***
– АПЧХИИИ! – громко чихнул Широ. – Я что, простудился? Он только что вернулся после бесплодных ночных расследований. Может это и было ничем, но лучше стоило поберечься. Он не мог позволить себе слечь в постель в данный момент. Он устало пробрался в свою комнату и приготовился к заслуженному сну. Он не был доволен результатами, точнее отсутствием таковых, как и его друзья. Даже Сакура, никогда не встречавшая девушку, пусть даже и ради Широ, очевидно была расстроена. Даже Иссей, присоединившийся к группе по совершенно иным причинам, был сильно разочарован. На обратном пути он выглядел задумчиво, и даже не сделал ни малейшего замечания Тосаке. Говоря же о Тосаке, она восприняла это хуже всех. Она явно была подавлена и устала как физически, так и эмоционально. Когда они провожали её домой, прежде чем сделать то же и с Сакурой, она с трудом поблагодарила их. Не было похоже, что Широ было ожидал каких-то немедленных результатов в конкретно этом направлении, но он всё же чувствовал себя разочарованным оттого, что ничего так и не вышло. Теперь он лежал на своём футоне и ни в какую не мог уснуть, несмотря даже на чувство усталости, омывающее его. Его разум продолжал воспроизводить любые возможные маршруты, которыми мог воспользоваться похититель, от последнего известного местонахождения Казамы. Зная, что это нецелесообразно, он заставил себя не думать об этом. Ему нужно нормально отдохнуть, если он хочет быть полезным на следующий день.***
В другой части города, не очень далеко от дома Широ, Рюдо Иссей лежал без сна на своём собственном футоне, его разум был занят мыслями. Тосака его нервировала. Иссей не боялся в этом признаться. Впрочем, ему также пришлось признать, что она была способной и самодостаточной в вещах, о которых он прежде даже помышлять не мог. Он тоже был взрослой и дисциплинированной личностью, но, в отличии от девушки, которая так ему не нравилась без особой на то причины, ему не к чему было стремиться по-настоящему. Он всегда старался быть лучшим из принципа, и хоть многие девушки в школе и считали его классным, сам себя он считал довольно скучным человеком. Его острый ум мог оценить иронию этой ситуации. Он начал вечер с целью поиска грешков Тосаки, закончил же размышляя о своих. Хорошая проницательность, всё же, может быть обоюдоострым клинком. Да, его старик порадовался если бы узнал, и тогда точно поделился бы той толикой старинной мудрости, которая им обоим так полюбилась. «Эх, ладно. Ничего не поделаешь», – сказал он себе прежде чем вернулся к своей предыдущей череде размышлений. Хотя, в конце концов, он и не смог найти достаточно оснований чтобы пересмотреть или же подтвердить своё мнение о Тосаке, ему пришлось признать, что девушка не была злым гением, коим он её представлял. По крайней мере не всё время. Да, возможно Широ был прав, и ему стоит дать ей кредит доверия. Во всяком случае, кто-то, кто заботится о подруге настолько, чтобы активно искать её день и ночь, не может быть столь уж плохим. И, к слову о пропавшей девушке, их небольшие поиски не принесли результатов. Если она и правда была похищена, в чём были убеждены Тосака и Широ, то похититель проделал очень хорошую работу. Это было ожидаемо, иначе полиция изменила бы подход к этому делу. Печально было это признавать, но пока им не повезёт, они ничего не найдут, и несмотря на то, что он не знал пропавшую девушку лично, он все ещё ощущал во рту горький привкус. Иссей моргнул и затем обдумал свои текущие чувства. Была ли это та разновидность эмоций, что побуждала Широ обращать внимание на безопасность и счастье других людей? Он не мог быть в этом уверен, но снова он был вынужден признать, что и Широ, и Тосака были людьми со связью с жизнью более глубокой, чем он когда-либо пытался установить. Ему было стыдно, что он извлёк положительный опыт из этой ситуации, но выходило так, что несчастье одного было удачей другого, независимо от того, чего хотела каждая из сторон. Решив следующим утром поговорить с отцом, дабы получить его наставление, Иссей наконец уснул.***
