Смотрящий

Рэндалл выглянул в окно и поправил кепку. — Ну как я выгляжу? — Его чешуйчатое тело подобралось в ожидании оценки, а окрас неуловимо изменился из голубо-фиолетового на красновато-фиолетовый. Майк сидел на кровати и сосредоточено, как казалось, читал учебник по страхологии. Он поднял взгляд, среагировав на реплику друга и с довольным видом осмотрел его внешний вид. — Будь я девчонкой — даже не раздумывал бы, — заметил он. — Да ладно, — смутившись, махнул лапкой Рэндалл. Он выглядел ужасно сконфуженным, но Майк-то знал, что монстр просто на седьмом небе от похвалы — и так потому, что, в общем-то, застенчивый Боггс редко привлекал чьё-либо внимание. Особенно внимание прекрасного пола. — Ты прекрасно выглядишь, — серьёзно заметил Майк и ободряюще похлопал по плечу приблизившегося друга. Рэндалл вздохнул. — Спасибо, дружище, — тепло поблагодарил он одноглазого товарища и напустил на себя жизнерадостный вид. — Ну ладно, потопал я! — Зажги там, чудище, — весело крикнул вслед Майк. — Ой, скажешь тоже — чудище! — И Рэндалл, довольный собой, другом и жизнью, ушёл на вечеринку. Майк встал и подошёл к окну. Подождав, пока хамелеон скроется за парковыми деревьями, он выскочил на улицу и громко цыкнул: — Эй, Салли! Бегом, пока Рэндалл не вернулся! Ближайшие кусты бешено всколыхнулись. Из них вылезло огромное чудище со всклоченной синей шерстью. В сумраке не было видно, но на ней были фиолетовые пятна. Майк очень любил самое большое из них, которое находилось на плече гиганта. Он мог часами водить по нему пальцем. Сегодня, правда, времени оставалось не так много. В любой момент Рэндаллу могло надоесть на вечеринке, и он мог вернуться в свою комнату. По понятным причинам Майк не хотел устраивать «траходром» прямо на глазах друга. Он никогда не обсуждал с хамелеоном эту тему, но почему-то был твёрдо уверен, что Рэндалл — абсолютно гетеросексуальное существо. — Ну чего ты там застрял? — зашипел он на Салли, который не спешил выходить на свет фонаря. — Тут камера, — прошептал синий, кивнул головой в сторону входа. Майк чертыхнулся. В самом деле, над главным входом в общагу ректор универа — монстр старой закалки и противник интима в стенах своего детища — недавно повесил камеры слежения. Конечно, «парочки» выловить было почти нереально даже с такой мерой профилактики, но зато снизились визиты тех, кто жил в других зданиях. К счастью, находчивые студенты знали альтернативные входы, и Майк не был исключением. — Обойди справа, там должна быть служебная дверь, — сказал он Салли, радуясь, что звук камеры не передавали. — А ты? — А я обойду слева и войду с другого входа. Пусть думают, что мы ушли в ночь на поиски приключений. — Хорошо. — И монстры разошлись каждый в свою сторону. Сердце Майка громко стучало, когда он спешил к своей комнате. Времени ещё было предостаточно, но он досадовал, что пришлось терять его, пробираясь служебными ходами в здание. — Ну наконец-то, — проворчал он, входя в свою комнату. Ветерок из приоткрытого окна шаловливо гулял по комнате. Видимо, его порывы временами были довольно сильны, и дверь под их натиском чуть приоткрылась. Майк закрыл её и повернулся к Салли, незаметно проскользнувшему за ним следом. Первый за вечер поцелуй получился немного смазанным. Даже встав на цыпочки, Майк не доставал до губ Салли. Синему пришлось опуститься на корточки, чтобы как-нибудь скомпенсировать разницу в размере. Потом пришла очередь кровати. Майк с удовольствием упал на неё, влекомый лапищами Салли, и раскинул руки и ноги в разные стороны. Салли навалился сверху, огромный и мохнатый, словно живая гора. От него веяло жаром и похотью, а дыхание превратилось в сорванные хрипы. Майк всхлипнул, когда влажные пальцы стали проникать в него. Было не больно, поскольку так развлекались они уже не в первый раз. И даже не в сто первый. Напротив, приятное чувство растеклось по всему телу, заставив его задрожать. Салли перестал подготавливать друга, когда тот, зашипев что-то неразборчивое, обхватил ногами его бока насколько смог. Крепко, но не больно сжав запястья Майка, он осторожно проник внутрь и остановился, давая одноглазому привыкнуть. Конечно, практика практикой, но разницу в размерах никто не отменял! Лишь почувствовав резкое движение, с которым Майк хотел насладиться глубже, Салли позволил себе отбросить осторожность и отпустить «внутреннего зверя» с поводка. Они трахались всю ночь, жарко и самозабвенно предаваясь запретному удовольствию. Лишь ближе к утру монстры насытились друг другом. Пожелав Майку удачи, Салли выпрыгнул в окно и был таков. Майк, жмурясь от недавнего удовольствия, сел на кровати. Рэндалл, похоже, всерьёз загулял и до сих пор не вернулся. Подумав, одноглазый решил, что это к лучшему — запах секса выветрится до того, как хамелеон вернётся в комнату.

