В нужный момент

— Почему? — спрашивал Юнги своих коллег, со злостью и обреченностью оглядывая каждого из них. Парни пожимали плечами — кто виновато, кто откровенно забавляясь с ситуации. Юнги их всех терпеть не мог. «Почему?» — мысленно спрашивает Юнги, уже не зная, кого именно. Возможно, вселенную, которая почему-то очень его не любит. Стоя посреди парка вечером в такой колючий мороз, только и остается, что спрашивать пустоту, почему именно он должен замораживать свою задницу посреди улицы. На Юнги надета юбка, еле скрывающая колени и похожая на ту, что носят все школьницы; его ноги обтянуты колготками, а куртка заканчивается, еле скрывая копчик. Под ней у него, слава богу, обычная футболка. Потому что парень раздеваться не собирается, а без этого никто не поймет, что он, на самом деле, парень. Юнги стоит и, кроме обиды на весь мир, чувствует только недоумение. Как девушки выживают в такую погоду, одеваясь подобным образом? Они либо дуры, либо супергероини какие-нибудь. По крайней мере, по мнению Мин Юнги. Ужаснее одежды на нем, наверное, только парик и липкое ощущение блеска на губах. Конечно же, его еще и накрасили, будто в вечернем сумраке кто-то реально обратит внимание на макияж. Парням, если честно, обычно глубоко насрать на всю эту косметику. Опять же, по его скромному мнению. Ветер раздувает ненастоящую шевелюру, отчего волосинки липнут к губам, и это реально, реально бесит. Парень в который раз раздраженно убирает мешающие волосы с лица и клянется, что, когда этот ублюдок, которого он тут ловит, явится, он ему так наваляет… Только эти мысли согревают бедного Юнги. Ну, и еще немного мысли о том, что и своим коллегам парень сможет врезать. Хотя бы Намджуну — инициатору мучений Мин Юнги. Окей, на самом деле, Юнги может понять, почему роль жертвы в этом задании выполняет именно он. Их отдел уже пару месяцев пытается выйти на одного хитрого урода, или, как говорит Сокджин, особо опасного преступника, маньяка, убийцу и прочее. С помощью социальных сетей мужчина знакомился с молодыми девушками или даже совсем еще девочками, разводил их на встречу, а потом кого-то из них насиловал, а кого-то — насиловал и убивал. В любом случае, может, он и был хитрым, но точно недостаточно умным, раз у полиции был его фоторобот. Был бы еще тупее, они бы могли задержать его прямо в квартире. Но нет, к сожалению, это не так, поэтому Юнги стоит в парке, как приманка. Хосок, Тэхён и Намджун сидят в кафе совсем рядом, наблюдая, а Чимин и Сокджин — в машине неподалеку, в любой момент готовые предупредить его о том, что «объект» уже в поле зрения. «Какая, мать ее, поддержка с их стороны» — думает Юнги, не обращая внимание на редкие, но очень бесячие подколы Сокджина в своем наушнике. Ох, он обязательно перемешает все отчеты на сокджиновом столе, что, несомненно, доведет парня до сердечного приступа, как минимум. В общем, в их отделении не было девушек, что обычно Юнги только радовало, но не в этот раз. А из всех только он может переодеться в бабскую одежду и не выглядеть как идиот. Поверьте, однажды, будучи совершенно пьяными, конечно, они это проверяли. Юнги ужасно замерз и хочет закурить. Он почти решает, что когда кто-то рядом его зовет, это, наконец, их «клиент», но Джин в наушнике не перестает что-то болтать Чимину. Юнги вообще не понимает, почему бы парню не выключить рацию, чтобы, собственно, он ничего не слышал. В любом случае, это значит, что окликнул Мина точно не ожидаемый маньяк. И это совершенно не по плану, а когда что-то идет не по плану, все катится к чертям. — Вау, привет, — говорит какой-то незнакомый парень, очаровательно улыбаясь. Мало того, что Мин совершенно не настроен на флирт, уже происходящий со стороны незнакомца, так прямо сейчас, в любую минуту, может появиться как бы опасный преступник, маньяк и убийца, и этот парень не должен говорить