Плохой парень Гарри

«У каждого человека есть тот, кто не захочет его покинуть, и тот, кого не захочет покинуть он». Чак Паланик.

— Этот чувак, — Мерлин красноречиво кашляет, заставляя Эггси исправиться, — джентльмен, прошу прощения, является одним из самых крутых Торговцев Смертью в мире и при этом он носит свитер со снеговиком? Мой мир никогда не станет прежним. — Это всё, что вас смущает, агент Галахад? — Мерлин выводит на экран новые и новые фотографии Гарри Харта, снятые другими агентами или спутником Кингсман. — У меня есть изображения с обнаженным мистером Хартом, возможно, они не покажутся вам смешными. — Все зависит от размера предмета гордости нашей потенциальной цели. — Вам стоит стыдливо скрестить коленки, Эггси, — ирландец усмехается, продолжая щелкать по планшету. — Сманиваете меня на Тёмную сторону? — смеётся Гэри, закидывая ногу на ногу. В координаторской кроме них двоих никого нет, поэтому сарказм и шутки льются во все стороны. — И, боюсь спросить, Мерлин, зачем вам голые фотки каких-то левых, но, несомненно, привлекательных мужчин? Это то, о чем я подумал? — Смотря о чем вы подумали, Эггси, — выражения лица мужчины не меняется. — Это миссия под прикрытием. Вы втираетесь в доверие к Гарри, соответствующую легенду вам придумали, и сливаете всю компрометирующую информацию о нем Кингсман. Лично мне. При раскрытии вам придётся бежать, Гэри. Цель не убирать, не подставляться… в крайнем случае, использовать капсулу с цианидом. Предупреждая ваш следующий вопрос, у мистера Харта… есть способы дознавания информации, которые не входят в класс «бесчеловечных». Гораздо хуже. К тому же, «на мушке» у цели несколько важных политиков. — И кто я по легенде?.. Мерлин улыбается, поправляя средним пальцем очки. И это действие не сулит Анвину ничего хорошего. Потому что координатор, чёртов сукин сын, по сути своей мстительный засранец. — Умеете ли вы шить, Эггси? — Вот же… блять. — Манеры, агент Галахад, — улыбается Мерлин, — лицо мужчины.

***

— Смотрю, а над моей легендой никто особо не заморачивался, да? — веселится Эггси. — Честность, — выдыхает Мерлин, — что может быть лучше? К тому же, вы, мистер Анвин, сами по себе оказались идеальным человеком для этого дела. — Дайте-ка я запишу это на диктофон! Никто же не поверит мне, что вы это сказали!

