I wanna touch you

Это длится совсем недолго, но Кларк почему-то твёрдо понимает, что уже не может остановиться. Ей никогда не нравились девушки, и уж тем более, она никогда не становилась до ужаса возбужденной рядом с ними, а её первый парень не удовлетворял её так, как это сделала Лекса на столе в своём кабинете. Всё — всё, что между ними происходит — изначально не должно было случиться. Кларк не должна была поддаваться изумрудным глазам, млеть от пухлых губ на своей шее, терять рассудок от бархатного голоса, и забываться от любых прикосновений длинных пальцев на её теле. Но это произошло. Пути назад нет. И Кларк до сих пор не знает, что с этим делать. Её раздражает то, что Лекса отталкивает и притягивает одновременно. И что она почти всегда не может сказать «нет» так, чтобы это звучало правдой, а тело не отзывалось приятной истомой внизу живота, тогда и только тогда, когда Лексе это нужно. Кларк нервирует идеальность шатенки, невозмутимое лицо и уверенность в действиях между ними. Лекса смотрит взглядом полным решимости, а в следующую минуту в её глазах цвета летней листвы — мелькает нежность, сравнимая с ураганом, сносящим по пути всё своей естественной, природной силой. И, если всё предыдущее просто бесит, то вот её мягкость порой просто раздражает и злит, потому что понять намерения Вудс — невозможно. Она играется с ней таким способом, или настроена на что-то серьёзно, или же это просто прихоть, которая не влечёт за собой ни то, ни другое? Тем не менее, между ними двумя что-то всегда происходит. Что-то, что в голове Кларк никогда не укладывается. И что-то, чему она так усердно сопротивляется. Гриффин борется со своими чувствами, когда Лекса светло и счастливо улыбается ей на прощание в машине после уютного совместного времяпровождения в кафе; когда на следующий день видит шатенку в приподнятом настроении; когда они улыбаются друг другу и определяются с деталями их проекта. Когда… Когда она решает, что с неё хватит, но так или иначе делает всё, чтобы заполучить внимание одного человека. И Кларк не придумывает ничего лучше, чем переключиться на Беллами Блейка. Его щенячий взгляд в её сторону говорит ей о многом, ну и напоминает, что носить короткую юбку в офисе всё же действительно плохая идея. Мерфи, в принципе, подтверждает эти мысли, весело усмехаясь, беззлобно толкая в плечо и приговаривая: «Да ты соблазнила весь отдел, красотка!». Кларк просто уверена, что попробуй она побыть с кем-то другим, у неё обязательно мозги встанут на место. А Лекса Вудс перестанет мелькать в её мыслях по каждому поводу с усердным откликом сердца при любом упоминании о ней. Беллами ужасно нервничает, несмешно шутит и еле отводит взгляд от ложбинки меж грудей, когда Кларк делает над собой усилия, чтобы не усмехнуться над тем, что её чары безоговорочно работают. Он прокашливается в кулак, пытается сосредоточиться на глазах и наконец-то произносит: — Может быть, сходим куда-нибудь? Кларк открывает рот, чтобы ответить, но прежде чем с её губ срывается хоть какая-то фраза, она видит, как в его взгляде проступает странная тревога, а лицо сменяется несвойственным смятением, от чего-то или кого-то за её спиной. — Обязательно, Блейк, как только Вы сдадите мне отчёт по проделанной работе, который Вы несёте мне уже третий день, — у Кларк пробегают мурашки по коже от ледяного голоса позади неё. — Оу. Да. Точно. — Кларк не оборачивается, она просто смотрит на Беллами и его растерянное лицо — ему не остаётся ничего кроме, как уйти. Она думает, что ей следует поступить точно также, потому что мысль посмотреть на человека рядом с ней, кажется немного опасной. Кларк