с Юнги в данный момент. Поэтому Юнги кривится, чувствуя панику, но остается холодно-спокойным, начиная придумывать, как бы от этого пацана побыстрее избавиться. — Пока, — довольно грубо отвечает Юнги, слыша, как Джин в наушнике замолкает. Он надеется, что Сокджин ему поможет, если что, но в следующее мгновение тот только ржет, слыша очередную фразу нового знакомого Мина. — Оу, — сконфужено говорит парень, тут же снова улыбаясь, и выдает, — знаешь, если бы сексуальность была преступлением, то ты виновна. И пока Сокджин просто умирает от смеха, Юнги немного зависает. Потому что… это что было? В какую параллельную вселенную он попал? Это самый ужасный подкат в жизни Юнги, но еще ужаснее было то, что его это даже не оттолкнуло. Он смотрит на стоящего перед собой брюнета, мнущего шапку в руках, при этом выглядя одновременно чрезмерно уверенным в себе, но робким, и почти улыбается. — Слушай, это все, конечно, очень мило, но ты срочно должен заставить его уйти, — с отвратительным весельем в голосе говорит Сокджин, отрезвляя Мина. — Он нам мешает. Юнги кивает, что, возможно, выглядит странно, и прочищает горло, готовясь хоть что-нибудь сказать, но не отпугнуть парня своим прокуренным, далеко не женским голосом. Хотя, уже позднее думает он, возможно, именно это и помогло бы. В любом случае, Мин и слова сказать не успевает. — Меня зовут Чон Чонгук, — парень подмигивает, отчего Юнги почти подпрыгнул: это же надо, какой наглый. — А тебя? — Послушай, — спокойно говорит Юнги, замечая, как Чонгук на секунду хмурится, все-таки удивленный его голосом. — Я не настроена на знакомства. Юнги надеется, что этот Чонгук понимающий и хороший парень. Его надежды разбиваются вдребезги. — Ну, а завтра? Ты можешь оставить мне свой номер. — Нет, парень, я… — Хочешь, я куплю тебе мороженое? «Ты, бля, знаешь, сколько градусов на улице?!» — почти возмущается Юнги, но тут Джин в его наушнике начинает быстро тараторить, что «объект приближается», отчего у Мина колени начинают дрожать, а мысли путаются. Этот парень совсем отвлек его, Юнги забыл, зачем он стоит посреди парка в юбке и поэтому, что совсем не хорошо, пугается. — Да-да, конечно, да, мороженое, — проговаривает он, отчего Чонгук перед ним расплывается в очередной улыбке, просит ждать его на месте и идет в то самое кафе неподалеку, где сидят Хосок с Намджуном и Тэхёном. Юнги смотрит ему вслед, начиная быстро поправлять парик, снова прочищает горло, одергивает юбку. По нему, наверное, не видно, как сильно он волнуется. Только по дрожащим рукам, может быть, но их можно спрятать в карманы. Словно перед свиданием, думает он, и в его голове это звучит как-то зловеще. Да, какое замечательное сейчас будет свидание. Его плеча касается чужая рука, Джин в наушнике говорит, что все готовы, и Юнги оборачивается, приветливо улыбаясь. Хитрый мудак, чьи руки буквально запачканы кровью невинных девчонок и столькими испорченными жизнями, улыбается так же дружелюбно. Но его взгляд, и правда, какой-то ненормальный. Мужчина спрашивает у него, он ли Мин Юнджи, и Юнги кивает, стараясь как можно правдоподобнее смутиться, поэтому опускает голову, смотря себе под ноги. Вместо смущения он чувствует почти побеждающее его желание расстегнуть куртку, вытащить из надежно спрятанной кобуры пистолет и бахнуть этому ублюдку прямо в голову. Но пока нельзя, сейчас Юнги должен увести его немного дальше, вглубь парка, где людей намного меньше, а в такой час, возможно, вообще никого нет. Там по плану Намджун и Хосок, уже начинающие преследовать их, обезвредят негодяя, а потом они отвезут его в отделение, откуда он уже попадет в тюрьму. Не так сразу и быстро, конечно, но точно получит по заслугам. Юнги чувствует себя странно, стараясь поддерживать беседу с человеком и зная, какие ужасные вещи тот совершал. Но у того рот не затыкается, что не удивляет. Надо