***

Гэри шить не умел и при попытке научиться, он просто к чёртовой матери исколол себе пальцы, ругаясь на чистом кокни. Легенда трещала по швам, как юбка на заднице Кардашьян: парень из нижнего Ист-Энда, неблагополучная семья, но руки у него золотые, вот и взяли на работу в элитный салон. Руки, конечно, были, но росли они из другого места и сделаны были из совсем другого материала. — Я бы не хотел, чтобы вы сшили мне костюм, Эггси. Это было бы оскорблением, — голос Мерлина звучит в голове. С недавних пор передатчики (маяк-сигнал) едва ли не вшивали в ухо, чтобы контакт агента с «офисом» был непрерывным. При желании шпион легко мог вытащить устройство с помощью специальной извилистой штуковины (Анвин честно не запомнил название, но штука похожа на палочку из Гарри Поттера) и жить спокойно. Пока до вас не доберется Мерлин, конечно. А у этого мага на удивление длинные руки. — Даже из мести я бы не стал так напрягаться, — фыркает Гэри и тут же получает ощутимый шлепок по голове. Иголка выпадает из рук прямиком на бумаги, где нарисовано дохрена видов швов, которые и запомнить-то почти невозможно, не то, чтобы повторить. — Не отвлекайся, малец! Мистер Джереми Уолтер Майалз всю свою жизнь занимался швейным делом (мнил себя великим портным!), вкладывал душу в каждый костюм, не спал ночами, научился определять качество ткани под касанием пальцев. Со временем, когда заказов стало больше, Джереми смог открыть свой салон, нанять несколько помощников. И бизнес пошёл в гору. Ателье на Сэвил Роу? Что может быть лучше. Затем был пожар (завистники), жуткий всепожирающий огонь, и он полностью уничтожил мастерскую. Майалз был на мели, ссуду в банке не давали. Жизнь летела под откос: алкоголь, наркотики и женщины, из-за которых ушла его жена. Выхода не было! Он подумывал о самоубийстве. А затем появился Марк, который, как волшебник из легенды, смог спасти утопающего. Вместо денег Марк попросил лишь об услуге. Джереми воскрес, поднял своё дело и зажил счастливо. Спустя четыре года «волшебник» объявился и попросил дать его сыну работу. — Боже, вы что у Гитлера гуманности учились, сэр? — бурчит под нос Эггси и шмыгает носом. Ещё один шлепок опускается на затылок. — Твою же мать! То есть… простите. Галахад хмурится, утыкаясь носом в стол, и выискивает взглядом потерянную иглу. Потому что ему пахать и пахать в этом чёртовом ателье до тех пор, пока задание не будет выполнено. Сраное, блять, прикрытие! Почему нельзя было послать его в Ирак? Или Африку? Туда, где не надо ничего, сука, шить! — Если бы не ваш отец, молодой человек! Если бы не он!.. — причитает старик, взмахивая руками. Чопорный англичанин с двумя ложками в… не суть. «Папочка Мерлин», — мысленно говорит себе Эггси и вздрагивает, снова роняя найденную иглу. Потому что все это попахивает пидорской порнушкой. — Даже не думайте об этом, Галахад, — сурово выговаривает координатор, — иначе я вас выпорю. Ну, какого хрена, а?

***

— Я нанимался к вам портным, а не грузчиком! — ворчит Эггси, таская в руках огромные рулоны дорогой (не нужно иметь волшебные ручки мастера, чтобы понять это) ткани, закрывающей весь обзор. Он в одиночку (какого, мать его, хуя, а?) разгрузил машину с новой поставкой, поболтал с водителем и опять успел накосячить. «Это твое наказание, мальчик», — сказал тогда чопорный мудила и вручил Эггси рабочий комбинезон. А ещё, крем от боли в спине и мазь для согрева мышц. Только издевательского хохота в спину не хватало. — В начале научитесь шить, мистер Анвин, — фыркает Джереми, — и не смейте препираться со мной при посетителях! «Как будто в другое время это позволительно», — думает про себя Гэри и едва ли не спотыкается о собственную ногу. И нет, это не специально, он реально заебался настолько, что ноги едва держат. В начале нужно шить, потом таскать ткань, а дальше что? Розгами по спине и иди чистить хлев, остолоп? Попахивает Средневековьем. — Если я не вижу ничего, значит тут никого нет! — бурчит Гэри, ногой открывая дверь в подсобное помещение (о, нет, что вы, помогать не надо), и захлопывает её за собой. Той же ногой. — Занятный молодой человек, — говорит мужчина, улыбаясь. Картина, которую он на свою удачу застал, показалось весьма комичной и занимательной. — Ваш подмастерье? — Головная боль, мистер Харт, моя головная боль, — Джереми качает головой, морщась, когда по ту сторону что-то падает и слышатся грубые непристойные словечки. — Если бы не его чудесный отец, то и ноги бы паршивца не было в моем ателье! Гарри предпочитает промолчать. — Пройдемте в примерочную, — говорит портной и вздыхает.

