, приподнять хоть сколько-нибудь плиту, но та не сдвигается ни на миллиметр. И в этот момент Стив вспоминает Питера. Человек-Паук — новый защитник людей, тот, кому Мстители передадут свою миссию. Питеру и другим таким же ребятам. У профессора Ксавьера много молодых подопечных. Жаль, что не со всеми познакомился. Когда все это дерьмо закончится, Тони обязательно восстановит город и базу Мстителей, отстроит свою башню. Зная Старка, можно с уверенностью сказать, что он сделает ее еще выше и еще помпезнее. Боже! Тони срочно нужен толковый архитектор! Стив разглядывает свою руку, удерживающую плиту, затем переводит взгляд на лежащего поодаль Баки. Дотянется ли? Стив отпускает руку и чувствует, как плита раздавливает его коленные чашечки, а штырь застревает ненадолго на пластине, уже поврежденной ранее щитом, проламывает защиту и входит в плоть. Стив выдыхает и сдвигается насколько может в сторону, игнорируя раздирающую боль во всем теле. — Давай же… Ну! — Капитан тянет руку к Баки и пытается достать до напарника. Когда его пальцы зарываются в мягкий мех напарника, плита всем весом падает на Капитана.