Тосака уснула, слишком вымотанная чтобы бодрствовать и пребывать в скверных размышлениях. Однако, её сон был каким угодно, но не спокойным. Разум мучился мыслями о собственных неудачах. В очередной раз, когда она была нужна больше всего, она снова ничем не могла помочь. Ни Котоне. Ни Сакуре. Ни отцу. Ни матери. Были ли все, кто ей дорог, обречены быть отнятыми у неё? В состоянии бодрствования она никогда бы не позволила себе потакать подобным мыслям, но во сне её разум не был столь сильным. Излишне было говорить, что Рин очень мало отдохнула той ночью.***
Отвратительная. Нечистая. Испачканная. Грязная. У Сакуры в запасе было много прилагательных, которыми можно было себя описать, и все они были нелестными. По иронии судьбы, она чувствовала себя мотыльком более чем в одной ипостаси. Уродливая жучиха, желающая чего-то, чего никогда не сможет обрести, и страдающая из-за этого. Неизбежно влекомая к пламени и неизбежно обреченная сгореть в нём. Как она и делала в настоящий момент. Её тело горело, опаленное пламенем, называемым Эмия Широ. Ей следовало лучше знать о том, что случится, если она станет слишком близкой к нему. Она знала, что должно произойти, когда она стала. Сгоревшая. Вот какая она была. Она его не заслуживала, однако она позволила себе удовлетворять своё тело с мыслями о нём. Он овладел её снами, и в её снах он овладевал ею. Мягко, но решительно, со сладкой беспощадностью. – Прости, сэмпай, – шептала она, пока её пальцы снова достигли её самого сокровенного места. Голод не будет утолён до самого рассвета. – Прости меня. *** Следующее утро Очень уставший Доджима Рютаро припарковал свою машину перед Академией Хомурабара. Это была уже третья школа, которую он проверил за эту неделю. Ему удалось сократить количество подозреваемых в деле Арчера примерно до тридцати, но, тем не менее, ему потребовалось немало времени, чтобы встретиться со многими людьми подальше от глаз его коллег. Ему приходилось продвигаться осторожно, и допрашивать даже юношей, которые не походили под составленный им портрет Арчера. Он не хотел, чтобы его начальник узнал о том, что он приблизился к истине до тех пор, пока не узнает кому из отдела можно доверять. Проблема заключалась в том, что без привлечения кого-либо, количество дел, которые он мог сделать за день, было немногочисленным. К счастью, это была последняя школа, которую он должен был посетить, и в ней было не много учеников, которых следовало допросить. Количество подозреваемых после его расследования уже снизилось до шести, а в этой школе и вовсе были четверо из них. Завершив предварительную разведку, он мог начать наблюдение за поведением подозреваемых до тех пор, пока не найдет настоящего. Так оно и было, если, конечно, все его суждения не были ошибочны. Это отбросит его к началу не оставив никаких зацепок. Крякнув, он вылез из машины и вошел в здание. В последнюю неделю он очень мало спал. Проверить всех подозреваемых — не самая быстрая задача. Зевая он добрался до преподавательской. Очевидно, потребуется их разрешение на опрос любого из их учеников. Оставалось надеяться, что это не доставит слишком много хлопот. Когда доходило до репутации, школы Японии сжимались быстрее чем устрицы. Наличие одного из учащихся, потенциально связанного с преступлением, будет означать, что либо он окажется отстранён, либо названый ученик досрочно вылетит из школы. У него не было намерений причинять кому-либо неприятности, но он определённо не пойдёт на попятный из-за этого.***
– Эмия Широ, пожалуйста, пройдите в преподавательскую. Повторяю, Эмия Широ, пожалуйста, пройдите в преподавательскую. Громкоговоритель, что имелся в каждом классе, оповестил Широ о том, что что-то затевается. Он был не единственным кто попал в неприятности, по крайней мере прилюдно. Это означало, что либо что-то появилось из-за пределов школы, либо что-то произошло в клубе стрельбы из лука. Посреди всё ещё продолжающегося урока последнее было маловероятным, а учитывая, что его единственный опекун работала в школе, и никаких других родственников не было, то он не мог даже представить, что это могло быть. Не имея достаточных причин для беспокойства, он пожал плечами и решил посмотреть сам, что же случилось. Один