***

— Ты проморгал нашу цель, Эггси, — отзывается Мерлин, когда Анвин собирается отлить. Он стоит в туалете собственной съемной квартиры такой же маленькой, как совесть его координатора. Тут есть кухня (спасибо, что без тараканов), которая чудесным образом является и гостиной на пару со спальней, имеется ванная (а чёрная плесень под кафелем и должна быть? или это я так зажрался?) и… ничего тут больше нет. Тлен, пустота, убитая юность. — А ты как всегда вовремя, — шипит мальчишка, сжимая в ладони собственный член. — На толчке меня поймали, да? Иногда мне кажется, занимайся я сексом с чудесной леди, вы бы зудели мне на ухо, что и как делать. А потом бы ляпнули что-то вроде «теперь ты у меня в долгу». Анвин опускает взгляд вниз, позволяя Мерлину вдоволь насладится наичудейснишим видом его члена, лобка и, если хорошо приглядеться, то можно приметить пару свежих яиц. — Вы в курсе, что это вижу не только я? — А мне нечего стесняться, — с вызовом бросает Гэри, упираясь взглядом в стену напротив. — И да, не проморгал, а выполнял работу, на которую вы меня устроили, Мерлин. Какого хрена этот старик от меня хочет? — Чтобы вы старались, например? Именно это. А мне бы хотелось видеть вас говорящим с Гарри Хартом в следующий раз, — Мерлин пьёт чай и противно при этом хлебает его. И делает он это специально, Гэри готов поклясться в этом.

***

Эггси подозревает, что в Кингсман просто не хватает средств на существование, вот они и устраивают на работу своих агентов. Персиваль вполне себе мог работать в Макдональдсе, Ланселот — KFC. Гавейн устроился бы на заправку, а Мерлин — в секс по телефону. Анвин со злостью думает, что если бы это было так, то он каждый вечер бы названивал координатору с просьбой, чтобы тот отодрал себя ремнем. Но пока Гэри моет витрину, напевая Бритни Спирс себе под нос. Лучше уж такая работа, чем материться, втыкая иголку себе под ногти. — Я — Мисс Американская Мечта с 17 лет*, — подпевает собственному плееру мальчишка, сжимая в левой руке распылитель. Майка приятно облегает подкаченное стройное тело, спущенный до пояса рабочий комбинезон позволяет солнцу (редкость для Лондона) ласкать плечи. Запах средства для мытья стёкол забивает носовые пазухи (какого хрена это витрина настолько большая?), а привычная бейсболка бережет голову от солнечного (от тумаков мистера Майалза) удара. — Вы нарываетесь? Едких комментариев Мерлина не слышно, значит тот либо занят, либо испытывает негативные эмоции к милашке Бритни. И это охренеть как хорошо! Не хватало ещё шуток про бойз-бэнд и пару розовых штанцов «для парня из подтанцовки». — В журналах всё равно оказываются мои фотки в ракурсе «сзади», — продолжает Эггси и непроизвольно напрягается, замечая чье-то отражение в стекло. Он, реагирует, как надо, когда на его плечо опускается чужая ладонь. Захват получается сам собой: ловко, быстро и больно для того, кто посмел его потревожить. Мышечная память, рефлексы супер шпиона. Больше Анвин ничего в своё оправдание сказать не может. — Думаю, вам стоит меня отпустить, Эггси, — говорит Гарри, согнутый в три прогибели, — для вашего же блага. Один из охранников наводит на Анвина пистолет, снимая тот с предохранителя. И Галахад понимает — в него выстрелят. Просто возьмут и выстрелят посреди чёртового Лондона и даже глазом не моргнуть при этом. — Простите, мистер Харт, — Гэри отпускает мужчину, — но вы сами виноваты. Не хрен… То есть не стоит подкрадываться к незнакомцам со спины. Это хорошо, что я вам ещё не вмазал хорошенько. Было бы обидно расхаживать с синяком под глазом, полученным от стажера из ателье. — Думаю, что просто с синяком ходить обидно было бы. И не важно, кто его поставил. Но я признаю, это моя вина, — соглашается Торговец Смертью, выпрямляясь и поправляя и без того идеальный костюм, — вы служили, молодой человек? — Морская пехота, — пожимает плечами Эггси, сворачивая вылетевшие из ушей наушники. Плеер чудом не разбился от умелого маневра. Или от рукожопости Анвина. — Впечатляюще, — Гарри улыбается, махнув рукой. — Даже не вздрогнули, когда на вас навели оружие. — У моего лейтенанта пушка была побольше, а мозгов поменьше, — фыркает Анвин. — Вы что-то хотели, мистер Харт? — Сделать комплимент по поводу вашего чудесного голоса и странного вкуса, — Гарри склоняет голову влево. — И удивительного предпочтения. — И это мне сказал чувак в странных ботинках и с зонтом. — Чувак? — Джентльмен? — агент Кингсман скептически хмыкает. — Это Оксфорды, Эггси. Гэри думает, что они с Гарри не были представлены друг друг, но точки соприкосновения нашли. Знаете, словно давние друзья. — Броги круче, — издевательски тянет мальчишка и втыкает наушники в уши, давая понять, что разговор окончен.