же как-то заманивать наивных девчонок, вот он и научился болтать обо всем на свете. Мин, в основном, только отвечает на вопросы о себе, выдумывая информацию на ходу, пытается смеяться не слишком искусственно, когда нужно, кокетливо поправлять парик, да улыбаться побольше. Юнги не должен проколоться. Нужное место все ближе, но Мин понимает, чувствует своим особым третьим глазом полицейского, что нападать на него планируют гораздо раньше. Юнги почти не впадает в панику из-за этого, он лишь три раза незаметно вздыхает, успокаиваясь, и собирается расстегнуть куртку, чтобы просунуть руку внутрь, вытаскивая, наконец, свой кольт. С оружием в руках всегда чувствуешь себя намного спокойнее, знаете ли. Сейчас это спокойствие Юнги очень бы не помешало. Он тянется к молнии, снова улыбается мужчине, и, несмотря на свою бдительность, совершенно не ожидает сильной руки, закрывающей ему рот. На автомате Юнги хватается пальцами за чужое запястье, и это точно не то, что проходили на уроках самообороны. Юнги обхватывают поперек талии, начиная тащить в сторону заросших кустов. Юнги знает: прямо за ними дорога, а там, наверняка, уже ожидающая их машина. Ни Намджуна, ни Хосока нигде не видно, Юнги брыкается и со всей силы колотит мужика локтями и ногами. Удары у него далеко не слабые, что подтверждается матами и хрипами этого ублюдка, и в итоге он даже ослабляет хватку, после очередного удара прямо в солнечное сплетение. Юнги запинается, падая на колени. — Ты, сука, сейчас… — шипит мужчина, подходя к Юнги, Мин уже расстегнул куртку, злорадно улыбнувшись. Жаль, в голову выстрелить не получится, но по ногам — сойдет. — Эй! — раздается совсем близко. «Твою мать», — думает Юнги, узнав голос. — Отойди от нее! Мужчина перед Юнги резко оборачивается, в его глазах страх и злость вперемешку. Оба они могут видеть Чонгука, стоящего всего в паре метров от развернувшейся борьбы и тяжело дышащего. Интернетный маньяк немного пятится все еще в сторону кустов. Юнги думает, что, все же, когда Чон подошел к нему, весь план покатился к чертям, но, не раздумывая, вскакивает, уже с кольтом в руках, снимает с предохранителя, направляя пистолет в район груди нападавшего на него ранее мужчины. Не понятно, кто удивлен больше: Чонгук или «особо опасный», но оба они замирают. — Ты арестован, — объявляет Юнги, чувствуя себя персонажем какого-то боевика, не меньше. — Руки подними, урод, чтобы я видел. Тут, наконец, появляются Намджун и Хосок, но раньше них — машина Сокджина. Последний выскакивает из автомобиля с таким же кольтом, опирается на открытую дверь, направляя дуло пистолета на преступника. Мужчина пытается бежать, а у Юнги дергаются пальцы — он почти нажимает на курок, но Намджун догоняет того раньше и валит на землю. Руки за спину, наручники, стандартные фразы о «вы имеете право», хотя такие как он прав иметь не должны, как считает Юнги. Он опускает кольт. Его руки подрагивают, парик на голове совсем съехал, хочется только скорей переодеться и покурить. Он наблюдает еще немного за тем, как Хосок с еще одним парнем из их отдела ведут пойманного к только что подъехавшей машине, а потом идет переодеться. Колготки порвались, куртка тоже, все тело немного ноет, а его обычная одежда совсем близко — в сокджиновой машине. Чимин там же обеспокоенно выспрашивает у него все ли в порядке, на что Юнги, натягивая свои джинсы, отвечает, что да. Конечно же, не совсем так, но это неважно. Мин в курсе, что Чимин все понимает, но не беспокоиться не может. Парень также извиняется, что никто из них не успел остановить Чонгука, поспешившего за Юнги почти сразу. Мин пропускает это мимо ушей: уже ничего не изменишь, да и закончилось все не так плохо, как могло бы. Парик и юбка остаются где-то на заднем сидении, на Юнги теперь удобные джинсы, кеды и теплая куртка. В кармане у него пачка сигарет, и вот