из учителей привёл его в небольшую комнату, где его представили мужчине. – Эмия Широ? – спросил человек с тёмными взъерошенными волосами и щетиной на лице. – Я детектив Доджима из полиции. Если ты не возражаешь, я хотел бы задать несколько вопросов о мстителе известном как Арчер. «Вот чёрт», – подумал Широ. Ситуация была как минимум неприятной. Он ожидал, что это может случиться с ним, носящим личину Арчера и состоящим в то же время в стрелковом кружке. Это не значит, что и полиция нашла эту связь, но он должен играть осторожно и не допустить ни малейшей утечки. Человек перед ним выглядел довольно проницательным и способным зацепиться за любую оплошность в словах Широ. – Конечно, детектив. Не знаю, насколько смогу помочь вам, но, пожалуйста, спрашивайте. – Прекрасно. Твои учителя сообщили мне, что ты капитан клуба стрельбы из лука. Для новичка это настоящий подвиг. – Полагаю, так оно и есть, – уклончиво ответил Широ. – Я просто оказался тем, кто показал наибольший интерес к этой работе чем кто-либо ещё. Клуб стрельбы не так зрелищен и популярен, как другие спортивные клубы. В итоге в нём не так много участников, как хотелось бы, и ещё меньше тех, кто готов принять на себя ответственность капитанства без сопутствующей славы. Я не уверен, был ли я лучшим кандидатом на должность капитана, но похоже, что я был единственным претендентом. – Впрочем, твой учитель рассказал мне, что ты очень серьёзно относишься к своим обязанностям и присматриваешь за членами клуба. Можешь что-то о них рассказать? – Не думаю, что могу подрывать их доверие без должной на то причины, Доджима-сан. Вы подозреваете, что один из моих товарищей по клубу связан с Арчером? – Нет, не совсем, – ответил мужчина. – Я просто хотел быть в курсе, если ты знаешь кого-то с набором навыков, достаточным для того, чтобы быть этим пресловутым мстителем, состоит он в твоём клубе или нет. Есть ли у кого-либо из членов твоего клуба родственники, которые могут подойти на эту роль? – Я мало знаю об их семьях, даже если нам случается поговорить о них. Я не думаю, что чья-то семья обладает специальными знаниями в области стрельбы из лука. Даже если и обладают, они мне никогда об этом не говорили. – Тогда что насчёт них самих? Есть ли ли в твоём клубе кто-то, кто может оказаться Арчером? Широ напрягся, чтобы показать видимость размышления над вопросом. – Боюсь, что не могу ответить. Честно говоря, не думаю, что навыки, используемые в боевой ситуации, могут быть продемонстрированы в додзё лучников. Кюдо – это практика больше для разума, нежели для тела, даже если она требует выполнения постоянных физических упражнений. Если кто-то из моих товарищей и способен делать то же, на что, как говорят, способен этот Арчер, то при мне они этого никогда не показывали. – Хм, – согласно хмыкнул мужчина. – Это соответствует тому, что говорили капитаны других школ. А что насчёт… а? Ты слышал? – Э..? ТОП! ТОП! ТОП! ТОП! ТОП! Тяжелые шаги слышались всё ближе к комнате, где они находились. Широ почувствовал внезапное леденящее ощущение, слишком знакомое, чтобы быть комфортным. Этого же не может быть, правда? Даже она не была недотёпой настолько, чтобы неправильно понять эту ситуацию, и… БАМ! Внезапно дверь с треском распахнулась. – ШИ-И-И-И-И-И-РО-О-О-О-О-О-О-О-О-О! «Эх».***
Час спустя – Я прощу прощения от её имени, – извинился Широ, провожая Доджиму обратно к школьным воротам. Они только что закончили задавать вопросы членам клуба, но чрезмерная реакция Тайги все ещё занимала умы каждого. Когда ей сообщили, что Широ допрашивает полиция, она подумала о худшем и ринулась к нему на защиту. Бедному детективу пришлось столкнуться с яростью взбешенной матери-тигрицы. Потребовалось немало времени, чтобы успокоить её. Коллегам пришлось буквально оттаскивать Тайгу. Всё-таки она была его опекуном, и прежде чем Широ отправился на встречу, чтобы ввести Доджиму в заблуждение, её должны были оповестить, но поскольку его никто не обвинял, то у остального преподавательского состава не было причин забирать её с занятий. Свою ошибку они накрепко усвоили. – Не волнуйся, – ответил мужчина. Он все ещё был в шоке