Муж прилагается ...

Чанёль подошёл к двери ведущей в комнату Мари и остановился. Он пару раз выдохнул, ещё раз… нервно передёргивая плечами. Разговор который он откладывал всё время на потом, больше нельзя было отложить, две недели отпуска были на исходе. И теперь ему стало немного страшновато. Как Мари отреагирует на новости? Как воспримет то, что он так неожиданно перенёс дату свадьбы не предупредив её? Мужчина ещё раз вздохнул и осторожно постучал, замерев в ожидании ответа. Мари резко распахнула дверь, с небольшой долей удивления взирая на Чанёля.

— Что-то случилось? — спросила она. Президент отрицательно покачал головой.

— Нет, с чего ты взяла? Просто надо кое-что обсудить. — он натянуто улыбнулся, чем не мало озадачил девушку.

— Проходи. — Мари посторонилась, пропуская его в комнату. Чанёль расположился на стуле, рядом с креслом, в котором устроилась девушка.

— И так… О чём ты хотел поговорить? — она с нескрываемым интересом посматривала на мужчину. Президент молчал пару секунд, подбирая нужные слова, для того что бы сказать ей то, что собирался.

— Вообщем тут такое дело… Я перенёс дату свадьбы. Мы поженимся как только вернёмся в Корею. Сегодня мне прислали отчёт о том, что всё приготовления закончены. Завтра мы едем в Париж, за платьем. — на одном дыхании выпалил он, внутренне напрягаясь. Мари молчала некоторое время и смотрела на него, а потом отвернулась, уставившись в одну точку.

— Почему ты молчишь? — спросил Чанёль, начиная ещё больше нервничать.

— А что я должна сказать? — вопросом на вопрос ответила девушка.

— Например то, что ты думаешь по этому поводу. — произнёс он, пытаясь поймать её взгляд, что бы понять о чём она думает.

— Я ничего не думаю. Ты ведь всё уже решил сам и подумал за меня. Зачем тебе моё мнение? — по тону которым она сказала эти слова, Чанёль понял… Мари обижена, серьёзно обижена.

— Я вообще не понимаю… Зачем мне куда-то ехать? Зачем мне выбирать платье? Просто купи то, что тебе понравиться. Размер подсказать, или сам догадаешься? — девушка поднялась и подошла к окну, рассматривая пейзаж за окном. Президент поднялся и встал позади неё.

— Мари не злись. У меня была веская причина что бы так поступить. — тихо сказал он, засунув руки в карманы брюк и сжав их в кулаки.

— Да неужели? Может поделишься, что ещё за причина? — девушка развернулась, вздрогнув от неожиданности. Она не предполагала что он стоит так близко. Чанёль чуть подался вперёд, так что расстояние между ними ещё сократилось и стало критически минимальным.

— Я расскажу тебе как-нибудь потом. Сейчас не время. — прошептал он.

— Почему не сейчас? Что изменится потом? Почему ты всегда так поступаешь со мной? Я что… предмет интерьера, который задвинул куда заблагорассудиться и не важно хочет он там стоять или нет? — на неё накатила такая обида, что захотелось устроить истерику, разрыдаться в голос. Она судорожно втянула воздух, прикусив губы.

— Мари… я так не думаю… мне просто… — Чанёль попытался хоть как-то ей объяснить, впервые растерявшись настолько, что никак не мог хоть что-то связанно сказать. Девушка обошла его и направилась к выходу. Рывком открыв дверь, она повернулась к президенту.

— Иди в свою комнату. Я не хочу сейчас с тобой разговаривать. — гневно бросила она. Мужчина вздрогнул.

— Извини меня. Я правда не хотел тебя обидеть. — сказал он.

— Чанёль делай то что тебе сказали. — повышая голос, отозвалась Мари. Президент послушно двинулся к ней, и как только он переступил через порог, девушка захлопнула дверь прямо перед его носом. Мужчина постоял некоторое время в коридоре, соображая как это он так легко послушался. И даже спорить не стал. Это что-то новенькое. Чанёль провёл ладонью по волосам, на всякий случай потрогал лоб, вдруг у него жар. Нет, вроде бы всё нормально. Так какого чёрта он так себя ведёт? Президент покачал головой, весело улыбаясь. Всё прощай разум и встречи не жди.

***

 — А куда мы едем? — спросила Джуни, нетерпеливо вертясь на сидении машины.

— Я еду смотреть Эйфелеву башню, а куда едет твой папа я не знаю. — ответила Мари, пристёгивая малышку ремнём безопасности.

— Мы едем в салон, покупать платье. Кстати малыш, тебе тоже надо купить наряд. Ты так не считаешь? — президент повернулся, глянув на дочь.

— Я хочу с Мари, на башню посмотреть. — Джуни смешно надула губы, складывая руки на груди.

— Потом посмотрим, как только купим платье. — отозвался Чанёль, выруливая со стоянки, возле дома, который он снял.