теперь, наверное, правда все хорошо. То, что на одного ублюдка на свободе станет меньше, — вообще отлично. Выйдя из машины, Юнги вспоминает, что Чонгук, вообще-то, все еще здесь. Парень выглядит так, словно старается быть стильным: в джинсах, будто на размер больше, в тимберлендах и кожаной куртке. На голове темная шапка, сдвинутая почти на затылок. Конечно, выглядит миленько, но у самого Юнги уши ужасно замерзли, отчего хочется подойти к пацану и натянуть шапку по-нормальному, чтобы не мерз. Тэхён отпаивает его чем-то в стаканчике — наверное, чаем — и что-то болтает, как обычно. Чон иногда кивает, а потом смотрит прямо на Юнги, повернув голову. Мин кивает ему, сам не зная, зачем и что это значит, а потом достает пачку сигарет, через мгновение, наконец, затянувшись. Нервы слегка успокаиваются. Немного поразмыслив, Юнги решает, что знает, как успокоить себя еще больше. Ему не хочется засыпать сегодня только под утро от постоянных ненужных мыслей о случившимся, хоть в его работе это довольно частое явление. Юнги всегда надеется, что через пару лет это пройдет, особенно, что пройдет его бессонница. Мин медленно подходит к Чонгуку с Тэхёном, в очередной раз затягивается, смотря в большие чонгуковы глаза, и улыбается. — Ну что, герой? — говорит он, с наслаждением замечая немного порозовевшие щеки парня. Тэхён незаметно исчезает, потому что он — самый понимающий человек на свете. Юнги садится рядом с Чонгуком на капот уже третьей подъехавшей полицейской машины и немного толкает парня плечом. — Что? — спрашивает тот. — Все еще хочешь купить мне мороженое? Чон серьезно смотрит ему в глаза, а потом продолжает смотреть, когда Юнги, отвернувшись, выдыхает дым. Мин шмыгает носом и ежится, чувствуя себя некомфортно то ли от холода, то ли от такого пристального разглядывания. — На самом деле, — говорит Чонгук, — даже больше, чем раньше. Юнги хмыкает, не сдерживаясь. — Ну, нет, — резко бросает он и, замечая, как парень хмурится, закидывает руку ему на плечи, продолжая кривить губы в улыбке. — Потому что холодно. Какое мороженое, серьезно? Купишь мне кофе. И называй меня «хён», очевидно, что ты младше меня. Наверное, вообще школьник. — Эй, я не школьник, — возражает Чон, соскакивая с капота, и встает напротив Юнги. — Я студент. И я очень хочу купить тебе кофе, хён. Мин снова улыбается, немного устало кивая. Вокруг них происходит небольшой хаос, состоящий из кучи полицейских: некоторые из них друзья Юнги, некоторые — просто коллеги, но абсолютно все удивляются, когда он, хватая Чонгука за руку, тянет его обратно к кафе, возле которого ранее Юнги морозился в ожидании. Чонгук спрашивает, можно ли ему просто так уходить, и становится совсем неуверенным, когда Чимин кричит: «У тебя много бумажной работы в офисе, ты же знаешь!» Юнги выгибает брови, обернувшись, показывает Чимину очень красноречивый средний палец, а потом молча тащит Чонгука до самого кафе. Бумажки на работе могут подождать, и, если честно, Юнги плевать. Все равно за него все сделает Сокджин, потому что Сокджин бесячий, но хороший хён, который, конечно же, с радостью ему поможет. Чонгук ни о чем его не спрашивает, потому что все и так очевидно: зачем Юнги был одет, как девушка, да и что произошло в общем. Мин этому рад, потому что объяснять, вдаваясь в подробности не очень-то приятной истории, не хочется. Хочется просто сидеть в тепле и греть руки о горячий стаканчик, смотря на симпатичного парня. Чонгук действительно все-таки оказывается понимающим и хорошим, но слегка упрямым, хотя это, наверное, даже плюс. Юнги собирается расслабиться и успокоиться. Юнги хочет хоть сегодня спать нормально. Юнги пьет кофе, слушая все, что рассказывает ему о себе Чон, и думает, что это самое странное первое свидание в его жизни. Его жизнь в целом не очень-то обычная, но Чонгук, как Мин считает, идеально в нее впишется.