от порыва Тайги, но похоже воспринял его хорошо. Он даже выглядел немного весело. – Она же твой опекун. И естественно, что она будет беспокоиться о тебе. Если бы я знал о том, что она преподает в этой школе, я бы сперва спросил у неё. Это моя ошибка. – С её стороны было несколько неправильно обвинять вас, Доджима-сан. Мне жаль. – Как я и сказал, не стоит беспокоиться. Приятно видеть, что учитель и опекун так заботится о своём подопечном. Она продолжала настаивать на своём даже когда выяснилось, что тебя ни в чем не обвиняют. – Да, она совершенно не разобралась в ситуации. В какой-то момент я даже подумал, что она на вас нападет. – Честно говоря, я тоже, – ухмыльнулся детектив. – Тем не менее у неё о тебе высокое мнение, впрочем, как и у остального преподавательского состава. Они настоятельно рекомендовали попросить о помощи тебя, а не твоего опекуна. Впрочем, оглядываясь назад, я не могу винить их за то, что они ставят тебя выше неё. – Ах, да-а-а… – наполовину рассмеялся, наполовину вздохнул Широ. – … Доджима-сан, могу я кое о чем спросить вас? Детектив мельком посмотрел на Широ. Тон подростка резко изменился. – Валяй. – Зачем вы ищете Арчера? Он что-то делает не так? Детектив снова посмотрел на мальчика перед ним, тщательно обдумывая его слова. – Похоже, ты неправильно понял, Эмия-кун. – Что? – Моя обязанность как полицейского – следить за соблюдением закона. Ни больше, ни меньше. Действия Арчера противозаконны. Пока это не изменится, моя задача – отыскать и остановить его. – Так, несмотря на то, что он помогает людям, закон всё будет пытаться схватить его? Разве цель закона не в том, чтобы помогать людям? Правосудие… Доджима покачал головой. Он мог понять точку зрения мальчика, но реальность была не столь красивой. – Прости, парень. Боюсь справедливость и закон не идут рука об руку. За время своей работы я не раз видел моменты, когда закон шёл против справедливости. Ты новости никогда не читал? Мошенники и преступники всех мастей выходят на свободу потому что закон на их стороне? Закон далёк от совершенства. – Тогда почему вы продолжаете? Вас это не беспокоит? – Постоянно, – признал Доджима. – Но я верю, что поступаю правильно придерживаясь правил, а не играя без них. Я бы усовершенствовал закон, а не отбросил его в сторону. Опять же всё это вопрос точки зрения. В конце концов, нам остаётся лишь жить с нашим видением хорошего и плохого, и поступать соответствующе. Если спросишь меня, то я не думаю, что Арчер поступает неправильно. – Но вы по-прежнему охотитесь на него? – Верно. Это удовлетворило твоё любопытство, Эмия-кун? – Да. Удовлетворило. Спасибо, Доджима-сан. Извините, что задержал вас. – Всё нормально. Приятно видеть, что мальчик твоего возраста заинтересован в такого рода вещах. До свидания, Эмия-кун. – До свидания, Доджима-сан. Широ наблюдал за тем как детектив сел в свою машину и уехал прочь. Возможно, плохим ходом с его стороны было демонстрировать такую сильную заинтересованность, но ему необходимо было задать эти вопросы. Он знал, что его мечта была эгоистичной, и его Правосудие отличалось от чьего-либо ещё. Даже люди с самыми лучшими намерениями в итоге сталкиваются друг с другом, потому что их мнения не совпадают. Это неизбежный парадокс. Преследуя свою справедливость, он нарушит чью-либо ещё. Впрочем, единственное что ему оставалось – это верить в свою Справедливость и следовать ей, как и сказал Доджима-сан. Однажды, если его поиски приведут его к сражению против кого-то с другими убеждениями, то ему придётся… Он покачал головой. Это было всего лишь возможное будущее, в котором он, возможно, с кем-то столкнется. Не было смысла заполнять голову гипотетическими мыслями. Он повернулся и направился обратно в додзё лучников. Занятия клуба вот-вот должны были начаться.***