***

— Вы пытаетесь заинтересовать мистера Харта, Гэри? — спрашивает Мерлин, когда Анвин чистит зубы перед сном. — Как девочки из фильмов. — Этим девочкам в итоге достаются самые крутые парни, — бурчит Анвин, сплевывая зубную пасту в раковину.

***

В следующий раз Эггси видит Гарри Харта спустя четыре недели после инцидента с витриной. — Я теперь, блять, и секретаршей подрабатываю! Универсальный работник! Лучший в этом месяце, — жалуется Эггси, прижимая телефон к уху. — Я же сказал, что ваш заказ, мистер Блэк, еще не готов! И нет, я просто тупая блондинистая секретарша с огромными буферами и не знаю, когда всё будет сделано! Вы можете перезвонить через полчаса, когда мистер Майалз будет на месте! До свидания!.. — Блондинистая секретарша? — Гарри насмешливо вскидывает брови кверху, когда Гэри бросает телефон и, наконец, замечает его. — Верчусь, как могу, — вздыхает парень, почесывая затылок. — Кофе, чай? Мне настоятельно велели быть с вами вежливым, мистер Харт. Особенно после того, как я ляпнул, что Оксфорды сосут. — Заканчивая логическую цепочку услуг, ты должен был предложить… себя? Или танец, — Гарри улыбается. — Двое вооруженных до зубов охранников у входа, — говорит Мерлин, — один у черного выхода и ещё один в машине. Будто не за костюмом приехал, а выколачивать из простаков деньги. И флирт, Гэри? Правда? Не стоило вам показывать те фотографии. — У нас ателье костюмов, а не «клуб по интересам». Моник — та, что обычно встречает гостей, — вышла поболтать со своим парнем на «пять минут», в итоге её нет уже час, и мне приходится выполнять эту работу. Не то, чтобы я жаловался, но да, я жалуюсь, — Анвин закатывает глаза, раздраженно морщась, когда телефон снова звонит. — К тому же, не такая я уж и умная, чтобы просто так взять и не ломаться. — В Кингсман вы вступили без лишних вопросов, — тянет Мерлин, — доступный мальчишка. — Что привело вас сюда, Эггси? — взгляд у Харта сканирующий. Будто он видит парня насквозь. — Явно не то, что вас… Думаю, один лысый мужик, которого я по жуткому стечению обстоятельств называю отцом, — Гэри чешет затылок, бросая взгляд на настенные часы. Гарри смеётся, опираясь на зонт: — О, понимаю. Лёд тронулся, да? — Он почти на вас запал, Эггси, — фыркает Мерлин. — Но у вас не задание по соблазнению и вы не милая девушка из телесериала, на которой главный герой, непременно, женится. Помните об этом. Гэри мысленно посылает координатора нахрен.