делает шаг вперёд и замирает. — Мисс Гриффин, Вы куда-то собрались? — её сердце предательски сильно застучало в груди от притворно-мягкого и ироничного тона шатенки. Она сглатывает, оборачивается на сто восемьдесят градусов и находит интерьер офиса достаточно привлекательным, в особенности, цветок в углу. Кларк оглядывает всё, что может, выдерживая недовольный взгляд, а затем смотрит на сложившую позади себя руки в замок Лексу — гордую, статную, без тени эмоций на лице, шатенку. — Но у меня-то всё сдано… — Я как раз пришла, чтобы сказать, что необходимо внести некоторые изменения. — И прежде, чем Кларк успела возразить, Лекса немного грубым жестом руки её остановила: — Сегодня же. Кларк решила промолчать, учитывая место в котором они находятся, поэтому, злобно прошипев «как скажете», ушла переделывать недочёты. Её задел тон, взгляд и властность. Опять. Да и то, что это был почти конец дня, а ей именно сегодня ужасно хотелось уйти домой, как можно быстрее. Возможно, шестое чувство подсказывало ей, что не следует флиртовать с Беллами. Но уже слишком поздно. И раз уж так вышло, то у неё есть миллион вопросов к Лексе и гнев, который нужно куда-то деть… Когда Кларк понесла исправления — в офисе было практически пусто, на входе в кабинет Лексы её встретила собирающаяся домой Октавия. Они перекинулись парой фраз, попрощались, и Кларк, постучав, вошла внутрь. Вудс сидела на кожаном чёрном диванчике, пара верхних пуговичек у самой шеи её белоснежной рубашки были расстёгнуты, пиджак лежал рядом, а сама она вчитывалась в текст на бумаге формата «А4». Весь её вид говорил о некой расслабленности и растрёпанности в конце рабочего дня, но, даже так, шатенка, как и всегда, выглядела шикарно. Кларк легонько улыбнулась. И сразу же напряглась: — Положи на стол, я позже посмотрю. Кларк медленно, словно ожидая чего-то, прошла к рабочему месту Лексы, оставила на нём документы, собралась с мыслями и, повернувшись, произнесла: — Что это было? Шатенка переместилась в центр кабинета, находясь в двух метрах от Кларк, её зелёные омуты были наполнены огоньком негодования с примесью разных эмоций, которые являлись ничем иным, как тайной, обволакивающей сознание для любого, кто в них заглянет. Руки Лексы находились в карманах брюк — она выглядела потрясающе красиво в вечернем свете, что пробивался сквозь жалюзи и мягко падал на черты её точёного лица. Сердце Кларк гулко застучало, когда Лекса буквально метнула в неё взгляд, наклонив голову набок. Она сдержано вздохнула и не спеша приблизилась ближе:  — Я же говорила — не играй со мной. — У Гриффин внутри появилось непонятное волнение, руки похолодели, а ноги стали ватными: вся эта ситуация от чего-то пугала её. Кларк покачала головой. — Ничего такого. Взгляд Лексы скользнул вниз: прошёлся по стройным ножкам Кларк, дошёл до юбки, оценивающе пробежался по блузке и когда вернулся в голубые, как красота в небесах, глаза — мышцы её челюсти дёрнулись в неодобрительном жесте. — Юбка слишком короткая, — ярость на этот раз отчетливо слышна в её голосе. — А я не люблю, когда на моё кто-то смотрит. Кларк чувствует, будто пол обрушился под ногами, потому что Лекса — Лекса смотрит на неё своим проницательным взглядом, и ей кажется, что её душа и тело обнажены для неё, не утаивая ничего. Эта мысль пугает, по правде говоря. Она думает, что Лексе известна причина, по которой она флиртовала с Беллами. Однако Кларк пробует закрыться от Лексы. Последняя попытка. И, пожалуй, ей известно, что повлекут за собой слова, которые она собирается сказать… Она знает. Но всё равно говорит. — Я никогда не буду твоей. Лекса оказывается рядом в