Доджима смотрел в зеркало заднего вида на силуэт рыжеволосого мальчишки, становившийся всё меньше по мере того как он уезжал. Мальчик оставил в нём чувство любопытства. Эмия Широ был одним из главных кандидатов в его списке подозреваемых. Из того что он понял, поговорив с его учителем, мальчик был достаточно бескорыстен чтобы соответствовать этой роли, но, судя по сказанному, он был слишком занят своими школьными занятиями, клубом стрельбы из лука, и подработкой в городе. К тому же, в известных случаях драк с его участием, жертвой всегда был он. Он соответствовал профилю только с точки зрения очевидного мышления, но ему не хватало практических навыков чтобы быть подозреваемым. Если только… Стоило проверить. Он всё равно будет его рассматривать. Допрос был лишь предварительным этапом расследования. В конце концов, единственным способом отыскать мстителя была поимка его с поличным. Ничего кроме этого не будет подходящим доказательством. Эмия Широ был третьим в его списке. Другие два мальчика чуть постарше также были потенциальными виновниками. Если Арчер не был ни одним из этих троих, то это значило что либо он слишком умён и создал публичную личность в совершенно противоположном спектре, либо все его теории были просто ошибочны. Доджима искренне надеялся, что это ни один из них.***
Мицудзури Аяко больше была человеком действия, нежели слова. Всё-таки девчонки первокурсницы были чрезвычайно проницательными. Она не упустила утомленное выражение лица Широ после того как тот вернулся после разговора с детективом. Сказать по правде, она бы не обратила внимания, если бы это был кто-то ещё, но она провела немало времени, глядя на своего капитана. Кто-то мог бы сказать, что она в него влюблена, и хоть это и было правдой, причины её взгляда были порождены чувством соперничества. Впрочем, по навыкам обращения с луком она была лишь второй после него, несмотря на то, что заявлял этот наглый Мато Синдзи. Она не любила проигрывать, но то, как у него всё легко, на взгляд, получалось действовало на нервы. Она не оспаривала ни его талант, ни то, сколько сил он вложил в свои тренировки, но то, что он ни разу не промахивался по цели, если только не объявлял об этом, действительно угнетало её. Она постоянно старалась изо всех сил, но никакие усилия не могли помочь ей занять место в его лиге. Он, конечно, может говорить, что хочет, но всё равно именно он остаётся лучшим выбором в качестве капитана. Из-за его зрелого мировоззрения и навыков. Вот почему она заметила, что он был расстроен. Обычно он был способен справляться со всем с решительным умом и улыбкой на лице, а значит то, что обеспокоило его, должно было задеть очень глубоко. Не нужно быть гением, чтобы связать происходящее с их недавним гостем, но почему его вообще беспокоило нечто подобное? – Эй, Эмия, – позвала она. Рыжий подросток опустил лук и вопросительно повернулся к ней. – Что случилось, Мицудзури? – Это мой вопрос. Что чувствовать остальным членам клуба, если их капитан ходит надутый как мышь на крупу? Если у тебя что-то на уме, просто выскажи это, иначе помешает потом целиться нормально. Широ в ответ поднял лук, наложил стрелу и спустил тетиву. ТРЕНЬК! Снаряд с абсолютной точностью воткнулся в цель. – Аргх, – вот и всё что удалось выдать Аяко в ответ. –Чёрт возьми, Эмия. Да ты промахнёшься хоть раз в жизни? – Прости, Мицудзури, – с улыбкой извинился Широ. – В смысле, что беспокою тебя. – Не беспокойся. Если уж кто-то и знает, как разбираться со своими проблемами то это ты, Эмия. А я просто время впустую трачу. – Вовсе нет. Я благодарен за то, что ты беспокоишься обо мне, но тут волноваться не о чем. Мои проблемы философского характера. Неважно сколько я о них буду думать, ответ всё равно не найти нигде, кроме как внутри себя. – … Вау. Тебя наставляет Рюдо-кун? – Хе, да уж, в некоторой степени он давит на меня. Всё же я рад, что ты обеспокоилась настолько, что спросила. Она возмущённо отвернулась чтобы опровергнуть его слова, но ещё вероятнее, чтобы скрыть очевидный румянец. – Дубина. Я просто беспокоюсь о клубе. Не понимаю эти странные мысли в твоей голове. – Всё равно спасибо за заботу, Мицудзури. С этими словами они вернулись к своим тренировкам без прочих слов. Аяко украдкой взглянула на него, но задумчивое выражение исчезло с его лица. Он был сосредоточен исключительно на стреле и своей цели. Нет. Можно даже было сказать, что он был един с обеими. Она не переставала удивляться тому, как легко у него это