***

После той ночи Салли и Майк встречались почти через каждую ночь. У Рэндалла, судя по его словам, появился шанс ухлестнуть за какой-то прикольной девчонкой, чем хамелеон не преминул воспользоваться. — Ты так скоро ночевать на улице будешь, — фыркнул Майк, увидев, что друг снова куда-то собирается. — Осторожней, а то ректору донесут. — Пусть сначала поймают, — хмыкнул хамелеон, вертясь возле зеркала. В ответ на непонимающий взгляд он картинно закатил глаза и на миг стал невидимым. — Я же не идиот, чтобы так глупо попасться, — заметил он, снова став видимым. — Ну, тогда удачи, дружище! — И тебе того же! Салли объявился спустя минуту после того, как Рэндалл ушёл в парк. На днях один из чёрных ходов закрыли, поэтому Майк, поспрашивав однокурсников, повёл друга через тайный ход. Конечно, тайным он был чисто символически: его в любой момент могли найти и запечатать. Но пока он был свободен, и друзья не преминули воспользоваться его услугами. Дверь в комнату снова была приоткрыта. Нахмурившись, Майк пообещал себе утром попросить завхоза проверить её и крепко закрылся после того, как туша Салли втиснулась внутрь. Не дав даже дойти до кровати, гигант прижал его к двери и принялся с упоением целовать и ласкать зелёную нежную кожу. — Сдурел?! У нас дверь ходуном ходит! Сейчас весь этаж сбежится! — запаниковал Майк, не делая, однако, ни одного движения, которое помешало бы Салли заниматься тем, чем он занимался. Коротко хмыкнув, синий оторвал Майка от пола и перенёс на кровать. Потом забрался на неё же и жадно накинулся на распростёртого под ним монстра. От Майка приятно пахло, и это только подогревало возбуждение Салли. Одноглазый монстр, однако, не спешил вливаться в процесс. Он внимательно глянул на соседнюю кровать Рэндалла. Ещё стоя у двери, на миг Майку показалось, что в комнате они не одни. Теперь это ощущение набирало обороты, не стремясь потухать. И кажется, Майк знал, почему. Салли заглянул в глаз притихшему другу и замер. Прошло столько времени, и они научились понимать друг друга без слов. На время подавив низменные инстинкты, Салли слез с кровати и отошёл к окну. Аккуратно прикрыв его, синий встал у изголовья рэндалловой кровати и задумчиво посмотрел на Майка. Тот сдержанно кивнул. Что-то тихо пискнуло, когда Салли стремительным движением скатал одеяло в рулон. Последний дёрнулся в лапах гиганта, словно намереваясь сбежать, и тут же замер в ужасе, поняв, что выдал себя. Майк вдохнул и тихо произнёс, стараясь не напугать хамелеона ещё больше: — Мы знаем, что ты здесь, Рэндалл. Не прячься больше, это бесполезно. Одноглазый и раньше видел Боттса краснеющим. Но это была мягкая и неяркая краснота, словно блеклая заря на восходе. Сейчас же появившийся Рэндалл вспыхнул так, словно был объятый огнём. Стыдливо опустив глаза, он прекратил бесплотные попытки вырваться и теперь, спелёнатый и тихий, представлял собой полное вины зрелище. — Пожалуйста, простите меня, — прошептал он, не решаясь взглянуть на Салли и Майка. — Я не хотел вам мешать… Честное слово, не хотел… — Я думал, ты встречаешься с девушкой, — удивился Майк. Рэндалл покачал головой и тихо пояснил: — Нет у меня никакой девушки. Я её придумал, чтобы был повод смыться. — Но на самом деле ты не смывался? — догадался Салли, и Рэндалл зажмурился. Но синий не стал его бить. Вместо этого он положил одеяло на кровать и позволил хамелеону выбраться на волю. Выкарабкавшись из одеяла, Рэндалл, вопреки ожиданиям Майка, не исчез. Только сложил лапки и виновато посмотрел на друга. — Давно ты следишь за нами? — стремясь разорвать неуютную тишину, спросил у друга Майк. — С той вечеринки, — вздохнул Рэндалл. — Стоп! Ты что, и про вечеринку наврал? — удивился Салли. Рэндалл кинул на него взгляд, полный опасения, и поспешно ответил: — Нет, вечеринка была. Но она… она прожила недолго. Я вернулся за несколько минут до вашего прихода. — Так это ты оставил дверь приоткрытой? — догадался Майк. Хамелеон кивнул. — Я думал, ты ненадолго вышел, и решил не закрываться. А потом… потом ты появился в компании Салли. Я… Я не знал, что вы собираетесь делать, поэтому сделался невидимым и затих. А вы… вы стали делать… разные вещи… — Теперь настала очередь Салли и Майка краснеть. — Вам было так хорошо, что я боялся показать себя. Мало ли как бы вы среагировали. Рэндалл замолчал. Горе-любовники тоже не спешили начать разговор, неуверенно посматривая друг на друга. Прошло несколько минут, прежде чем Рэндалл снова подал признаки голоса. — Ты злишься? — тихо спросил он. — Нет, — честно ответил Майк. Уж что-что, а злость он явно не испытывал. — Я думал, ты гетеро, — ещё честнее добавил он. — Почему? — удивился Рэндалл. — Ну… ты только по девушкам… — Я не интересую парней, — уныло пробормотал Рэндалл. Салли и Майк переглянулись и, словно по команде, улыбнулись. — Давай проверим? — мурлыкнул гигант и, не говоря больше ни слова, затащил хамелеона на кровать. — Ч-что?! — задохнулся от неожиданности Рэндалл, напрягаясь всем телом. Майк осторожно коснулся чешуек на его груди. Они были тёплые, совсем не такие, какими Вазовски их представлял. В ответ на прикосновение из горла Рэндалла вырвался влажный вздох. — Впрочем, я не против, если вы не против, — быстро капитулировал хамелеон. Салли и Майк переглянулись снова и склонились над распростёртым монстром. Теперь им не от кого было прятаться, а значит, можно было целую ночь не думать о безопасности, постепенно раскрепощая Рэндалла и наслаждаясь самим.