считанные секунды, беспощадно разрушив личное пространство, её руки по-прежнему убраны в карманы, а голос тихо, с нотками агрессии, звучит прямо на самое ухо: — Скажи мне это ещё раз. — Я… — хрипло протягивает Кларк, её сердце готово выпрыгнуть из груди. — И ты пожалеешь об этом… — их взгляды вновь находят друг друга: у Лексы — выжидающий, у Кларк — растерянный, принимающий решение. Она сдаётся. И Лекса видит это. И Лексе не нужно ничего говорить. Их губы встречаются с молниеносной скоростью, их языки сплетаются, борясь в доминирующей схватке, и в конечном счёте — страсть овладевает ими. Кларк вновь одним сильным толчком прижата к столу, руки Лексы исследуют её тело, пока её собственные с удовольствием оцарапывают шею шатенки и зарываются в волосы, болезненно оттягивая их назад. Вудс недовольно стонет в губы, разрывает поцелуй, припадает губами к шее, кусает, облизывает нежную кожу, наслаждаясь сдержанным мычанием Кларк. Сжимает ягодицы, вдыхает аромат блондинки, который всегда сладостно обволакивает её лёгкие, становясь новым кислородом, новым источником жизни, новым всем. Ведёт губами по линии подбородка и вновь утягивает в новый сладостный момент между ними. Кларк теряется в руках Лексы, позволяет ей быть настолько голодной, насколько это возможно, позволяет ей насыщаться собой и своим телом. Она прогибается под её движения, подчиняется, сжимая ткань её рубашки в своих кулаках, и наслаждается безумием от того, что не в силах ни остановить, ни остановиться. — Это просто невыносимо, то, как ты сводишь меня с ума, — выдыхает Лекса, удерживая Кларк за талию и запуская одну руку под её юбку, поглаживая внешнюю сторону бедра, протискиваясь своим телом между ног. И Кларк бы с радостью обвила ими её стройное, подтянутое тело, прижалась бы ближе, пробормотав что-то нечленораздельное от переполняющих, приводящих в смятение эмоций. Если бы не почувствовала, как Лекса возвращает над собой контроль. Её глаза потемнели от возбуждения, они горят, пылают диким пламенем, которое хочет сжечь, убить, испепелить и получить желаемое. И Кларк не понимает, как она до сих пор сдерживает его. — Поехали ко мне? — сбивчиво говорит Лекса, опаляя тёплым дыханием щёку Гриффин. Кларк впервые за всё время перемещает руки так, что они в нежнейшем жесте ложатся на лицо шатенки, которое она долгое время рассматривает, ласково водя по скулам большим пальцем. В её голове медленно, но верно рождается осознание того, что Лекса то никогда и не настаивала — лишь подводила её к определенной точке. Но решение всегда оставалось за Кларк. — Да. — Да? — тепло улыбается Лекса, ещё раз переспрашивая. Должно быть, это что-то значит. — Да, — Кларк обнимает Лексу за шею, принимая решительный поцелуй в губы. Он такой…такой, какой подтверждает слова — уверенный и целомудренный, без лишних, разжигающих возбуждение, деталей. — Тогда поехали, — Лекса оживленно отстраняется для того, чтобы взять блондинку за руку и в спешке покинуть кабинет. Кларк едва успевает кинуть: «А документы?!», когда они торопливо собирают необходимые вещи и покидают офис после несдержанного рычания Вудс: «Да чёрт с ними!». Они целуются в лифте, машине, в подъезде, каждый раз, когда ощущают острую нехватку друг друга. Это чувствуется нетерпеливо. Лекса тоже нетерпелива, но она сосредоточена на дороге, пока Кларк мечтает о соприкосновении их тел, об ощущениях и глубоких вздохах, которые она способна ей подарить. Вместо этого Вудс гладит её по коленке на светофоре, когда они почти добираются, и улыбается. У Кларк всё сводит внутри от этой улыбки. Она плохо помнит, как они оказались около лофта Лексы, но отчетливо