получалось. Несомненно, Эмия Широ уже достиг мастерства. Она удивлялась тому, как кто-то одного с ней возраста мог быть настолько сосредоточенным и дисциплинированным. Ни одной шальной мысли пока он натягивал тетиву. Ни единой тени сомнения. Он был спокоен и сосредоточен. Мысленно он уже поразил всю цель. Нет, даже сам прошёл сквозь неё. Ей было интересно, что он видит, когда спускает тетиву? Куда он действительно целится с этим нечитаемым выражением лица? Ей не хотелось достичь ответа просто глядя на него. Возможно, если она сможет сравняться с ним, тогда она станет способна также и понять его? Это была причудливая мысль, но только о ней она и могла сейчас думать. Да уж, во всех смыслах и значениях Эмия Широ жил в такой реальности, которую нельзя постичь только через слова.***
Той же ночью Очередной бесплодный вечер поисков. С самого начала было очевидно то, что это направление не даст ничего, кроме как в случае невозможной удачи. Тем не менее, во рту у него был горький привкус, и в тот вечер Широ вернулся домой. Иногда выкладываться на полную недостаточно. Такова была суровая реальность, с которой он рано или поздно должен был столкнуться. Кирицугу предупреждал его об этом. Погоня за мечтой о всеобщем спасении была дорогой, вымощенной разочарованием. Это неопровержимая истина, что толкнула его отца жертвовать десятью чтобы спасти сотни. Этот же путь заставил его, преисполненного сожалениями и горечью, умереть. Широ не был уверен в том, что путь, по которому он решил идти, лучше чем тот, что выбрал для себя отец, но это был единственный доступный выбор для него — того, кто нёс грех выживания. Он не мог стать таким же каким был его отец. Он не мог отринуть боль тех, кто находился перед ним. Нет, мечта была такой же, но путь был иным. Независимо от того, сколько он думал о том, что бы его отец ответил на слова Доджимы, ответ всё равно был приемлемым для Широ. Потому что… «Ты искажен, Широ». Да, он знал об этом. Это было не только истоком его решимости, но и его величайшей дилеммой. Он все ещё не мог понять почему. Ведь последние слова его отца… «Ты никого не сможешь спасти, если сначала не спасешь себя». Что они значили? Как ему спасти себя? От чего он должен быть спасён? Как это поможет ему спасать остальных? Одни лишь вопросы, и ни единого следа ответов в поле зрения. Со вздохом он отпустил эти мысли, и направился в ванную. Отмокание в горячей воде должно расслабить его достаточно чтобы уснуть.***
Той же ночью, позже – Аух, – простонал Широ, вытолкнув себя в сидячее положение. Была середина ночи, и ему снились мечи, так что никаких поводов в такой час просыпаться не было. Он осмотрел комнату в поисках источника возмущения. Взгляд упал на маленького бумажного журавлика, будто ждавшего, пока он обратит на него внимание. – Ах, это всего лишь ты, – пробормотал Широ в полудреме, и отвернулся чтобы снова заснуть. Но секунду спустя он снова вскочил, широко раскрытыми глазами уставившись на бумажную фигурку. – Дерьмо! Он вскочил и облачился в одеяние Арчера. Не было времени чтобы сделать крюк и переодеться где-то ещё. Даже если он рискует тем, что его дом смогут отследить, ничего не поделаешь. Бумажный журавлик, что он оставил Недзуми, был связан ещё с одним, что он всегда держал при себе. Он мог окрашиваться в различные цвета в зависимости от того, в какой ситуации находится цель. Он мог стать синим, если был выполнен определённый набор условий — это означало бы, что Недзуми нашёл полезную информацию о пропавшей девушке. Но вместо этого он мог и покраснеть, если жизнь цели оказалась в серьёзной опасности. Излишне было говорить, что спешка Широ была вызвана как раз вторым случаем. Чтобы одеться и экипироваться ему потребовалось меньше минуты. Он поднял журавлика, и направился в заднюю часть дома, в направлении, куда указывала бумажная фигурка. – Похоже, это отнимет много сил, – пробормотал он. – Trace on. Анализ Тела: Завершено. Задание: Укрепление – Этап Второй. Укрепление костей: Завершено. Укрепление мышц и нервной системы: Завершено. Укрепление лёгких и сердца: Завершено. Он перемахнул через стену и побежал к своей цели со скоростью