— Если тебе оно так нужно, то сам и поезжай… В салон без меня. — с нотками раздражения в голосе, отозвалась Мари, разглядывая пейзаж за окном.

— Мари не злись. Я же извинился. — сказал президент, бросив короткий взгляд в зеркало заднего вида.

— Кто тебе сказал что я злюсь? Я спокойна. — ответила девушка. Джуни притихла и переводила взгляд то на Мари, то на отца.

— Эй, родители, не ссорьтесь. — неожиданно выдала девочка, сдвинув брови к переносице и сверля взрослых взглядом.

— Детка да мы не ссоримся. Просто… Ну вообщем… — Чанёль глубоко вздохнул, ища слова что бы объяснить дочери происходящее.

— Просто ты снова что-то не так сделал. — девочка покачала головой, вздыхая. Она сложила руки на груди, хмуро взирая на отца.

— Я ничего такого не сделал. — буркнул президент, неотрывно следя за дорогой.

— Мари не обижайся на папу, он просто привык командовать. — Джуни повернула голову и умоляюще глянула на девушку.

— Не обижалась я, даже в мыслях не было. — отозвалась Мари, улыбаясь и погладила малышку по волосам.

— Значит вы больше не ссоритесь? — немного недоверчиво, спросила девочка. Взрослые тут же закивали, подтверждая, что они больше не в обиде друг на друга.

— Отлично. Тогда едем за платьем. А потом смотреть башню. — весело хихикнув, сказала Джуни. Мари обречённо вздохнула, отворачиваясь к окну, а Чанёль глянул на них в зеркало заднего вида и улыбнулся. Мари словно почувствовав что на неё смотрят, бросила раздражённый взгляд на президента и скривила губы. Мужчина не удержался, и стал смеяться в голос.

— Хватит… следи лучше за дорогой. — одёрнула его Мари, продолжая кривить лицо.

— Ты такая забавная… ещё язык мне покажи, как в детском садике. — сквозь смех отозвался Чанёль.

— Надо будет и покажу. — буркнула девушка и отвернулась, но пару секунд спустя, резко повернула голову и высунула кончик языка. Доля секунды в салоне машины висела тишина, а потом все трое стали смеяться в голос. Хорошо хоть машина остановилась на красный свет светофора. Насмеявшись от души, оставшийся путь они проделали в более дружеской обстановке, подшучивая друг над другом. И Мари поймала себя на мысли что она уже действительно не злится, и ей уже не казалось таким обидным то обстоятельство, что президент принял решение не поговорив предварительно с ней. В конце концов он ведь мужчина, и принимать важные решения это его обязанность. Девушка вздохнула, наверное разозлилась она только потому, что всегда и везде решала всё сама, не полагаясь на других, а сейчас… Ей вдруг захотелось просто побыть слабой, хоть чуть чуть… пусть даже не надолго снять со своих плеч проблемы. Спрятаться за спину президента и немного отдохнуть. Мари покосилась на Чанёля, который чуть нахмурившись, парковал машину, сосредоточенно глядя назад. Поставив машину идеально ровно, не заехав ни за одну разделительную линию, мужчина удовлетворённо улыбнулся уголками губ и перевёл взгляд на девушку.

— Мы на месте. — сообщил он, открывая дверцу со своей стороны. Мари терпеливо ждала когда президент выберется и откроет дверь с её стороны, это правило она запомнила, получив парочку нагоняев.

— Осторожней. — Чанёль успел подставить руку прежде чем Мари врезалась лбом в стойку автомобиля.

— Извини, я не специально. — девушка поморщилась, потирая ушибленное место.

— Больно? — спросил мужчина, подаваясь вперёд.

— Дай посмотрю. — он аккуратно, кончиками пальцев убрал челку с её лба, рассматривая красное пятно выступившее на коже.

— Да всё нормально. — Мари попыталась отвести его руку в сторону.

— Где нормально то? Синяк может быть. Пойдём в магазин, попрошу что бы льда принесли. А то представь, какая ты будешь красивая на свадебных фотографиях. Загляденье просто. — Чанёль тихо засмеялся, когда Мари забавно сморщила нос. Видимо представив то о чём говорил президент. Девушка согласно кивнула, и прихватив Джуни за руку пошагала за мужчиной.

— Мари сильно болит? — спрашивала малышка, суетясь вокруг кресла на котором сидела девушка с полотенцем приложенным к ушибленному месту. Она чуть отодвинула свёрток и улыбнулась.

— Нет, сейчас уже совсем не болит. — отозвалась Мари, вызвав недовольство президента своими действиями. Чанёль приложил её руку обратно ко лбу и посильнее прижал.