понимает, как полон желания и взаимности этот момент, как чувства берут верх, как обостряется напряжение, и как влечение к этой девушке заполняет всю её душу, тело, позывы. Лекса вдавливает её в стенку, рядом с дверью, чертовски сексуально проводя языком по нижней губе, проталкивая его внутрь и играючи касаясь нёба. Кларк стонет. Кларк стонет и хочет больше. Она пытается схватиться за Лексу, но она не даёт ей этого сделать — в считанные секунды её руки прижимают над головой к стене. На неё смотрят практически чёрные, от расширившихся зрачков, глаза, а губы шатенки, припухшие, в ехидной усмешке, и ужасно манящие в этой ситуации, но когда она тянется к ним — с ней играются, не давая получить ожидаемый поцелуй. — Войдешь в эту дверь, и изменить что-либо уже будет поздно… — Я не хочу ничего менять, — Кларк шепчет в самые губы шатенки, соприкасаясь с ней лбами. — Это, конечно же, немного пугает меня. В смысле, я ведь никогда полноценно так и не была с девушкой. — Ну… — ухмыляется Лекса. — Кое-что ты всё-таки умеешь, — она прикусывает губу. Когда они попадают в лофт, Кларк снимает с Лексы курточку, пиджак и отталкивает её, чтобы снять с себя мешковатую верхнюю одежду, которая так мешается в данный момент. В какой-то момент они ударяются обо что-то, и это что-то падает с ужасным грохотом под смех между поцелуями, пока их путь следует в одну из комнат. Но ни одной из них до этого нет дела. Есть только горячие сплетающиеся влажные языки, мягкие волосы между пальцев и нарастающее возбуждение. Лекса толкает Кларк на кровать, нависает сверху и смотрит с таким замиранием сердца, что желание отдаться у Гриффин увеличивается в сто крат. Она позволяет себе, наконец, довольствоваться телом шатенки, практически ликуя от новых ощущений и удовлетворения от сдавленного, сдержанного выдоха, когда её пальцы расстёгивают последние пуговицы рубашки. Кларк видит белый кружевной лифчик Лексы, её смуглую кожу и ухмылку на её устах. — Нравится? — Кларк сглатывает, думая над тем, как так получилось, что обнажена сейчас Лекса, а не она. Не дождавшись ответа, шатенка продолжает, — моя очередь… Блузка Кларк оказывается на полу даже быстрее, чем рубашка Лексы. Её волнистые, каштановые, тёмные волосы давным-давно хаотично растрепано лежат по хрупким, худым, изящным плечам — как же это сексуально, говорит Гриффин про себя. А после приподнимается и целует манящие губы пылко, страстно, влюбленно. Лекса возвращает Кларк обратно на кровать, её ладонь бережно ласкает оголенный впалый животик, пока другая рука скользит к бедру, затем ниже, заставляя согнуть ногу в колене. Лекса опускает собачку на юбке блондинки вниз, снимает её, показательно облизывая губы, упиваясь взглядом напротив, теряясь в омуте синих глаз. Лекса осыпает Кларк поцелуями в живот, изучает каждый сантиметр тела, наслаждается скулящими вздохами и вспоминает фразу, что заставляет её тихо рычать про себя. Гриффин в её руках податливая, такая, какая и должна быть — послушная, возбуждённая, готовая принять её. Но Лексе этого мало. Лексе нужно больше. Лексе нужно показать, что Кларк её и ничья больше. Она немного грубее, чем до этого целует Кларк в губы, умело стягивает с неё лифчик, вдыхает аромат её волос и проводит носиком по ключицам. Мокрыми поцелуями Лекса спускается к ложбинке меж грудей блондинки, скользит по ним языком и смыкает губы на левом соске, довольствуясь ничем не прикрытым пошлым стоном. Он очень громкий. Лекса хочет услышать ещё один такой. Вудс прикусывает правый сосок — это больно, да. Но это дарит наслаждение, и хриплый голос Кларк только подтверждает это. Гриффин выгибается навстречу