машины. К счастью, была поздняя ночь, и с крыши на крышу он прыгал в тишине, никем не замеченный. Первый Этап Укрепления позволял ему двигаться в рамках человеческих пределов не затрачивая выносливость и не перегружая тело. На этом уровне, благодаря микроуправлению Праной, которое он разработал, он мог двигаться почти без ограничений, так как, ему требовались лишь крохи его Од, чтобы запустить процесс, а затем он мог продолжать, поглощая Ману из атмосферы. Он также мог пользоваться этим на публике, потому что только другой Маг смог бы сказать, что он на самом деле он использовал Чародейство, а не просто находился в отличной форме. На этом этапе ресурсы тела будут восстанавливаться быстрее, чем он способен их тратить. Этап второй, однако, коренным образом отличался. Он позволял ему двигаться быстрее, чем это дано человеку, позволяя сравняться с разогнавшимся автомобилем, но это значительно вытягивало ресурсы тела. Обычно он использовал этот режим короткими контролируемыми вспышками, когда прыгал по крышам, или, если ему требовалось внезапное ускорение в бою. Поскольку это не применялось к его глазам, он развил туннельное зрение во время использования. Для длительного боя он был не слишком полезен, поскольку он не делал ничего для улучшения своих рефлексов. Полезнее всего он был в качестве средства передвижения, и ему всегда приходилось помнить, что если он будет использовать его слишком активно, то не будет в надлежащем состоянии для боя, когда доберется до места назначения. Следующие этапы были ещё сложнее, так как требовали контроля Праны, который всё ещё выходил за пределы его возможностей. Разница в количестве энергии, необходимой для укрепления тела и мозга, была слишком велика. Одно дело — усилить одно, либо другое, но делать это разом было сравнимо с направлением каждой капли воды, вылетающей из струйного шланга, с микроскопической точностью. Если контроль отклонится хоть на малейшую долю секунды, его голова буквально взорвется. Ему придётся больше тренироваться, прежде чем сможет использовать его не угробив себя в процессе. Конечно, в тот момент он всем разумом был сосредоточен на том, чтобы как можно быстрее добраться до места назначения так, чтобы его не заметили. Если Недзуми был в опасности, то это могло быть связано с исчезновением Кадзамы. В худшем случае на кону будут две жизни. Он не мог позволить себе потерять ни одной из них, и с этой мыслью в голове он отталкивался своими ногами чуть быстрее. Он должен был успеть вовремя. Местонахождение: Неизвестно Мужчина взял сотовый телефон и набрал привычный номер. Он дождался звука принятого звонка, прежде чем начать говорить. – Дело сделано, – произнёс он. – Теперь осталось посмотреть, клюнет ли новая рыбка на приманку. – Ты кажется довольно уверен в себе, – ответил человек на другом конце линии. Его пол невозможно было определить по голосу. – На самом деле мне всё равно. Я просто хочу насладиться зрелищем. – Постарайся не слишком отвлекаться. Ты не можешь себе этого позволить. – Эээ. Ты слишком много волнуешься. Что это за жизнь такая, если в ней не будет развлечений? – Особенно если другие платят. – Ага. Вот видишь? Всё ты понимаешь. – Может быть. А теперь давай посмотрим, на что этот парень в действительности способен. – Ты, похоже, тоже не беспокоишься. – А надо? Победа за мной, в независимости от исхода. Все они пешки на моей доске. – Эх. Полагаю, увидим, как всё пройдет, не так ли? КЛИК! Он резко окончил разговор. Человек остался в тёмной комнате наедине со своими мыслями. – Ты собираешься сделать мою жизнь менее скучной… Арчер? Пометка автора: Маленький клиффхенгер и немного поползновений в сторону мыслей персонажей. Нечего больше сказать. А вообще, извините за задержку. Эта глава была написана практически за три недели, но моя бета была слишком занята. Видя, что прошло более шести недель с последней главы, я решил выложить как есть. Надеюсь вам понравилось. Следующая глава уже почти готова, но всё равно её ещё нужно отредактировать, так что не задерживайте дыхание. Надеюсь залить её в течении недели. Ну и, пока что всё. Спасибо за все ваши комментарии. Пока.