***

Эггси матерится сквозь зубы, прижимая рукав от собственной кофты к поломанному к чертям носу. В «Чёрном принце» он встречает банду Дина, его собачью шайку. Местное отребье, так скажем. Пацан им не понравился с первого взгляда: борзый, не местный, да и ухоженный. Явно пидорок из Верхнего. Они не долго думали прежде, чем бить Гэри в нос, а потом к хренам отбить печень, словно умелый повар в собственном ресторане. Сматываться пришлось через переулки, прыгая по парапетам и огибая мусорные баки. Потому что Мерлин просил (приказал! этот мужик никогда и ни о чем не просит) не демонстрировать навыки наёмного убийцы, шпиона и, в принципе, универсального бойца местным чавам. — Иначе вы не увидите выходных в ближайшие пару лет, Гэри. Утром, уже на работе, Джереми привычно налетел на Эггси, отругав того за жуткий внешний вид. Но не ударил. Видимо, подумал, что Эггси и так достаточно получил «по яйцам» или ещё чего. Честно, Гэри старика не понимал. — Что подумают гости, когда увидят такого работника, больше похожего на бывалого хулигана, нежели сына достопочтенного гражданина? — хозяин ателье возводит глаза к потолку. — И не стоит списывать все на ограбление, молодой человек! У вас нет совести, значит не будет и выходных! А угрозы-то у них с Мерлином одинаковые! Прям парочка ворчливых старикашек… — Боюсь, что нет, — говорит координатор, будто читая мысли агента. — Я могу превратить вашу жизнь в Ад, Эггси, а он — нет. Анвин почему-то не сомневается в этом и только глаза закатывает, подумывая на днях прогуляться в церковь. Мало ли. Не зря же многие говорят, что «демоны среди нас». Может, Мерлин как-таки оттуда, с Ада. «И не скрывается же», — проносится в мыслях парня. Ну, подумаешь синяки, губа разбитая и широкий пластырь на перебитом носу. Костяшки же не сбиты, рёбра целы… К чему паника, старик? — Откуда боевые шрамы? — интересуется Гарри, когда Эггси помогает мистеру Майалзу в примерочной. Подает-уносит, закатывает глаза (дурная привычка!) на очередной нелепой истории про кого-то там, в общем. Харт на помосте и в одном нижнем белье (майка и трусы-шорты) смотрится забавно и вовсе не как международный преступник. Точнее, совсем не как преступник. Может быть, бизнесмен или банкир какой. — Зашел выпить пиво, а получил в морду. Круто же, — Гэри ни на кого обиду не держит, правда. — Давно так не бегал. Что вы?.. Харт сходит с помоста и аккуратно укладывает ладонь на щеку мальчишки, заставляя того жутко покраснеть: — Будьте осторожнее, Эггси. У вас красивое лицо, не стоит портить его шрамами. — Мне говорили, что шрамы украшают мужчину, — нервно усмехается Гэри и отступает на шаг. Взгляд цепляет за цепочку на шее и кулон. Точнее, не кулон, а флешку. Что же, стоит сказать об этом Мерлину. — Вам солгали. С тех пор Харт стал касаться Эггси в разы чаще. Будто разрешение на это получил… И нет, Галахад не был геем. Наверное…

***

— Я не знал, что вас нельзя оставлять наедине надолго, — нарушает блаженную тишину Мерлин, мешая Гэри провалиться в мир грёз. — Говорил ли я о том, как люблю вас, сэр? — сонно уточняет парень, утыкаясь носом в подушку. Одеяло давно сползло вниз, а из приоткрытого окна слабо дул ветер, остужая горячее тело. — Каждый раз, когда вы готовите ужин на двоих, Галахад, — по ту сторону снова что-то хлюпает. — Я хотел сообщить вам важную новость. Скоро у мистера Харта день рождения, и это идеальный повод, чтобы забрать у него то, что нам нужно. И так, чтобы вас не заподозрили ни в чём, конечно же. — Вы могли сказать мне об этом утром… — Мог бы, но мне не спится. — Вы редкостный сукин сын… — Годы тренировок, молодой человек.