ей, подчиняется, прикусывает губу и дрожит, когда пальчики Лексы проходятся по внешней стороне бедра, без предупреждения цепляя резинку трусиков и стягивая их вниз. — Произнеси моё имя, Кларк, — властно просит Лекса, целуя девушку в колено и наблюдая за тем, как она ежится под взглядом. — Лекса… — хнычет Гриффин, благодаря поглаживающим движениям рук Вудс на внутренней стороне бедра. — Лекса… Лекса, кажется, сама сейчас взорвётся. По телу Кларк проходится разряд, когда лёгкие, невесомые прикосновения достигают её, вытесняя воздух из грудной клетки. Лекса прижимает ближе к себе, придавливает телом, ласкает чувствительную точку между ног и, убедившись в том, что Кларк — Кларк влажная и стонущая для неё её имя, готова поддаваться и быть разбитой от потрясающего оргазма. Она входит в неё двумя пальцами, внимательно наблюдая за реакцией на мягкое поглаживание: её глаза прикрылись от удовольствия, нижняя губа прикушена, а лицо отражает блаженство. Сладостный пик наслаждения вот-вот настигнет её, но Лекса не даёт ей это: — Ты только моя, — рычит шатенка, когда Кларк, хныкая, притягивает её за шею. — Слышишь? — шепчет она на ухо, прикусывая мочку уха. — Да… — Повтори. Лекса переплетает пальцы рук с Кларк, расположив их по обе стороны от её блондинистых волос. И ждёт ответа в самые губы. — Лекс, — что-то в груди Вудс вспыхивает, когда блондинка произносит ласково её имя. — Я только твоя. Она улыбается и затем целует: влажно, нежно, аккуратно, ловя новые и новые фразы с губ Кларк: «Твоя, твоя, твоя». «Моя». — Покажи мне, Кларк, — она отрывается от неё, заглядывая в синие глаза — полные вожделения и уверенности в том, что они обе делают. Но прежде, чем блондинка решается на что-то, Лекса понимает, что именно она — именно она хочет попробовать Кларк на вкус. Она полностью хочет почувствовать её. Лекса поглаживает живот Кларк и спускается ниже, с улыбкой смотря, как зрачки девушки расширяются от осознания того, что будет дальше. Она достигает низа живота, когда Гриффин застенчиво вдруг сводит ноги вместе. Лекса нежно улыбается, успокаивающими движениями раздвигает их вновь и целует в бедро. Умоляющий жест Кларк просит взять её за руку, и она берёт, переплетая пальцы между собой, и целуя в самое чувствительное место на её теле, пробуя её, вкушая пьянящий, глубокий, потрясающий вкус. Кларк не похожая на тех девушек, что у неё были. Кларк… Кларк особенная. Кларк скулит, когда Лекса проводит хитрые махинации языком и вновь разжигает в ней пламя, которое вот-вот перегорит и зажжётся вновь. Она отпускает её руку, когда вводит язык настолько глубоко, насколько может, чтобы довести девушку до конца. Ещё несколько движений-толчков и Кларк пульсирует, издав самый громкий стон, который когда-либо слышала от неё Лекса. Волны удовольствия настигают девушку с такой силой, что она не осознаёт, как резко ухватывается за волосы шатенки, удерживаясь за неё и вынуждая ощутить весь оргазм в полной мере, вылизав всё до последней капли. Лекса, в общем-то, не против, она в какой-то степени довольна, удовлетворена и счастлива. Лекса тянется к губам Кларк (на удивление, она уже соскучилась по ним) и целует, разделяя с ней её собственный вкус, замечая, то что блондинка всё ещё спускается с пика блаженства — взгляд расфокусирован и затуманен. Кларк немного тяжело дышит, чувствуя, как уходит звон в ушах, а на его место приходит тишина, разбавляемая дыханием Лексы. Вудс устало ложится рядом, совершенно ни на что не рассчитывая. Совсем. Ещё немного и она притянет блондинку в нежные объятия. Но Кларк внезапно седлает её бёдра, напоминая о тупой боли внизу живота, расстёгивает ремень, ширинку, помогает