— Держи, а то я сам буду. — сказал он, хмурясь. Настроение у него совсем испортилось, пока президент ходил за льдом, ему позвонил Тао и сообщил последние новости. За то время что Мари не было в стране, в морге появилось три новых тела. Все жертвы убиты по той же схеме и девушки чем-то напоминают Мари. Прокурор предположил что такой всплеск активности этого урода напрямую связан с Мари. Видимо отъезд девушки его разозлил, или ещё что-то повлияло, но связь прослеживалась. И сейчас Чанёль обдумывал план дальнейших действий. Если всё так как предположил Тао, и действия этого недоноска напрямую связаны с Мари, то надо усиливать охрану на время проведения приёма. Ну тут президент был спокоен, Сехун обещал всё устроить. Его маленькая армия будет охранять всю территорию. Мимо них даже мышь не проскользнёт. Ребятки опытные, у всех за плечами боевой опыт, так что тут беспокоиться было не о чем. Дом тоже под охраной бойцов Сехуна. Остаётся только телохранители для Джуни и для Мари. Эта проблема тоже решалась легко. По возвращению в Корею, друг пообещал найти нескольких профессионалов. Мужчина занятый своими мыслями не обращал внимание на то, что происходит вокруг и только когда дочь подёргала его за рукав рубашки, он очнулся.

— Да детка. — отозвался президент, переводя рассеянный взгляд на девочку.

— Пап ну чего ты завис? — спросила Джуни, немного осуждающе глядя на отца.

— Я просто задумался. — ответил он, виновато улыбнувшись.

— А где Мари? — только сейчас Чанёль заметил что девушки нет на месте, и стал обеспокоенно осматриваться по сторонам.

— Она ушла выбирать платье. Попросила привести тебя, а ты… задумался. — Джуни забавно скривила губы, качая головой. Мужчина засмеялся, потрепав дочь по волосам.

— Ладно идём. — прихватив малышку за руку, сказал он и пошагал на поиски Мари. Девушка обнаружилась довольно быстро, но вид у неё был какой-то не очень счастливый. Она рассматривала предложенные ей наряды и была явно не довольна чем-то.

— Что-то не так? — спросил Чанёль, чуть склонившись в её сторону.

— Всё не так. — тихо отозвалась Мари, переводя взгляд на мужчину. Президент вопросительно приподнял бровь, не понимая что её не устраивает.

— Может поподробнее расскажешь? — спросил он.

— Ты хоть видел сколько стоит одно платье? Это же какое-то… Я просто не представляю как клочок каких-то кружев может стоить такие деньги. — девушка нервно передёрнула плечами. Чанёль пару секунд молчал, а потом начал смеяться в голос.

— Мари… да какая разница… сколько они стоят? В конце концов я могу себе позволить купить весь этот магазин, ну и ещё штук пять… таких же. — сквозь смех проговорил он.

— Это конечно хорошо, но… купить платье на один вечер за такие деньги это уму непостижимо. Я против. И мне не нравится ни одно из них. Я хочу платье с длинными рукавами, а здесь таких нет. — упрямо заявила девушка.

— Почему именно с длинными рукавами? Вот… посмотри, это платье смотрелось бы на тебе потрясающе. Перестань капризничать и давай просто примерь. Сама убедишься что я прав. — президент подтолкнул Мари к примерочной, но девушка не сдвинулась с места.

— Я не хочу. — снова повторила она.

— Мари, прекрати. Ты ведёшь себя как маленький ребёнок. — Чанёль перестал улыбаться и взяв её за руку потащил за собой.

— Пусти меня. Я не хочу примерять это платье. — прошипела девушка пытаясь вырвать руку из стальной хватки.

— Да в чём дело? Что за капризы на ровном месте? — недовольно спросил президент, продолжая идти в сторону примерочной.

— Капризы говоришь? Хорошо, я тебе покажу что это за капризы. — Мари вышла вперёд и теперь уже сама тащила его за собой. При этом девушка была очень раздражена, хоть и понимала, что наверное сама в какой-то степени виновата в сложившейся ситуации. Надо было раньше ему сказать, или показать, чего ей не хотелось. Войдя в отдельную комнату, отведённую под примерочную, Мари развернулась лицом к мужчине. Чанёль не понимающе смотрел на неё.

— Что происходит? — напряжённо спросил он. Девушка проигнорировала его вопрос и стала расстёгивать рубашку. Президент совсем растерялся, наблюдая за её действиями. Покончив с пуговицами, она стянула с себя верх и осталась в одной майке.

— Смотри. — вытянув руки, сказала Мари. Мужчина скользнул взглядом по её рукам и вздрогнул. Уродливые шрамы, начиная с плеч и заканчивая локтями, покрывали тонкие руки девушки. Смотрелось это жутко.

— Ещё показать? — спросила она.

— Не надо. — выдавил он, снова вздрагивая.

— Противно, не правда ли? Извини, мне раньше надо было… только не хотелось выставлять это на показ. — натягивая рубашку, сказала Мари, опуская голову. Теперь он понял почему все её платья, все блузки, кофточки с длинным рукавом.

— Это ты меня прости. Я должен был догадаться. — тихо отозвался Чанёль, делая шаг в её сторону и обнимая девушку за плечи. Он уткнулся в её волосы.

— Прости пожалуйста. — выдохнул он, сильнее прижав Мари к себе.