***

На этот раз мистер Майалз совершено точно переходит дозволенную грань и всё-таки вешает на Анвина кучу дополнительной работы. Её настолько много, что мальчишке приходится задержаться в ателье на лишних три часа. — Знаете, почему он так бесится, Мерлин? — спрашивает Гэри, раскладывая части жутких манекенов по коробкам. — Стоит заметить, что мне плевать, Гэри. Я не ваш личный психотерапевт. — Так вот, — нагло продолжает он, запихивая пластмассовую голову в коробку, — думаю, всё из-за того, что я молод и чертовски обаятелен. Нет, серьёзно, я видел себя в зеркало. — Но вы не слышали себя, — «лысая башка» сейчас, наверняка, поправляет очки средним пальцем и выразительно усмехается, — думаю, от обилия сленговых выражений у вас бы завяли уши. — Заливаете. Гэри заканчивает к часу ночи, выставив коробки к запасному выходу, чтобы не пришлось их перетаскивать поутру, и торопится домой. Ставит магазин на сигнализацию, проверяет замки и с облегчением выдыхает, переступая долбанный порог вполне себе презентабельного ателье. Идти придётся пешком, ибо денег на такси нет, да и вряд ли хоть один мало-мальски нормальный кэб поедет туда, гдё живёт парень. Неблагополучный район, чтоб его, низы славного социального общества. Анвин приспускает козырёк кепки, полностью прикрывая лоб, напяливает поверх капюшон от спортивной ветровки и шагает вперёд, вставив в уши наушники. Музыка орёт так, что Мерлин, наверняка, вслух проклял Галахада и отключился, продолжая следить за ним по маячку. Мало ли что. Идти примерно час-полтора… — Заебись, — страдальчески стонет шатен и заворачивает за угол. Именно в тот момент, когда яркий свет фар режет по глазам, а звонкий сигнал прорывается сквозь тяжёлые биты. — Какого ху?.. Дверцы спортивной машины резко открываются и из неё выходит никто иной, как Гарри Харт собственной персоной. Один. Без охраны. В кожаной куртке и чёрных джинсах. На ногах фирменные кроссовки, на поясе, если хорошенько присмотреться, кобура от боевого пистолета. Гэри мысленно прикидывает: он смог бы уложить Гарри на лопатки меньше, чем за пару секунд, и отправить того Мерлину. Знаете, в качестве подарка на День Святого Валентина. Но приказа «обезвредить и схватить» не поступало. — Добрый вечер, — говорит тот, а Эггси щурится подозрительно, вытаскивая из ушей вакуумки. Навряд ли встречу поздней ночью можно считать случайностью. Хотя, кто знает. Подкараулить Анвина Харт мог, но зачем ему это? Загадка. — Жизнь слишком часто сталкивает нас. Не то чтобы это было херово, но чёрт, странно — да. Кстати, крутая тачка. Галахад не раз и не два был за рулём подобной (Chevrolet, спортивная девочка красного цвета) машины, вспоминая адреналин, бурлящий в крови от быстрой езды. Свист пуль по ту сторону стекла и музыка «Нирваны» на фоне. Дороги в Неваде радовали души, не то, что в России, где только на внедорожнике передвигаться можно было. Скорость приятно щекотала нервы. — Вас подвезти, Гэри? — интересуется мужчина, игнорируя нервный трёп стажёра из ателье. Он вальяжно опирается на капот авто, выуживая из кармана пачку дорогих сигарет, и щёлкает зажигалкой. Кино не врёт: плохие парни часто курят. И выглядит они при этом чертовски сексуально! «Я же не гей, — трагично проносится в мыслях. — Ну, не гей же, а!» — Может быть мне бы и хотелось сказать «да», мистер Харт, но боюсь, что чувакам из Нижнего Ист-Сайда не пристало кататься в дорогих авто на пару с местными, — Гэри имеет виду элиту, ребят из Севил-Роу, к которым Гарри был причислен, и инстинктивно потирает ссадину на щеке. — Свои не поймут. — Вас волнует чужое мнение? — Да не особо, — пожимает плечами Эггси, — но меня волнует то, что «разуть» и ограбить вас будет проще, чем отобрать конфету у ребёнка. Гарри улыбается, и Анвин намеренно давит в себе все «нет». «Боже, я сраный пидор». — Дайте угадаю, у вас, мистер Харт, — начинает Эггси, благоразумно пристёгиваясь, — просто выдались свободные дни. — Гарри, — поправляет парня мужчина и давит на педаль. Машину он благоразумно не глушил. — Нам пора бы перейти на «ты», не думаешь? И назови адрес, будь добр. Эггси уверен на все двести процентов, что Харт знает улицу, номер его дома и даже то, какое на Гэри сейчас нижнее бельё. За ним, вроде бы, следят, поэтому разговоры с Мерлином благоразумно сходят на нет. — Да херня вопрос, — усмехается Эггси, — на ты, так на ты. Только не в ателье, ладно? Не то, чтобы я был против, просто мистер Майалз вышибет мне мозги за это. — Как скажешь. Гарри не юлит и не медлит. Он довозит мальчишку до дома, хватает его за шиворот ветровки и целует. Гэри уверен, что Мерлин всё видит, видит и придумывает издевательские шутки на лет десять вперёд.