снять брюки вместе с трусиками и прикусывает губу в ступоре. А Лекса просто не может не улыбнуться такой неопытности. Она вновь переплетает с ней пальцы рук и говорит: — Я помогу. Это совершенно новый и интимный момент для них обеих, наверное, так они куда ближе: Лекса ведёт ладонь Кларк между ног, пока их взгляды изучают очертания лиц и реакцию друг друга. Лекса надавливает пальцем Кларк на свой центр и смотрит в её глаза, вновь разглядывая в них возбуждение, куда большее, чем прежде. Опускает руку Кларк ниже и ждёт, что блондинка осмелится довести дело до конца сама — через несколько секунд она чувствует, как палец девушки скользит внутрь. — Ещё… — умоляет она, пока Кларк думает, что у неё тоже есть власть над Лексой. Гриффин добавляет второй и начинает медленно двигать рукой, рассматривая то, как Лекса хватает ртом воздух, как полностью отдаёт ей инициативу, как комкает в руках простыню. Она и сама шумно выдыхает, наслаждаясь ощущением слабости шатенки. И это, чёрт возьми, безумие, которое ещё немного и лишит её рассудка, потому что Лекса Вудс под ней, и она готова кончить от восхитительных мягких движений её пальцев. Лекса чувствует неуверенность, нерешительность, неспешность Кларк, но не пытается изменить или сказать ей против. Так или иначе, она близка к тому, чтобы взорваться благодаря девушке с ярко-синими глазами, светлыми волосами, и почти невинным лицом, что прекрасно гармонирует с её касаниями — они примерно такие же: мягкие, ласковые, осторожные. Это невероятно, ощущать такую сокровенность в постели с Кларк, неспеша, маленькими шажками, приближаясь к точке невозврата и буквально сходя с ума от ожидания долгожданной разрядки. — Кларк! — Лекса чувствует, как всё её тело начинает дрожать, а эмоции накрывают с головой. Ей хочется поцеловать Кларк сейчас же. Она грубо притягивает её к себе за затылок, прикусывает нижнюю губу и распадается на миллион осколков. Это застаёт Кларк врасплох и заставляет протолкнуть пальцы глубже, от чего Лекса распахивает глаза, ощущая, как её окутывает второй оргазм, разливающий приятную жаркую истому по всему телу. Лекса даже не заметила, как оцарапала спину Кларк, болезненно выдыхая в её губы… Она промаргивается и встречается с изучающим её взглядом. Кларк выглядит мило и совсем не как те девушки, что у неё были после обычного и порою, не всегда приносящего удовольствия, секса. Кларк, покрасневшая от смущения или возбуждения, тёплая, немного уставшая и с глупой улыбкой на лице. Поэтому Лекса просто не может удержаться от того, чтобы не притянуть её в свои объятия, целуя в висок. Они обе голые и удовлетворенные. Лекса усмехается. — Тебе понравилось? Она получает стеснительный толчок в бок. Видимо, да. Кларк утыкается носиком в шею, смешно щекоча им мягкую кожу Лексы, и обвивает руками торс, встревоженно прячась от последствий вечера. Им стоит поговорить, или всё сказано? Вудс прикрывает глаза, наслаждаясь прикосновениями и близостью между ними. — Лекс… — шатенка слышит плохо скрываемую тревогу в её голосе. — Кларк, — она обнимает её крепче, чтобы подтвердить свои дальнейшие слова. — Ты — моя. Я всё сказала. Рука Кларк чувственно начинает вырисовывать узоры на животе Лексы. — Ладно. Думаю, можно попробовать. Меня просто смущает тот факт, что мы практически друг друга не знаем. — У нас полнооо времени, — улыбается Лекса и поворачивается лицом к Кларк так, чтобы поцеловать ту в носик. — Как скажете, мисс Вудс. — Как скажете, мисс Гриффин. Лекса переворачивает блондинку так, что та оказывается под ней, и вновь целует её под довольную счастливую улыбку. Всё равно у них ещё вся ночь впереди…