***

— Часто с тобой заигрывают, Гэри? — как-то раз спрашивает Харт, пригласив Галахада в кафе, ибо тот категорично отказался переступать порог дорогущего ресторана. И да, каждый платит сам за себя. Гордость, все дела. — Эггси, — поправляет мальчишка, морщась при упоминая родного имени. Дурацкий бейджик на груди раскрывал все карты. — Лучше Эггси. — Так что, часто? — Я хорош собой и обаятелен, — кивает он, обворожительно улыбаясь. — Так что да, не без этого. Гарри кивает.

***

<i>— Пора сворачивать миссию, — </i>после третьего свидания Анвина с Хартом говорит Мерлин, — полгода прошло, Галахад. У вас, если не ошибаюсь, в кармане приглашение на вечеринку по случаю дня рождения цели. Это послужит прекрасным поводом получить документы из сейфа мистера Харта. И забрать флешку. Вы молодец, отлично сливали полученную информацию, но настолько ценный агент, как вы, нужен в поле. — Я такой молодец, — сам себе говорит Гэри и трёт ладонью влажный от пота лоб. Пробежки по утрам ни капли не походили на обычные тренировки Кингсман, но хотя бы что-то. — Вы думаете, я влюбился в него? Поэтому и сворачиваете миссию. — Вы мне скажите, Эггси. Эггси молчит.

***

Гэри аккуратно заворачивает коробку в цветную блестящую бумагу и цепляет поверх ярко-жёлтый бантик с клейким дном. Своеобразный привет из Гетто, «добро пожаловать в девяностые». Анвин мысленно усмехается и думает, что подарок Гарри на день рождение обязан быть особенным, выделяющимся на общем фоне. «Привет-пока» от агента Галахада, так сказать. Он поправляет галстук, оглядывает пуленепробиваемый костюм, выискивая в нём несуществующий недостаток, и покидает маленькую квартиру. Навсегда.

***

Три месяца спустя. Италия. Окресности города Террачина. Кафе «Изабель». — Здравствуй. Эггси поднимает глаза, без удивления или шока рассматривая Гарри Харта, и вежливо кивает на соседнее место: — Доброе утро, Гарри, присаживайся. В руках у Галахада чашка с крепким кофе, а свежая выпечка источает чудесный запах из глубокой хлебницы. Харт вежливо улыбается и садится на предложенное место, рассматривая Эггси. Бежевый пиджак опускается на спинку стула. Мальчишка отдалённо напоминает себя прошлого, пацана из Нижнего Ист-Сайда: манеры, дорогой костюм и прямая осанка говорят о многом. Например, о том, что Анвин выходец из Высшего общества. Шесть часов назад Эггси спас Папу Римского от рук международных террористов. Час назад Мерлин вежливо осведомил Гэри о том, что Гарри прибыл в этот город. — Как поживаешь, Гэри? Гэри улыбается.